Ночная тренировка

      Ночь. После тяжелого дня мемберы нежились в кроватях, засыпая. Они ужасно устали. Но в студии всё ещё играла тихая музыка. Сокджин все ещё танцевал, всё ещё трудился: падал, поднимался, перематывал песню и вновь танцевал. И так по бесконечному кругу. Ему казалось, что всё плохо, так что он выжимал из себя все соки, дабы показать всем на следующей танцевальной практике, что он ещё на что-то способен. Но со временем ноги ужасно заболели, так что парень решил сделать себе перерыв. Он уселся на тёплый пол, вздыхая, взял телефон, выключив музыку. Он пролистывал слова песен, остановившись на «Tomorrow». Тихо напевал строчки и выглядел забавно, пытаясь повторить реп партию Юнги. Он был полностью увлечён песней. Кажется, он стал петь даже громче, просто забыв о позднем времени.       Шаги за дверью вернули Джина в реальность. Парень, медленно поворачиваясь, смотрел на неё. Белый силуэт приближался, шагая по темному коридору. Сокджин нервно сжал ткань своей футболки дрожащими руками. По лбу скатилась маленькая капелька пота. Всё как в тех фильмах ужасов, которые он смотрел однажды с Юнги. Хорошо они, конечно же, не заканчивались. Парень уже ждал и своей смерти. Силуэт взялся за дверную ручку, и дверь с громким скрипом открылась. — Хён? Не думал, что ты здесь, — заходя внутрь, говорил Хосок, смотря на обеспокоенного Кима и убирая с глаз грязно-рыжую чёлку, — что-то не так? — Хосок, Господи, не пугай же так! — облегченно выдохнул старший, положив руку на грудную клетку, — что ты здесь забыл? — Я писал текст песни, потому что вдохновение приходит только ночью, как на зло! — зевая, возмутился Чон, — а позже я услышал тихую песню и решил проверить, кто это такой обезбашенный вздумал слушать музыку. Так что ты тут делаешь в такое позднее время? — Я? Всего лишь учусь танцевать. Вот решил взять себе перерыв, но я уже отдохнул, так что продолжу, пожалуй. — Тогда позволишь мне взглянуть? — задав риторический вопрос, младший сел на пол в позу лотоса.       Сокджин пожал плечами, делая вид, что ему всё равно, но на самом деле всё было не так. Он жутко волновался и боялся, что где-нибудь опять допустит ошибку. Да и тем более, показывать свои навыки Хоупу... Это смущало ещё больше, так как Чон был чертовски хорош в танцах. Его гибкое тело искусно извивалось под ритм песни, заставляя восхищаться им. Не важно чувственный танец или же сексуальный, — его движения всегда приковывали все взгляды к себе. Волнение Сокджина ощутимо витало в воздухе. И, конечно же, из-за этого он и ошибался, иногда падая на колени или просто поскальзываясь. Он часто смотрел на младшего. Уголки хосоковых губ вздрогнули в улыбке. Взгляд рыжего будто говорил, что Ким всё делает правильно.       Спустя какое-то время Джин снова устал, но показывать этого не собирался, ведь он самый лучший хён, который умеет всё. Хоуп же заметил это и, хлопнув в ладоши, сказал, что достаточно. Сокджин вновь плюхнулся на пол, вытирая лицо мягоньким полотенцем. Хоби подошел к нему и присел на корточки, заглядывая в глаза. — Хорошо постарался, хён. Ты всё делаешь так красиво. Я могу гордиться тем, что я в одной группе с таким профессиональным танцором, — потрепав волосы старшего, улыбнулся Хосок. — Верно. Тебе ещё учиться и учиться! — воскликнул Ким, и парни засмеялись.       Хоуп сел возле своего хёна, всё ещё говоря о том, каков он молодец. Джин лишь соглашался с этим, ведь любил лесть в свою сторону. Рука Чона накрыла тыльную сторону ладони старшего. Сокджин этому удивился, а Хосок лишь перевёл стрелки, спросив о том, помнит ли он одно движение из DNA? Тогда младший переплёл их пальцы, образовав замок, и руками изобразил некую волну. Джин же продолжил поток, извиваясь телом, что выглядело слегка неуклюже. И вновь они рассмеялись. Чон внимательно наблюдал за хёном: за тем, как он смеётся, хлопает по полу, прикрывает рот рукой, краснеет. Тогда он потянул шатена за руку и немного наклонил к себе. Их губы еле соприкоснулись. — Ладненько, —Чон улыбнулся, встав и подойдя к двери. — ты долго не сиди и иди спать, хорошо? Спокойной ночи.