Лед и Пламень: на меньшее я не согласен

Женщина в очередной раз взглянула на часы, но стрелки упорно не желали двигаться быстрее, чтобы приблизить конец рабочего дня. Хорошо еще, что сегодня пятница и можно уйти пораньше. А там уж… Надежда взглянула на работающий в беззвучном режиме телевизор и, увидев, что начались новости, потянулась к пульту и прибавила звук. Тра-та-та открыли новую станцию – не то, сняли очередного губернатора – снова не то. О, вот: «Владимир Путин посетит Международный Санкт – Петербургский экономический форум. Глава государства намерен несколько дней общаться с предпринимателями и лично осмотреть площадки стран». Почему ее интересовали эти новости? Потому что глава федерации хоккея тоже сегодня вылетала в северную столицу вечерним рейсом, но, разумеется, не ради встречи с президентом, а ради встречи со своим мужем, который находился в Питере уже около недели. Приехать к нему на выходные Вадим предложил сам, и Надя с радостью согласилась. Решила даже не откладывать вылет на субботу. Да, неделя была не из легких, чтобы после рабочего дня совершать перелет, но поскорее оказаться в родных объятиях хотелось сильнее. Тем более бизнес-класс, личный водитель отвезет практически до трапа… Так – так – так, Надежда Ивановна, ну и что мы тут задумались? Надо уже ехать домой, а там и в аэропорт скоро. С легким сердцем подхватив с кресла сумку, женщина закрыла кабинет и поспешила было на парковку, но случайно взглянула в окно приемной, которое смотрело на парадный вход в здание. На крыльце маячил мужчина, нетерпеливо прохаживаясь по ступеньке и посматривая на часы. «Да Боже мой, опять ты?!», вздохнула Казанцева и направилась к другому выходу. * Вот и Петербург. Город возник под крылом совершенно внезапно, в последний момент вынырнув из пелены тумана. В холле женщина увидела знакомую фигуру. Юрий ждал у ленты выдачи багажа. Увидев, что у Надежды только ручная кладь, он стремительно направился ей навстречу. - Добрый вечер, Надежда Ивановна, поздоровался мужчина, забирая сумку, - Как долетели? - Отлично. А где Вадим Юрьевич? - Шеф дико извиняется, но он вынужден был задержаться на форуме. Программа там, честно говоря, сумасшедшая. - Вы хоть кушаете? - по – матерински заботливо спросила Надя. - Да, конечно. Война войной, а обед по расписанию, - усмехнулся водитель, открывая дверь авто. - Ну и какая программа на сегодня? – поинтересовалась Орлова. - Сейчас я отвезу Вас в отель. Пока Вы будете отдыхать, съезжу за Вадимом Юрьевичем. - А он точно закончит к этому времени? - Когда шеф узнает, что Вы уже здесь, его ничто не сможет задержать, - заметил Юрий. Надежда улыбнулась и украдкой коснулась обручального кольца. Номер отеля оказался по – королевски богатым: высоченные потолки с лепниной, золоченая резная мебель, большая кровать с палантином на четырех столбиках. И все выдержано в темных благородных тонах. Осмотревшись, женщина сходила в душ и, предполагая, что он опять приготовил какой – то сюрприз, надела черной платье, которое подойдет под любой формат мероприятия. В ожидании мужа Надя присела на небольшую кушетку и включила телевизор. По новостям крутили тот же сюжет. Внезапно женщине показалось, что на заднем плане мелькнули знакомые серебристые волосы, как вдруг на плечи опустились теплые ладони, а горячий шепот обжег шею: - Прекрасна. Как и всегда. Надежда вздрогнула, а мужчина уже сидел рядом, обнимая ее за талию. Она повернулась к мужу, тот мягко провел ладонью по щеке и нежно коснулся ее губ. - Ну здравствуй, солнце мое, - пробормотал он между поцелуями, - Я, кажется, опоздал сегодня… - Но я дождалась, - тихо ответила она. - Больше не повторится. Прости, - обезоруживающе улыбнулся Вадим. - И все – таки тебе идут галстуки, - улыбнулась в ответ Надя, переводя тему. - Только те, которые покупаешь ты, - он взял ее кисть в свою и поцеловал, - Я соскучился, - прошептал мужчина, - мягко касаясь губами каждой костяшки. - Я тоже, - она коснулась щекой серебристых волос, - Какие планы на вечер? - Конец недели, все устали, так что предлагаю просто поужинать. Только ты и я. Никаких сюрпризов, что тоже своего рода неожиданность. Спокойный вечер – как раз то, что сейчас нужно. - Принимается. Надежда и Вадим сидели за столиком в отдельном кабинете какого – то частного ресторана, вход в который был доступен ограниченному числу лиц. Сидели и не могли оторвать глаз друг от друга. Вдруг у женщины завибрировал телефон. Она вздрогнула и, посмотрев на экран, сбросила. - Прости. - Ничего. Но вскоре вибрация началась снова. - Все в порядке, можешь ответить, - мягко улыбнулся мужчина. Надя помедлила. - Нет, это не важно, - она выключила звук и убрала телефон в сумочку, - По крайней мере точно не важнее нас, - тихо проговорила женщина, нежно целуя мужа. - Вадик, - позвала Надежда через некоторое время. - Да? – спросил мужчина, отпивая коньяк из бокала. - Почему мы не могли поужинать на Невском или еще где – нибудь? Тут же все, наверное, очень дорого… - Надюш, - Казанцев усмехнулся, - Ты опять забыла, кто твой муж? – он взял ее правую руку в свою и поцеловал кольцо на безымянном пальце. - Я всегда это помню, но ты же знаешь, что люблю тебя не из – за этого. - А из – за чего? Но ответа на свой вопрос ему не суждено было узнать, потому что их тихий разговор бесцеремонно прервал мужчина, без стука вошедший в кабинет. - В чем дело? – раздраженно спросил Вадим, обнимая жену за плечи. - Вас приглашают продолжить ужин в соседнем зале. - Кто приглашает? – нахмурился Казанцев. - Господин президент. Надежда тихо охнула, а Вадим только теперь заметил наушник у охранника. Он тихонько сжал женское плечо. - Передайте Владимиру Владимировичу мое бесконечное уважение, но сегодняшний вечер я намерен провести наедине с супругой, - спокойно ответил Казанцев. Мужчина потрогал наушник и вышел. Вадим усмехнулся. У него же не овощебаза! - Вадик…! - Не переживай, дорогая. Все хорошо. Просто я их глушу, - прошептал он ей на ухо, лаская дыханием нежную кожу. Через некоторое время дверь снова открылась: - Господин президент желает приятного вечера и просит у супруги пять минут Вашего внимания. Вадим посмотрел на жену. Та только кивнула. - Пять минут, - пообещал мужчина, - Не скучай. Пока Казанцева инструктировали и проверяли на наличие жучков и прочих средств шпионажа, прошло 2 минуты. И вот он, уняв внутреннюю дрожь и морально приготовившись к депортации, вошел в зал. - Добрый вечер, Вадим Юрьевич. - Здравствуйте, господин президент, - чуть склонил голову Вадим. - Оставим условности, Вы же знаете, как меня зовут. Присаживайтесь, пожалуйста. - Это предполагает долгий разговор, а меня ждет супруга, - на свой страх и риск возразил он. - Хорошо. Вы человек дела. Мне нравятся такие люди. Ваша площадка на форуме самая большая среди отечественных и достойно конкурирует с зарубежными фирмами, но лучшие игрушки Вы все – таки оставили лично для себя. - Простите, не совсем понимаю, о чем Вы, - изумленно выгнул брови бизнесмен, искренне надеясь, что это не из – за его шалостей с сигналом. - Видите, там стоит камера, - Вадим проследил в указанном направлении, - Такие стоят тут в каждом помещении. Я, когда бываю в Петербурге, часто ужинаю здесь, поэтому все оборудовано по последнему слову техники. Статус обязывает. Когда мне сказали, что Вы здесь с супругой, я захотел взглянуть. Простой человеческий интерес - поймите меня правильно… - Конечно. - Захотел взглянуть, но не смог. Ваша глушилка поставила в тупик наших спецов. «А, нет. Все – таки из – за них…» - Извините, Владимир Владимирович, но я всего лишь делаю свою работу – обеспечиваю безопасность, - Казанцев позволил себе улыбнуться, - А моя супруга – самый ценный клиент. Поэтому лучшие мои, как Вы выразились, игрушки, я оставил не для себя. - Думаю, если о нашей безопасности Вы будете заботиться так же, как о безопасности своей жены, жить на площади станет еще спокойнее. Это, кстати, официальное предложение… Однако обещанные 5 минут истекают. Нехорошо заставлять даму ждать. С Вами свяжутся. Еще раз приятного вечера. - Спасибо, Вам тоже. Через минуту Вадим вернулся в Надежде. Женщина, все это время не находившая себе места, вскочила и с тревогой посмотрела на мужа. Он молча допил коньяк из бокала и взглянул на жену. - Ну что? – первой не выдержала она. - Я не совсем понял, - он озадаченно потер лоб, - Но, кажется, мне предложили контракт с Кремлем. Надя тихо охнула и села обратно на диван. Вадим опустился рядом. Он вновь был весел и беззаботен: - Но в любом случае, сегодняшний вечер только наш, так что выбрось это из головы и удостой своим вниманием это восхитительное каре ягненка. - Вадик, ты отказал в ужине самому…, - Надежда не могла так легко отойти от темы. - Я уже пообещал провести вечер с тобой. Ему просто не повезло, - пожал плечами мужчина, наливая жене вино. - Казанцев, тебя за такие слова могут выслать из страны, - шутливо пригрозила женщина. - А если вышлют, ты поедешь со мной? – серьезно спросил Вадим, взглянув на супругу. - Конечно, поеду, - ответила она, перебирая серебристые волосы, - Сейчас вот доужинаю и куда угодно поеду. Мужчина тихо рассмеялся и поцеловал жену, параллельно отключив глушилки. «Пусть смотрит, если ему так хочется». Вернувшись после ужина в номер, Вадим быстро сходил в душ и теперь, обернув бедра белым полотенцем, сидел на кровати и ждал Надю, щелкая каналы. На одном начался какой – то фильм, и он, отложив пульт, откинулся на подушки. Через пару минут женщина, тоже завернувшись в полотенце, вышла из ванной и устроилась рядом с мужем, положив голову на широкое плечо и облокотившись одной рукой на его бедро. Несколько минут они молча смотрели кино. Вадим поглаживал жену по плечу, а она медленно кружила пальчиками по его колену. Через некоторое время Надя почувствовала что – то пульсирующие около своего предплечья. Она скосила глаза и, поняв в чем дело, тихонько усмехнулась, переведя взгляд обратно на экран. Однако пальцы другой руки прошлись рядом с краем полотенца мужчины, а затем ловко освободили уголок ткани из запаха. Вадим шумно втянул воздух и напрягся, когда нежные пальчики коснулись его возбужденного органа. Он не успел сориентировать, как она уже выскользнула из объятий и, щекоча волосами живот, мягко коснулась его губами. Мужчина прижался затылком к холодной спинке кровати, чтобы не сойти с ума, сжал рукой подушку, и пропустил сдавленный стон. Этот ротик умел не только великолепно спорить, но и столь же великолепно делать кое – что еще. Однако в этот раз дело не было доведено до конца. Женщина вдруг резко отстранилась и отсела на другой край кровати, лукаво улыбнулась, закусив нижнюю губку и, чуть согнув ноги, соблазнительно развела коленочки. Дважды звать его не потребовалось. Мрачно ухмыльнувшись, Вадим переместился и, зажав ее колени подмышками, принялся доставлять ответное удовольствие, давая волю своему опытному языку, который вновь и вновь доводил до грани безумия. Когда она застонала, готовясь достигнуть пика, он вдруг резко подмял ее под себя, развязывая полотенце, и принялся ласкать грудь. Накрыл один сосок губами и начал терзать его, зажав второй между пальцами и чуть выкручивая. Она стенала и извивалась под ним, но не могла достигнуть разрядки. Пытка стала еще невыносимей и от того еще сладостней, когда мужчина приставил его к женскому лону, но не входил, а только имитировал толчки. - Вадик…, - сдалась, наконец, женщина, когда волна наслаждения вновь не накрыла ее, а только подошла ближе и сразу же опала. - Да, сладкая моя? - отозвался он, отрываясь от уже в край возбужденных сосков, которые теперь чувствовали малейшее шевеление воздуха. - Сделай уже это! – обиженно потребовала она. - Что сделать любимая? - Вадим недоуменно выгнул бровь. - Возьми меня! - Как? – ласково спросил мужчина, - Так? - и снова принялся терзать груди, покачивая бедрами, но не проникая глубже. - Нееет, - простонала она, выгибаясь дугой и сжимая простынь до побелевших костяшек. - А как? – он, кажется, никуда не торопился, - Скажи, родная, как ты хочешь? Ты же знаешь, что я все для тебя сделаю… - Господи, Казанцев, трахни меня уже! - зло выпалила Надя, - Так жестко, чтобы у меня не осталось сил побить тебя! Вадим вдруг возник над ее раскрасневшимся лицом. - Жестко, говоришь? – он все еще медлил, оставляя цепочку засосов на шее. - Да… - она уже не кричала, а хрипло шептала. - А слово ты помнишь? - Помню… - Скажи! – настаивал Вадим, прикусывая кожу на плече. - Я помню, давай уже! - Надя, скажи стоп – слово, - теперь мужчина требовал, потому что и сам был на исходе. - Останкино! – бросила она в потолок. На секунду все замерло. - Ну поехали, малышка моя, - прошептал он и резко вторгся в нее, беря сразу такой бешеный темп, что женщине пришлось упереться руками в спинку кровати, чтобы не стукаться головой. Промелькнула мысль, что надо бы вести себя по – тише, а то соседи могут от таких криков и милицию вызвать, но это не задержалось в голове, а смылось ощущением очередной зарождающейся волны. Она кричит. - Правильно, малышка, я хочу слышать твой голос. Перекатывается, одной рукой обхватывает талию, другой перекидывает ее ногу через свой торс, садится и сажает жену лицом к себе. - Руки на спинку, - рычит мужчина и, дождавшись, пока она в полусознательном состоянии вцепится в спинку кровати, врывается еще жестче, вынуждая вскрикнуть еще раз. Его дыхание становится хриплым и неровным. Глубоко внутри опять зарождается знакомая пульсация, которая опять не достигнет финала. Не позволит. От этого осознания из карих глаз брызнули слезы. Вот что он делает – владеет ее телом так, что она не может ни о чем думать, не может себя контролировать. Мужчина не останавливается, а наоборот, подключает к процессу язык, который начинает дразняще касаться сосков. Перед глазами все поплыло. Женщина видела только темный потолок, слышала только его рычание, зато чувства переливались через край. Вдруг поблизости кто – то заговорил срывающимся голосом. Прислушавшись, Надя поняла, что это она сама уже умаляет позволить кончить, но у него другие планы. Развернув женщину спиной к себе, мужчина ставит ее на колени и властно давит на спину, заставляя прогнуться. Она интуитивно хватается за бортик в изножье кровати. И он снова резко вторгается. - Вот так, малышка, почувствуй меня, - произносит мужчина хриплым напряженным голосом. Сжимает бедра, выходит и тут же вновь резко входит на полную длину. Выбивает всю боль, еще и еще, стирая ее с каждым сладостно – резким движением, вколачивается так, что искры летят из глаз. Слишком много. Слишком интенсивно. Слишком хорошо. Мозг взрывается от переполняющих его ощущений. Она больше не может терпеть, слезы ручьем льются по щекам. Под таким напором руки сгибаются все сильнее, и вскоре возбужденные и от того очень чувствительные соски касаются холодного полированного дерева бортика. Это стало последней каплей. Она почувствовала, что начинает терять сознание. - Останкино, - тихо всхлипнула женщина и тут же подумала, что он может не услышать. Но он услышал. Тут же ее уложили на спину и в считанные моменты помогли достичь божественного экстаза, который накрыл бурной волной, сотрясая обоих так, что голова шла кругом и пришлось вцепиться в простыни, чтобы не потерять горизонт. Она чувствовала, что снова и снова рассыпается в его руках на множество осколков… - Господи, солнышко мое, - запыхавшись, сбивчиво пробормотал Вадим, прижимая к себе жену и целуя спутанные влажные волосы, - Спасибо тебе. Она только кивнула и уткнулась ему в плечо. Мужчина забеспокоился: - Надюш? - заставил ее поднять личико, - Зачем?! – потрясенно спросил он, стирая мокрые дорожки, - Зачем ты опять так долго терпела, сладкая моя?! - Я не терпела. Просто мне было очень хорошо, - улыбнувшись, призналась она, вновь опуская голову мужу на плечо. Вадим обнял ее за плечи, зарывшись носом в волосы. Некоторое время лежали молча, приходя в себя и восстанавливая дыхание. - Вадим Юрьевич? – позвала женщина через некоторое время. - Ау? – отозвался он. - Сколько Вам нужно раз подряд, чтобы удовлетворить свое эго? – смеясь, спросила Надежда. Мужчина приподнял голову и тоже усмехнулся. - Нет – нет, приятель. На сегодня все. Наши девочки устали, - обратился он к физиологическому проявлению своего эго, до пояса натягивая одеяло. - Надюш, - в свою очередь позвал жену Вадим. - Да? - А почему Останкино? Женщина задумалась. - Тебе какую версию: романтичную, метафоричную или неприличную? – смеясь, спросила она через некоторое время. - Ох ты как! – удивился мужчина, - Ну давай по порядку. - Там ты меня первый раз поцеловал, - вздохнула Надя, обнимая мужа. - А ты мне влепила первого леща, - мечтательно протянул Вадим. - Больше не получишь, если будешь хорошо себя вести, - пообещала она. Мужчина тихо засмеялся в каштановые волосы. - Ощущение, что меня лишили чего – то интересного… Метафоричная какая? - Останкино – как средство связаться с тобой, когда ты очень занят и ни на что не реагируешь. - Очень занят тобой, - поправил Вадим. - Мной ты уже давно занят, - Надежда подняла его правую руку и покрутила кольцо на безымянном пальце. - Ну давай уже самую интересную! – попросил Казанцев. - Нуу просто… У тебя большой, когда стоит – высокий, и когда входишь, кажется острым, - покраснев, смущенно произнесла женщина. Теперь Вадим рассмеялся уже в голос. - Ну Надежда Ивановна! А Вы та еще развратница, - все еще посмеивался он, прижимая жену к себе. - Ну знаешь! – она возмущенно отвернулась, - Ты сам спросил! - Надь? … Надюш! – его губы, коснулись нежного плечика, но жена не повернулась. Вадим не желал мириться с таким положением вещей и, требовательно развернув ее к себе, жарко поцеловал. - Не дуйся, родная. - Казанцев, ты невыносим! – обиженно прошипела она. - Когда ты злишься, хочется взять тебя еще раз, - невозмутимо заметил он. - Пошляк! – женщина стукнула мужа по плечу. - Ладно, все, - Вадиму надоело пререкаться, поэтому он сгреб жену в охапку и притянул к себе на грудь, - Скажи, что не обижаешься на меня, и будем спать. - Не обижаюсь, - тихо пробубнила она. - Что? – переспросил он. Надя приподняла голову и посмотрела в голубые глаза. - Не обижаюсь. - Точно? – мужчина недоверчиво выгнул бровь, - А то ложиться спать обиженными - никуда не годиться. - Точно, - улыбнулась женщина и, мягко поцеловав мужа, снова легла на его плечо. - Люблю тебя, - прошептал он в макушку и закрыл глаза. Когда ранним утром мужчина резко проснулся из - за какого - то кошмара, который оставил после себя только ощущение безотчетного страха, то сразу же почувствовал, что погода сегодня не ахти. За окном было пасмурно, и на всех предметах в комнате лежал этот отпечаток влажной серости. Но в кровати было тепло и уютно, так что погода за окном пока не волновала. Вадим вдруг понял, что ночью они поменялись местами, и теперь он лежал на боку, уткнувшись носом в нежную ложбинку и обвив женскую талию руками. Она же закинула одну ножку на его торс, а руки скрестила около головы. Когда Вадим осознал свое положение, то еле сдержался, чтобы довольно не замурчать. Если есть рай на Земле, то мужчина определенно сейчас там. Это тело стало его фетишем. Его манией. Воплощением его желания. Хотелось и прижаться к нему, как к матери, и ласкать, как любовницу, и оберегать, как супругу. Казалось, прильнешь к ней, зацелуешь, проведешь ладонями по спине – и отмолишь все грехи. Склониться перед этой женщиной. Сдаться той, что и в своем бессилье была сильнее его. Совершенная, святая! Господи, да за что же такое счастье такому как он?! Вдруг стало страшно. Показалось, что нежные изгибы сейчас обернутся обманчивой утренней дымкой и с первыми лучами солнца растают прямо в руках. Причина его помешательства. Его паранойи. Начал осторожно, чтобы не спугнуть, покрывать кожу трепетными поцелуями, мягко касаясь губами всего, до чего мог дотянуться и не разбудить. Ложбинка, груди, живот - казалось, чем больше успеет зацеловать, тем медленнее она исчезнет. А может, и вовсе передумает оставлять его. Надя проснулась и почувствовала, что муж тоже уже не спит. Когда они успели так поменяться местами? Не суть. Хоть одеяло и было натянуто только до бедер, а в комнате было свежо, женщина не чувствовала холода – он согревал своим теплом. Она решила пока не двигаться и посмотреть, что будет делать мужчина. Вдруг Вадим начал с каким – то немым тягучим отчаянием покрывать ее кожу поцелуями. От этого по всему телу расходились волны жара. Когда же он двинулся ниже, притворяться не осталось сил. В какой – то момент мужчина перестал себя контролировать, и поцелуи начали перемежаться легким покусыванием, а одна рука переместилась со спины и начала поглаживать атласное бедро, на котором отпечатались следы вчерашней страсти. Вдруг в его волосы вплелись тонкие пальчики и потянули вверх, заставляя поднять голову. Вадим оторвался и посмотрел на жену. Надя слегка заволновалась, увидев его взгляд. Он был каким – то отчаянным, затравленным. В синих глазах мелькал безотчетный страх. Как будто мужчина заранее готовился к чему – то ужасному, неотвратимому, что вот – вот должно было наступить. Желая успокоить мужа, женщина погладила его по плечам, притянула к себе и нежно поцеловала. Он взглянул на нее своими непостижимо – глубокими глазами и прошептал: - Не исчезай…! Это было не просьбой. Это было мольбой. - Не исчезну, - тихо улыбнулась Надя. Склоняется над женщиной, трется носом о ее носик, закрывает глаза и с замечательной медлительностью входит. Она хватает его за руки и вжимается головой в подушку, наслаждаясь восхитительно – полным ощущением его власти. В этот раз она не сопротивляется, не пытается диктовать свои условия, а просто отдается ему телом и душой. Он тихонько прикусывает подбородок, выходит и снова любит ее – заботливо, сладко и нежно - так, как ей нравится. Не мучает, не играет. Делает ровно так, как она сейчас хочет, доставляя удовольствие им обоим. - Ты сводишь меня с ума, - шепчет он, медленно двигаясь, смакуя каждый миллиметр ее тела, - Заставляешь забыть обо всем. Ты лучшее мое лекарство. Лучшее, что было есть и будет в моей никчемной жизни. - Вадик, не говори так, - на карие глаза набегают слезы. «О, Господи, у него опять криз!». Она лихорадочно гладит его по бугоркам мышц на руках. На Вадима иногда находят приступы беспросветной хандры, когда он считал, что является лишь оболочкой человека. - Не надо малышка, - продолжает шептать мужчина, - Не плач из – за меня, - он сладко целует жену, нежно прикусывает нижнюю губу и слушает тихие стоны. Она снова запускает пальцы в серебристые волосы и вся отдается его ритму. Все выше и выше взбирается на плато, а затем резко и стремительно падает вниз, увлекая его за собой. - Ох, Надя! – выдыхает мужчина, произнося ее имя как молитву. - Вадик? – прошептала женщина, прижимаясь к его груди. - Да, любовь моя, - отозвался мужчина, обнимая жену. - Я тебя люблю, - пробормотала она, вновь погружаясь в сон. - Я тебя тоже, - прошептал он, целуя любимую в лоб, - Если бы ты только знала как сильно… * Когда Надежда вновь открывает глаза, комнату уже заливают солнечные лучи. - Привет, - нежно мурлычет Вадим. Он лежит рядом на одеяле, но уже одетый. - Привет, - бормочет женщина, смущаясь под его пристальным взглядом, - Давно ты меня так ммм… изучаешь? – она рада, что утренняя хандра быстро отпустила мужа. Питер не идет ему на пользу. Слишком размеренный. Тут у него остается время покопаться в себе. - Я могу часами смотреть на тебя спящую, - улыбается мужчина и нежно целует супругу, - Выспалась? – заботливо спрашивает он, аккуратно заправляя за ушко растрепавшийся локон. - Мммм – женщина зажмуривается и изнеженно потягивается в кровати. - Я так рад, что ты прилетела, - признается Вадим, влюбленно следя за ее действиями. - Я тоже, - улыбается она мужу, - Ты уже ходил в душ? - Нет, - он лукаво улыбнулся и ловко проскользнул рукой под одеяло, - Тебя жду. - Что Вы говорите, - вторит она его тону, - А который час? - Начало одиннадцатого. - Ого! Так много. - Не решился будить тебя раньше, - признался мужчина, - Пожалел. Они несколько мгновений смотрят друг на друга влюбленными глазами, затем Вадим решительно произносит: - Тебя ждет завтрак, душ и я. Все, вставай, мне уже скучно одному, - он стаскивает с жены одеяло и нежно шлепает, придавая небольшое ускорение. Пока Надя собиралась принять душ, Вадим вышел на балкон сделать несколько звонков в офис. Вдруг телефон женщины оповестил о сообщении. Она посмотрела на экран и поморщилась. Опять от него. Да что ж такое?! «Надежда Ивановна, надеюсь, Вы прекрасно проводите выходные, чего не могу сказать о себе. Ваш отказ взволновал меня. Думаю, нам есть что обсудить. Зайду к Вам в понедельник. Еще раз хороших выходных». «Да что же ему надо от меня?! Я же недвусмысленно сказала «Нет!» и нечего тут обсуждать!», Надя нахмурилась и погрузилась в свои мысли, так и замерев напротив зеркала. Теплые руки обвили талию: - Надюш, что случилось? – встревоженно спросил мужчина, видя в отражении задумчивое лицо жены. Она натянуто улыбнулась: - Ничего. Все замечательно, - «Не надо говорить Вадиму. К тому же это всего лишь мои подозрения». - Уверена? - Да, - женщина повернулась и нежно поцеловала мужчину. - Запрещенный прием, Надежда Ивановна, - весело прошептал он ей в губы, подталкивая в сторону ванной. - Не знаю, что тебя так расстроило, или ты просто не выспалась, - говорит он, развязывая пояс ее халата, - Но я хочу, чтобы ты сказала мне причину. Мое воображение подсовывает мне всякую ерунду, и мне это не нравится. «Сказать ему, что в последнее время один из чиновников проявляет ко мне повышенный интерес и настаивает на встрече вне рабочего времени, и испытать на себе очередной термоядерный взрыв? Ну уж нет, спасибо. Лучше я дождусь понедельника и сама расставлю все точки над i» - Все хорошо, правда. Просто подумала, что ты в последнее время много работаешь, - она погладила мужа по плечам, затем провела пальчиками по щетине. - Тебе не хватает моего внимания? – лукаво спросил мужчина, настраивая воду. - Мне всегда тебя не хватает, - тихо вздохнула Надя. Вадим притянул к себе жену и тихо вздохнул в волосы: - Мне тебя тоже. Кажется, я никогда не смогу насытиться тобой… Надя, что же ты делаешь со мной?! – после этих слов он нежно целует жену, запуская одну руку в каштановые волосы, а второй обвивает талию и еще сильнее прижимает ее к себе. После того, как Надежда, смеясь, вытолкала мужа из ванной со словами: «Вадик, теперь дай мне 10 минут привести себя в порядок», он в закрытую дверь справедливо заметил, что она всегда прекрасна, и, проведя рукой по еще влажным от душа волосам, пошел делать кофе. Вдруг на столике завибрировал ее телефон. Раз. Второй. Третий. «Да кто там такой настырный?!», нахмурился мужчина, беря смартфон в руку. «Так Вы уделите мне немного своего драгоценного времени? Для Вас я всегда свободен, так что напишите – во сколько мне подъехать, и я подстроюсь.» «Надежда Ивановна, еще минута Вашего молчания и я сочту его за знак согласия поужинать со мной» «Надежда, Вы так долго не отвечаете, у Вас все хорошо?» С каждым новым прочитанным сообщением Казанцев сверипел все больше и больше. Он отправил контакт себе, а затем позвонил своему спецу. - Номер видел? Я хочу знать про него все. Через минуту оперативку, через 2 часа все остальное, - яростно процедил он сквозь зубы и отключился. Спустя 40 секунд он уже знал все паспортные данные нового приятеля жены. Да и не такого уж нового, как оказалось позже. Наконец, в комнату вышла Надежда. Она замерла на пороге, увидев сперва горящие глаза мужа, а затем и свой телефон в его руке. Три мысли одна за другой пронеслись в голове женщины: 1 – «Вот блин»; 2 – «А какого, вообще, черта он залез в мой телефон?!»; 3 – «Спокойно, Надя. Это твой муж, пусть и вспыльчивый, но любящий. И ты его любишь. Так что вдохнули поглубже…» - Ты ничего не хочешь мне сказать? – ядовито спросил мужчина, впиваясь в нее своими ледяными глазами. - Хочу сказать, что довольно нагло с твоей стороны залезать в мой телефон, - спокойно проговорила женщина. Но он, кажется, не услышал этого замечания. - Надя, ты обещала ничего от меня не скрывать! – продолжал горячиться Вадим, - Почему ты ничего не сказала?! Одно мое слово и этот слизняк вылетит из министерства! - Вот поэтому и не сказала! – резковато ответила Надя, - Ты опять делаешь из мухи слона. Не кипятись. - Не кипятиться?! – он практически орал, - За моей женой ухлестывают пятидесятилетние мужики, а ты предлагаешь мне не кипятиться?! Может быть, тебе это льстит?! – прищурился Вадим. - Казанцев, следи за языком! – прошипела Надежда. - Мне кажется, это тебе надо следить за тем, что ты говоришь, раз твой отказ «взволновал» его! Каким это образом интересно?! – язвительно спросил мужчина. Она начала собираться. - Ты куда? – опешил он от такого поведения, - Мы не договорили! - Предпочитаю переждать твою бурю в другом месте, - спокойно ответила Надя. - Ты не уйдешь! - Поговорим, когда ты будешь в состоянии слушать, - сказала она и вышла из номера. Из – за закрытой двери послышался звук бьющегося стекла. Кажется, в чек пойдет еще и ваза. Надежда вздохнула. А выходные начинались так хорошо…