Весь мир в твоих глазах

В последнее время Линн постоянно остается одна. Не то чтобы этот факт ее как-то особенно волновал, но все же было как-то не по себе. Друзей особо нет, а Дин постоянно пропадает на охоте. У человека, не умеющего дружить, очень узкий круг людей, на которых можно положиться, рассказать секрет, посплетничать, просто провести время вместе. На такие девчачьи глупости у девушки никогда не было ни времени, ни желания. Сейчас бы такой друг очень пригодился. В очередной раз она ищет Дина, чтобы чем-то заняться в холодный осенний вечер. В номере его нет, в баре тоже. Как же все насточертело Когда она в первый раз увидела Дина Винчестера, то чувствовала себя как-то смазливо. По началу это гадкое желание прикоснуться к нему. Ощутить тепло его тела, почувствовать себя слабой, зависящей от этой груды мышц девушкой, а не черствым куском дерьма, у которого в приоритете только удовлетворение своих садистских потребностей. — Мне нравятся твои глаза, — мягкая улыбка коснулась его лица. — их цвет поистине сравним только с цветом двух самых красивых озер в Итальянских Альпах. Брюнетка направилась прямиком в бар. Нужно проглотить обиду, отпраздновать, что до сих пор жива, просто весело провести время — в бар. Топим горе в алкоголе. Растягиваем радость в спиртном. — Привет, Лион, — нараспев протянул Дин, плюхаясь рядом с брюнеткой. Голубоглазая хмыкает, однако дарит Винчестеру лёгкую улыбку. — Привет, — отвечает она, не без поддельного интереса рассматривая новые засосы на шее брюнета. — Где был? Дин ведёт руками по талии, забираясь под женскую футболку; пальцами по пояснице; его грубые мозолистые ладони оставляют жгучие следы на её бледной коже. Винчестер толкает Линн в плечо, заставляя лечь на стол спиной, а ногами обнять его за талию. Поднимает футболку девушки и проводит мокрую дорожку поцелуев по животу, кусает кожу около пупка, взбирается выше и совсем стягивает майку с тела охотницы. Дин хочет слышать её стоны и шёпот, он хочет чувствовать её губы на своей шее, её ногти на спине, желает видеть, как она извивается. Линн ведёт холодными пальцами по прессу мужчины, подцепляя края футболки и откидывая её куда-то назад — сейчас не время думать об одежде. Его губы, зубы, пальцы — повсюду. Она обхватывает шею мужчины одной рукой, тянется языком к его уху, в то время как руки охотника расстёгивают молнию на её джинсах. И такая тихая, покорная, она изгибается в спине, касаясь грудью его торса. — Да так, дела кое-какие были. — барабаня пальцами по барной стойке протягивает он. — А что, скучала? Линн в ответ лишь хмыкает, наигранно кривя губы в гримасе отвращения. — Ой, вот только не надо делать такое лицо! — улыбнувшись во все тридцать два протягивает мужчина, приобнимая охотницу за плечи. — Чего такая грустная, детка? — Чего весёлый такой, малыш? — в тон ему язвит охотница, морща носик от ударившего в нос запаха женских духов. — Ох, как же я люблю, когда ты сучку включаешь. — вкрадчивым голосом шепчет он Линн на ушко, еле заметно поглаживая большим пальцем руки плечо девушки. Её тело напрягает, а по спине пробегает табун мурашек, вынуждая голубоглазую слегка поежиться. Сама близость Дина вызывает у охотницы чувство слабости, уязвимости, не защищенности. Она переводит на него взгляд и некоторое время они молча смотрят друг другу в глаза. Из-за тусклого освещения зелёного цвета радужки глаз приобретают тёмный оттенок, принимая болотный цвет. Линн может поклясться, что она готова отдать душу дьяволу, только ради искры взаимных чувств во взгляде Винчестера. Дин смотрит на неё с восторгом и восхищением, когда девушка переворачивается животом на деревянную поверхность. Чёрт, его руки дрожат, когда он пытается расстегнуть белый кружевной бюстгальтер. Он раздвигает ноги девушки и спускает последний элемент одежды куда-то вниз. Он закручивает её руки за спину, прикасается губами к выступающим лопаткам, оставляет укус на пояснице. И откуда в них столько нежной грубости? Джинсы мужчины летят к коленям, вместе с нижнем бельём. Он заполняет Линн одним толчком, вцепляясь рукой в волосы. Его рычание и её стон в унисон разрывают тишину номера. Звуки соприкосновения тел, шум от поцелуев, сбивчивый шёпот. Девушка руками упирается в стол, когда ладонь Винчестера ложится на её шею. Они приходят к пику удовольствия практически одновременно. Пальцы Дина до побеления костяшек впиваются в плечо девушки. — И все же у тебя чертовски красивые глаза, Линн. — он с отцовской нежностью целует её в макушку, мягко улыбаясь. — Долго не засиживайся, завтра у нас много работы. Он уходит, вновь оставляя брюнетку наедине со своими мыслями. Линн делает очередной глоток обжигающей горло жидкости. Глупая музыка не в состоянии заглушить нахлынувшие чувства, и она давит из себя едкую улыбку, до боли закусывая нижнюю губу. И почему жизнь такой невозмутимый кусок пиздеца?