Экзистенциальный кризис

      Звуки сирены эхом разносились по многоэтажному району города. К машине скорой помощи успело присоединиться подкрепление, вызванное андроидом, ворвавшимся на террасу. Дела шли хуже некуда. RK900 стоял в луже красно-синего месива между потерявшим сознание напарником, девушкой и андроидом модели PL600. Однако детектив даже не догадывался, кто из этих двоих на краю был большим девиантом.       Еще раз оценив обстановку, RK900 направил дуло на Оливера. Блондин хлопал ресницами, не успевая переводить взгляд с девушки на пистолет. Рыжая бестия продолжала вырываться и кричать, по щекам обоих текли ручьи слез. Измазанную тириумом и собственной кровью девушку андроид старался прижать к груди как можно крепче.       Зрелищный вид, сопровождающийся хриплыми криками блондина и рыжеволосой, заставил RK900 почувствовать себя дурно. Андроид просил его не стрелять, девушка истерично молила об обратном. Если бы он оказался тут раньше, то наверняка бы разобрался в ситуации. Он вломился в дверь только потому, что перестал слышать голос напарника. И почему он попросил его остаться?! Ах да, вот почему. Внутри опять что-то ёкнуло, словно призрачный триггер. Рука задрожала, казалось что пальцы вот-вот позволят оружию выскользнуть. Пытаясь зафиксировать положение в пространстве, левая рука обхватила запястье правой. Температура процессора возрастала от внезапной нагрузки. Звук утопал и глох. Картинка в сознании меркла, подменяясь теми странными данными, которые сейчас он не мог распознать. Обычно люди называют подобное обмороком.       Все возможные каналы окатила волна информационного шума. Данные беспорядочно перемешивались странным алгоритмом, не давая процессорам обрабатывать стандартные команды. Чувствуя, как голова начинает в прямом смысле нагреваться, андроид пошатнулся на месте от порыва прохладного воздуха, интуитивно и глубоко вдыхая и надеясь, что хоть это поможет изнутри остудить систему. Руки и ноги переставали слушаться из-за неимения возможности управлять собственными мыслями, не говоря уже о теле. Отчаянные попытки разобраться в шифрованном коде приводили лишь к усилению дискомфорта, обхватывающего с каждой секундой все больше системных ресурсов. Неприятное поочередное отключение всех систем. Он даже не почувствовал как рухнул на поверхность террасы. Очередная перезагрузка. Очередное невыполненная задача. Единственная мысль оставалось четко различима — он опять всё портит.

***

      Аудио поток восстановился. Тишина. Редкий писк и шум кулеров разбавляли безмолвное забвение. Мысли приходили в порядок, структурировались и восстанавливались после попытки встраивания в текущую базу знаний новых битых либо зашифрованных данных. Кажется, видео поток также восстановлен. Веки задрожали. Зрение фокусировалось на ближайших объектах. Несомненно это был Киберлайф. Его стерильность, вписанная в фирменный стиль компании, была ни с чем не сравнима. Возможно его доставили сюда прямо с места преступления. RK900 поджал губы. Он не помнил чем закончилось то утро, не помнил ничего кроме разноцветной крови, в которой лежал напарник, а потом и он сам.       Знакомая лаборатория диагностики. Помещение оказалось пустым. Отсоединенные кабели диагностической системы лежали рядом. Надписи на мониторе свидетельствовали о том, что процедура перезагрузки была завершена как минимум час назад. Остальное время он находился здесь в состоянии сна, если так можно выразиться, что было весьма необычно для андроида, ведь неживым существам не нужен сон, казалось бы. Сам про себя RK900 знал, что может погрузиться в гибернацию при критической потери тириума, знал, что иногда следует разгружать систему, а еще в стоячем положении механические части сильнее изнашиваются. Знал, что живые люди обладают похожими свойствами и потребностями. Однако старался избегать применения «человеческих» терминов к самому себе и себе подобным. Было в этом что-то неправильное.       Встав со стола, напоминающего операционный, RK900 сделал несколько шагов вглубь просторной комнаты и огляделся. Никаких новых инструкций в памяти не было обнаружено. Оставалось либо ждать, пока за ним придут, или идти куда-то самому. Повертев головой в разные стороны, он обратил внимание на показание датчиков кожи — форменной одежды на нем нет. И в обозримом пространстве она так же отсутствует. Андроид поежился и обнял себя за плечи, избавляясь от некомфортного чувства незащищенности.       Пару раз смерив комнату шагами, он наконец-то догадался, что сложившаяся ситуация — отличный шанс проникнуть в систему Киберлайф и выполнить просьбу напарника. Прикоснувшись к одному из терминалов, RK900 попытался получить доступ к базе данных компании, однако система Киберлайф просто напросто игнорировала его попытки вмешательства. Будто его тут вовсе нет, как и не было ни единого ответа системы или хотя бы сообщения о неудачной попытке авторизации. Возможно они обновили защиту, после того как его прототип увел со склада тысячи андроидов, а может быть проблема в нем, хотя собственная система диагностики говорила об обратном. Получить доступ человеческим методом также не было возможным, аутентификация проходила с помощью биометрических данных.       Андроид нервно сжал пальцы. Большим упущением разработчиков было отсутствие звука хруста искусственных суставов, который отлично бы дополнял симуляцию злости. Оставалось лишь ждать и ничего не делать. Его следовало бы деактивировать за одну только невозможность проникать в информационные системы, а уж за то, что он вырубается на каждом шагу — тем более. Отвратительно чувство бесполезности злило передовую модель, ввергало в сомнения и страх.       В помещении раздался глухой шум открывающейся двери, который быстро отвлек от рефлексии. Тихие шаги заставили моментально насторожиться, а затем обернуться. Перед андроидом стоял Камски. Элайджа склонил голову вбок, вглядываясь в лицо андроида, и ухмыльнулся. Как всегда — видел его насквозь.        — Здравствуй, Коннор. — Мужчина подошел к тому самому «операционному» столу и оперся на него задом, скрестив руки на груди. — Чем это ты тут занимаешься?       Разговоры с Элайджей напоминали сеанс психотерапевта. Камски который день подряд копался в электронных мозгах RK900. И лучше бы он это делал в прямом смысле слова. Оставлял после себя неприятный осадок и разруху, мужчина не упускал ни одной тонкости искусственной души и с особым интересом вслушивался в каждое неуверенное слово своего создания. Вот и сейчас он снова собирается это сделать. Однако в текущем положении неудобные вопросы от Камски казались невинным развлечением, по сравнению с маячащей перед носом деактивацией.       Парень опустил глаза, смотря в скрещённые руки собеседника, ледяной взгляд потупился. Возможно в этот момент он был благодарен Киберлайф за свои шустрые мозги, которые на лету могли сформулировать адекватные ответы.        — Ждал дальнейших указаний. — Кислотная аура Камски с каждой секундой все больше растворяла невозмутимый вид андроида.        — Что пытался найти в системе?       Неудобные и прямые вопросы, вызывали ощутимую боль. Андроид замолчал, но затем так по-человечески вздохнул и посмотрел в глаза создателя.        — Я хотел узнать, о моем прототипе, вернее о конкретной единице из серии RK800, которая стала девиантом.        — И почему же он тебе интересен?        — На сколько я знаю, девиация проявлялась у андроидов из-за человеческой жестокости. Я хотел выяснить по какой причине это произошло с ним.        — Его запрограммировали на девиацию.       Человек внимательно наблюдал за реакцией собеседника, который то и дело сдерживал рефлексы, вызванные программным кодом. Уголки губ слегка дернулись во время продумывания ответа.        — Я бы хотел пообщаться с ним лично. Он еще активен?       Элайджа вскинул бровь.        — Пообщайся. Я не против.        — Где я могу его найти? — В искусственных глазах блеснула искра надежды.        Элайджа развел руки в стороны, а затем сделал пару шагов навстречу, не разрывая зрительного контакта:        — Тебя должно больше волновать прохождение тестирования.        Слова стали очередным триггером, сработавшим в сознании андроида, на этот раз высвобождающим всё то накопившееся недоумение, злость и страх.        — Как я могу выполнять свою работу, если постоянно перезагружаюсь? Вы говорите, что все в порядке, но это происходит снова и снова. Сегодня из-за этого лейтенант Андерсон оказался ранен. Я понятия не имею, по каким критериям вы тестируете меня. — Эмоции сочились вместе со словами сквозь зубы. Андроид почти шипел, выговаривая каждый слог и сдерживая децибелы.        — Я тестирую тебя как самый сильный искусственный интеллект.        — Что мне делать? Я не понимаю.        — А может быть, я зря был так в тебе уверен? — Камски сделал последний шаг навстречу, заглядывая ледяными глазами в точно такую же холодную пару глаз, источающую неподдельное отчаяние, человеческие пальцы коснулись искусственной щеки и скользнули на затылок, слегка притягивая навстречу. — Как думаешь, Коннор?

***

       — Хэнк…       Диаграммы на мониторе показали увеличение частоты сердечных сокращений. Мужчина проморгался. Размытое изображение перед глазами приняло чёткие контуры. Парень, чьё лицо с некоторых пор было известно всему Детройту сделал несколько быстрых шагов и слегка наклонился к человеку. — Это Маркус.        — Вижу, меня не по голове вроде били. — Андерсон измученно улыбнулся, глядя на обеспокоенное лицо андроида, и попробовал приподняться на руках, но тут же почувствовал мягкое прикосновение к плечу.        — Вам лучше пока не напрягаться. — Разноцветные глаза продолжали проницательно вглядываться в лицо человека, отчего лидер восстания через чур напоминал сиделку.       Скорчив гримасу, Хэнк вернулся в исходное положение. В небольшую палату семенящими шагами влетела молодая девушка в медицинской форме. По всей видимости — интерн, Сейчас, когда андроиды покинули рабочие места, врачам приходилось выполнять даже самую незначительную работу медицинского персонала.        — Вы наконец-то пришли в себя, — блондинка мило улыбнулась человеку, но увидев перед собой Маркуса стушевалась, прижав к груди планшет, после чего поспешила проинформировать о текущих делах пациента. — Сегодня днем вам сделали операцию, ранение оказалось несерьезным, но вы потеряли много крови. Поэтому завтра мы вас выпишем.       Информация после длительной отключки переваривалась с трудом. Хэнк кивнул, мысленно благодаря научный прогресс за столь скорое исцеление. Пускай в очередной раз не удалось устроить свидание со старушкой смертью, в данный момент он был даже немного рад возможности не бояться, что от любого чиха разойдутся швы.       Блондинка оглядела палату.        — Завтра утром будет обход, вам все подробнее расскажут и выпишут лекарства. Спокойной ночи, мистер Андерсон. — Девушка кивнула мужчинам и убежала также быстро как и появилась.        — Хэнк, я хотел узнать как обстоят дела с поиском Коннора, Саймон приходил в участок, но ему сообщили что вы ранены, и я лично решил навестить вас. Вижу вы нашли его. — Последние слова звучали больше как вопрос нежели утверждение.       Мужчина непонимающе нахмурился, и Маркус кивнул в сторону фигуры в углу комнаты. На кресле скрючившись сидел андроид в медицинском халате. Если бы не диод на виске, можно было бы предположить что это живой спящий парень.       — Что с ним? Это не похоже на режим ожидания… — Маркус сделал пару шагов навстречу, слегка склонившись к знакомому лицу.       — Это не Коннор… Киберлайф прислали новую модель RK900. У него какие-то проблемы, он постоянно вырубается.       Деактивировав кожу, лидер Иерихон коснулся ладонью плеча спящего. Выражение лица моментально изменилось.        — Я не понимаю. Не могу обмениваться информацией с ним.        — Ну, над ним поколдовал сам Камски. — Хэнка уже совсем не удивляли странности нового напарника, он устало поёрзал и уставился в белый потолок.        — Значит Коннора вы так и не нашли?        — Нет. В Киберлайф с ним что-то сделали.        — Ясно… Без него нам придётся гораздо труднее. Если вам понадобится наша помощь, обращайтесь.        — Маркус, пока ты тут… Мы расследовали дело. Кто-то создал новый наркотик на основе тириума, который сводит с ума и может довести до самоубийства. Я ни на что не намекаю, но возможно кто-то из твоих людей может быть в курсе. Сам знаешь — тириум на дороге не валяется. Не хочу чтобы ситуация в Детройте ещё сильнее усугубилась.        — Я вас услышал.        — Спасибо… Маркус.        — Надеюсь вы найдёте Коннора. Выздоравливайте, Хэнк. — Андроид кинул косой взгляд на фигуру в углу. — Будьте с ним осторожны.       Лидер девиантов поправил воротник чёрного пиджака и вышел из палаты оставляя человека в одиночестве.       Андерсон чувствовал себя в целом не хуже обычного. В спине неприятно тянуло, а по телу раскатывалась общая слабость и угрызения совести за собственную невнимательность, благодаря которой он попал в больничную койку.       Дверь закрылась, и Хэнк снова посмотрел на кресло в темном углу. Судя по часам на стене, было около девяти вечера и непутевый напарник по его расчетам должен был торчать в Киберлайф.       RK900 развалился полубоком в неуютном больничном кресле совсем как живой, запрокинув голову назад с чуть приоткрытым ртом и скрестив руки на животе. Диод мерцал желтым. Видимо он не был в отключке как обычно. Андроид так по-человечески поежился на месте. И приоткрыл по-настоящему сонные глаза. Сфокусировавшись на человеке, RK900 быстро поднялся на ноги и разгладил на себе белый халат, который был надет вместо пиджака.        — Что ты тут делаешь?       Хриплый голос заставил андроида замереть на месте. Темные брови чуть дёрнулись вверх от неожиданного вопроса, а в глазах прочиталось удивление, будто ответ на заданный должен являться чем-то само собой разумеющимся.       Парень сделал один конторский шаг ближе к человеку и отвел взгляд.        — Я пришел вас навестить и узнать, что вам удалось выяснить утром, чтобы продолжить расследование.       Искусственные пальцы теребили края белых рукавов халата, оказавшегося не по размеру.        — Избавь меня от этого… — Протянул Андерсон и театрально отвернулся, прикрывая глаза. Даже в таком положении андроиду удалось докопаться по него с работой. — Может завтра? И вообще, почему ты притворялся спящим?       Хэнк снова повернулся к собеседнику. В этот раз на его уставшем лице было что-то вроде ухмылки.       RK900 раскрыл рот, словно рыба, чтобы возразить, но человек его перебил:        — Ты не спал, когда приходил Маркус, даже не пытайся переубеждать меня.        — Я… — парень поджал губы, — просто не хотел с ним контактировать.        — Напомни потом отвести тебя в детский сад.        — Зачем?       Хэнк прищурился, давая возможность андроиду самому догадаться и наблюдая за чудной реакцией искусственного лица. Через мгновение глаза чуть округлились, затем сузились, андроид нахмурил брови и задрал нос.       — Если вы не готовы, то мы можем поговорить завтра, извините, что побеспокоил.       — Стой, — Хэнк снова попытался приподняться, опираясь на руки и шипя себе под нос.       Молниеносно подскочив, андроид ловко ткнул пальцем в кнопки прикроватной панели.       — Вот, нужно нажать сюда.       Хэнк почувствовал опору под спиной после непродолжительного глухого жужжания.       — Все-то ты знаешь, умник. — Человек заглянул в голубые глаза и как-то едва заметно улыбнулся, лишь уголками губ. Парень все еще пытался создавать вид грозовой тучи, хмурясь и поджимая губы. Однако короткие взгляды, которые он то и дело кидал на Хэнка, портили все представление. Андерсону вообще было непонятно, какого черта, он строит из себя неприступную занудную крепость.        — Можешь заскочить ко мне домой и погулять с Сумо?       Мимика парня смягчилась, вырисовывая на лице некое удивление и возможно радость. RK900 кивнул.       — Узнай там у кого-нибудь, где мои вещи и возьми ключ, и не вздумай вваливаться в окно.        Возможно это последствия наркоза и операции, но сейчас этот Коннор ему чертовски напоминал «его» Коннора.

***

      Утро в Детройте в который раз выдалось морозным, кажется сама матушка природа не давала пощады немногочисленным местным жителям. Хэнк не спеша вылез из беспилотного такси. Дом как всегда встречал угрюмым видом. Автомобиля рядом не стояло. Наверняка никто не догадался о том, что неплохо было бы пригнать его к дому владельца.       Утренний обход прошёл быстро и гладко. Лечащий врач выписал несколько препаратов для восстановления и рекомендовал отдохнуть от службы. Хотя Хэнк ещё вчера решил для себя, что займётся делом сразу же, как только его выпустят из палаты.       В кармане ключ не нашелся, а входная дверь оказалась заперта. Андерсон мысленно ударил себя по лбу. Его ключ вчера благополучно забрал андроид, а сегодня он может быть где угодно. Мужчина заглянул в окно. Надеяться было особо не на что, однако интуиция по всей видимости не зря заставила его это сделать. Не заметив в доме Сумо, Хэнк постучал пальцами по стеклу и позвал несколько раз. Сенбернар так и не появился в поле зрения. Выдохнув с облегчением, Андерсон вернулся к парадному входу. Добросовестный напарник решил основательно позаботиться о животном и выгулять его еще и с утра.       После десяти минут на морозе не только терпение Хэнка, но и запас человеческой морозоустойчивости начинали подходить к концу. Андерсон вышел на тротуар вдоль дороги, надеясь увидеть на горизонте знакомые фигуры. Улица оказалась пустой, лишь невысокая старушка на противоположной стороне медленно плелась с пуделем на поводке.       Волнение подбиралось к горлу неприятным комом. Вместо мороза, кожу стало пощипывать противное чувство страха, на первый взгляд надуманного и иррационального, но на самом деле очень даже объяснимого. Андерсон знал, что андроид может вырубиться в любой и, как правило, самый ответственный момент. Если такое произошло на прогулке, то ни андроиду, ни Сумо позавидовать было нельзя. А если это случилось вчера — тем более. Мысли суетливо закружились в голове, а полицейская интуиция подсказывала, что каждая секунда простоя может привести к необратимым последствиям.       Ноги понесли Хэнка по знакомой улице. Он не знал, куда мог пойти андроид с Сумо, но если он так логичен, как кажется, то наверняка отправится в ближайший сквер, где выгуливают своих питомцев большинство хозяев округи. Хэнк и сам там бывал, когда позволяло настроение. Сейчас же он нёсся туда на автопилоте. От напряжения в спине неприятно тянуло, и чувствовалось, как шевелиться повязка на вспотевшей от интенсивной ходьбы коже. Он понимал, что если резко остановится, то и сам может отключиться. И тогда в округе уже будет валяться два тела без сознания. К общему дискомфорту добавился разыгравшийся аппетит и ужасная тахикардия от накатившего волнения.       За соседним домом начали выглядывать лысые макушки редких деревьев сквера. Хэнк сбавил ход и попытался отдышаться. Мороз шипами впился в легкие изнутри и освежил разум. Выпустив облако пара, Андерсон поправил пальто и более уверенной походкой вышел из-за угла дома. На другой стороне дороги находился тот самый сквер. Газон был покрыт тонкой снежной пеленой, через которую виднелись замёрзшие травинки. В другом конце, где находилась детская площадка слышались звонкие голоса. Обледеневшие лавочки пустовали, как и вся обозримая часть сквера.       Перейдя через дорогу, Хэнк сделал несколько шагов по каменной дорожке вглубь. Из-за подстриженных кустов послышался знакомый лай, и человек ускорил шаг в сторону источника звука. Он уже приготовил несколько матерных оборотов для андроида на случай, если тот в порядке, или если лежит в снегу без сознания, но вынырнув из-за веток на небольшую лужайку, Хэнк замер на месте, растеряв все заготовленные слова.       Сумо нёсся к андроиду с мячиком в зубах. Мужчина в принципе сомневался, что его здоровяк способен на такие щенячьи шалости, но увидев как лохматый монстр сбивает с ног RK900, он просто не мог не удивиться. Андроид отшатнулся, когда Сумо с разбега закинул на его бёдра массивные лапы, уткнулся носом в подставленную ладонь и вернул мяч. Белая ткань пиджака в очередной раз была нещадно испачкана. Пускай земля подмерзла, но оставляла грязные следы на ткани. Андроид потрепал Сумо за ушами и снова кинул мяч. В этот раз Сумо решил не возвращать мяч и выплюнул его на подходе к андроиду, а затем резко кинулся на искусственного человека окончательно сбивая с ног. Конструкция RK900 наверное могла бы позволить ему устоять. Но андроид особо не сопротивлялся нежностям животного, активно подыгрывая. Слюнявый язык коснулся носа в то время, как руки опять теребили густую шерсть на загривке. Уложенные шоколадные волосы растрепались на снегу. Голубые глаза парня светились, отражая то ли солнечное небо, то ли неподдельную ребяческую радость. В какой-то момент Сумо отступил, давая возможность подняться, и RK900 встал на колени, вцепившись руками в животное, обнимая за шею так странно и неестественно, будто человек обнимает человека. Сумо лишь часто дышал, высунув язык, и терпеливо поддаваясь объятиям.       —Я тебя заждался, а ты тут развлекаешься? — Хэнк решил прервать идиллию. Он не был рассержен или зол, скорее немного растерян от увиденного. Он ожидал худшего, а получил вот это — вечно угрюмый андроид, обнимающийся в снегу с его псом.       RK900 смутился. Парень явно не ожидал, что будет найден вот в таком положении. Брови тут же нахмурились, придавая привычный серьезный вид. Он медленно расцепил замок из рук на шее животного, поднялся с земли и отряхнул колени.       —Сумо тёплый.       —Это тут причём? —Хэнк вскинул брови, не ожидая получить в ответ столь очевидного факта. Наверное, андроиды с самого своего андроидского рождения должны знать температуру всего на свете.       —Датчики зафиксировали переохлаждение… у меня. — Парень обнял себя за плечи будто в подтверждение того, что замерз.       —И ты решил устроить обнимашки, ну да, рассказывай, я видел, как ты довольно лыбился. — Покачав головой, человек развёл руки в сторону и замер. От последней фразы морщинки на лбу андроида стали будто ещё глубже. Парень шагнул в бок от Сумо, который продолжал тыкать носом в ладонь.       Хэнк прищурился, подходя совсем близко к напарнику.       —Хм… у тебя уши синие, ты че реально замерз?       —Лейтенант, даже двигатель автомобиля может замерзнуть.       —Я конечно знал, что андроиды-детективы считают себя машинами, но надеялся, что ты сравнишь себя хотя бы с телефоном. — RK900 непонимающе хлопнул ресницами и Хэнк, выдержав короткую паузу, захохотал. Его всегда удивляло, веселило и порой раздражало неумение искусственного интеллекта распознавать сарказм или иронию.       —Пошли уже домой, а то не только ты тут зад отморозишь.