Пепел

Люди снова начали шуметь. Бросив недовольный взгляд на дверь, Он приподнял верхнюю губу и оскалился, готовясь зарычать на незваных гостей. Если они, конечно, будут. Хотя в этом Он почти не сомневался. Им не нравится Его Тигр. А они не нравились Тигру. Люди хотели вернуть Человека. И люди не видели, что Человек никуда и не пропадал. Он фыркнул и прищелкнул пальцами, словно нашёл решение трудной задачки. Люди были глупы. — Какого хрена ты меня сюда притащил?! За дверью стали отчётливо слышны голоса, и Он недоуменно склонил голову. Не один из них. Внутри заинтересовано дёрнул ушами Тигр и сидящий рядом с ним Человек кивнул. Странно. Они никого ещё не приводили сюда. — Ты нужен. Мы не знаем, что происходит. Он словно потерял контроль над способностью. Исповедь не срабатывает, но… Я могу сравнить это только с твоей Порчей. С очень щадящей, но всё же Порчей. В тишине пустой комнаты зубы клацнули почти оглушительно. Лжец снова пришёл. Лжец нравился Человеку. Лжеца недолюбливал Тигр. И от Лжеца пахло кровью. И своей, и чужой. Он не хотел встречаться с ним. Он не знал, чего Ему ожидать от Лжеца. — Бред. Если вашего зверёныша не берёт Исповедь, то дело не в способности. Да и вообще, мне плевать. Уйди с дороги, пока зубы целы. В голос добавились рычащие нотки, и Он позабавлено хмыкнул. Рык должен рождаться в горле, а не слетать с кончика языка. Было совсем не страшно. — Нет. Просто зайди в эту чёртову комнату. Агенство не останется в долгу. Пожалуйста. Послушается или нет? Он присел, опираясь руками об пол. Люди много раз повторяли, что они друзья. Человек доверял им. Тигр тоже. Но хозяин голоса был неизвестным, поэтому осторожность не повредит. Если Он почует опасность, то сможет быстро прыгнуть и перегрызть горло. Ещё до того, как вошедший использует свою силу, какой бы она не была. — Нахер всё. И тебя, и твою вежливость. Убери это выражение с морды. Я зайду к пацану. Просто хочу увидеть, отчего вас всех так переклинило. Дверь открылась нервным рывком и с грохотом захлопнулась за спиной вошедшего. Чужак замер, и Он принюхался. Пахло знакомо. Сталью и пеплом. Они уже встречались. И тогда чужак был врагом. Губы царапнули удлинившиеся клыки. — Спокойно, малой. Мне открутят голову те, кто стоят за этой дверью, если я трону тебя хоть пальцем. Друзья. Значит, опасности не было. Он медленно встал, убирая когти с клыками. Вошедший стоял расслабленно, лениво облокотившись о стенку. Только глаза цепко следили за каждым движением. Он выжидающе замер. Зачем Лжец привёл сюда постороннего? Они придумали что-то новое? Он раздражённо вздохнул. Когда Его уже оставят в покое? — Я закурю? Что? Он ожидал не этого. Но… Гость спрашивал. В голосе гостя не было страха или растерянности. Только спокойствие. И нотка хронического недовольства. Гость ждал ответа. Поэтому Он осторожно кивнул. — Чудненько. Вечно на этого придурка с его заскоками все нервы тратятся. Колючий. И притягивающий. Наверное. Он внимательно наблюдал, как руки в перчатках достают пачку сигарет и щёлкают зажигалкой. Запах табака тут же ударил в нос, заставив поморщится. Он никак не мог понять, что скрывалось под маской чужака. И была ли вообще на нём маска. — Ты используешь звериное чутье. Оно теперь не пропадает? Тигр нервно мотнул головой, сбрасывая с себя ласковую руку Человека. Какое постороннему дело? Вот же ж… Волк. Гривистый. Почему-то эта мысль в голове прозвучала как ругательство, и Он улыбнулся самому себе. Понять Тигра иногда было сложно. Но слово на языке осталось. Волк. Охотник. Убийца. Не такой, как те, кто приходил к Нему в эти дни. Другой. Мужчина откинул голову, выпуская дым в потолок, и повернулся к Нему спиной, направляясь к окну и усаживаясь прямо на пол рядом с подоконником. Глупец. Тигр легко мог и может напасть. Правда, Человек этого не позволит. Он фыркнул и подошёл к футону, опускаясь на своё место и не сводя глаз с Незваного. Раньше в комнате стояла кровать, но спать на ней Он не собирался — на твёрдом и устойчивом полу было безопасней — поэтому её убрали и наблюдать за курящим не составляло труда. Разговаривать Он не собирался. На Его голос — гримаса недовольства и лёгкой обиды на миг искривила лицо — реагировали странно. Он подогнул одну ногу под себя и размял плечи, чуть выпуская когти. И тут же замер под цепким и пронзительным взглядом. Голубые глаза искрили забытым на солнце льдом, который и не думал таять. Шевелиться или привлекать внимание как-то по-другому резко перехотелось. Но Он всё равно негромко клацнул зубами. На Его территории следить за Ним же можно и не так нагло. Рыжий хмыкнул и приподнял руки, примирительно показывая ладони. Зажатая между пальцев сигарета противно дымила и притягивала взгляд. Незваный начинал раздражать. Тигр подобрался — и из горла вырвалось приглушённое рычание. — Ну, тише. Побудь хорошим мальчиком ещё пару минут. Я сейчас ухожу. Сделав последнюю затяжку, мужчина медленно встал и спрятал руки в карманы. Пеплом запахло ещё сильнее, а сам воздух будто потяжел, собираясь в красноватую дымку вокруг Незваного. Он пригнулся к самому полу и заскрёб ногтями, скалясь и подрагивая от желания напасть и избавиться от опасности. Но Человек внутри не был напуган и выжидал. Он делал так же. — Мне кажется, что эта тумбочка тебе не нужна. Незваный легко подкинул ногой заинтересовавший его предмет, окутывая мерцанием, и пнул, разламывая на отдельные доски. И нет, Его рык был всё таким же угрожающим, а не удивлённым. Куски дерева с силой влетели в стену, проделав небольшие вмятины под себя, и остались в ней, явно не собираясь падать ещё долгое время. Вот теперь Он удивился. — Не дери больше обои. Входная дверь хлопнула, и Он вздрогнул, осознавая, что отвлёкся и выпустил из поля зрения потенциальную угрозу. Но недовольно зашипеть помешали голоса. — Ну, что там… Ай! А понежнее?! — Счас ты мне всё расскажешь. — Но я же уже… Ай! Какой ты возбуждёный! — Заткнулся! — Но я же должен был говорить? Похоже, твой мозг такой же крошечный, как и рост. Оп, промазал! Возня удалилась от двери, и Он довольно фыркнул. Человек улыбался, рядом никто не надоедал, и только окурок на подоконнике напоминал о визитёре. Лениво зевнув, Он потянулся и с наслаждением вонзил когти в остатки тумбочки. * Незваного не было три дня. Впрочем остальные не прекращали заходить так часто, как позволяло Его терпение. Внимание всех без исключения сразу же привлекала импровизированая когтеточка, поэтому весь первый день Он старательно оставлял на ней борозды и лежал рядом, не давая подойти и сделать хоть что-то, не важно что. Лжец наведывался чаще остальных, как и всегда, но был не слишком раздражающим, и Он даже позволил ослепить себя вспышкой холодного света. Дважды. Тигр бесился, но после люди всегда оставляли Его ненадолго в покое. Правда, каждый раз Он замечал, что глупые люди грустят. И тогда же Он чувствовал, как Тигр вылизывает Человеку щёки. Наверное, это было единственное хорошее в визите Незваного — после не пахло отчаянием и плохо скрываемой печалью. Ну, и тумбочка. Но этого определенно было недостаточно для того, чтобы завоевать доверие. И для того, чтобы ждать весь второй день, гипнотизируя дверь. Конечно, Он этого не делал, просто следил за пауком над входом. И всё. Ничего больше. Тигр с Человеком на пару фыркнули, но их можно было проигнорировать. А вот оставить без внимания шаги за дверью не получилось. Ещё не знакомая, но уже отличающаяся от других, быстрая и излишне громкая поступь сразу привлекла внимание. Он насторожено уставился на дверь и выдохнул, когда она открылась, впуская в комнату Незваного. Рыжий замер в проходе, а потом решительно зашёл, сразу же направляясь к окну и устало опускаясь на пол. Сел там же, где и в прошлый раз. Словно забрал себе место в Его комнате. Но возмущение так и не превратилось в шипение. В нос отчётливо ударил кровавый запах, который смешался с пеплом и теперь оседал горько-солёным привкусом на языке. Зрачки сузились, а поджавшиеся губы обнажили клыки. Он был готов нападать. И нападать не на Незваного, а на… — Зубы спрячь. Я просто с работы. Голос был каким-то бесцветным. Рыжий откинул голову и закрыл глаза. Открытая поза, но почему-то Он твёрдо знал, что Незваный готов напасть в любой момент, разливая вокруг себя багрянец силы, который — Он понял только сейчас — так похож на кровь. Тщательно выверяя каждое движение, Он медленно двинулся вперёд, чутко прислушиваясь и наблюдая. Мужчина даже не шелохнулся в ответ на Его возню. Руки в неизменных перчатках так и остались сжатыми в кулаки. Он сильнее прижался к полу, почти ползком подбираясь ближе. Правило, что при людях желательно ходить на ногах, или рискуешь нарваться на испуганый взгляд, как-то забылось. Наверное, из-за того, что во взгляде, который на Него бросили из-под ресниц, этого испуга не было. Только настороженая заинтересованность. Он остановился в паре сантиметров от руки Незваного, сглатывая терпкость усилившегося запаха, к которому добавились нотки пороха, и осторожно лёг рядом. Сердце бешенно колотилось, а тело было напряжено. Он был готов отпрянуть в любую секунду. Если только на Него захотят напасть, если только почует что-то странное и если мужчина попытается до Него дотронуться. Он усилием воли зажмурил глаза, ощущая, как подрагивают ресницы. Сверху послышался тихий вздох, и Он уловил лёгкое движение. Не дёрнуться стоило всей Его выдержки, но глаза Он всё же открыл, замечая, что руки в перчатках наконец-то расслабились и подрагивающие от напряжения пальцы почти касались Его плеча. Почти. Пару миллиметров между рубашкой и тонкой чёрной кожей — вот и всё, что сдерживало Его от побега. Но больше Незваный не шевелился. Закрыть глаза снова почему-то отказалось многим проще. Он позволил себе вслушиваться в спокойные вздохи и дышать с ними в такт. И даже не заметил, когда уснул. * То, что приход Незваного на следующий день вызвал чувство, от которого захотелось мурлыкнуть и подойти ближе, встречая вошедшего, заставило Его насторожиться и забеспокоиться. Ровно до того момента, пока мужчина не сел у окна под не слишком довольное ворчание и не достал деревянную расчёску, сделав причину для беспокойства более реальной и осязаемой. — Иди сюда. Он завозился на своём футоне и залез под простынь. Расчёска. Прикосновения. Внимание. Он не знал, что из этого хуже, поэтому был недоволен сразу и всем. И никуда идти не собирался. — Видеть больше не хочу то, что у тебя на голове. Ацуши Накаджима, не заставляй меня ждать. Он задохнулся. Ацуши. Так звали Человека. Не Его. Человека. Горький ком застрял где-то в лёгких, вынуждая судорожно хватать воздух, который резко стал горячим и сухим. Он помнил, помнил, как люди звали Его так. Тогда Он ещё откликался. И помнил, как они смотрели, словно сквозь Него. Словно потеряли и никак не могли найти. Помнил, каким жалким и надрывным становилось «Ацуши» на их губах. Помнил дрожащее «ты не Ацуши». И помнил, как горько плакал Человек, обнимая Тигра. — Ацуши? Что происходит? Он перестал оборачиваться на это имя. Или сначала Его перестали так звать? Так почему же Он снова это слышит? Почему Ему кажется, что имя снова звучит, как в редких снах? Уверенно. Чётко. Так, словно это Его имя. Он задрожал, сжимаясь, прячась и до боли цепляясь руками за свои плечи. — Так. Быстро успокоился и объяснил. И смотри на меня, пацан. Его выдернули из-под простыни и приподняли за воротник рубашки, как нашкодившего котёнка. Перед глазами мелькнули красные искры. Он поджал губы и постарался хотя бы перестать дрожать. Дальше будет только хуже. Он знал. И, боги, как же сильно Он этого не хотел. Глубоко вздохнув, Он приподнял голову, встречаясь с голубыми глазами, которые ясно смотрели на Него. Пока на Него. Губы поджались. — Ацуши… — Я не Ацуши. Собственный голос премерзко царапнул горло. Глубокий и дрожащий. С интонацией, которую никак не получалось подстроить под ситуацию. Ацуши никогда так не говорил. А Он старался никогда не говорить вообще. Людям не нравилось. Незваный прищурился и застыл. А потом зарычал. Он сжался, зажмурившись. — Убью Дазая. Чужая рука опустилась на голову мягко и бережно. Ему неумело взъерошили волосы, и от этого стало ещё страннее. — Глупый ребёнок. Ты Ацуши. Просто в твоём Агенстве одни дебилы. Поэтому сегодня мы отсюда уходим. Он уткнулся в тёплое плечо и вцепился одной рукой в Незваного, неосознано выпуская когти, чтобы удержать, не упустить, и портя дорогую одежду. — Мы? — Да. Мы. Голос слушался плохо, и Он закашлялся, но ответ всё равно услышал. И затрясся уже из-за слёз, что оставляли мокрые дорожки на щеках. Тигр и Человек что-то ласково урчали, каждый на свой лад, а теплая ладонь размерено поглаживала Его по спине. Он понятия не имел, что будет дальше, но очень сильно хотел поверить, что Он всё же Ацуши, а Незваный — тот, кого Он так долго ждал. * Молодой мужчина толкнул ногой дверь и вышел в коридор, аккуратно удерживая светящегося красноватым парня, который крепко спал, в своих руках. Сделав пару шагов по коридору, он остановился и чуть повернул голову, обращаясь к тени в углу: — Мне сказали, что Вы говорили с ним перед всей этой историей. И о чём же, господин Фукузава? Седовласый мужчина неспешно вышел на свет. — О способностях. Ацуши-кун спрашивал бывает ли им одиноко. А на следующий день он… Изменился. — А если быть точнее, то пошёл к Тигру, предлагая вечное сожительство и беспрепятственный доступ к сознанию. Одному на двоих. Когда Вы это поняли? — За день до того, как Дазай притащил Вас в Агенство. — И решили понаблюдать. — Да. Чуя Накахара хмыкнул и пошёл дальше, не собираясь оглядываться или останавливаться. — Вы всё объясните друзьям Ацуши. И я без промедления пущу пулю в Дазая, если он покажется на пороге моей квартиры. Мальчишка вернётся, когда перестанет смешивать две сущности в одну. И не дожидаясь вычурно вежливого ответа, мужчина вышел из Агенства и направился домой. На его руках мирно посапывало добросердечное чудо, с которым предстояло много мороки и возни. Чуя Накахара улыбался и впервые хотел снять перчатки лишь для того, чтобы ощутить шелковистость светлых волос под рукой.