Прости, если сможешь...

***

POV Чимин Я старательно избегал этого кадра, как оказалось, по имени Мин Юнги, уже достаточно большое количество времени, как мне показалось, и, в принципе, могу продержаться и ещё. Но есть несколько проблем. Есть такая фишка у омег. Когда ты встречаешь истинного, то, во-первых, тебя к нему неописуемо тянет, а во-вторых, все последующие течки без него проходит очень болезненно. И вот со дня на день я жду этих мук, к которым я уже морально подготовился. А ещё я узнал, что этот альфа секретарь, и лучший друг Его Высочества Чон Чонгука, а значит теперь от него, мне не скрыться…

***

POV Юнги Всё это время, что Чимин бегал от меня, я следил за ним. Ходил по пятам, чтобы увидеть моего мальчика. Он очень красивый. Пухлые губы, которые так и манят попробовать их на вкус. Маленький носик и глаза-полумесяцы. Миленькие розовенькие щёчки. А про его бёдра я вообще молчу. Сегодня я решил прийти к нему в комнату ночью, во время смены караула. Я его давно не видел, а последнее время он и вовсе не выходил из комнаты. В замке все двери очень плотно закрываются, и запах, который уже стал для меня чем-то родным и до одури нужным, стал выветриваться, и я больше не чувствовал его, идя по коридору. Смена охраны — регулярное действие. Каждые шесть часов в дворце били специальные часы, которые там, собственно, для охранников и стояли. Они не отбивали каждый час, или каждые пятнадцать минут, как все остальные часы во дворце. И, как только сторожила слышал звук ударов часов, он уходил с поста. Принято было не дожидаться следующего охранника, а просто уходить. Это правило, появилось после того, как однажды, во время смены караула, одного из охранников подговорили не сторожить какое-то время за вознаграждение. Сначала одного, а тот другого. Из-за этого сбежал важный преступник. После ещё нескольких подобных случаев был издан королевский указ, гласящий, что впредь стражникам во время смены караула нельзя пересекаться. Но многие знали, что именно в эту минуту охраняемая зона была свободна, и можно было этим воспользоваться. Вся соль была в том, что из самой комнаты слышно стук кованных сапог не было. То есть эта минута была выгодна только проникающим в неё, а не желающим выбраться. Было важно помнить, что если ты зашёл в охраняемую комнату, в так называемую «свободную минуту», то выйти из неё, можно было только ровно через шесть часов, а, как раньше было сказано, звукоизоляция во дворце очень хорошая, даже слишком. Поэтому, как в сопливых третьесортных романах, влюблённые не могут шептаться через стенку ночью. Разве что можно стучать молотом по камням отбивая какой-то ритм. Это была очень опасная затея. Но было как-то наплевать. Я дождался полуночи — первая смена караула нового дня и тихонько босыми ногами по холодному камню пошлёпал к комнате Чимина. Я уже открывал дверь, как послышались стуки сапог. Нетрудно было догадаться, что это охранник. Поэтому я быстро прошмыгнул в комнату, и закрыл дверь чуть громче, чем того хотел. Первое, что я почувствовал — удушье. Аромат малины заполнил всё пространство и не собирался отпускать меня. Он обвил мою шею и забил все лёгкие. Прекрасен, в своей ужасности… Я буквально задыхался, опираясь на холодную стену рукой. А потом, когда сознание чуть прояснилось, до меня дошло — течка. У него течка. У моего Чимина течка. Именно на этом моменте внутренний альфа ликующе запрыгал, но мозг и сердце не хотели портить это невинное ангельское создание. Чимин ворочался во сне. Было видно, как ему плохо. Я не мог просто сидеть. — Потерпи, малыш, сейчас будет лучше, — я знал, что от запаха и прикосновений истинного альфы, омегам во время течки становится легче. Я убрал жёсткое покрывало, которое уже насквозь промокло от природной смазки и пота парня. Так как стул в комнате был один, но не хотелось, чтобы он проснулся от шума, пришлось сесть на край кровати. — Всё будет хорошо… — я гладил его по волосам, медленно проводя по груди, не смелясь опускаться ниже. От моих манипуляций Чимин немного успокоился и перестал дёргаться. Но вместе с тем, начал охренительно стонать, как самая настоящая маленькая, и скорее всего, девственная шлюшка. …Я на секунду закрыл глаза, и представил, что он стонет подо мной, и извивается, прося большего… — Чего-то меня уже занесло… Совсем умом тронулся… — возбуждение понемногу начало спадать, и я восстановил дыхание. — Хочешь, я расскажу тебе историю? — начал я голосом старичка-сказочника, не прекращая гладить его, — Пока ты тут лежал, повариха приготовила очень вкусных суп. Знаешь, мне такой никогда не готовили… Но почему-то, он мне напомнил моих родителей… Так вот… — мой рассказ затянулся, но зато после него, я успокоился, и уснул, на том краешке кровати.

***

Я проснулся, и понял, что засыпать, было очень плохой идеей. Я выглянул в маленькое окошко, и увидел встающее из-за холмов солнце. И понял, что не придумал, как буду отсюда выбираться. Увидеть истинного, к тому же течного, пока он спит, безусловно, очень романтичная идея, но мой порыв никто не оценит. Как уже было сказано, из комнаты не слышно ровным счётом ни-че-го… И что теперь делать?

***

Поразмыслив пару минут, я пришёл к решению, что судя по положению солнца, сейчас около пяти утра, поэтому я прислонился ухом к двери, и стал ждать хоть малейшего звука, одновременно с этим засекая минуты. С чувством времени у меня всё было хорошо, поэтому, не спрашивайте как, я выбрался из его комнаты, и остался незамеченным. Но я кое-что не продумал…

***

POV Чимин На второй день течки, меня уже просто выворачивало, от, казалось, уже пропитавшего стены собственного запаха. Мне ещё никогда не было настолько плохо. От возбуждения хотелось лезть на стену и выть от желания альфы, бродящего где-то рядышком. От этой мысли меня бросало то в холод, то в жар. Мой истинный альфа…да-да, именно мой, ходит сейчас поблизости, но дурацкая гордость не даёт попросить его помощи… Мне было настолько плохо, что я за все эти дни и глаза не сомкнул. И лишь на четвёртый день, я заснул беспокойным некрепким сном.

***

Я проснулся, от того, что кто-то зашёл в комнату. Но этого не могло быть! Там же охрана! Ладно, потом разберусь… Следом, за ночным гостем вошёл уже отпечатавшийся на сердце аромат хвои. Из-за сильной боли, я не сразу сообразил, но после до меня вдруг дошло… Я не слышал ничего несколько минут, кроме тяжёлого дыхания через раз, а после неуверенных шагов в сторону моей кровати. — Потерпи, малыш, сейчас будет лучше, — от его запаха и голоса мне сносило крышу, да так, что я чуть не выдал себя, и не заскулил от радости, что такой желанный хён, всё же пришёл… — Всё будет хорошо... — он гладил меня, так неторопливо и нежно, что от переполняющих меня чувств, я чуть не потерял сознание. Он так и продолжал гладить меня, медленно спускаясь по торсу вниз. От нетерпения я тихонько простонал. Рука Юнги остановилась, и он громко сглотнул, но после продолжил движения. Я уже в открытую стонал, не думая о том, как тяжело сейчас Юну не сорваться и не накинуться на меня. Хотя, я даже не сопротивлялся бы… — Чего-то меня уже занесло… Совсем умом тронулся… — он убрал свою руку, и мне стало как-то холодно без неё. Слышно было его тяжёлое прерывистое дыхание, а я просто поражался его стойкости и терпению. — Хочешь, я расскажу тебе историю? — он немного успокоился и снова продолжил свои движения, — Пока ты тут лежал, повариха приготовила очень вкусных суп. Знаешь, мне такой никогда не готовили… Но почему-то, он мне напомнил моих родителей… Так вот… — мне было так спокойно и хорошо сейчас. Его мелодичный баритон обволакивал и усыплял. Хотелось вечно так лежать, и слушать какие-нибудь обыденные истории и вдыхать аромат хвои… Слишком прекрасно… Теперь я не смогу без тебя, Юнги…