Миссия выполнена

— Чонгук, прекрати. Мы же не одни. — И что, — Чон не слушает, он нависает сверху над ним, прижимая своими бедрами. Тэхен сопротивляется слабо, потому что дышащий в самое ухо Чонгук нереально возбуждает, но старается собрать все свое благоразумие и пока не поздно упирается своими руками в чужую грудь, отстраняя от себя. — Чонгук. — Гук аккуратно перехватывает тэхеновы запястья и поднимает над головой. — Чонг. Парень впивается в его губы настойчивым поцелуем. Ким пытается выбраться, елозит по постели, изгибается и зубы стискивает. «"Главное — не поддаваться искушению. Нет.» — однако широко раскрывает рот для крика, когда Чонгук сильно кусает за нижнюю губу и протискивает язык в чужой рот, медленно разводя его ноги своим коленом. Тэхену сдерживаться все сложнее: собственное возбуждение давит на жесткую ткань боксеров, а задний проход начинает зудеть от одной только мысли, что Чонгук может быть в нем. — Тэхен-а, — Чон отрывается от чужих губ, смотрит прямо в глаза своими черными зрачками, в которых именно сейчас хочется утонуть. Не со стыда так от перевозбуждения. — Ты же тоже хочешь меня, я знаю. Хватит сопротивляться, я не хочу насиловать тебя. — Но, Чонгук. Они там. Совсем рядом. Мне страшно. А если они услышат. — В этом нет ничего такого. Как будто ты не слышал, чем они вдвоем занимаются. — Не успев договорить свою фразу, он услышал копошение и приглушенные стоны с соседней комнаты, а затем ухмыльнулся, приблизился к тэхеновому уху и, специально понизив голос, прошептал, — Видишь, они там тоже не скучают. — Снова приник к губам, и на этот раз ему охотно отвечали. Чон отпустил запястья парня, что сразу обнял его за шею, притягивая ближе к себе. Тэхен прогибается в позвоночнике и стонет, когда Чонгук холодной рукой пробрался под пижамные штаны и взял его член в свою руку, начиная лениво надрачивать. Парень по постели мечется, стонет сквозь поцелуй, подаваясь бедрами навстречу руке и разочарованно мычит, когда рука исчезает, а в следующую секунду с него снимают футболку, припадая к шее с поцелуями и оставляя на нежной коже бордово-красные засосы. Ким дышит через раз, захлебывается в своих стонах и трется о чужое тело, прося большего. — Чон.мгх.гук-а. — Потерпи, малыш, — Чон отрывается от тэхеновой шеи, стягивая с того штаны с боксерами, и позволяет себе оставить пару засосов на внутренней стороне бедра, руками ведет от колена к паху, а затем резко переворачивает парня на живот, надавливает на поясницу, вынуждая поджать под себя колени и выгнуться. — Смазка, — Просит он, и Тэхен дрожащими руками открывает ящик, доставая оттуда маленькую бутылочку. Гук выдавливает себе немного на пальцы и осторожно вводит первый, с культурном ахуем понимая, что он уже растянут. — Тэ? — Не спрашивай, блять. просто. — Ким сам подается бедрами назад, насаживаясь на палец, и удовлетворенно стонет. — Просто трахни меня, наконец. Чонгуку дважды повторять не нужно, ему самому уже так хочется, что колется, поэтому он, не церемонясь, сразу вводит четыре пальца, слушая болезненный вскрик, заглушенный подушкой, и пару раз обведя по кругу, вынимает пальцы, с извращенным интересом наблюдая, как пульсирует колечко мышц. — Чонгукк-и, — хнычет парень, и тот возвращается в реальность. Тянется к ремню и спешно стягивает с себя штаны, однако входить не спешит. Ему хочется с ним поиграть, поэтому коварно усмехнувшись своим мыслям, он нарочито нежно гладит чужие ягодицы, а потом резко ударяет по правой, слушая тихий всхлип в простынь и наблюдая, как место удара окрашивается в красный. Нереально красиво. Не удержавшись, он ударяет еще раз, а затем успокаивающе гладит, извиняясь. Брюнет ведет ладонями ниже, по спине, смотря на то, как Тэхен прогибается в пояснице, а затем возвращается назад, последний раз шлепая по мягкой половинке и, наконец, стянув с себя боксеры, приставляет головку ко входу и медленно входит в подготовленное тело, почти рыча от того, как внутри мокро и жарко. Тэхен ловит звездочки в глазах и кричит ни то от эйфории, ни то от неожиданности. По телу разливается ощущение удовлетворения, заполняя собой каждую клеточку. Кончить можно только от него. Ему хочется быстро и грубо, а Чонгук слишком медлит, поэтому он сам подается назад, насаживаясь сильнее. — Чонгук-и, я сам хочу, — и тому определенно нравится эта идея, судя по широкой ухмылке и слабому шлепку по правой ягодице. — Двигайся, малыш. Парень задыхается, хватается за постель и стонет, не сдерживаясь, набирая свой темп и быстрее опускаясь на член и надрачивая себе одной рукой. Внезапно он чувствует прилив тепла к нижней части живота и в следующую секунду толчками изливается на простынь. — Блять, — выдыхает Чон, сдавливая чужую талию до фиолетовых пятен и придавливая к постели, втрахивая того в кровать. Ким не сдерживается, сейчас ему настолько хорошо, что плевать на ноющую усталость и боль после оргазма, плевать на то, что его, наверное, весь дом слышит. Гук каждый раз попадает прямо по простате, и он даже дышать нормально не успевает, из-за чего слюна скапливается во рту и стекает на простынь. — Чон.гук.я.ахх.больше. не могу, — телу настолько хорошо, что ему кажется, будто он сейчас отключится. Он пытается отстраниться, слезть, чтобы просто вдохнуть воздуха, но чужие руки держат крепко, впиваясь в кожу ногтями, и ему ничего не остается, как просто выгнуться навстречу и ждать, когда это закончится. — Чонгу…аах. медленней. п-пожа.луйста. Брюнет послушно замедляет темп, поглаживая и целуя чужую спину, и выходит из растраханной дырочки. Он переворачивает того на спину, сгребая в свои объятья и снова медленно толкаясь в него, наощупь мажет по губам. Первым оргазм настигает Тэхена, он трясется, судорожно хватается за плечи Гука и сжимает его в себе, с громким вскриком кончая себе на живот. Чон, преследуя свой оргазм, снова набирает темп, попадая под нужным углом и наслаждаясь узкими мягкими стеночками, полностью обвалакивающими его член. Парень под ним захлебывается, хнычет и трясется в судорогах. слезы, скопившиеся в уголках глаз, ручьем стекают на подушку, перемешиваясь со слюной. Когда Чонгук, наконец, толкнувшись глубоко внутрь, звонко стонет и изливается в него. Тэхен ловит, кажется, четвертый по счету оргазм. Физически и морально вымотанный у него нет сил даже пальцем пошевелить. Спину тянет, ноги руки затекли, а в голове звенит так, что уши закладывает. Они лежат так еще 15 минут, после чего чон выходит из него и устало валится рядом, сразу закрывая глаза. Даже в душ лень идти.

Следующий день

— Тэхена, как ты? — Гук широко улыбается, приобнимая своего парня. — Я доволен, — хмыкнул Ким. — Мой парень- зверь. — Или тайный агент в отставке.