По пути
24 марта 2019 г., 23:46
Однако, пьянство пришлось отложить. Я решил, что за документами в церковь и на почту я отправлюсь самостоятельно. Прогулка на свежем воздухе взбодрит и приведет в порядок мои мысли. Слишком уж неожиданно это все на меня свалилось.
Спустившись вниз, я обнаружил Пола и Ванессу в гостиной, они терли и чистили до блеска все от пола до потолка. Вампир копался во внутренностях фортепиано. Увидев меня, они оторвались от работы, Шинсо махнул рукой и Пол с Ванессой продолжили уборку.
— Я иду в церковь, отчет на почту сам отнесу, — сказал я, и мысленно добавил: «ведь мне по пути».
— Как пожелаете, Мой Лорд. — Вампир проводил меня к выходу и помог надеть пальто. — Ко скольким часам ждать вашего возвращения?
— Думаю, через час я уже вернусь. — Ответил я, надевая шляпу котелок.
Я соврал. В планах у меня было знатно нажраться в «Хмельной русалке». Я вернусь под утро, если еще буду держаться на ногах. Однако, не все слова были ложью, на почту и в церковь я все-таки зайду.
Улица А-ленда встретила меня промозглым ветром в купе с изморосью. Я поднял воротник пальто и надвинул котелок. Проклиная изменчивую погоду, я двинулся в сторону почты на встречу яростному ветру. Вскоре изморось превратилась в настоящий проливной дождь, и я насквозь промок. Ледяной дождь хлестал по лицу, промокшая одежда уже не грела, и я промерз до костей. Ах, скорей бы уже добраться до этой чертовой почты, как бы к этому времени отчет не превратился бы в кашу.
Почта пустовала. Отсутствие очереди сначала обрадовало меня, а потом огорчило, я понял, что не смогу задержаться здесь подольше и мне снова придется идти на встречу стихиям. Из неоткуда появился прыщавый парнишка, лениво шаркая ногами он дошел до кассы и всем своим видом показал, что готов принять письмо. К моему счастью, он долго с ним копался. Я окинул взглядом помещение, на вид оно невзрачное, да вот есть тут одна особенность. На стене слева от меня весит огромная коллекция марок, директор почты собирает их всю жизнь. Есть тут самые разные марки пестрые и однотонные, местные и зарубежные. Самой большой гордостью его была марка государства Мореснет. Эта марка самая настоящая подделка. Узнал я об этом совершенно случайно, однажды, копавшись в библиотеке я наткнулся на выпуск одного журнала 1867 года, оказалось, что государства Мореснет как такового вовсе не существует.
Когда я снова вышел на улицу, дождь закончился, а ветер переменился. Никакой постоянности в этой погоде. Что ж, теперь дело за малым, осталась церковь. Десять минут ходьбы пешком и я у цели.
— Добрый день, пастор Питер, не волнуйтесь я здесь не надолго, — мне оказалось достаточно одного только взгляда на этого человека, чтобы понять, как я ему неприятен.
— Добрый день, пастор Айзава, впрочем, теперь вы уже не пастор, я так понимаю?
Пастор Питер имел привычку перебирать в руках четки, с которыми никогда не расставался. Вот и сейчас четки закрутились между пальцев, выдавая его раздраженность.
— Правильно понимаете, не хочу вас утруждать, но будьте добры распорядитесь переслать мою документацию ко мне домой, — четки закрутились с еще большим усердием, а глаза его хищно блеснули. — Личные вещи я заберу сам.
Я прошел в свой бывший кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Итак, сегодня я прощаюсь с этим кабинетом, надеюсь, что навсегда. Проведя некоторые манипуляции с потайными ящиком, я забрал оттуда свое оружие. Из двух других ящиков я забрал очки-половинки и ленту намотал на шею.
В последний раз я обвел взглядом эту комнатку. На душе почему-то тоскливо.
— Уже уходите? — спросил пастор Питер, видимо, поджидавший меня у двери.
— Да, кстати говоря, пастор Питер, теперь ведь вы займете мое место? — Давно он ждал этого повышения.
— Как жаль, что вы уже уходите, ну что же прощайте, Айзава, — пастор жеманно улыбнулся.
— До свидания, пастор Питер.
Я вышел из церкви, теперь моя дорога лежит в объятья «Хмельной Русалки».
