Цепь драконьих хребтов

И абсолютная защита когда-нибудь, да подведёт. Когда-нибудь погаснут звёзды, когда-нибудь растает лёд, когда-нибудь земля сырая рассохнется в песок пустынь, и смерти лапа костяная утянет всё в забвенья стынь. Когда-нибудь… Возможно раньше, чем каждый из рождённых ждёт, и тешится мечтами в фальши, и с верой в «никогда» живёт. И бесконечность тленна будет, пускай не на твоём веку, о том, что было незабвенным — забудут. Так я говорю. Сколько всего уже забыто, теперь не вспомнить, не принять; то было, но теперь разбито и пыль былого не собрать. И мысли превратятся в пепел, и кости смолятся в муку, и скалы ветром разнесутся, и ил прижмёт, что взял, ко дну. И горные хребты сломает, как голос юного глупца — так редко сказки начинают, но быль порой идёт с конца. «Всё умирает» — помни это. Пусть первый и зовёт полёт, сейчас он первый, но когда-то — ты сложишь крылья на излёт. Драконам многое подвластно, но многое не значит всё. И сколько отдано когда-то, потом судьба назад возьмёт. Пусть где-то будет воздух стылый, его согреешь в один вздох, но не тягайся с силой смерти в «Цепи драконовых хребтов». Туда живые не летают, туда живым прохода нет. Есть земли, где лишь умирают, где мясо тлеет и гниёт, где меркнет свет и тухнет воздух, где смрад туманный прячет звёзды. Последний взмах то рукава, той, что драконам жизнь дала. Здесь забирает очень просто. И будет в общем-то права. Кто хочет жить, не сунет нос за «Перевал драконьих слёз». Врата одни ведут туда. Один лишь раз и навсегда… Пристанище. Последний дом. Туда придёт любой дракон, когда достаточно устанет. И молодых порой он манит, продлить ту цепь своим хребтом. Звено цепи. Кость к кости. Камень.