Страх и ненависть в Лимбо

Утро… Как много в этом слове. И как мало на ум приходит цензурных. Сон покинул меня с первым стуком колотящих в дверь трейлера кулаков какого-то дебила. Открывать я не торопился, поэтому незваный гость сменил верхние конечности на нижние, и лупил теперь ими. Цыкнув в местами обслюнявленную подушку, я перевернулся на другой бок, мысленно заталкивая эту самую подушку в глотку засранцу за дверью. Однако успеха этот невербальный посыл не возымел, конечно. Говнюк начал орать, срываясь на фальцет, и благодаря этому я наконец его узнал. - Какого хрена, Верг… - поинтересовался я, появляясь на пороге спустя несколько минут, потребовавшихся мне на то, чтоб натянуть брюки и майку, которую пришлось выколупывать из стены. Славная давеча вышла вечеринка. Снаружи и в самом деле стоял притопывающий от нетерпения брат. - Садись в машину и не возникай. Не сразу, но мне удалось сфокусировать зрение на автомобиле за его спиной. Перед моими глазами сверкал полированными боками роскошный красный кабриолет, возле дверцы которого отирался этот олух, ряженый в не менее яркую цветастую рубашку. Я, признаться, раньше никогда такого не видел... Кабриолета, а не Верга в петушиной гавайской рубахе! Длинное, ммм... как это называется? Купе? Да ещё и с хромированными колесами. В общем, шедевр дизайнерской мысли. Я сел тут же, не расспрашивая о деталях, вроде того, куда мы едем, и о содержимом багажника тоже. А стоило бы. По итогам дальнейшей краткой ревизии у нас было пять ящиков пива, два из которых на заднем сидении, восемь чекушек водки, несколько богатырских бутылок коньяка, два пузыря абсента и трехлитровый бутыль чистейшего спирта. Мой недоношенный близнец, правда, утверждал, что припрятал еще немного разнообразного курева, но я не стал вдаваться в подробности. Ветерок приятно холодил похмельную голову, мимо проносились предрассветные пейзажи, так что я позволил себе полностью откинуться на сидении и расслабиться… Опять-таки, совершенно напрасно. - Эй, Данте, - неожиданно вдавливая педаль тормоза в пол, промямлил этот упырь, - Давай поменяемся. - С какого-такого? – прошипел я в ответ, отклеивая морду лица от лобового стекла, по которому меня расплющило по инерции. Водить я умел, но не любил это дело категорически. - Да так, - туманно сообщил брат и тут же вышел из машины, освобождая место рулевого. Честно говоря, мной одолевало сильное желание газануть со всей дури, оставив любимого родственничка куковать на автостраде. Но он, увы, слишком быстро уселся на бывшее недавно моим сидение. Пришлось, скрипя сердце, заводить тачку и везти нас обоих в… Куда мы там, кстати, едем? - Вперед, - словно прочтя мои мысли, заявил Вергилий, зачем-то напяливая на голову просторную панамку цвета хаки. Фу, ну и срань, лучше бы цилиндр свой щегольский надел, - Я скажу, когда повернуть. И мы поехали. Вперед, чтоб его. Трасса практически пуста, лишь изредка мимо проносились автомобили и фуры дальнобойщиков. Я уныло смотрел на дорогу, время от времени искоса поглядывая на брата. Сначала он сидел довольно смирно, но в какой-то момент вдруг оживился, принялся шариться у себя по карманам и, наконец, в прямом смысле в самой жопе – в заднем кармане брюк – обнаружил искомое. - Косячок? – невозмутимо полюбопытствовал он, тыча мне в табло мятую самокрутку из самых недр своей задницы. - Обойдусь как-нибудь, - фыркнул я, отворачиваясь и отчаянно стремясь подавить рвотный рефлекс. - Ну, как хочешь, - миролюбиво ответил мой дорогой близнец, после чего замолчал, а спустя еще пару секунд до моего чуткого нюха донеслось непередаваемое амбре самопальной дури и деловитый присвист от козюль в носу, с которым он сделал затяжку. Черт с ними, с соплями, где только такую гадость вонючую откопал?! Стремясь отвлечься, я, придерживая руль одной рукой, потянулся к заднему сидению за пивом. Прохладная алюминиевая банка мягко легла в мою ладонь, привнося в окружающий пиздец немного желанного уюта. Я ухитрился поддеть одним пальцем язычок-открывашку, поднес банку ко рту, предвкушая последующий за этим вкус свежего пива, и жестоко обломался. - Сворачивай! – заорал Верг мне прямо в ухо, обдавая смесью приторно-сладкого и вместе с тем горького дыхания, - Налево здесь, налево! От неожиданности я повернул. Охренел и повернул. Но учитывая, что проделано это было слишком уж резко, поворот мы удачно проскочили. Вернее, не вполне удачно, потому что машина ушла в дрифт и нас закрутило на месте. Визг стертых о дорожное полотно шин, вопли Верга вперемешку с моими матами, аромат сраного пива повсюду в салоне, и в особенности на моей майке. Картина, достойная кисти мастера. Вдалеке позади нас противно загудела полицейская сирена, с каждой секундой приближаясь все ближе. Брат, едва заслышав ее, перестал причитать и зарылся поглубже в свое сидение, надвинув панаму на самый нос. Копов нам только не хватало. Кабриолет с двумя подозрительными сорвиголовами, от которых разит бухлом и травой, и у которых в наличии еще полная тачка этого самого бухла и травы. Полиция, тем временем объявила по рупору, чтобы мы припарковались и дождались офицера. Пришлось остановиться у обочины. Выходить я пока не спешил. - Добрый день, - к нам подошел упитанный такой дядька в форме и пытливо заглянул в салон, особое внимание уделяя взволнованно сопящему под своей панамой Вергу. Теперь я проклинал этот долбаный открытый верх, - Ваши документы, пожалуйста. - Конечно, сейчас, - кивнул я, принимаясь обшаривать свои карманы. Никаких прав у меня, естественно, не было. Но хуже всего было то, что если этот легавый сейчас просечет, что он только что стопорнул террориста-номер-один и его подельника, нам обоим конец, - Мммэээ… Простите, мы тут торопимся очень, видите ли, у моего кузена-эпилептика случился приступ и мне позарез нужно отвезти его в больницу, которая эээ… - пока я лихорадочно соображал, попутно неся какую-то ересь, выражение лица копа постепенно сменялось с настороженного на почти довольное. Он, кажется, принюхался, затем улыбнулся еще шире. Старательно выкашливающий свои легкие в защиту моих слов Верг, похоже, его совсем не интересовал. - Выйдите из машины, пожалуйста. Гм. Ну, ничего не поделаешь. Я вышел. Полицейский указал мне на багажник и потребовал, чтобы я оперся о него руками. Уже начиная смутно представлять дальнейшее развитие событий, выполнил требование. При этом запоздало понял, что кроме майки в пиве вволю искупалась и промежность. Сначала дядька мельком прошелся по бокам, проверяя, нет ли при мне оружия, но когда его рука потянулась вниз и нащупала мой зад, терпение лопнуло. Стремительно распахнув багажник, я схватился за первое, что под руку попало, и с разворота приласкал охреневшего блюстителя порядка бидоном коньяка. Бидон разбился, коп свалился. Финита ля кончита. - Ты с ума сошел! – Заистерил мой обкуренный близнец с переднего сидения, - Нас же повяжут! МЕНЯ повяжут! Меня найдут! Уже нашли! Я так долго скрывался! - Заткнись, - коротко бросил я, с ходу запрыгивая на провонявшее алкоголем, потом и коноплей водительское место. Внутри было все так же мерзко, как и до истории с полицией, но теперь салону грозил еще и потоп из братовых соплей, - Да заткнись ты, в конце концов! Я вдавил педаль газа, и мы поехали. Снова вперед. Несколько раз я пытался выяснить у притихшего обдолбыша, куда мы направляемся, но тщетно. Похоже, он и сам не помнил. Спустя час или два мы остановились на безлюдном участке дороги. Я побежал в кусты, брат остался блевать, свесившись через дверцу кабриолета. После происшествия с офицером он честно молчал, в качестве альтернативы посасывая пиво банку за банкой, и в итоге его укачало. Но даже в таком состоянии он не упускал случая наломать мне малину. - Давай скорее, нам надо поторопиться. - Куда поторопиться? - У нас есть дело в Нижнем Подлимбовске. - Какое ещё, мать твою, дело? - Срочное. Садись в машину. - Бля, дай поссать спокойно! Сам штаны стирать будешь, если вдруг… - Ладно-ладно, жду. Но ты все равно быстрее там, хорошо? Как оказалось, в захолустном городишке под живописным названием Нижний Подлимбовск жила Вергова протеже по имени Кэт. Художница, настоящее юное дарование, согласно Верговым возлияниям, которыми он за оставшееся до места назначения время успел мне надоесть по самые помидоры. Дарование, значит, в совершенстве владело техникой распыления разноцветной аэрозоли из баллончиков и значительно преуспело в создании нетленных шедевров на бетонных плитах. И на асфальте тоже. И на гаражах. Короче, везде, куда дотягивалась ее талантливая ручка. Кэт втайне, как она думала, мечтала о переезде в столицу, помочь ей в этом, судя по всему, должен был мой отважный братец. На подъезде в город, кстати, видел пару ее произведений искусства. Ну, гм, что я могу сказать… Лицо Верга на них очень даже похожее. Представьте себе сероватое яйцо с тремя стильно уложенными волосинами, у яйца из щели внизу виднеются несколько посеребренных из баллончика зубов, и вид вообще ничего такой. Харизматичный, как и полагается настоящему лидеру подпольной банды. Своего жилья у девчонки не было, обычно она обреталась по впискам, друзьям да знакомым, так что мы остановились в придорожном мотеле, куда Верг позвал свой юный неограненный алмаз на знакомство с родней – со мной, то бишь, ну и на вечеринку по случаю торжественного прибытия нашей делегации, соответственно. Она выглядела чертовски невинной девочкой, так что мы здорово перешугались, когда наутро брат выудил из-под подушки пару использованных гондонов. Правда, тогда мы еще не знали, что нашей недоделанной художнице куда больше восемнадцати. Но сути это не меняет: в момент, когда юная дева открыла дивные заплывшие глаза и невнятно промямлила нечто вроде «конины не осталось?», нас обоих можно было хоронить заживо. Прямо так, замотанными в белые простыни аки в погребальный саван. Мы и по цвету с простынями слились, строго говоря. - Валим! – заорали мы синхронно, и как были в постельном белье, метнулись к припаркованному перед мотелем кабриолету. Да ну их нахер, эти ваши путешествия. В родном трейлере всегда тепло и уютно. Эй, а где мой трейлер?! Скотина, поставь на место!