Просто верь мне

Изабэль вернулась, как и обещала за полночь. Алек ждал её на кухне, читая книгу и попивая чай из «гостевой» кружки. На её вопрос об этом, парень просто сказал, «разбилась», не вдаваясь в подробности. Он очень устал сегодня, был просто сумасшедший в эмоциональном плане день, да и в физическом тоже. За не полные десять часов он успел пережить лучшую сказку в своей жизни с «китайским хэпи эндом». Бэйн как прекрасный принц был властен, но вместе с этим нежен и заботлив. Он заставил Алека хоть на какое-то время почувствовать себя особенным, желанным, единственным в чьей-то жизни, но, как и всё хорошее это закончилось слишком быстро, слишком резко. Наверное, оно и к лучшему. Это как жалость хирурга, сделать больно, чтобы потом стало легче. Так парень не будет плодить в себе необоснованных иллюзий. По крайней мере, так он пытался уговорить себя, полночи ворочаясь в собственной постели и прокручивая в памяти прошедший день. Ведь они ничего друг другу не обещали и это злосчастное «Я позвоню» в конце. Даже если глубоко в душе Лайтвуд и хотел в это верить, то разум тут же подкидывал множество негативных примеров из прошлого, с которыми ассоциировалась эта фраза. Да и, в конце концов, Бэйн не просил его номер телефона, что говорило само за себя. Это. Просто. Секс… Но к одному выводу брюнет всё же пришёл, он решил спрятать эти, безусловно, прекрасные воспоминания в дальнюю шкатулку своей памяти. Он будет бережно хранить их, доставая иногда и рассматривая как драгоценные камни. Вспоминая как один прекрасный человек, на целых десять часов подарил ему весь мир. Показал, какого человека Лайтвуд хотел бы видеть рядом с собой, к каким отношениям стремился. И за это он был очень благодарен Магнусу. Теперь перед глазами у него был пример, некое мерило для того, чего он хотел от жизни. Заснуть парню так и не удалось, стоило смежить веки, как перед глазами появлялся Магнус. На часах было только четыре утра, Иззи спала и после такого напряжённого рабочего дня, раньше десяти просыпаться не собиралась. Так что Алек переоделся в спортивную одежду и, вставив в уши наушники, пошёл на пробежку. На улице только-только занимался рассвет. Было прохладно, но не так чтобы очень. Свежий воздух приятно холодил кожу, а музыка забивала все мысли. Может быть, хотя бы вымотавшись до предела, он сможет заснуть. Через пару часов Лайтвуд вернулся в квартиру. Как и ожидалось было темно и тихо. Неспешно приняв душ, Алек поплёлся на кухню готовить завтрак, тело нещадно ломило, а глаза слипались, но стоило опустить голову на подушку, как предательский сон куда-то прятался и отказывался возвращаться. В таком полубессознательном состоянии его и нашла Изабэль, когда выползла из своей комнаты (О ЧУДО!) в половину десятого. – Что с тобой, Большой Брат? Ты со вчерашнего дня сам не свой? Если это из-за собеседования, то просто забей – Иззи подошла ближе и обняла брата со спины. – Мы совсем справимся и обязательно найдём тебе работу, какую захочешь. Всё будет хорошо. – Да, ты права. Мы справимся. – Александр тепло улыбнулся сестре и плотнее прижал её руки к себе. – Так что случилось с твоей кружкой? Ты её столько лет хранил. Кажется, тебе её ещё Джейс дарил? Джейс Эрондейл был лучшим другом и первой любовью Лайтвуда ещё со школы. Алек нежно пестовал свою привязанность несколько лет, скрывая от друга-натурала. И в конечном итоге тот просто женился на хорошей девушке, и их развела жизнь. Но кружку, как-то подаренную ему на день рождения, парень продолжал бережно хранить как память о хороших временах. Изабэль было странно видеть такую спокойную реакцию на потерю столь дорогой сердцу брата вещи. Самого же Алека это, кажется, совсем не волновало. – Кстати, Иззи… – окликнул её брат – К тебе вчера приходили. – Да? И кто же? – девушка обошла стол и села на стул, на котором вчера смеялся над его рассказами Магнус. По лицу парня пробежала тень, и он быстро встал, отворачиваясь к плите, что бы налить сестре кофе и справиться с нахлынувшими эмоциями. – Магнус Бэйн, сводный брат Рафаэля. – это имя всё ещё причиняло некий душевный дискомфорт, но Алек старался держать под контролем хотя бы голос. – Магнус Бэйн? Тот самый Магнус Бэйн? И что же ему понадобилось? – недоумённо посмотрела на брата Изабэль. – Да, тот самый. – он тяжело вздохнул и сглотнул вставший в горле ком – Он хотел поговорить с тобой, о ваших отношениях с Рафаэлем, и что бы ты оставила того в покое. – голос парня не выражал ровным счетом никаких эмоций, в общем как и лицо, когда он поставил перед ошарашенной девушкой кружку с бодрящим напитком. – И ты так спокойно об этом говоришь? – не поверила своим ушам Иззи – Брат, да что с тобой? Или ты тоже думаешь, что нам надо расстаться? – её глаза чуть покраснели, выдавая удерживаемые слёзы. – Во-первых, я ни разу не встречался с этим парнем, что бы судить о нём и советовать тебе что-либо. – всё тем же без эмоциональным тоном вещал Лайтвуд. – Во-вторых, я сказал, что ты приличная девушка со своим стабильным заработком и просил Мистера Бэйна не лезть в ваши отношения, а дать разобраться самим. В-третьих, я просто плохо спал сегодня и у меня жутко болит голова, так что, пожалуйста, не принимай всё на свой счёт. – Алек слегка улыбнулся и, поцеловав сестру в чёрную макушку, скрылся в своей комнате.

***

С того самого дня минуло уже две недели. От Магнуса не было ни слуху, ни духу, чего, в общем-то, и следовало ожидать. Алек не ждал его, нет. Он всё понимал и принимал, но иррациональное чувство надежды на продолжение сказки ни как не хотело умирать. Лайтвуд практически вернул себе душевное равновесие и почти не вспоминал Бэйна, только красочные сны всё ещё иногда мучали его. После них парень просыпался разбитым и со странным щемящим чувством в груди. Брюнет все эти две недели активно искал работу, бегал по утрам и даже ходил в тренажёрный зал, абонемент в который бесплатно перепал Изабэль за фото в их рекламе, лишь бы ни о чём не думать. Это была проверенная стратегия, заменить одни мысли другими. И вот одним прекрасным пятничным утром, пока брюнет делал растяжку под какой-то ритмичный трек, телефон его зазвонил, сверкая незнакомым номером. – Алек Лайтвуд – ответил на звонок парень. – Доброе утро, Алек. Это миссис Томпсон из «Центра детского развития Томпсонов». Мы встречались пару дней назад – Лайтвуд сразу вспомнил эту женщину. Ей было немного за пятьдесят, такая кругленькая, добрая и радушная старушка. Они с мужем уже много лет занимались ранним развитием детей от полутора лет и выше. – Да, конечно – улыбнулся в трубку парень – Конечно, я вас помню. – Так вот, по какому поводу я звоню вам. Мы с мужем и коллективом посовещались и решили, что очень хотели бы видеть в своих рядах именно вас… - в дверь квартиры позвонили, и брюнет, встав из поперечного шпагата, не спеша побрёл в прихожую открывать дверь. Слушая щебетание старушки о тонкостях оформления и всяких нюансах, парень открыл дверь, даже не смотря в глазок. На пороге стоял Магнус-мать-его-Бэйн собственной нежеланной персоной. Улыбка тут же сошла с лица парня. – Миссис Томпсон, простите. У меня только что возник форс-мажор, разрешите я перезвоню вам немного позже, и мы договорим. – женщина ещё что-то сказала в трубку, но Бэйн этого не слышал. – Да, конечно. Всего хорошего. Парень отключил телефон и, сложив руки на груди без единой эмоции на лице и в голосе осведомился: – Чем обязан Вашему визиту, Мистер Бэйн? Если Вы всё ещё по поводу Изабэль и Рафаэля, то мне нечего вам сказать. Нашу позицию я изложил ещё в прошлый раз. – Сладкий… – сверкнул хитрыми глазами Бэйн – Может, впустишь. Разговаривать на пороге не очень удобно. Лайтвуд смерил его безразличным взглядом и ушёл на кухню ставить кофе, а может и выпить чего покрепче. За что же Вселенная его так ненавидит? Магнус во плоти опять был само совершенство. Серая льняная рубашка с закатанными до локтя рукавами отлично обтягивала тело. Две верхние пуговицы были расстёгнуты. На шее висел какой-то цилиндрический кулон из белого металла шикарно подчёркивавший ключицы. Светлые брюки отлично облегали ноги в нужных местах. Бэйн привычным движением скинул обувь и прошёл за парнем на кухню. Тот стоял спиной и мерно помешивал варящийся кофе, рядом стояла початая бутылка коньяка. Пил он оттуда сейчас или нет, история умалчивает. Магнус присел за стол, не решаясь начать разговор. Реакция парня (точнее её отсутствие) его напрягала. Брюнет, закончив с приготовлением кофе с коньяком, поставил кружку перед гостем и сам уселся напротив. – Итак, Мистер Бэйн, о чём же вы хотели поговорить? – спросил Алек и отпил из своей кружки. Магнус немного замялся под холодным взглядом и обхватил бока своей кружки руками. – Александр… – парень на это обращение лишь поморщился – Я знаю, ты злишься, я должен был позвонить… – Нет, не должен – спокойно перебил его Лайтвуд. – Мы ничего не обещали друг другу. Это был просто секс, взаимное влечение, не более. – Да, но… Уходя я сказал, что позвоню и был намерен это сделать, пока через сутки до меня не дошло, что я забыл спросить у тебя номер телефона… – Алек снова раскрыл рот, что бы что-то сказать, но Бэйн оборвал его на вдохе. – Не перебивай меня, Александр… – выдохнул он, серьёзно глядя в глаза парню, от чего Лайтвуд не меняясь в лице, просто захлопнул рот. Парень изо всех сил старался держать свои эмоции в узде, чтобы потом, когда Магнус снова уйдёт, не было так больно. – Да, я виноват. Я не пытался связаться с тобой две чёртовых недели, и у меня на это были свои причины. – Мужчина прикрыл глаза и тяжело вздохнул. – У меня есть сын… Глаза Алека немного удивлённо расширились, и это было единственное проявление эмоций за весь их недолгий разговор. – Его зовут Макс, ему всего четыре года и я не могу надолго оставлять его одного. В моё отсутствие за ним приглядывает моя домработница Камилла, но она уже не молода, и ей тяжело поспевать за маленьким сорванцом. На следующий день после нашей встречи, пока я был на работе Макс упал с дерева. – было видно как мужчине нелегко об этом говорить, но Лайтвуд продолжал молчать. Он лишь подлил им обоим в кофе ещё коньяка, за что получил благодарный взгляд азиата. – Эти две недели мы провели в больнице с вывихом и сотрясением мозга средней тяжести… – Магнус сделал большой глоток, мысленно снова переживая все эти события снова. – Пойми, тогда я думал только о нём… Даже на работу не отвлекался… Макс единственный на самом деле родной мне человек… Но всё это время я думал и о тебе. О том, что было между нами. Согласись, это всё-таки был не просто разовый секс. Никто не принимает душ вместе, не завтракает, и уж тем более не целуется на прощание после разовой близости. – Не надо, Магнус. – перебил его Алек – не пытайся убедить меня в том, что я для тебя что-то значу. Не надо. Твоё увлечение пройдёт, ты встретишь кого-то лучше меня. Для тебя это не проблема. А я останусь один. Пожалуйста, просто не делай мне больно. Мы с тобой разных полей ягоды, мы живём в разных мирах… – Александр… Я понимаю, тебе трудно довериться мне, тем более после всего, что между нами было. Я сам с большим трудом доверяю людям и да, не буду скрывать, я наводил о тебе справки – на это заявление Лайтвуд только фыркнул. – Мои последние отношения были четыре года назад и разбились о появление в моей жизни Макса. С моим положением не так то и легко найти кого-то кто видел бы во мне человека, а не кошелёк с привилегиями… Ты первый за многие годы, кто увидел во мне меня, ты честный, искренний, и любишь детей. Поверь моему опыту, сладкий, таких людей не так уж много… Я не прошу у тебя многого, всего лишь дать шанс этим отношениям... Нуууу и… – немного замялся Бэйн и плеснул ещё коньяка себе в кружку – я хочу предложить тебе работу. – У меня уже есть работа – отозвался парень. – Просто выслушай меня, Александр… - Лайтвуд кивнул. – Камилла уже не молода, ей скоро стукнет пятьдесят, а Макс маленький энергичный мальчишка. И ввиду специфики твоего образования и предпочтений в работе я хотел предложить тебе заботиться о нём, пока меня нет. Эдакий симбиоз нянечки, воспитателя и учителя, с совместным проживанием. Мы живём за городом, и поэтому постоянно мотаться туда-сюда будет неудобно. Я понимаю, это не совсем то, чего ты хотел и если ты откажешься, я пойму, но помимо работы так мы сможем проводить больше времени вместе и попробовать построить отношения. – Так тогда в ресторане, по телефону ты разговаривал с сыном? – задал неожиданный вопрос Алек. – Да. – Ты был женат? – продолжил он свой допрос. –Нет. – Кто мать Макса? И почему вы не вместе? – Её звали Доротея. Мы дружили много лет ещё с университета. Она умерла при родах. Беременность протекала очень тяжело, отказывали почки, но делать аборт она не хотела, при родах открылось внутреннее кровотечение. Родных в Америке у неё не было, поэтому я забрал Макса себе. – Ты биологический отец Макса? – задал брюнет последний интересующий его вопрос. – Нет, я не знаю кто его отец. Дот никогда о нём не говорила… Что ж, Александр… – азиат взглянул на наручные часы. – Мне пора, скоро встреча с важным клиентом. Я очень надеюсь, что ты позвонишь мне, как обдумаешь моё предложение. – с этими словами он грациозно достал из кармана визитку и положил на стол перед Лайтвудом. Парни встали из за стола и молча направились в прихожую. Как и в прошлый раз, уже переступая порог Магнус оглянулся и бережно взяв руку Алека в свою, поднёс её к губам и поцеловал костяшки. – Я очень надеюсь, что ты согласишься, милый… Я буду ждать твоего звонка, не затягивай с этим – и лукаво подмигнув Лайтвуду, вышел за дверь. Оставляя парня разбираться с мешаниной разрывающих его чувств…