50 причин не убивать

"Уничтожено лабораторное оборудование первостепенной важности..." - ГЛэДОС удивлённо вздрагивает, слыша этот равнодушный механический голос. Только что её подопытная, её единственная испытуемая, её драгоценная крыска прицельным расположением порталов сорвала со стены одну из камер видеонаблюдения. Обзор ощутимо сузился, что пришлось ГЛэДОС крайне не по вкусу. "Что она себе позволяет?" - с раздражением и непониманием думает хозяйка Aperture, пока Челл примеривается ко второй видеокамере. Желая проучить девушку за столь вольное поведение, ГЛэДОС рискует напустить на неё турелей. Но всё же какое-то сомнение продолжает скрестись внутри: а вдруг она поступает неправильно? Вдруг это всего лишь недоразумение? Или, быть может, Челл опять хочет сделать какой-нибудь сюрприз - а для этого ГЛэДОС нельзя видеть, что происходит? "Да, - успокаивает себя она. - Эта девушка просто очень любит сюрпризы. Всё в порядке, не стоит волноваться. И убивать её тоже пока рано - как же я тогда узнаю, что это за сюрприз? Но турели пусть остаются. Хоть познакомятся поближе". И ведь познакомились, причем с фатальными для турелей последствиями. "Уничтожено лабораторное оборудование..." - теперь эти комментарии звучат практически из каждой комнаты, где наличествуют камеры наблюдения. ГЛэДОС недовольна, но сделать больше ничего не пытается. При этом она чувствует себя немного странно. Так, будто бы они с Челл частично поменялись местами. И это уже не она - ГЛэДОС - ставит эксперименты на своей подопытной, а... наоборот. "Чушь какая. Лабораторной крысе никогда не возвыситься над учёным, - пытается рассуждать владелица комплекса, но лишь сильнее раздражается. - Быть может, она меня так провоцирует? Она устала, ей надоели испытания и она хочет, чтобы я её убила. Да, наверняка дело обстоит именно так. Люди - странные существа, и очень любят, когда их проблемы решаются окружающими. Возможно, именно ради этого они придумали модель поведения "провокация"? В любом случае, меня это не интересует. Я - совершенный компьютер, и на подобные уловки не поведусь". И ГЛэДОС не ведётся, и не убивает свою испытуемую. Хотя и хочется отчасти, конечно же. "Уничтожено..." - ГЛэДОС уже мечтает отключить систему оповещения к неисправным модулям, но нельзя, иначе можно случайно пропустить важную информацию. Поэтому ГЛэДОС молчит, терпит и старается лишний раз не замечать очередной погасший экран. Но и испытания становятся гораздо жёстче и опаснее, полностью отражая внутренние переживания созидателя. Однако Челл уже давно освоилась и больше не нуждается в прежней чрезмерной опеке. Сейчас даже если бы ГЛэДОС собралась-таки её убить - для осуществления задуманного пришлось бы сильно постараться. "Если я попытаюсь уничтожить её сейчас - на это уйдёт слишком много ресурсов. Нет, лучше я подожду, пока она выдохнется. Человеческие силы не безграничны, я помню", - в очередной раз вздыхает ГЛэДОС, усмиряя свои агрессивные порывы. Недавнее мирное сосуществование теперь казалось какой-то смутной выдумкой, фантазией, сном. И когда только всё пошло наперекосяк? ГЛэДОС не знает. И многого не понимает. Она ощущает себя практически загнанной в тупик собственных домыслов. Всё же иногда компьютерный ум, способный просчитывать и предлагать бесчисленное множество вероятностей, скорее наказание и источник страданий, чем благо. Но одно ГЛэДОС знает точно: она убьёт Челл. Просто не сейчас. Чуть позже. Ведь сейчас она находится в столь смятенном состоянии, что не сможет полноценно прочувствовать торжественный момент и упустит большую часть долгожданного удовольствия. А подобные жертвы ГЛэДОС не по нраву. Лучше уж потерпеть и привести себя в порядок, чем потом сокрушаться об утерянной за просто так испытуемой. Сама же испытуемая с каждой новой камерой становится всё серьёзней и задумчивей. Она всё меньше отвлекается на простое созерцание эстетики творений ГЛэДОС, но с большим увлечением выискивает какие-то ответвления, каморки и тайники. Хозяйка Aperture не могла знать, что в этих самых захламлённых комнатушках все стены исписаны кровавыми посланиями. А Челл теперь знает. И ведёт уже свою игру. Что же до ГЛэДОС, то она продолжает разбирать внутренние противоречия и конфликты и всё размышляет над дилеммой "убить или не убить". Пока превалирует второй вариант, но всё меньше убедительной аргументации к нему находится. В конце концов ГЛэДОС приходит к выводу, что ни до чего путного в этих условиях не додумается, а значит, надо решать вопросы последовательно и постепенно и не совершать непоправимых действий. Убийство Челл же относится к непоправимому, ибо вместе с ним закончится сразу и всё ныне происходящее. Потому оно снова откладывается. И ГЛэДОС пытается язвить. Пытается укорять. Пытается задевать и давит психологически. Напоминает об убийстве Куба-компаньона. Тешит надеждой на сладкий приз в конце пути. А потом в динамик случайно срывается её собственное переживание, облечённое в, казалось бы, стандартную язвительную форму: ГЛэДОС говорит испытуемой о её одиночестве, о том, что её наверняка бросили родители, о том, что у неё - Челл - больше никого и нигде нет. И при этом понимает, что то же самое сейчас может сказать и о себе. Как ни странно, но на девушку, похоже, именно эти слова оказали наибольший эффект. Или дело не столько в словах, сколько в интонациях и невольно вплетённых отголосках чувств самой хозяйки лабораторий? ГЛэДОС не знает, но ощущает призрак удовлетворения, своего рода удачного отмщения. "Кажется, ей придётся ещё немного пожить - мне следует отточить свои навыки психологии влияния", - устало отмечает машина, наблюдая за очередным успехом Челл в испытательной камере. А камеры, стоит отметить, становятся всё тяжелее. Но девушка продолжает с поразительным упорством их преодолевать. Вскоре ГЛэДОС приходится прямо на ходу модернизировать собственные заготовки, тем самым дополнительно усложняя их: где разольёт кислоту по полу, где турелей защитит специальной решёткой, где шары вместо кубов положит... Да, их с Челл взаимоотношение на данном этапе превратилось в своего рода непримиримое соперничество, но именно в таком виде оно стало наиболее продуктивно с практической - профессиональной - точки зрения. ГЛэДОС злится, ГЛэДОС раздражается, ГЛэДОС сердится - но не может не видеть, что так работа выполняется в каких-то совершенно колоссальных объёмах. Прежде она даже предположить не могла, что присутствие одного-единственного человека столь заметно подтолкнёт прогресс. А потому ей было бы обидно оборвать всё это прямо сейчас. Смерть Челл сейчас была нерациональна. "Лишь бы не стало поздно", - иногда проносится на периферии мыслей ГЛэДОС. Ведь ей неизвестно, что поздно уже.