Пушистый суицидник

На небе светила яркая луна, отлично освещая тёмные улицы, захудалые и почти что вымершие бедные переулки Йокогамы. Даже в столь прекрасном городе имелись подобного рода места, где ошивались бездомные, прячась по коробкам и мусорным бакам. Лунный свет освещал невысокую фигуру в шляпе, еле перебирающую ногами и шаркая ними по асфальту. Бродить в столь поздний час по таким местам чревато разбитым лицом и пропавшими мобильником с кошельком. Накахару это сейчас совершенно не заботило. Он шёл, сонно зевая и покачиваясь из стороны в сторону, способностью поддерживая себя на ногах, не давая споткнуться и проехаться по грязи лицом, ломая себе нос и, возможно, выбивая пару зубов. Хотя, если бы не гравитация, он бы уже давно лежал где-то в обнимку с бомжом, деля на двоих коробку, мирно похрапывая и сопя, пуская слюну. Сегодня Мори поручил ему одну серьёзную миссию, с которой он отлично справился. Правда Чуя очень сильно вымотался, но как настоящий трудолюбивый сотрудник, обожающий своё дело, не отправился отдыхать, а сразу после завершения отправился к боссу, докладывая о успешно завершённой миссии. Огай тогда сам выгнал его, давая денёк другой на отдых, так как смотреть на то, как его сотрудник стоит перед ним, утыкаясь носом в лист бумаги, стараясь что-то там прочесть, бормоча себе под нос о «Великих нашествиях бабочек» он явно больше не мог. Сейчас же Чуя направлялся домой, уже представляя, как он завалится на кровать, крепко сжимая в объятиях подушку и, возможно, попивая бокальчик дорогого вина, затягиваясь какой-нибудь сигареткой. Но, увы и ах, планам его было не суждено сбыться. За своими мыслями рыжий совершенно не заметил, как прямо перед его носом свалился кот. Он сиганул прямо с крыши, чудом приземляясь на ноги и тут же падая на землю, раскинув лапы в разные стороны.  — Ах ты пушистый суицидник! — воскликнул Чуя, когда всё же понял, что в миллиметре от его носа свалился какой-то кошак. Где-то со стороны того дома, откуда грохнулся кот, раздалось приглушённый лай множества собак. Внимательно уставившись на пушистый комок шерсти, Накахара стал следить за каждым его движением. Тот поднялся и, встрепенувшись, встал прогибая спину, зашипел в сторону, откуда доносился звук. Лай прекратился, следом раздался хриплый вопль, принадлежавший явно какому-то мужчине.  — А ну пошли отсюда, шавки помойные!.. — за воплем последовал какой-то грохот, а следом жалобный скулёж. — Вон из моего двора! Пшли!.. — снова грозный крик и оглушительный хлопок двери. Кот уверенно выпрямил спину, самодовольно помахивая хвостом. Пару раз пошипев на стену дома, он уселся на асфальт и, будто не замечая заинтересованного взгляда Накахары, стал вылизывать пораненную лапу, изредка дёргая разодранным ухом. Чуя ухмыльнулся, присаживаясь на корточки рядом с животным и опасливо протягивая руку, чтобы попробовать погладить шёрстку кота. Сам же кот медленно повернул голову, скептически осматривая ладонь мафиози, а затем стал прожигать его взглядом, будто говоря «Серьёзно? Да я тебе руку отгрызу!». Хмыкнув, рыжий всё же подался вперёд, хватая кота и усаживая его на колени. Вот только животное было явно против, начиная вырываться и пытаться поцарапать Чуе всё что только можно и нельзя. Накахара упорно держал его и не думая отпускать. Кот, будто бы обидевшись, плюнул на попытки вырваться и спокойно уселся на коленях рыжика, устраиваясь поудобней, позволяя себя потискать. Уже через пару минут махинаций Чуи в виде круговых движений по пузику черного кота, животное безвольно и расслабленно лежало в руках мужчины. Накахара сидел на коленях посреди безлюдной улицы, забывшись и полностью погрузившись в мысли о мягкой шёрстке котика. За это время рыжий отметил, что у кота очень много ран, которые явно кровоточили до недавнего времени — об этом говорила слипшаяся от застывшей крови шерсть в тех местах. Сам котофей был столь худым, что его рёбра можно было сломать, несильно надавив на них мизинцем. Накахаре было его жалко, но взять его к себе он не мог. Опомнившись уже через пару минут, Чуя аккуратно снял со своих колен этот милый комок шерсти и положил его на землю, тем самым вызывая у него разочарованное мяуканье. Встав на ноги и стряхнув с колен шерсть, рыжий уже было хотел пойти дальше, но тут же остановился, чувствуя, как о его ноги уверенно и с напором трутся. Стрельнув удивлённым взглядом вниз, Накахара увидел, как кот упёрто тёрся о ногу мужчины, не желая терять ту долгожданную ласку, что ему подарил мафиози. Уличным котам редко удаётся почувствовать тепло и любовь, и вот сейчас, когда он смог получить нечто похожее, он не намерен терять это, желая повторить. Чуя невольно засмотрелся на то, как кот, жмуря глазки, тёрся мордочкой о его штанину, оттягивая щеку назад, показывая клыки.  — Ну чего тебе, кусок меха? — отпихнув его, чтобы не допустить соблазна, устало прошипел Чуя. Кот сразу же уставился на него, сверкая янтарно-карими глазами в ночной темноте.  — М-я-я-у… — протянул он, продолжая гипнотизировать голубоглазого.  — Нет! Я не могу тебя взять! — отворачиваясь и закрывая глаза, уверенно выдал рыжий. Кот вновь протянул длинное «Мяу», но в этот раз склоняя голову набок и будто бы вопрошая «Почему?»  — Да потому что!.. — будто бы понимая кота, начал объяснять Чуя, но осёкся, думая: «А, собственно, почему?». Живёт он один и средств на то, чтобы прокормить одного милого котика ему явно хватит. Бросив неуверенный взгляд на кота, Чуя встретился с жалостливыми глазами, что будто проедали его душу. Повисла тишина. Кот будто бы играл с мафиози в гляделки и явно побеждал. Немного поколебавшись, Накахара всё же выдал:  — Мммм… Ладно! — резко подхватив его на руки, мужчина ускорил шаг, быстрее направляясь к дому. — Пушистый провокатор… — тихо хмыкнул Чуя, набирая темп ходьбы.

***

Быстро поднимаясь заплетающимися ногами по ступенькам, Чуя старался не упасть на лестнице и не раздавить кота, что был спрятан в складках его пальто, мирно посапывая. Когда рыжий добрался до своего этажа и дрожащими руками всунул в замок ключ, поворачивая его несколько раз, он с облегчением вошёл в квартиру, раслабленно выдыхая. Зайдя внутрь, Накахара убедился, что закрыл дверь и обессиленно сполз по стене, готовясь заснуть прямо в коридоре. Что-то зашуршало и заёрзало в складках пальто, высовывая сначала мордочку, а затем и всю голову, опасливо оглядываясь. Замечая еле живого Чую, кот выбрался полностью, встряхиваясь всем телом. Мягко ступая по полу, он подошёл к Чуе, жалобно мяукая, как бы напоминая о себе. Накахара устало перевёл на него взгляд, вымучено простанывая протяжное «Чёрт». С трудом поднявшись с пола, мафиози схватил кота и отправился в ванную, захватывая по пути аптечку. Как только дверь в ванную распахнулась, спокойный доселе кот, словно взбесился, выскакивая из рук мужчины и забираясь ему на голову, крепко вцепляясь в огненные локоны, не желая отпускать.  — Да, бля-я-я, — измученно простонал Чуя, наклоняя голову и хватая кота на ощупь где-то за шкирку, стараясь не вырвать себе волосы вместе с котом, потянул, матерясь похлеще любого сапожника. Кот издал протяжное мяуканье, что переросло в рык, заставляя парня немного испугаться за сохранность его милого личика. Спустя длительные крики, мяуканье, шипение, угрозы, что наглого кошака выбросят в окно, и даже уговоры, такого рода как: «Ну не будь ты пушистым куском дерьма — полезай в ванну, а?» — Чуе наконец удалось впихнуть животное в воду. Ну, не без последствий, конечно же… На данный момент Накахара сидел в ванне вместе с котом, закатив мокрые штанины до колена, стараясь не намочить остальную одежду. Матерясь себе под нос и шипя от боли в расцарапанных руках, Чуя стоял на полусогнутых ногах, намыливая шёрстку кота, который уже смирившись со своей участью, тихо шипел на новоявленного хозяина, пуская в него такие взгляды, что все мыши на районе бились в судорогах, молясь святому сыру о упокоении их душ. Тяжело вздохнув, Накахара потянулся за полотенцем, чтобы наконец вытереть горе-питомца, но подскользнулся и единственное, что он успел увидеть перед тем как его поглотила вода и боль в пояснице, был угол ванны, стремительно подымающийся и приближающийся к роже бедного мафиози. С огромным всплеском и волной всюду расплёскивающейся воды, Чуя свалился в ванну, громко выкрикивая несколько нецензурных слов, тем самым пугая кота, который, в свою очередь, выскочил из комнаты, молниеносно забегая в первую попавшуюся комнату, прячась под диван.  — Куда ты делся, шаурма ходячая?! — уже выбравшийся из воды Чуя был явно в плохом распоряжении духа. Об этом говорило всё тоже полотенце, которое он грозно прокручивал в руке, с хлюпом и шлёпом ударяя о ладонь второй руки. Кот, чувствуя враждебный настрой хозяина, затрясся, сжимаясь ещё сильнее. Пока Накахара продолжал разгуливать по дому, махая полотенцем и заставляя ковёр под собой намокнуть, животное поудобней устроилось под диваном в гостиной, подтачивая коготки о дорогой коврик, совершенно не заботясь о его сохранности. Уже собираясь задремать в этом уютном местечке, кот прикрыл глазки, как прямо перед ним появилось лицо рыжего, искажённое устрашающей гримасой. Чуя, словно маньяк, поймавший свою жертву, оскалил зубы, расплываясь в кривой ухмылке.  — Нашё-ё-ё-л… — нараспев протянул он. По его интонации казалось, что он и правда хочет убить бедное животное, но вместо этого он всё же закутал трясущегося кота в уже другое полотенце, стараясь вытереть его и спокойно удержать в руках. Питомец на удивление спокойно отнёсся к этому, даже не думая вырываться. Хотя лицо его выражало вселенский ужас лишь при одном взгляде на Накахару.

***

 — И как мне тебя назвать?.. — устало протянул Чуя, попивая вино из бокала и выжидающе смотря на сидящего на столе и поедающего рыбку кота, будто ожидая, что он и правда что-то ему посоветует. Ответа, как и ожидалось не последовало, но питомец оторвался от своего занятия, удивлённо смотря на хозяина. Вздохнув, Накахара протянул руку чтобы погладить этого пушистого монстра, но вновь замер, замечая как кот скептически осматривает его, намекая, что после случившегося — он его даже на метр к себе не подпустит. Чуя хмыкнул, делая глоток вина, продолжая наблюдать, как это существо принялось вылизывать свою лапу, снова дёргая ухом, но уже покрытым бинтами. Да, Чуя обработал его раны зелёнкой и перекисью, не желая чтобы в их доме завелась какая-то зараза, вот только вспоминать об этом совершенно не хотелось… Этот промежуток времени Накахара хотел забыть как страшный сон и больше никогда не вспоминать об этом. Ему чуть не отгрызли ухо, предварительно укусив за нос и выбив лапой глаз. Кажется, что с этого момента разъярённые мордочки кошек, летящие всюду слюни и клыки будут ещё долго преследовать его в кошмарах…  — Кого же ты мне напоминаешь?.. — задумчиво протянул рыжий, внимательно изучая чёрного кота, почти на половину перемотанного бинтами. Они больше всего бросались мужчине в глаза. — Бинты… — словно стараясь понять, проговорил Накахара, пытаясь достучаться до разума. Кот уставился на него, словно на дурачка, не понимая действий Чуи. Стоило янтарым глазам в упор посмотреть на парня, как тот вмиг утонул в них. — Глаза… — снова прошептал рыжий. Озарение пришло моментально, заставляя мафиози в порыве радости ударить ладонью по столу. — Точно! — воскликнул он, тем самым пугая бедное животное. — Дазай! Назову тебя Дазаем, пушистый ты суицидник! — улыбнулся Чуя, восхищаясь своей сообразительностью. Кот, что отныне именовался как «Дазай», посмотрел на него, задумываясь на пару секунд, будто понимая, что именно сказал хозяин, а потом одобрительно вильнул хвостом, подходя ближе, как бы говоря, что согласен. Чуя ухмыльнулся, гладя кота за ухом и наблюдая как он трётся о руку, начиная громко мурлыкать.

***

Солнце проникало в спальню сквозь не плотную шторку, освещая два тела, что крепко прижимались друг к другу, умиротворённо улыбаясь сквозь сон. В лучах солнечного света поблёскивали два свадебных кольца, отдавая солнечными зайчиками на стены и потолок. Брюнетка жалась к мужчине, что-то бормоча сквозь сон. Молодожёны мирно спали, даже не собираясь вставать в ближайшее время, решив провести свой выходной в компании друг друга, сидя за чашкой горячего чая и, укутавшись в плед, обнимая любимого человека, смотря какую-нибудь романтическую комедию. Казалось бы, всё идеально, так зачем мы наблюдаем за этой картиной? Но вот длиться этой идиллии было суждено не долго…  — Ах ты пушистый пидарас! Дазай, я убью тебя! Паскуда ты мохнатая!.. — вопль был заглушён каким-то шумом, до боли похожем на начало ядерной войны. Голубоглазая брюнетка вмиг подскочила на постели, испуганно вертя головой в разные стороны.  — Что это было?! — воскликнула она, пихая всё ещё дрыхнущего мужа в спину.  — Наш сосед сверху завёл кота… — сонно пояснил мужчина, даже не открыв глаза.  — И что?.. — не поняла девушка.  — Да я самолично тебя кастрирую! Нагадить в мои любимые ботинки! Да за такое расчленять надо! — вновь раздался вопль, а за ним последовал звук чего бьющегося. — Моя любимая ваза! Нет! Ну всё! Где мои ножницы?! Мужчина сонно ухмыльнулся.  — Вот тебе и ответ… — протянул он, поворачиваясь на другой бок, продолжая спать.  — А… ты за них не волнуешься? — робко спросила брюнетка, пялясь в потолок, желая понять что же там творится.  — Я уверен в том, что они отлично ладят. Успокойся…  — Блять, да я тебя на шаурму пущу!  — Ну да. Думаю ты прав, — улыбнулась девушка, ложась обратно в постель и обнимая мужа со спины, закидывая на него ногу. Сегодняшнее утро было очень насыщенным как для Чуи, так и для пушистика — Дазая. Встав рано утром, кот захотел сходить в туалет, но не найдя ничего подходящего — выбрал начищенный с вечера ботинок Чуи. О да, он прекрасно помнил, с каким трудом Накахара вчера полировал эти ботинки, но природа и естественные нужды, так сказать, важнее. Пока хозяин спал — питомец слегка заскучал, решая изучить дом. В поисках чего-то интересного, он наткнулся на приоткрытую дверцу шкафа. Фыркнув и показательно махнув хвостом, он демонстративно отвернулся, желая пройтись дальше, но сделав пару шагов, он метнул в сторону шкафа заинтересованный взгляд. Приоткрытая дверца манила тёмной щелью и неизведанностью… Подойдя поближе, Дазай пробрался в шкаф, открывая себе мир новых точилок для коготков…  — Ну вот почему?! Почему именно она?! — бегал Чуя по дому, вмиг падая на колени посередине комнаты, понурив голову и продолжая теребить в руках погрызенную портупею, решая почтить её минутой молчания. Дазай шмыгнул в другую комнату, прячась всё в тот же шкаф, устраивась поудобней в гнезде из, когда-то, Чуеной рубашки, начиная самодовольно вылизывать забинтованную лапу.

***

Накахара только что вернулся из увлекательного и замечательно путешествия по просторам супермаркета. Зайдя на кухню, он закинул на стол два пакета, а сам же уселся на стул, прикрывая глаза. Сегодняшний день с самого начала был неудачным, так ещё и в магазине поругался с какой-то женщиной, что решила, что его «Не нужные пачки жратвы для какого-то ободранного кошака» — не столь важны и Чуя вполне может подождать, пропуская её вперёд себя. Тяжело вздохнув, Накахара разлепил глаза, обводя уставшим взглядом пачки корма. Вдруг на кухню, словно пуля, влетел чёрный кот, моментально запрыгивая на колени к рыжему, не особо заботясь о том, что безвозвратно портит новые брюки мужчины. Дазай нетерпеливо закинул передние лапы на стол, принюхиваясь и, с удовольствием, отмечая, что это те самые рыбные палочки. Накахара растерянно посмотрел на питомца, а после снисходительно улыбаясь, просто выдохнул и почесал забинтованное ухо кота, вызывая у того мурчание.  — Ладно-ладно, сейчас накормлю, — улыбнулся Накахара, сбрасывая кота с колен. Схватив пачку и резко оторвав от неё треугольный клочок, мафиози отсыпал немного корма в миску, замечая, как Дазай тут же подскакивает к лакомству, начиная громко хрустеть. Рыжий раздражённо цокнул, отводя взгляд.  — Эта меховая шапка жрёт больше меня… — отметил Накахара, осознавая, что на корм этого кота уходит больше средств, чем на еду самого мужчины. Самое главное, что примерно неделю назад, этот кошак на отрез отказался есть обычную пищу, соглашаясь употреблять только корм…  — Угораздило же меня… — выдохнул рыжий, присаживаясь на колени и протягивая руку, чтобы погладить своё пушистое чудо. Кот оторвался от своего занятия и посмотрел на руку, как бы предупреждая, мол «Тебя в детстве не учили, что когда кот ест — лезть к нему не надо?» Видимо не учили… Дазай оскалился, зашипел, и больно цапнул Чую за палец, прикрывая миску собой, как бы защищая свою еду, не давая отнять. Накахара тут же отскочил, громко матерясь и проклиная тот самый день, когда это исчадие ада вообще на свет родилось. Кот же, словно ухмыляясь, вновь вернулся к трапезе, быстро поглощая маленькие кусочки корма, изредка дёргая ухом вслушиваясь в грохот, доносившийся из ванной.  — Да где эта хренова аптечка? — завопил Накахара, прижимая к себе повреждённый палец.

***

 — Нет… — уверенно сказал рыжий, застыв в дверном проёме, прожигая кота взглядом. Они будто вновь играли в гляделки. Дазай вновь выигрывал. Чуя собирался выпить немного сегодня вечером, чтобы расслабиться и отдохнуть после тяжелого дня, но выйдя на пару минут из комнаты, всего на пару минут(!), вернувшись он застыл в дверном проёме, опасливо смотря на кота, что сидел на столе, буквально в пару сантиметрах от бутылки дорогого вина, гордо задрав нос. — Ты не посмеешь… — почти прошипел Накахара, начиная подходить ближе. Дазай же на это лишь уверенно махнул хвостом, как бы говоря «Спорим?» Рыжий прищурил глаза, стреляя все разрушающими молниями в питомца. Пушистик принял это за вызов, подходя ближе к бутылке, начиная тереться о неё. У Чуи словно сердце замерло в тот момент когда по комнате разлетелся звон стекла, стоило бутылке пошатнуться.  — Эй-эй, не трогай её! — взмолился Чуя, стараясь подойти ближе, но стоило ему сделать пару шагов, как кот ринулся вперёд, заставляя бутылку наклониться и пулей полететь со стола. — Нет! — Накахара молниеносно поспешил вперёд, выставляя руку вперёд, чтобы подхватить бутылку, но она проскользнула в паре миллиметров от пальцев рыжего, разбиваясь вдребезги. Брызги разлетелись, дождём окропляя ковёр красными каплями. Тут же образовалась огромная лужа. И пока Чуя на коленях оплакивал своё сокровище, Дазай шмыгнул в спальню, прячась под кровать.

***

Накахара лежал у себя на кровати, попивая вино. Он всё же где-то достал ещё бутылочку, решая запить горе от потери. За окном уже давно светила яркая луна, освещающая тихие улицы Йокогамы. Мафиози лежал на кровати, закинув левую ногу на согнутую коленку правой ноги, покачивая ей вверх-вниз, бездумно пялясь в белый потолок. Вокруг царила тишина, а наглый кот и не думал высовываться из своего укрытия. Чуя провёл полчаса в поисках этого комка шерсти, обыскивая весь дом, но найти его он так и не смог.  — Да ладно тебе! — пьяно прокричал рыжий, надеясь, что ему ответят. — Вылезай уже!.. — сонно пробормотал мужчина, закрывая глаза. — Я не злюсь… — но даже на такую уловку кот не повёлся, решая ещё глубже спрятаться в глубинах шкафа, кутаясь в одежде мафиози. Тяжело вздохнув, Чуя пьяно, чуть ли не хныча, протянул. — Ну, Дазаа-а-й… — услышав своё имя, кот заёрзал на месте, всё ещё не решаясь выйти. Посидев еще пару минут в шкафу, Дазай всё же решил выйти к непутёвому хозяину. Аккуратно выбравшись из порванной рубашки мафиози, кот опасливо выглянул за дверцу, принюхиваясь. Запах алкоголя с новой силой ударил в чувствительный носик, заставляя поморщиться. С этим запахом он явно не дружил. Издав негромкое «мяу», он привлек на себя внимание хозяина. Рыжий тут же принял сидячее положение, поворачиваясь и смотря на питомца. От увиденного, Чуя не смог не умилиться этой картине. Дазай сидел на полу перед ним, немного виновато смотря на мужчину. И всё бы ничего, но та самая рубашка, буквально изодранная в клочья, затянулась в тугой узел вокруг лапы, не желая отцепляться. Кот выжидающе смотрел на Чую.  — Ладно, иди сюда, пушистый монстр, — улыбнулся Накахара, хлопая рукой по кровати. Дазай слегка ожил и ринулся на кровать, забираясь на грудь мужчины, начиная мять её и точить когти о рубашку мафиози, устраиваясь поудобней, начиная громко мурлыкать, утыкаясь аккуратным носиком в подбородок Чуи, прикрывая глаза. — Вот скажи, Дазай, почему ты всегда ведёшь себя как падла? — выдохнул Накахара, обнимая кота и боясь лишний раз вздохнуть, чтобы не спугнуть. Устроившись так, чтобы удобно было обоим, Чуя закрыл глаза, намереваясь уснуть, слушая громкое мурлыканье под ухом. Их совместная жизнь всегда была насыщена чем-то интересным. Всего за одну неделю Чуя сменил более шести портупей, не понимая как кот умудряется их так быстро портить. Ох, куда он их только не прятал. Один раз он засунул портупею на шкаф, стараясь спрятать от глаз кота, но результат был всегда один - утром он находил её погрыженной, разорванной и полностью покрытой слюнями. Та же история повторялась и с чокером мужчины. Кот явно недолюбливал ошейники, всеми силами стараясь избавиться от них, пряча и всячески портя. Сюрпризы в виде мокрых тапочек и подарков в ботинках были уже обыденностью. Накахара правда задумывался о том, чтобы выкинуть кота на улицу, начиная жить как и раньше, но животное стало уже неотъемлемой частичкой этого дома, коротая одиночество Чуи своим присутствием.

***

Сегодняшний день Дазая был явно не из самых лучших. Его нагрузили кучей работы, так ещё и суицид совершить не дали, а ведь там была такая милая девушка и ведь уже почти согласилась. Она всего-то дала три пощёчины и плюнула в лицо. Ещё бы чуть-чуть и всё бы вышло! Но вот противный Куникида решил, что поход за продуктами куда важнее и, вручив в руки Осаму длиннющий список, пинком по зад, отправил его в магазин. И вот теперь он вынужден ходить по многочисленным рядам супермаркета, пытаясь разобрать не совсем идеальный почерк Доппо. Да, «Куникида» и «неидеален» в одном предложении… Это вообще возможно? Но сейчас это было не особо важно, ведь судя по списку ему нужно было скупить ещё пол магазина. Плюнув на всё, Осаму просто стал сгребать с полок то, что хоть немного походило на названия в списке. Набрав огромную корзину, он с довольной лыбой и чувством выполненного долга, направился к кассе. Уже выкладывая покупки на продуктовую ленту, он с удивление заметил, что на кассе рядом с ним стоял никто иной, как сам Акутагава. Вот это новости. Парень старательно делал вид, что не заметил мужчину и ждал своей очереди, отводя взгляд. Дазай хмыкнул и продолжил вываливать продукты из корзины, как его взгляд устремился на покупки Рюноске.  — Акутагава-кун, ты завёл кота? — шокировано выдал Осаму, пялясь на три пачки кошачьего корма в руках брюнета. Парень слегка смутился, но сразу постарался сделать удивлённый вид, будто заметил бывшего учителя только сейчас.  — Дазай-сан? Нет! Накахара-сан поручил мне купить корм для Дазая… — Рюноске завис, обдумывая, что он только что сказал, а потом тут же спохватился, начиная объяснять ситуацию. — То есть для его кота! — выкрикнул он, понимая, что теперь Чуя его скорей всего убьёт. Осаму застыл на пару секунд, после расплываясь в коварной ухмылке.  — Чуя назвал кота моим именем?.. — прошипел он, давая понять одним своим выражением лица, что задумал что-то недоброе.  — Нет… — постарался исправиться Акутагава. — То есть…  — Благодарю за информацию, Акутагава! Удачного дня! — на радостях выкрикнул Дазай, уже успевший расплатиться за покупки, хватая сумки и выбегая из магазина. Рюноске от удивления выронил пачку корма из рук, шокировано смотря в след бывшему сенпаю, открыв рот. Это уже было интересно. Дазай со всех ног понёсся в агенство, вываливая покупки на руки разъярённого Куникиды, который что-то яростно кричал вслед вновь сваливающему мужчине. Загадочно ухмыляясь, Осаму направился в ближайший магазин косплея и аниме атрибутики.

***

Вечером того же дня, Чуя сидел у себя на кухне, осушая последнюю бутылку вина. Развалившись на столе, он что-то напевал себе под нос, изредка повышая голос, от чего его пение походило на бормотание пьяного бомжа на улице. У него был выходной и он хотел насладиться им в полной мере, в гордом одиночестве набухиваясь до полу живого состояния. Кот куда-то пропал, не желая находиться в одном помещении с этим алкоголиком. Накахара прекрасно знал, что Дазай не переносил запаха спиртного и активно пользовался этой информацией, частенько припугивая кота бутылкой вина, припрятанной в серванте. Пьяно улыбаясь, Чуя раскинул руки на столешнице, утыкаясь носом в прохладное покрытие, намереваясь заснуть сегодня именно тут. Но когда его сознание уже почти потерялось в пучине алкоголя, в дверь неожиданно позвонили, заставляя Чую встрепенуться и тут же прийти в себя настолько, насколько это вообще было возможно. Чертыхнувшись, Накахара поднялся и тут же ухватился за бутылку вина, поднимая её на одном уровне с лампочкой, разочаровано отмечая, что всё содержимое уже уничтожено. Тяжело вздохнув, рыжий уже успел забыть о звонке в дверь, решая пойти к себе в спальню, но звук повторился и в этот раз с ещё большей настойчивостью. Чуть ли не рыча, мафиози направился открывать эту чёртову дверь.  — Привет, Чу-у-уя-я, — махая рукой, улыбнулся Дазай, стоя на пороге рыжего. Накахара застыл, не зная что ему делать. Сейчас, то, что этот хренов суицидник припёрся к нему в час ночи волновало его меньше всего. Самым странным в этой ситуации он находил ободок с кошачьими ушками, надетый на его голове. Смотря на эти ушки, Чуя слегка смутился, но на смену смущению тут же пришла злость.  — Что эта за хрень на тебе?! — взбесился Накахара, крича на бывшего напарника. — И вообще, что ты забыл в моей квартире ночью, скумбрия?! Дазай тут же постарался изобразить разочарование и даже обиду.  — Но, Чуя, ты же любишь котиков! Я думал тебе понравится! Порадовать хотел… — театрально расстроился мужчина, прикрывая глаза и отворачивая голову. Поведение Осаму всё больше злило Чую. Ему жутко хотелось сорвать эту хрень с головы суицидника, а после вытурить его за дверь пинком под зад, наслаждаясь прекрасным видом того, как Дазай скатывается по лестнице, ломая шею.  — Убирайся из моего дома! — уже выпихивая бывшего напарника, разворачивая его и толкая в спину, прорычал Накахара.  — Чу-у-уя-я… — нараспев протянул Дазай. — Признай, ты же скучал по мне, — ловко изворачиваясь, ухмыльнулся бывший мафиози.  — А не много ли ты на себя берёшь, скумбрия? — оскалился Чуя.  — Но, Чуя, ты же даже кота назвал моим именем! — делая шаг вперёд, чтобы Накахара споткнулся от неожиданности, подавшись вперёд вместе с ним. Чуя застыл, смотря на мужчину недоумевающим, буквально пышущим возмущением, взглядом.  — Нет у меня кота! — громко крикнул он, старясь сбить с головы Осаму ободок. Чуе оставалось только молиться, чтобы Дазай, тот который «Кусок пушистого говна!» не вылез из своего укрытия, всё ещё не желая нюхать запах вина. Но вот мольбы Накахары были посланы ко всем чертям, плюя на его мнение. Пока Чуя орал на Осаму, пытаясь бить его куда только можно, стараясь выбить зуб, дверца тумбочки, стоящей у противоположной стены, приоткрылась. Мафиози и детектив одновременно повернули головы, заинтересованно смотря на неё. Из тумбочки высунулась чёрная лапа, мягко приземляясь на пол, вытаскивая за собой и вторую. За лапами показалось и всё остальное тело. Кот вылез из тумбочки, начиная гордой походкой подходить ближе, грозно поглядывая на мужчин, сверкая карими глазами в темноте. Походкой альфа-самца он подошёл к Дазаю, садясь возле его ног и пронзительно смотря в его глаза, заинтересованно склоняя голову.  — Нет кота, говоришь? — выжидая минуту, хмыкнул Осаму.  — Блять… — прищуривая глаза, чертыхнулся рыжий. Повисла немая пауза, давящая на нервы Накахары и тешущая самолюбие бывшего мафиози. Осаму присел на корточки, желая погладить кота. Но не успел он протянуть руку, как ему в затылок прилетела пятка Чуи, впечатывая его морду в коврик для ног.  — Ты чего удумал? — злобно прошипел рыжий. — Убери свои перебинтованные дрочильники от бедного животного. Дазай что-то промычал в пол, пытаясь протиснуть руку под собой, роясь во внутреннем кармане пальто.  — Мм-м-м… — протянул Осаму, начиная ёрзать на полу. — Мм...м! — он подался назад.  — Ладно-ладно, чего там у тебя? — как бы давая шанс, отозвался Чуя, убирая ногу. Осаму резко принял сидячее положение, являя взгляду Накахары бутылочку крепкого вина, коварно ухмыляясь. О да, он прекрасно знал о пристрастиях бывшего напарника, отлично помня какую марку, год выдержки и даже цвет предпочитает рыжий мафиози. Глаза Чуи заблестели, а губы расплылись в кривой улыбке. Он наклонился, уже протягивая ручонки к сокровищу, желая побыстрее насладиться вкусом, предвкушая отличное продолжение вечера, пусть даже и в компании этого суицидника.  — А-та-та, — Дазай, отдёрнув бутылку, насмешливо помотал перед носом Накахары пальчиком, ухмыляясь. Чуя зарычал, прожигая детектива взглядом.  — Чёрт с тобой — оставайся раз уж припёрся, — выдохнул рыжий, закрывая дверь. Пройдя на кухню, он достал ещё один бокал, садясь на стул, ожидая Осаму. Дазай же, поднялся с пола, поправляя ушки на голове и хватая сидящего рядом кота, направился за Накахарой, буквально вваливаясь в помещение, плюхаясь на стул рядом с рыжим.  — Ну, что? Наливай!.. — радостно огласил бывший мафиози, подхватывая бокал и ловко уклоняясь от руки Чуи, что вновь попытался сбить с него ушки.

***

Уже довольно пьяный детектив виснул на шее мафиози, что-то невнятно бормоча, изредка повышая голос в самых, как ему казалось, трогательных моментах, вскидывая руку с бокалом, расплёскивая вино. Накахара, старательно делая вид, что слушает, пялился в бокал с прозрачно-жёлтой жидкостью, имеющей зеленоватый оттенок. Вся кухня была пропитана глубоким запахом свежеразрезанного лайма и неких пряностей, переплетаясь с крепким запахом алкоголя, пробираясь в голову и сжигая слизистую носа при резком и глубоком вдохе. Кот, кажется, решил переступить через свои принципы, плюя на мерзкий запах он уютно устроился на коленях бывшего мафиози, расслабленно мурлыкая, вытягивая лапы и прогибая спинку, сладко облизываясь, нежась в ласках шершавых пальцев. Осаму навис над Чуей, горячо дыша тому в шею. За всё это время они успели поговорить чуть ли не обо всём на свете, жалуясь на жизнь и вредных начальников, напарников и подчинённых. Накахара весьма эмоционально рассказывал о проклятом коте, что ему послал, явно сам сатана, желая, чтобы бедный Чуя покаялся за все грехи. Красочно описывая во всех деталях где и сколько царапин оставил этот комок меха на дорогой одежде и мебели, Накахара и не заметил как махнул рукой, разбивая бокал, отправляя его в полёт со стола на грязный пол. Осаму даже поинтересовался о том как там поживает Акутагава и не перерасёмонил ли он там всех и вся в мафии. Рыжий же отстранёно буркнул что-то про его странную привязанность и яндерность в примесь со сталкерскими наклонностями по отношению к тигру и о том, что как-то раз застал его в туалете, в то время, когда парень выщипывал брови. Жуткое зрелище… Дазай ещё долго жаловался о том, что никто не хочет понять его и согласиться на двойной суицид, слезливо вереща.  — А потом… потом, он меня выгнал! Сказал, чтобы я… больше не появлялся в общж…обжиш… общежитии, во! — пьяно протянул он, хныча на ухо рыжему мафиози, чуть ли не сморкаясь в его ночную рубашку.  — Ммм… Вот как… — сонно моргнул Чуя, но уже через пару секунд непонимающе уставился на бывшего напарника. — Стой, ты три минуты назад рассказывал о милой девушке, которую ты встретил на мосту в слезах, так удачно брошенную парнем! — возмутился Чуя, осознавая, что похоже потерял связующую нить в этом рассказе.  — Так ты меня всё же слушал! — расплываясь в пьяной улыбке, протянул Осаму, донельзя довольный, что его пьяный бред хоть кто-то слушает, не посылая его куда подальше. Накахара кивнул, как бы подтверждая его слова. — Эй, Чуя, а раз уж на то пошло, можно я поживу у тебя? — беззаботно улыбнулся Осаму, будто интересуясь сколько времени. Чуя машинально кивнул, поднося бокал к губам, но тут же прыснул вином, чуть не подавившись. Опешив от такой наглости, он закашлялся, наблюдая, как Дазай всё так же мило улыбаясь, похлопывает его по спине, невинно хлопая глазками.  — Ты охренел?.. — откашлявшись, прошипел Чуя, смотря на него исподлобья.  — Но, Чуя! Куникида выгнал меня из общежития ВДА, а больше пойти мне некуда! — капризно протянул он, утыкаясь лбом в грудь бывшего напарника. — К тому же, кажется я понравился Дазаю! — эта фраза звучала очень нелепо из его уст, но словно в доказательство своих слов, он приподнял кота за передние лапы, тыча его в лицо бедному Накахаре.  — Ладно, убери этого монстра от меня! — пробубнил рыжий, вертя головой и отплевываясь от меха, стараясь убрать лапу кота, которая по ведению рук Осаму, забралась мужчине в рот. Спустя долгие уговоры, пьяные слезливые мольбы и сломанные рёбра детектива — Чуя всё же сдался. Накахара изо всех сил пытался отпихнуть от себя Дазая, что сидел перед ним на коленях, утыкаясь головой в живот, крепко держа за талию и громко распевая заплетающемся языком: «Двойное самоубийство на то и двойное, чтобы вместе за руку держась, мы с крыши лете-е-е-е-ели-и, ведь в этом мире мы всем уже надое-е-ели-и-и…»  — Ладно! Можешь остаться, — раздражённо прорычал рыжий, упираясь руками в голову мужчины, стараясь отстранить его. Стоило Чуе сказать это, как Осаму тут же поднял голову, радостно смотря на него, будто верный щенок. — Но спать будешь на коврике под дверью, наглая скумбрия! — тут же поспешил обломать его Накахара, самодовольно ухмыляясь и наконец отпихивая детектива от себя. Найдя футон, Чуя постелил его на полу. Он сдержал своё обещание, постелив Осаму в коридоре рядом с дверью. Дазай же, усевшись на футон, всем своим видом показывал, что это ему жутко не нравится, строя из себя обиженного. Осознав, что его обида никому не интересна, он обхватив свои колени, положил на них подбородок, всматриваясь в темноту коридора. Всюду царила тишина, разрываемая лишь движением стрелки на часах, оповещая, что время то уже пол пятого утра. Тяжело вздохнув, Дазай перевёл взгляд на подходящего к нему кота. Тот уверенно прошествовал к нему, подходя и начиная тереться о ноги мужчины, издавая мелодичные звуки. Пьяно улыбнувшись, Осаму притянул к себе животное, начиная его поглаживать. Пушистый Дазай прижался к своему прототипу, не доверительно косясь на него. Как только кот полностью расслабился, позволяя почесать себе пузико, раскидывая лапы, Осаму хмыкнул, безэмоционально пялясь на чёрную шерсть. Вздохнув, он откинул голову, несильно ударяясь затылком о стену.  — Чу-у-у-у-уя-я-я!.. — громко провыл Дазай. Где-то со стороны спальни раздался грохот и мат, а затем топот ног.  — Если это не что-то смертельно важное — я выкину тебя в окно! — прорычал Накахара, которого похоже только что разбудили.  — Это очень важно! — возмущённо выдал Дазай.  — Удиви… — хмыкнул Чуя.  — Ты мне одеялко не дал! Я мёрзну! — обхватывая себя за плечи, выдал Осаму. Рыжий застыл на пару секунд, не сразу понимая, что его глаз предательски дёргается…  — Ты же не отстанешь?.. — обречённо выдохнул мужчина, потирая переносицу.  — Не-а… — протянул детектив, улыбаясь так, что складывалось впечатление, будто его лицо сейчас просто расплывётся в лужицу. Проклиная всё на свете, а в особенности бывшего напарника, бурча что-то под нос, Накахара поплёлся искать одеяло для этой наглой рожи. Спустя пару секунд до ушей Дазая донеслись звуки какой-то возни, а затем громкие маты. Чуя вернулся буквально через три минуты, протягивая скомканный плед. Осаму улыбнулся и, пошатывась, подполз к мафиози на коленях, беря одной рукой другой конец пледа.  — Всё что нашёл, — сонно моргнул Чуя, уже собираясь уйти к себе. Вдруг Дазай резко ухватился за плед, дёрнув на себя, тем самым заставляя рыжего податься вперёд, схватив его за руку, Осаму сильно сжал её, притягивая парня к себе, резко впиваясь в губы. Чуя застыл на месте, не сразу понимая что только что произошло. Мозг, затуманенный алкоголем, просто отказывался принимать суть происходящего. А пока Накахара шокировано распахнул глаза, боясь пошевелиться, Дазай притянул его за голову, стараясь добиться хоть какой-то реакции, начиная покусывать дрожащие губы. Мафиози почти моментально пришёл в себя, стараясь оттолкнуть бывшего напарника, изо всех сил упираясь руками в грудь, но детектив лишь хмыкнул, притягивая Чую так, что тот не смог удержаться на ногах, падая на колени мужчины. Осаму же ухмыльнулся, стараясь углубить поцелуй, всё ещё не отпуская вырывающегося Накахару, проталкиваясь языком сквозь плотно сжатые губы. Рыжий мычал сквозь поцелуй, стараясь, что-то сказать, но ему этого не давали. Кот резко отпрыгнул от мужчин, отходя на метр и садясь рядом, принимая позу охотящегося за добычей хищника, неодобрительно шипя. Дазай, так и не получив ответа, отпустил Чую. Тот резко отстранился от него, влепляя суициднику звонкую пощёчину, начиная тяжело дышать. Как только звук пощёчины разлетелся по комнате — пушистый Дазай довольно махнул хвостом, продолжая прожигать Осаму взглядом.  — Что это было, скумбрия?! — возмущённо выкрикнул мафиози, продолжая вырываться и уже собираясь пойти на кухню за сковородкой и ножом.  — Я скучал… — тихо прошептал Осаму, не желая отпускать Нахарару, утыкаясь лбом в его грудь. Чуя застыл на минуту, переваривая сказанные слова, удивлённо пялясь на затылок бывшего мафиози.  — Что?.. — уже было начал рыжий, но был перебит.  — Скучал по тем временам, когда мы могли бы вот так вот выпить и обсудить всё что угодно. Скучал по твоим воплям и невыносимому характеру. Скучал по тебе… — по словам его, было ясно одно: трезветь он и не собирался. У него всё ещё заплетался язык в некоторых моментах, да и Накахара был просто уверен, что на трезвую голову Дазай не сказал бы такого даже под угрозой отрезанных конечностей.  — Идиот… — снисходительно выдохнул Чуя, неуверенно поднося руку к голове детектива, впиваясь пальцами в волосы Осаму, сжимая их в дрогнувшей руке. Не успел Чуя расслабиться, как Дазай резко вскинул голову, вновь впиваясь в губы мафиози, вызывая у того новую волну возмущения, но уже куда меньше сопротивления. Распахнув глаза, Чуя встретился с зажмуренными глазами и нахмуренными бровями Осаму. Это зрелище показалось Чуе в какой-то степени даже милым. Тихо вздохнув, он переступил через себя и разомкнул губы, впуская язык бывшего напарника в рот, переплетая его со своим, блаженно прикрывая глаза. Через пару минут Накахара всё же выбрался из рук детектива, всё же уходя к себе в комнату, строго настрого запрещая входить в неё бывшему мафиози, угрожая, что если тот захочет продолжения, то Чуя его лично с балкона выпроводит. Рыжий плюхнулся на кровать, сворачиваясь калачиком и утыкаясь лицом в подушку, незамедлительно краснея. Как же его всё это бесит… Тяжело вздохнув, Чуя откинул подушку, распластавшись на кровати, начиная пялиться в потолок. Закрыв глаза, он постарался отогнать ненужные мысли и уснуть…

***

За окном уже давно светило солнце, опаляя своими лучами землю. Форточка в спальне Чуи была настежь распахнута, пропуская лёгкий ветерок в помещение, заставляя Накахару поёжиться и плотнее прижаться к телу сзади, согреваясь в тёплых объятиях… «Минуточку… Я засыпал один!» — ясная, как пламя мысль обожгла сознание, заставляя Чую распахнуть глаза и удивлённо заметить сомкнутые у себя на талии руки. Сзади чувствовалось тепло чужого тела, что отчаянно жалось к Накахаре, закинув на него ногу. Аккуратно повернувшись, Чуя обнаружил мирно посапывающего Дазая, чему-то улыбающемуся сквозь сон. Рыжий уже было хотел возмутиться и въехать ему куда-нибудь локтем, но тут его взгляд наткнулся на кошачью версию Дазая, что мирно посапывала меж ними, одинаково прижимаясь как и к спине мафиози, так и груди суицидника, мелодично мурлыкая. Сейчас Дазай был так похож на этого кота. Такой же бездомный и подобранный добрым Чуей. Его хотелось ударить за то что он пробрался ночью в спальню Чуи, но рыжий лишь вымучено улыбнулся, поворачиваясь всем телом в объятиях бывшего напарника, стараясь не разбудить ни одного из Дазаев, чтобы не нарушить этой идиллии. Всматриваясь в расслабленные черты лица детектива, Накахара слегка приобнял его, опять проваливаясь в сон.

***

 — Чу-у-уя-я, куда ты делся?.. — сонно протянул Осаму, поднимаясь с постели и выходя из спальни, отправляясь на поиски хозяина квартиры. Лениво перебирая ногами, он поплёлся на кухню, заставая там Чую, стоящего возле плиты. — Мммм… Я как раз хотел сказать, что голоден, — ухмыльнулся Дазай.  — Ага, щас прям. Вон, иди у кота еду вымаливай, — он резко развернулся, указывая лопаткой на мирно поглощающего свою пищу из миски кота, который понял, что говорят про него и устремил свой взор на мужчин, прожигая их взглядом. — Глядишь и поделится с тёзкой, — хмыкнул Накахара, отворачиваясь обратно к плите. Дазай посмотрел на кота, а потом присел на пол рядом с ним, отбирая у бедного животного миску с лакомством.  — Ну, у кота, так у кота, — пожал плечами мужчина, беря в руку пару кусочков корма, начиная их разглядывать. Дазай зашипел на свой прототип, намекая на то что может и рожу разодрать за подобные выходки.  — Эй, не объедай животное! Этот корм дороже твоей бинтованной туши стоит! — возмущенно крикнул Чуя, подходя к Осаму и отнимая миску из его рук, давая ему подзатыльник лопаткой.  — Но я голоден! — почти капризно протянул детектив.  — Тц… чёрт с тобой, ладно — садись за стол, — хмыкнул Накахара, возвращаясь к готовке. Как только он подошёл к плите, приступая переворачивать гренки, бывший мафиози резко сократил между ними расстояние, приобнимая его со спины. — Ты чё творишь, недосуицидник хренов?.. — ядовито прошипел Чуя уже начиная дубасить Дазая по голове. Спустя какое-то время, кучу спаленных гренок и множество матов, что до сего момента Осаму даже и не слышал, они оба сидели за столом завтракая.  — Ну и какого хрена это было? — поинтересовался Накахара, пронзительно смотря на бывшего напарника.  — О, тот плед был недостаточно тёплый и я подумал, что возле двери меня может протянуть, — отрываясь от трапезы, пояснил Осаму.  — Я… — Чуя уже было хотел сказать, что имел в виду тот поцелуй, но решил промолчать. — Ясно, — опустил взгляд в тарелку мафиози. Подперев подбородок рукой, Дазай отодвинул тарелку и стал всматриваться в лицо рыжего.  — Чего тебе? — замечая на себе взгляд карих глаз, хмуро отозвался мафиози. Осаму, ничего не ответив перегнулся через стол, осторожно касаясь губ Чуи. Всего одно лёгкое касание, ничего более. Почти по детски и очень невинно. Тут же отстранившись, Дазай улыбнулся и бросив быстрое «Спасибо за завтрак» поспешил удалиться из комнаты, пока Чуя не опомнился. Рыжий дотронулся до своих губ рукой, тут же приходя в себя.  — Стой! Скумбрия, я убью тебя! — выкрикнул Накахара, желая догнать смеющегося суицидника, что уже успел где-то скрыться. И пока мужчины дурачились, швыряя в друг друга табуретками, Дазай под номером два сидел в шкафу, наблюдая за всем этим сквозь щель шкафа, тихо радуясь, что его подарок в ботинках Осаму был пока не замечен. Теперь у него есть лоток получше…