.
5 июля 2018 г., 12:45
Примечания:
Отбечено!
Все это происходит на выпускном — уже после той самой черты, когда Стайлз наконец-то перестал бояться за собственную безопасность.
— Божечки, Скотт, он идет сюда. Я знал, что он убьет меня после сумасшедших переглядываний на математике… Я просто сравнивал наши с Лидией конспекты! Но нет, сначала Джексон, теперь он. Что дальше, вся команда по лакроссу?
Скотт шмыгает носом вместо ответа.
— Стайлз станет очень мертвым через пять, четыре… — Стилински поворачивается к Скотту, чтобы увидеть его удаляющуюся спину. Шокированный предательством лучшего друга, Стайлз может только таращиться вслед белой рубашке, прежде чем вспоминает о Дереке.
Который вдруг стоит слишком близко.
— Хей, — говорит тот через некоторое время.
— Хей, — повторяет Стайлз и трясет рукой, чтобы сделать хоть что-то. Иисусе, он наверняка выглядит как идиот — и, как минимум, так же себя чувствует, яростно краснея.
Дерек неловко прочищает горло: — Не хочешь потанцевать?
Глаза расширяются сами собой — Хейл попросил его… Если да, это ли не аргумент в пользу мультивселенных? Потому что стоящий перед ним Дерек точно не реальный.
Однако, на всякий случай...
— Я Стайлз, — выпаливает он.
...ну, вы знаете. Лучше все прояснить заранее.
Дерек слегка хмурится, глядя на него, и кивает:
— Ага. А я Дерек.
— Я в курсе, — отвечает Стайлз и физически ощущает, как пылают его щеки. Ох, да ладно, нельзя смутить человека фактом, что он знает чье-то имя, таких имен тысячи. — В смысле… Ты серьезно?
Он неловко потирает шею, а Хейл, рассматривая пространство между ними, снова кивает. Остается только вдохнуть поглубже;
— Хорошо… Да, хорошо.
Внезапно в глазах Дерека слишком много надежды и смущения, и Стайлзу совсем непросто выдержать всё происходящее. Они неторопливо начинают идти, пока тот пытается справиться со странными мыслями: Дерек ведь не предложил танец, чтобы танцевать именно со Стайлзом?
— Эм, я уверен, Лидия бы согласилась побыть с тобой, — он делает попытку, когда они становятся на подходящее место.
Дерек моргает, и его уши, кажется, розовеют.
— Я попросил тебя.
Стайлз в разгаре открытия нового оттенка алого, неспособный ни на что, кроме сдавленного согласия. Они танцуют — они по-настоящему танцуют. Его мозг взорвался, и именно поэтому он задает следующий вопрос.
Ладно, кроме мозговзрыва: это же Дерек — скромный парень из математического клуба, который в последний разговор со Стайлзом выдал тот прикол с -1\12, и Стайлз заинтересовался, погуглил—
— Слушай, эта штука, о которой ты говорил, не из утверждения, что сложение всех натуральных чисел на самом деле равно -1\12?
Че-е-ерт
Отменить-отменить-отменить
Стайлз бы хотел, чтобы земля поглотила его прямо сейчас, почему он… Оу, так ведь он только что вспомнил и захотел спросить Дерека о чем-нибудь, а тот прямо здесь, и почему бы и нет, как раз отличная возможность показать свою истинную сущность Стайлза–ботаника.
Дерек озадачено глядит на него, затем опускает взгляд и стеснительно улыбается: — Точно.
Больше никакой математики, он танцует по милости Иисусьей. Стайлз очарован и немного одурманен кроличьими зубками.
— А ты… — начинает Дерек, но кусает нижнюю губу в молчании. Некоторое время он смотрит на сгиб стайлзова локтя и пытается снова: — Ты пробовал вычислять?
Окей, это просто чувство, но выглядит так, словно Дерек правда старался решить уравнение. И так как Стайлз — ботаник, те слова были слишком многообещающими, чтобы не проверить.
— Да, — подтверждает он и неловко смеется.
— Я тоже! — Дерек выглядит смелее и даже щурится от удовольствия. Сердце Стайлза наверняка уйдет в отставку после таких тренировок в виде одного конкретного одноклассника.
— Ну, и как ты выяснил? В смысле, есть разные способы сложения всех этих чисел…
Болтать посреди танца — мило и вполне нормально, однако вскоре Стайлз хочет поделиться чем-то с Дереком, и Дерек хочет что-то ему показать, и в итоге они говорят больше, чем танцуют. Темы для разговоров слишком захватывающие, приходится забросить плавные движения и отправиться искать салфетки, чтобы написать вычисления.
После математики наступает черед музыки, ведь салфетки всегда связаны с музыкой. От музыки — один шаг до книг с фильмами, затем их дискуссию о квантовой физике перебивает песня, которая нравится им обоим, и Дерек предлагает заново потанцевать—
И сколько же часов прошло?
Во всяком случае, некоторые люди еще здесь, а Дерек не заговаривает об уходе, поэтому они продолжают говорить о школе. Здорово, что организаторы выпускного снабдили их таким количеством салфеток, пусть и не в том смысле, в каком хотел бы Стайлз.
А вот теперь зал выглядит опустевшим: среди редких компаний учащихся Стилински узнает только Гринберга. Он извиняется перед Дереком и решает проверить телефон, ведь Скотт с Лидией сообщили бы, если бы захотели уехать—
Он-не-смотрел-Звездные-войны: ДА ТЫ СЕГОДНЯ ПОТРАХАЕШЬСЯ, УДАЧИ
Он-не-смотрел-Звездные-войны: не хочу влезать во все это напряжение, мы с Эллисон уходим
Он-не-смотрел-Звездные-войны: позвони завтра беЗ ДЕТАЛеЙ
Королева-коктейлей-Молотова: Уже уехала. Купи мне кофе в понедельник, и я представлю тебя клубу по математике. Не говори с Хейлом о сексе, у меня его и с Джексоном достаточно.
Стайлза бросает в дрожь от слов «секс» и «Джексон» в одном предложении.
Он-не-смотрел-Звездные-войны: чувак пожалуйста никаких деталей! я слышал слишком много о дереке и меня тошнит когда вижу его потным
Ах, да, та незабываемая тренировка. Стайлз весьма горд своими удачными комментариями.
Королева-коктейлей-Молотова: Надеюсь, не увижу ни одного из вас, снова пишущего что-то идиотское вроде Ʃ=-1/12. Это не бесконечность, но если добавить натуральные числа от одного до бесконечности, то выйдет равное -1\12.
Он хихикает, и когда Дерек смотрит на него, показывает последнее сообщение.
— Вы двое близки, — замечает тот, и это румянец?
Стайлз недолго молчит, потому что даже ему нужно время, чтобы собрать себя по частям. Дерек прямо здесь и такой милый.
— Полагаю, она моя лучшая подруга, — в итоге он пожимает плечами.
— Думаешь, мы сможем ими быть? Друзьями?
Стайлз улыбается, и в его голове играют на бонго крошечные единорожки и вафельки: — Конечно, мы сможем.
И хах, они новопровозглашенные друзья, которые теперь смотрят друг на друга не совсем по-дружески.
— Это… — перебивает тишину Стилински, кто-то правда должен; — не хочешь прогуляться?
Дерек соглашается, и они неторопливо выходят из здания школы. Стайлз глубоко вдыхает, наслаждаясь приятной ночной теплотой, и они достаточно близко, чтобы слышать доносящуюся музыку.
— Потанцуем?
Хейл соглашается так быстро, что Стайлз не успевает удивиться, с чего это он вообще открыл рот. Сильные руки вокруг талии дарят такое ощущение—
—которое совсем не способствует их статусу бро. Стайлз понимает неправильность происходящего, однако все равно не может перестать таращиться на Дерека и нервно облизывать губы.
Тот на мгновение смотрит на его рот.
Они продолжают танцевать.
Нет, больше нельзя это терпеть! У Стайлза, как всегда, есть гипотеза: если он оближет губы, заметит ли Дерек? Или всё было простым совпадением? Во имя науки, только и всего.
— Я… — начинает Стайлз, и удостоверившись, что обратил на себя внимание, прикусывает нижнюю губу и проводит по ней языком.
Дерек наблюдает, затем моргает и концентрируется на стайлзовой руке.
— Я, э… — еще одна попытка, которую нельзя свести к чертям: — ты пялился на мой рот?
НеееЕЕЕеЕт СТаааааЙЛз
Даже мозг разочарован в своем хозяине. Дерек выглядит так, словно больше никогда не сможет поднять взгляд.
— Нет, нет, в смысле… Ты можешь пялиться на него! И— Меня совсем не раздражает.
Боже, он ведь не мог сказать такое вслух, пожалуйста? С этого момента Стайлз — не Стайлз, а хамелеон, не считая отсутствия навыка маскировки и буквально фонтанирования смущением и красным лицом.
Да, какая у него насыщенная жизнь.
— Аргх, — рычит Стилински низким голосом и прячет щеки во вспотевших ладошках, — я так не могу!
— Как — так? — немедленно спрашивает Дерек.
— Не знаю, дружба с хорошей дозой флирта, — он трясет головой, позволяя рукам обессилено упасть по бокам.
Стоп, Стайлз сказал флирт, пока говорил с Дереком? Как будто он самодовольный или типа того? Серьезно, люди могут учудить невообразимые вещи.
Теперь для разнообразия он не может поднять глаз.
— Можно тебя поцеловать?
Стайлз едва воспринимает происходящее, но все равно кивает, чувствуя себя где-то в другом месте, в другой вселенной, потому что он услышал поцеловать, а рядом только Дерек— Который подходит ближе и накрывает его губы своими.
Это мягко и тепло, и слишком много, и слишком мало. Стайлз стоит как вкопанный, а затем придвигается еще, чтобы чувствовать жар тела Дерека.
Они едва соприкасаются, что ощущается так хорошо. Дерек едва открывает рот, немного касаясь языком, но Стайлз принимает это и отвечает с большим напором. Сначала Хейл держит ладони на бедрах Стайлза, но как-то приходит к тому, что аккуратно трогает покрытое родинками лицо и шею; и когда тот замечает легкое давление на кадык, их языки сплетаются, горячие и влажные, и Стайлз не может сдержаться от тихого стона.
Он чересчур смущен и поспешно отодвигается, тяжело дыша и наверняка покраснев везде, где только возможно.
— Прости… — Иисусе, даже его голос звучит по-другому.
— Нет, я— Что— Что не так? — Дерек хмурится со своими преступно яркими губами и розовыми щеками.
Требуется секунда, пока Стайлз пытается собрать себя в руки и вернуть мозгу нормальное состояние из комочка противной слизи. Неожиданно он чувствует себя глупым, прервав самое интересное:
— Можно... Снова?
Дерек доверчиво тянется вперед, и черт, его лицо вблизи такое потрясающее. Стайлз не верит, что находится прямо здесь.
Он вздыхает и целует Дерека, пытаясь отвлечься от посторонних мыслей и просто плыть по течению. Поцелуй другой — глубже, чем до этого, а дерековы руки вспархивают к его шее, перебирая отросшие волосы. Стайлз слышит негромкий стон и совсем сокращает расстояние, так, что их тела наконец-то прижаты друг к другу, трогает чужие плечи, спину, поясницу—
Дерек стонет еще раз и прижимает Стайлза к стене.
Это — прямо здесь — его гребаная фантазия.
Поцелуй становится грязным, тонущим в постанываниях, и Стайлз вскидывает бедра в поисках трения. Дерек немедленно отвечает, притираясь сильнее, пока тот старается вдохнуть воздух. Когда мускулистая рука начинает шарить под рубашкой, Стилински откидывается назад — рубашка же была заправлена в брюки, что происходит, боже. Он наверняка выглядит полностью разрушенным.
Глаза расширяются, голова становится совсем легкой, но вдруг Стайлз замечает какое-то движение. Он смотрит налево, и—
чертов Гринберг.
— Погоди, — шипит Стайлз, пытаясь перехватить наглую ладонь, — тут Гринберг!
— Какая разница, — отвечает Дерек с похотливой полуулыбкой и целует его в шею.
— Ох, стой… Т-ты уверен?
— Абсолютно.
Стайлз может чувствовать дыхание Хейла на коже, перед тем как тот начинает делать огромный засос. Он искренне хочет быть тихим (ну да, он только старается не быть слишком громким), но очередной мяукающий звук срывается с губ, едва Дерек проводит языком по наверняка побагровевшему синяку.
Стилински наслаждается от безнаказанного удовольствия обнимать Дерека, трогать перекатывающиеся мускулы под пальцами. Невозможно поверить, что этот парень, этот Дерек — тот же, кому нравятся Звездные Войны и уравнение с -1\12.
Это осознание подталкивает Стайлза прижаться вплотную и двинуть тазом, и Дерек задыхается, просунув бедро между его ног. Ощущение головокружительное — Стайлз не может перестать двигаться, тереться об него. Он хочет снова поцеловать Дерека, но получается небрежно, да и они оба слишком потеряны для любой попытки изящно выразить эмоции.
В конце концов, Стайлз кончает с жалобным стоном, уткнувшись Дереку в шею. Когда он становится способен разлепить глаза, слепо мигая, его рот открывается в удивлении.
Должно быть, раньше Дерек успел расстегнуть молнию и теперь проводит рукой по всей длине, тяжело дышит в чужой висок. С такого ракурса Стайлз не может видеть его член, но слюна все равно скапливается на языке.
— Можно, я попозже отсосу тебе? — мурлычет Стайлз, глядя на покрасневшую головку.
Дыхание Хейла сбивается, как и весь его ритм, он громко — очень сексуально — рычит. Вид того, как твоя ожившая мечта кончает в кулак, почти заставляет Стайлза взлететь и отправиться прямиком в рай.
Он тянется к острому уху, торчащему из-под влажных волос, и спрашивает: — Можно?
Дерек кивает, так что Стилински дотрагивается до члена и мягкими движениями распределяет остатки спермы по стволу. Опустившаяся было плоть дергается, и Стайлз задается экспериментальным вопросом—
Они слышат смех где-то позади, в школе, и ошарашено вкидывают головы.
Стайлз пытается заправить рубашку обратно в брюки, но понимает, что на ней осталась сперма Дерека — привет, альтернативная реальность! Он быстро смотрит на Хейла и надеется, что более-менее привел себя в презентабельный вид:
— Ха, уже поздно?..
Дерек на секунду сталкивается с ним взглядом и застенчиво трогает нос указательным пальцем.
— Я провожу тебя до машины.
Они идут бок о бок, ладонь Дерека неуверенно касается пальцев Стайлза. Черт, он точно закончит вечер с успокоительным.
Мир всегда был таким прекрасным? Таким ярким и замечательным?
Остановившись перед джипом, Стайлз неловко переминается с ноги на ногу:
— Итак, не дружба с флиртом, а? — начинает он.
Дерек выпускает смешок и трясет головой. Но затем улыбка спадает, а глаза начинают тревожно сверкать.
— Бойфренды?
Стайлз с энтузиазмом кивает. Как люди могут легко проворачивать такие загадочные клевые штуки?
— Хм?
О, Скотт, должно быть, спал. Стайлз был так взволнован, что забыл о времени суток и некоторых непреложных столпах этой реальности.
— Скотти, я поцеловал Дерека. И он поцеловал меня, так много раз…
Маккол грозно шипит.
— Да ладно, Скотт! Я страдал, пока ты описывал каждую деталь улыбки Эллисон. Теперь ты как минимум обязан послушать о члене Дерека—
Тот снова шипит, словно какая-нибудь разозленная ящерица, и сбрасывает вызов.
Стайлз не сдается: сын шерифа, в конце концов. Он открывает мессенджер и быстро строчит: Поглаживания и сперма — не секс, ок?
Он-не-смотрел-Звездные-войны: СТаЙЛЗ
Стайлз разозленно надувает губы. Ему виднее, хотя он не рискнул бы написать такое Лидии. Остается пожать плечами и снять грязную рубашку—
Ох, вау. Теперь все произошедшее выглядит невозможным. Словно квантовая физика, наконец, имеет смысл. Стайлз быстро смотрит на рюкзак, в котором остались салфетки с вечера — так что да, это уравнение тоже выглядит не особо возможным.
Иногда многие вещи, которые кажутся нереальными — как квантовая физика, или как Дерек Хейл, спрашивающий в сообщении, добрался ли Стайлз домой, — вполне настоящие.
Стайлз улыбается и принимается печатать ответ.
