***
Ночь. Парк. Антон. Один. Арса все еще нет. Призрак, сука, опаздывает! До чего дожили! Он там накраситься решил? Носик попудрить? Если да, то его пора разочаровать. Ему нечего, блять, пудрить! У Шастуна было уже одно желание. Нанять некроманта, чтобы вытащил этого дохляка из могилы, а потом его снова… — Привет, — раздалось за спиной у Антона, не давая ему продолжить мысль, — прости, что опоздал. Были дела. — Ты даже не представляешь, как дорого тебе стоило бы твое опоздание еще хоть на минуту, — серьезно произнес Антон. — Прости, я пришел бы вовремя, да тут появился Матвиенко и спросил меня насчет костюма. В общем, я решил, почему бы и нет, — после этого непонятного набора слов от Арсения, Шастун посмотрел на него. Призрак был в костюме! — А как… — Антон начал заикаться, — Как ты это… вот это сделал?! — Не знаю, — честно ответил Арс подняв плечи, — Просто так получилось и все. — Ладно… — протянул Шастун, потом закрыл глаза и покачал головой, — Может, пойдем? — Да, конечно, — спохватился Арс.***
Парни гуляли по парку наслаждаясь тишиной вокруг. Ночью все спят. Они разговаривали как всегда, ни о чем. И им все нравилось. Разве, не это главное? — Я до сих пор не могу понять, зачем ты передвигаешь ногами и делаешь вдох перед тем как говорить, — серьезно произнес Антон. — Не знаю, — спокойно ответил Арс, — Я просто не чувствую себя умершим. Вот и все. — Все так… просто? — Это сложно, Антош, — грустно произнес Арсений, — Сложно думать о жизни, зная, что твое тело разъедают черви в могиле, твоя семья о тебе уже почти забыла, а старые друзья просто вычеркнули тебя из тусовки и удалили тебя из друзей в соц. сетях. — И что же говорит тебе то, что ты жив? — Антон думал над этим вопросом все это время, с самого знакомства, и тут сыграл детский интерес. — Ты, — тихо ответил призрак и скромно улыбнулся, — От вот этого всего, — Арс провел руками вокруг, — кажется, что сердце все еще бьется и оно здесь, а не на кладбище разлагается, — наступила тишина. — Честно говоря, — неожиданно начал Антон, — я до сих пор не могу поверить в то, что ты не жив. Ну, не правильно это все. — Ох, Тоша, — вздохнул Арсений, — будь мы сейчас с тобой по одну сторону, я бы тебя поцеловал. А так не могу…