Любовь зла - полюбишь и к... канадского лося!

Промозглая погода в провинции Онтарио, что расположилась в центральной части Канады, была необычайно редка под конец тёплого мая. Однако именно серость вместо яркого солнца встретила только что сошедшего с самолёта казаха. Покинув здание аэропорта, он поднял тёмно-карие глаза к хмурому небу, вдохнул прохладный воздух, а затем, ухватившись за ручку своего чемодана, направился к ближайшему такси. Темноволосый фигурист летел из США, где тренировался последние несколько лет, и теперь, перед тем, как вступить во взрослую лигу, ему оставалось пройти последний этап на пути своего обучения. Его тренер – американец Эрик Вуд – посоветовал временно потренироваться у своего знакомого из Канады для получения дополнительных навыков, а сам парень, предрасположенный к новым возможностям и иным методам тренировок, взвесив все «за» и «против», не стал возражать такому предложению. Погрузив чемодан, спортивную сумку и гитару, спрятанную в затёртом чехле, в багажник машины, казах садится на заднее сидение и достаёт из кармана мобильник. - Куда едем? – грубоватый голос таксиста заставляет пассажира чуть нахмуриться, но взгляд тёмных глаз продолжал неотрывно блуждать по экрану телефона, выискивая нужный адрес. - Спортивный комплекс фигурного катания «Звёздный лёд». Казалось бы, неспешный водитель заметно приободрился удачному заказу. Пока машина преодолевала расстояние от аэропорта до Торонто, а затем и до самого пансиона, что располагался в пяти километрах от города, парень успел написать сообщение о прибытии своему временному – лишь на межсезонье – новому тренеру. Расплатившись с мужчиной, казах покинул салон автомобиля, забрал свои вещи, а после остановился у ворот, рядом с которыми красивыми большими буквами было выгравировано «Star-Ice». Оказавшись на территории комплекса, фигурист огляделся: поблизости было несколько невысоких зданий; двор пустовал за исключением двух мальчишек лет десяти (вероятно юниоры), которые играли вместе с большим, чёрным лабрадором. Узнав от них, в какой стороне находится тренерская, гость направился в нужном направлении и уже через полминуты брюнет стоял на пороге. - А, ты должно быть Отабек, - мужчина поднимает взгляд на казаха, когда тот сдержанно стучит по косяку открытой двери, - Ты здесь по рекомендации Эрика, верно? - поднимается он со своего рабочего места. - Именно так, - кивает Отабек и пожимает протянутую руку мужчины. - Меня зовут Алан Лерой. Добро пожаловать в Стар-Айс. Надеюсь, добраться сюда тебе не составило особого труда? - Нет, нисколько, - фигурист отвечает на вопрос с лёгкой улыбкой, выказывая своё дружелюбие, а затем внимательно рассматривает канадского тренера. По рассказам мистера Вуда, Отабек знал лишь то, что Лерой в прошлом олимпийский чемпион в парном фигурном катании вместе со своей женой. Оглядев мужчину, казах сделал для себя определённые выводы: Алану около сорока лет, на первый взгляд был приятным человеком; среднего роста, крепкий – его движения и позы выдавали в нём бывшего спортсмена. Тёмные волосы, кожа смуглее, чем у самого фигуриста; с правильными, добрыми чертами лица. Но то, что особенно привлекло внимание молодого парня, так это глаза мужчины – серо-голубые – словно застывший лед. - Отлично, - так же в ответ улыбнулся Лерой, - Что ж, давай пройдёмся. Я покажу тебе твою комнату. Выйдя из здания, Отабек отмечает, что стало моросить мелким весенним дождём и веять прохладным майским ветром. Ребята уже не резвились, стоя у дорожки вместе с относительно молодым мужчиной. Проведя рукой по своим коротким, рыжим волосам, он что-то сказал мальчикам и те быстро направились в здание напротив, а сам же, ухватив собаку за ошейник, отвёл в вольер, расположенный справа от ворот. - У вас всегда так тихо? – интересуется Отабек, следуя за Аланом к тому зданию, в котором только что скрылась детвора. - Сегодня воскресный день. Почти все ученики разъезжаются на выходные в город, к своим родителям, - поясняет тренер, а затем указывает на двухэтажное строение, - Комнаты расположены в общежитии. Открыв тяжёлую, скрипучую дверь, мужчина пропускает своего нового ученика вперёд, и тот оказывается в небольшом холле. По левую сторону от него располагалась лестница; по правую длинный коридор. - Здесь находятся комнаты тренеров, - указывая на несколько дверей напротив, оповещает Алан, - Моя крайняя справа. Но если я вдруг понадоблюсь, большую часть своего времени я провожу либо в тренерской, либо на катке. Отабек молча кивнул, и мужчина повёл его в сторону коридора. - В общежитии есть кухня, но ей практически никто не пользуется – все едят в столовой. Позже тебе подробно расскажут, что и где находится. Казах всегда следил за рационом своего питания, и новость о том, что ученики едят в общей столовой (где для спортивного комплекса еда в обязательном порядке должна быть здоровой и полезной), его откровенно радовал. - Что касается правил: на территории пансиона нельзя курить и распивать алкоголь. Комендантский час с десяти до шести. Отбой в одиннадцать. В свободное время ученики могут покидать территорию пансиона с разрешения тренера; старше восемнадцати могут не оповещать о своём уходе – главное вернуться не позднее десяти вечера – на время комендантского часа ворота закрываются. На тренировки не опаздывать. За прогулы без веской причины и без предупреждения следуют наказания в виде дополнительных занятий в свободное время. За частое пренебрежение правил следует отчисление из пансиона. Что касается финансовой стороны вопроса, обсудим чуть позже. Тренер остановился возле одной из многочисленных дверей, а затем внимательно взглянул на Отабека. - У нас в основном одни юниоры, но парень, с которым ты будешь разделять комнату, твоего возраста. Дети, как правило, сильно шумят… хотя твой сосед не лучше. Надеюсь, это не доставит тебе неудобства. Казах приподнял перед собой обе руки и кратко покачал головой, давая понять, что нет никаких проблем. Алан понимающе кивнул новичку «Звёздного льда», а затем, ухватившись за железную ручку, толкнул от себя дверь. - Джей-Джей? – тут же с порога позвал он хозяина данной комнаты, но та, к разочарованию тренера оказалась пуста. Безнадёжно и устало вздохнув, мужчина проходит внутрь, и Отабек следует его примеру. Бегло осмотревшись вокруг, брюнет отмечает, что сама комната маленькая, но достаточно уютная и чистая. Судя по кроватям, одна из которых была двухъярусной, фигуристов селили по три человека. Та, что стояла отдельно в дальнем углу справа от входа, вероятно, принадлежала его соседу: она была небрежно заправлена впопыхах, а с её края свисала оставленная спортивная куртка; на тумбочке рядом лежали плеер, ноутбук, а так же пару тройку неизвестных казаху музыкальных дисков. - Где его носит? – тихо, но достаточно разборчиво произносит себе под нос Алан, глядя на наручные часы, но быстро переключается на нового подопечного, - Что ж, видимо познакомиться вам придётся чуть позже. А пока располагайся, Отабек, - передав ключ от комнаты юноше, просит бывший фигурист, - Жду тебя завтра на льду в восемь утра. Смотри, не опаздывай. Казах так же молча и с пониманием кивает в ответ. - Когда Джей-Джей соизволит появиться, скажи ему, что я жду его на катке. Покидая пределы комнаты, Алан напоследок обернулся. - И ещё кое-что: если вдруг возникнут проблемы, - кивнув в сторону соседской кровати, добавляет тренер, - Говори мне. Надеюсь, ты уживёшься с нашим «королём». Последняя фраза заставляет Отабека вопросительно изогнуть бровь, но не став придавать этому особого значения, он лишь молчаливо проводил мужчину взглядом. Оставшись наедине с собой, парень вновь огляделся вокруг. Поставив чемодан посреди помещения, Алтын снимает с плеча гитару и прячет её под кроватью напротив соседской. Он не любил двухъярусные койки, поэтому без раздумий занял нижнее ложе, опустив на её матрас свою спортивную сумку. В комнате не было ни стола, ни стульев. Лишь два платяных шкафа, стоящие друг напротив друга, и занимая тем самым почти всё оставшееся пространство, а так же две небольшие тумбы между кроватями у окна. Слева от двери место пустовало (туда без проблем поместятся парочку чемоданов), а с правой стороны, в противоположном углу, стояла чужая сменная обувь вместе с чёрными коньками. Там же, возле высокого шкафа висело небольшое зеркало; рядом с входной дверью прибито несколько крючков для верхней одежды – сняв кожаную куртку, казах вешает её на один из них. Душ хотелось принять больше всего, но для начала фигурист решил разобрать свои вещи. Сменная одежда, полотенце и банные принадлежности были сразу же отложены в сторону, а оставленное чистое постельное бельё в изголовье кровати, фигурист решает расстелить заранее. Раскрыв дверцы шкафа, Отабек неспешно принялся раскладывать свои немногочисленные вещи по полкам.

***

На территорию канадского спортивного пансиона въезжает старый, потёртый лексус шоколадного оттенка и с неприятным, громким и скрипучим звуком, тормозит неподалёку от ворот. Погода портилась с невероятной скоростью – над головой сгущались грозовые, хмурые тучи, которые не только портили весь сегодняшний день, но и заставляли скучать по относительно летним солнечным лучам. Заглушив двигатель, канадец вышел из машины, захлопнул дверцу, и стремительно направился прямо к общежитию. Он опоздал. Снова. В который раз… Сегодня у него индивидуальная тренировка – так сказать, наказание за все его прогулы. Не то, что бы их было много… Просто сам парень не спешил придерживаться строгих правил данного комплекса. А если уж говорить откровенно, то в жизни правил и без того слишком много – и это лишний раз подначивало их нарушать. На этот раз причиной опоздания стала вылазка в город, для встречи со старыми друзьями из рок-группы, в которой парень был не только автором песен, но и частично вокалистом. Смотря на время, юноша успел пожалеть, что не нарушил правила дорожного движения, чтобы поскорее оказаться на месте. Права он получил совсем недавно, и его отец изо дня в день твердит, чтобы тот не гнал, как сумасшедший – особенно в плохую погоду. Но разве задумываешься об этом, когда времени в обрез? Забежав в здание, фигурист поспешил к себе. Соседей у того не было, и потому «Король» и в мыслях не гадал, что в скором времени ему придётся делить свою комнату с кем-то ещё. Проходя по коридору, брюнет уже тогда заподозрил неладное. Слабый свет, исходящий из дверного проёма, никогда не горел в его отсутствие, а зайти в комнату, когда хозяина нет на месте, мог только Алан. И то, лишь на пару секунд – проверить на месте ли тот. Толкнув от себя дверь, он сразу же обращает внимание на изменения: в комнате никого не было, однако чужой чемодан в углу и разложенные вещи говорили сами за себя. Но парень решает не вникать сейчас в происходящее, а поспешить на запоздалую тренировку. Пройдя к своему шкафу, он достаёт из него спортивную, тренировочную одежду. Дверь тихо скрипнула, когда фигурист бросил на полку только что стянутую кофту, и это заставило его перевести взгляд на новоявленного казаха. - Я, так полагаю, ты мой новый сосед? – внимательно, но быстро оглядев парня с азиатскими чертами лица, канадец натягивает футболку на тело. - А ты, видимо, и есть Джей-Джей, - больше с утверждением констатирует факт Алтын с порога, - Ты что-то имеешь против соседей? Вопрос не казался канадцу бестактным – он сам виноват, что начал общение не с приветствия и коронной улыбки, а с оценивающего, пристального взгляда. - Вовсе нет, - смягчившись, качает он головой уже с лёгкой улыбкой, - Просто я ожидал увидеть кого-то помладше. Обычно кроме малолетних юниоров здесь мало кто появляется, - протянув смуглую руку, фигурист добавляет, - Извини за это. Меня зовут Жан-Жак. Хмуря брови, Отабек не спешит ответить парню крепким рукопожатием – теперь настала его очередь внимательно оглядывать фигуриста. Сосед, на вид типичный канадец, оказался высоким брюнетом с прекрасным телосложением. Синтетическая ткань чёрно-красной футболки плотно обтягивала каждую мышцу натренированного смуглого тела. На плечах и пояснице, как успел заметить казах, красовались необычные, чёрные татуировки, а стрижка была подобна собственной – затылок был аккуратно выбрит, как и у самого Алтына. Густые, тёмные брови особенно выделялись на выразительном лице с острыми скулами, высоким лбом, тонкими губами и глазами того самого необычайного серо-синего оттенка. Переведя взгляд с лица на протянутую ладонь, фигурист подходит ближе и несильно сжимает её в рукопожатии. - Отабек Алтын, - кратко представляется казах, отпустив руку, - Жан-Жак – это твоё настоящее имя? Не очень-то ты похож на француза. На такое замечание Джей-Джей не сдерживает наигранного королевского смеха, но Алтын, глядя на него, не ведёт и бровью, оставаясь всё с тем же непроницаемым выражением лица. - Ты не первый, кто мне это говорит, - закрыв дверцу шкафчика, Джей поворачивается в пол-оборота, - А твоё имя достаточно необычное для типичного азиата. - Не люблю, когда меня сравнивают с азиатами. Большинству казахам по душе Европа. - И именно поэтому ты поехал тренироваться на другой край земли? – отмечает канадец, широко и обаятельно улыбаясь, обнажая ряд ровных белоснежных зубов. - Долго объяснять, - подойдя к своей кровати и взяв в руки полотенце, бросает Алтын, давая понять, что это не самая лучшая тема для разговора, - Да и некогда тебе. Мистер Алан просил передать, что ждёт тебя на катке. - Чёрт, - улыбка с лица Жан-Жака моментально исчезает, и канадец, опомнившись, хватает куртку, что лежит на его кровати, - Я же опаздываю, - добавляет он себе под нос. Подняв с пола связанные между собой коньки, Джей-Джей спешит покинуть комнату. - Что ж, был рад познакомиться, Отабек. Располагайся, осматривайся… Душевые кабинки находятся в конце коридора. Кухня там же, - прикрывая за собой дверь, парень на секунду замирает, бросив краткий взгляд, и напоследок добавляя с улыбкой, - Надеюсь, мы с тобой поладим. Лицо казаха не изменило своего привычного выражения даже после ухода брюнета, однако фраза, брошенная напоследок, заставляет задуматься. Как уже успел понять Отабек, Джей-Джей был личностью непростой, но не менее интересной. Казалось бы, что с первой секунды знакомства канадцу не нравилась перспектива делить своё личное пространство с кем-либо, но прознав, что сосед с ним практически одного возраста, постарался тут же расположить того к себе. Алтын же не стал делать какие-либо поспешные выводы – пусть всё идёт своим чередом. Как и сказал сосед, душевые располагались в конце коридора, рядом с небольшой, но светлой кухней, окна которой выходили во двор. Сами кабинки были светлыми и просторными; рядом с ними, вдоль стены, располагались узкие шкафчики, где можно было оставить вещи. Оказавшись под горячими струями воды, Отабек только сейчас смог расслабиться после перелёта. Ему предстоит пробыть в пансионе четыре месяца, и если раньше он жил один в съёмной квартире, то сейчас ему придётся подстраиваться под ритм данного комплекса, где полно людей. Закончив с водными процедурами, казах возвращается в комнату, попутно протирая мокрые волосы кипельно-белым полотенцем. Спустив то на шею, он садится на край кровати и, достав телефон из внешнего кармана сумки, глядит на время. Помимо одного непрочитанного сообщения от Эрика Вуда, экран большими цифрами показывал четыре часа дня. Открыв электронное письмо, фигурист бегло его читает, а затем так же быстро пишет ответ о благополучном перелёте и заселении в пансион. Отложив мобильник на тумбу, а сумку спустив на пол, брюнет стаскивает мокрое полотенце с шеи и откладывает в сторону. Несмотря на усталость и огромное желание лечь сегодня пораньше, Отабек решает, что сбивать режим дневным сном всё же не стоит. Лучше сходить на кухню и заварить себе кружку крепкого кофе.

***

- Ты опять опоздал? – вздохнув, Алан скрещивает руки на груди, - Мы же договаривались, что ты приедешь сегодня пораньше. - Я знаю, пап, прости, - проходя мимо, мимолётно бросает Джей-Джей, - Но я и без того всё время провожу на катке. - Джей, я хочу, чтобы ты подходил к предстоящему сезону более ответственно. - Пап, - обернувшись, фигурист одаривает своего отца внимательным взглядом, опуская с плеча связанные между собой коньки, - Ты же знаешь, фигурное катание для меня всё. И чем бы я ни занимался, оно всегда будет на первом месте. Давай не будем больше терять время? - не дожидаясь ответа, канадец садится на край скамейки и откладывает в сторону куртку. Тренер ещё с первой секунды почувствовал напряжение со стороны своего сына. Обычно Джей-Джей всегда был в хорошем расположении духа и с большим энтузиазмом принимался за тренировку. Но, к сожалению, не всем нравились его вечный напор и энергичность. Нескончаемый запас оптимизма и наигранная королевская улыбка зачастую бесили угрюмых юниоров. По их мнению «король» чересчур заносчив и слишком самоуверен в себе: ему не чуждо похвастаться своим талантом, а иногда и покрасоваться в свете софитов, рассекая кристальную, ледяную гладь на очередном соревновании. Была и другая причина, по которой юные фигуристы лишний раз обходили канадского спортсмена стороной. Его отец хоть и добр к ребятне, но в рамках строгих правил и тренировок спуска не даёт никому. Вернее никому, кроме своего сына… Так им кажется. Не зря же тот вечно опаздывает и время от времени нарушает правила, за которые самих юниоров уже давно бы выгнали из «Звёздного льда». А те, кто и вовсе не знали о родстве фигуриста с тренером, первым делом разглядывали в Джей-Джее «любимчика» старшего Лероя. Хоть многие и думали так, но на деле всё не так просто, как им кажется. Джей-Джей всегда проводил на катке со своим отцом больше времени; усиленные тренировки были в разы сложнее, чем у кого-либо ещё в пределах этого комплекса. Да и сам канадец понимал, как это важно не только для него, но и для отца, что заставляло его тренироваться не только в свободное время, но и на выходных. Возможно, если бы юниоры оказались на его месте, то незамедлительно бы сбежали из пансиона... или, как минимум, изменили своё отношение к младшему Лерою. Переобувшись, юноша без лишних слов поднимается с места и сразу же ступает на лёд. Разогрев и нарезание кругов возле бортика занимает порядка получаса, ну, а после Джей уже по заученной схеме принимается за технику. Спустя три с половиной часа, изнурённый и уставший канадец покидает пределы катка, норовя как можно скорее оказаться под душем, но прежде, чем уйти, он решает отнять у отца ещё пару минут. - Могу я поинтересоваться, что вдруг заставило тебя взять дополнительного ученика на время межсезонья? – повернувшись к мужчине, Джей-Джей забирает у него бутылку с водой, а затем, открутив крышку, делает пару глотков, - Ты мог бы предупредить меня. - Тебя это волнует? – без колебаний задаёт Алан прямой вопрос. - Волнует ли меня? – поставив бутылку на бортик, канадец спешит накинуть спортивку на плечи, чтобы не застудить разогретые мышцы, а затем усаживается на скамью, - Это твоё решение. Но разве нам не хватило прошлого раза? Алан прекрасно знал, насколько тяжело его сыну сойтись с кем-либо с первого раза, но он убеждён, что это всего лишь вопрос времени. - Ты о той драке, которую вы устроили с Биллом средь бела дня? Вы тогда оба получили по заслугам. Да и потом, это было давно. У тебя сейчас есть реальная возможность попытаться найти общий язык со своим ровесником. - А чем плохи мои друзья? – Жан-Жак вопросительно изгибает бровь, глядя на отца, - Или тебе просто не нравится, что я пропадаю с ними до глубокой ночи? - Меня волнует то, что ты не можешь поладить с другими фигуристами, - хмуро поясняет тренер, - Не всё же время тебе пропадать с друзьями из группы? Может, стоит попытаться? - Ты думаешь, за год что-то изменилось? – скептически, но с ухмылкой задаёт вопрос Лерой, после чего, отведя взгляд от наставника, принимается развязывать крепкие узлы на коньках, - Не ты ли мне говорил, что с возрастом я становлюсь ещё более невыносимым? - Я тебе это говорю, потому что ты мой сын, - улыбнувшись, тренер усаживается рядом и по-доброму кладёт широкую ладонь спортсмену на плечо, - Да и к тому же, ты уже не ребёнок. Помоги Отабеку освоиться, покажи ему тут всё… Уверен, вы сможете поладить. - Ладно, - улыбнувшись, сдаётся парень, поднимая руки в знак поражения, - Но сдаётся мне, он и недели не протянет.

***

Как и говорил мистер Алан, кухня и впрямь не пользовалась большой популярностью у местных юниоров. Благодаря большому окну, через которое проникал вечерний свет, помещение не было окутано мраком. У противоположной стены располагались кухонные тумбы и шкафы; раковина, небольшой холодильник, который был практически пуст за исключением одного кефира с наклеенным сверху стикером; хлебница (которая, разумеется, не имела в себе хлеба), а так же микроволновка, тостер и небольшой электрический чайник. Широкий стол стоял посередине, окружённый стульями, а на подоконнике можно было отметить старое радио. Так же отсюда вела ещё одна дверь в подсобку, где находились швабры, мётла и тряпки. Чистота и порядок говорили о том, что здесь периодически убираются, да и сам пансион не казался старым. Отабек, не отвлекаясь уже от второй чашки крепкого кофе, листал какую-то газету, лежавшую на столе, в тот момент, когда на пороге появился самопровозглашённый король. Казах неспешно поднимает на вымотанного после тренировки парня, казалось бы, чёрные глаза и на секунду фокусирует на нём краткий, но внимательный взгляд. Джей-Джей после душа, привыкший к тому, что на кухне никогда никого не бывает, на секунду застывает в проходе, но, надолго не задерживаясь, проходит к подвесному кухонному шкафу. Приоткрыв дверцу, он достаёт жестяную банку с кофе – встряхнув её одним движением, он неодобрительно цокает. - Вот ведь… - поставив пустую банку на тумбу, канадец хмурится, прервав себя на полуслове. На тихое недовольство со стороны парня Алтын вновь поднимает взгляд и косо смотрит из-под чёрных ресниц. Джей-Джей негромко оттарабанил длинными пальцами по гладкой поверхности столешницы, а затем схватил банку, бросил в стоящую рядом урну и направился к выходу. - Что, тяжёлый день? Фигурист оборачивается на голос казаха, не доходя до двери, и обращает внимание, что Отабек не слишком заинтересован в собственном вопросе – не задерживая взгляд на Лерое, юноша неспешно перелистнул страницу. Но то, что казахский спортсмен решил заговорить из вежливости, заставляет Джей-Джея усмехнуться: - Да нет, на редкость очень даже неплох, - положив одну руку на талию, отрицает брюнет, - Обычно бывает хуже. - Вот как? – опуская газету, Отабек глядит исподлобья, - Что может быть хуже, чем когда юниоры воруют твой кофе? На мгновение Джей изумляется дедукции Алтына, и от этого неосознанно вскидывает брови, но спустя секунду, вновь возвращает себе улыбку. - А ты наблюдательный. - Это было очевидно, - Алтын придвигает ближе кружку, - Твой отец говорил, что ты… проблемный парень. - О, то есть это я виноват, что у меня воруют кофе? – разводя руками, Джей не может сдержать усмешки, но почти сразу хмурится, - Стоп. Ты сказал «отец»? Это он тебе рассказал? - Нет, - так же спокойно и уверенно поясняет Отабек, - Я сам догадался. У вас одинаковые глаза… необычные. Не получив ответной реакции со стороны короля, казах заставляет себя опомниться и вновь уставиться в колонку из газеты. - Небольшой совет: если не хочешь, чтобы твои продукты воровали – не подписывай их своим именем, - достав из грудного кармана пакетик с тройным кофе, парень бросает его на стол. Канадец не смог понять, что же такого необычного разглядел Алтын в его глазах, но слыша подобное в свой адрес впервые, смотрел на казаха с нескрываемой заинтересованностью. Он не был похож на предыдущих соседей, которые жили с ним в одной комнате. Улыбнувшись, парень подходит ближе и переводит взгляд на маленький презент. - Знаешь, я не пью пакетированный, - взяв пакетик со стола, Жан-Жак демонстративно крутит его в руке, - В них не соблюдено правильное соотношение сахара и сливок. - Я в курсе, - свернув газету и отложив в сторону, Отабек делает последний глоток, разом допивая бодрящий напиток, а после поднимается с места, - Но это лучше, чем ничего. Сполоснув за собой кружку и поставив ту обратно на полку, казах собирается покинуть помещение. Отодвинув стул и усевшись на привычное место, Джей-Джей ещё с минуту наблюдал за нехитрыми действиями соседа. - А ты? – подаёт он голос прежде, чем Отабек успевает покинуть кухню, - Насколько хреновым выдался твой день? Застыв в проходе, парень одаривает короля внимательным взглядом, а после секундной паузы, канадцу слышится краткий ответ: - Мой день уже давно не отличается от многих других. Оставшись наедине с собой, Жан-Жак в раздумьях облокачивается на спинку стула, а взглянув на пакетик с кофе ещё раз, наконец, решает подняться и подойти к кухонной тумбе, чтобы включить электрический чайник.