Вспышка в 220 вольт

Кровь — кипяток, сердце — ледник Я молод, в моей груди холод и тысячи льдин В луже грязи узри мой красочный мир Он далек от тех грез, но он соткан из них.*

Почему люди начинают принимать наркотики? Вы хоть раз об этом задумывались? Да? Или все-таки нет, оставили это, так сказать, под замком из-за того, что вас это не особо касается? Даже если так, то сейчас придется задуматься. Думаю, что можно выделить две основных причины, по которым многие садятся на иглу (у этих причин есть ещё очень много подпричин, перечислять которые особого смысла нет, их спектр уж очень обширен). Первая — это желание забыть определённый момент в жизни, желание ощутить какие-то новые эмоции, ощущение которых в период этого момента жизни невозможно. Второе — это действие референтной группы. Вы замечали, как сильно на вас влияют ваши друзья? Если нет, то вы скорее всего просто не хотите видеть. Все прислушиваются к мнению большинства в компаниях, или к мнению самого авторитетного участника. Это все можно рассмотреть на уровне простых вещей. Вам нравятся какие-либо кроссовки, и вы хотите их купить, показывая их друзьям на скрине, они вам говорят, что им не абсолютно нравится, и вы непроизвольно начинаете искать изъяны в этой модели. Да, возможно, этот пример не самый лучший, но, думаю, суть вы уловили. С наркотиками все примерно также. Александр относился к первой группе людей. Ему просто хотелось забыться и ощутить все радости жизни, хоть и в такой, достаточно извращённой форме. Более того, в приходах парню часто приходили шикарные идеи для треков, правда, под конец он с этим завязал, так как ему просто не хотелось ничего. Под экстази ему казалось, что он в принципе теперь не чувствует усталости, не хочет есть, почти, как робот. А ко всему прочему ему ещё и весело от этого. Таблетки всегда были рядом, готовые при первом же желании потребителя попасть ему в рот. Он уже и забыл, когда начал принимать эти веселые таблы. Два месяца назад? Или постойте, может, три? Но это ведь не важно, важно то, что, когда парень был под действием всего этого, он начинал любить весь мир, в принципе забывал все то, что его беспокоило, а именно расставание с девушкой, которое он пережил совсем недавно, ссора со всеми важными людьми, которые тоже от него отвернулись. Бузе просто гнался за этой эйфорией, которую он чувствовал после приема. Впоследствии чего выработал в себе психологическую и физическую зависимость. Но вот этот месяц дался особо тяжело в сравнении с предыдущими, когда экстази давали полный объем радости и веселья. Сейчас же у парня появилась толерантность к этому наркотику, ему все время надо было повышать дозу, так как той, которую он принимал раньше, просто не хватало, он не доходил до того состояния счастья и любви. И с каждым разом глотал все больше и чаще. Кто же знал, что для пресечения этой самой толерантности надо делать продолжительные перерывы между приемами. Хотя случайные знакомые пытались заставить Бузе прекратить употреблять, тот все равно где-то находил заначки и все равно принимал. Это было ужасно. За этот самый месяц Саша из веселого жизнерадостного парня превратился в его жалкое подобие. Наркотики съели все, хоть и небольшие лучи света пытались пробиться через эту темную пелену, изредка возвращая того самого Сашу, которого все уже успели забыть. Раньше, то есть когда зависимость не так сильно проявлялась, и все плевали на это с высокой колокольни, как это часто бывает, Бузе находил время на запись треков, на просто общение. Теперь же он пренебрегал обычной деятельностью в пользу экстази. Почему его никто не остановил? Вокруг же так много людей. Много, да. Но никто особо не обращал на это внимания. С парнями он поссорился ещё перед тем, как расстался с девушкой, и они пожелали оборвать все контакты. Ну, что же, это их выбор, он не особо сейчас горел желанием с ними общаться. И никто не видел, как этот мальчик таял на глазах. Его зависимость и постоянные ломки, с которыми он как-то боролся сам сопровождались не самыми приятными симптомами. Он значительно потерял в весе, практически не ел, сильно волновался по пустякам и срывался на людей, часто проявлял апатию ко всему, что происходило вокруг. Это все подходило к последней стадии этого удивительного путешествия, к последней остановке, так сказать, не самой радужной. С крестом в чёрной земле. И как там пелось? «Бабки несут проблемы, Суки несут проблемы, Все, что несет проблемы, Делает меня зверем.**» И впрямь все несет проблемы. Но давайте поговорим о друзьях, которые практически не интересовались его состоянием, а если и интересовались, не особо вмешивались, ведь все шло нормально до поры до времени. Когда все ухудшилось до того, что юноша напоминал ходячий скелет, Дима наконец-таки решил вмешаться. Почему он не сделал этого раньше? Боялся, что Саша его пошлёт, он сильно перед ним накосячил, ещё тогда, очень давно, и ему просто было стыдно смотреть ему в глаза, но сейчас парень уже не мог видеть то, что его когда-то самый лучший друг губит себя. В один из солнечных дней весны Дима пришёл к Саше на квартиру, который открыл дверь, даже не посмотрев в глазок, понял это Кейк по тому, что Бузе открыл ее (в противном случае он вряд ли пустил его на порог). Кажется, он был бы не особо рад видеть старого друга у себя, посему и не открыл бы. Но Саша встретил его спокойным отрешенным взглядом, мол, пришёл и пришёл. Казалось, если к нему придут грабители, он бы также смотрел и скорее бы даже помог им забрать все драгоценности, хотя тогда у него не хватило бы денег на экстази… — Э, Саня, — начал уж было Дима, — привет, — Саша лишь вскинул брови, — во-первых, я хочу извиниться за то, что сделал. И мне правда очень жаль, я не хотел, — он повернул голову, было стыдно смотреть на него. Он опять перед ним провинился. Он не спас его от наркотиков, не уберёг. А он так нуждался в его поддержке тогда. Слишком уж много ошибок за столь короткий период времени, да, Дима? — А, во-вторых, так нельзя. Все. Блять, хватит, мы поедем сейчас же в больницу, — Кейк так и стоял на месте, не делая ни шага. Бузе на это засмеялся, мол, его, да в какую-то больницу? Ага. До свидания. — Дима-Дима, какая мне больница? Я прекрасно себя чувствую. Тем более с этим, — и парень достал пакетик с таблеточками из заднего кармана джинс, повертя ими чуть ли не перед носом Кейка. — Черт, я тебя насильно заставлю туда ехать, как миленький, блять, полетишь, — Кейк взъерошил волосы и прошёл внутрь. Он собирался сегодня ночевать у Саши, чтобы контролировать каждый его шаг, чтобы тот ненароком не перебрал с дозой, сейчас полностью отказываться от приема экстази было нельзя. Саша просто впадёт в дикую ломку, и Дима не сможет ничего сделать. Он решил, что начнет готовить его к больнице каждый день, потому что сейчас он и впрямь не поедет, а сбежит. — Да, обязательно, — и Саня, развернувшись, пошёл к дивану. Плюхнувшись лицом в подушку, Саша ещё раз посмеялся, вспоминая самонадеянное высказывание Кейка про то, что он упечёт его в наркодиспансер. Ага. Десять раз. Из-за того, что экстази создаёт видимость того, что ты якобы не хочешь спать, мозг думает, что ты ещё готов Эверест покорить, а вот тело не совсем согласно с такими утверждениями, поэтому Саша очень быстро заснул, он спал часа четыре уже несколько дней, а не спал просто потому, что не хотел. Сейчас же тело выключалось само. Дима, увидев эту картину, обрадовался. Такая возможность лишить Бузе наркотиков. Хоть это и было чревато последствиями, но Кейк все же подошёл к Сане и вытащил из кармана торчащий пакет. Он бы забрал его с собой, но, если поймают, не разгребет проблемы, посему юноша решил, что спрячет их где-то тут и будет выдавать ему таблетки чуть ли не по расписанию. Было выбрано не самое надёжное место, но Кейку оно показалось менее заметным, чем все остальные — за зеркалом в ванной. Вот вам и чуитс. Досшвэпсились. Дима помассировал виски и прошёл на кухню. Это было очень сложно, сложно осознавать то, что ты не смог помочь другу раньше и грубо говоря сам отправил его в эту бездну. Вот пусть теперь сам и вытаскивает его с этого дна. Только как? Саша не был похож на того, кто хочет лечиться от этой гребенной зависимости, но Кейк надеялся на то, что сможет его уговорить, что тот согласится, и все будет хорошо. Он присел на стул, осматривая комнату: куча грязных тарелок, разбросанные фантики, пакетики от экстази. Надо будет прибраться тут после того, как Саня проснётся, надо возвращать его в обычную реальность. Он читал, что это может помочь хоть немного. И только Дима хотел хотя бы фантики убрать, ему позвонили. Как оказалось, это был постоянный работник студии звукозаписи, и он передал, что парень забыл рюкзак, и что надо бы его забрать, так как он не хочет нести ответственность за оставленные вещи. Кейк, хлопнув себя по лбу за такую забывчивость, сказал, что все понял и скоро будет. Уезжать, конечно, не хотелось (но в рюкзаке был ноутбук со всеми материалами и документами), но юноша надеялся на то, что Саша проспит ещё очень долго, а если и проснётся, то все равно не найдёт наркотиков, если захочет загаситься, поэтому Дима быстро собрался, натянул кроссы и, взяв ключи, которые по счастливому стечению обстоятельств лежали на полке рядом с входной дверью (как Бузе их ещё не потерял?), вышел из квартиры, закрыв Сашу на ключ. Кейк так сильно не хотел ехать, не хотел опять оставлять Саню одного, но на компьютере было все, абсолютно, да и тем более совсем недолго ехать, он быстро смотается и вернётся. Поэтому, выдохнув, Дима взял такси и поехал на студию. Но, кто бы мог подумать, что Сашин сон был настолько тревожным, что его разбудило обычное хлопанье двери? Хотя можно было бы догадаться. Александр сел на диван, закрывая лицо руками. Как-то он очень устал, ничего не хотелось. Он встал, прошёлся по квартире, но Димы не нашёл. Усмехнувшись, мол, опять кинули, Саня вернулся на диван. Интересное занятие он себе нашёл — лежал и просто смотрел в потолок. А смысл делать что-то ещё, если его мало что интересовало, кроме таблеточек, лежавших у него в заднем кармане? Кстати, о них. Юноша решил проверить, на месте ли спасательные препараты, так сказать, для спокойствия, но, прошерстив все четыре кармана, и задние, и передние, Бузе ничего не нашёл. Может, они упали под диван? Но, посмотрев туда, Саня и там ничего не обнаружил. Твою мать. Неужели Дима взял? Больше некому. Александр сразу же начал искать телефон, который валялся не пойми где, и, взяв трубку, он судорожно начал набирать его номер в списках контактов, но, к сожалению, деньги на его мобильном закончились уже очень давно, посему добрый голос оператора лишь сказал, что на счету недостаточно средств, чтобы сделать вызов. — Блять, — выругался он и решил самостоятельно поискать место, куда Кейк запрятал таблетки. Нет, он мог, конечно, заказать новую партию, но времени на это не было, да и денег тоже особо, он хотел прямо сейчас, тело уже начало судорожно просить, ведь с последнего приема прошло уже очень много, была пора «обеда». — Бляять, — ещё раз провыл Бузе, выкидывая из шкафов вещи, книги, все что видел, но пакетика он так и не нашел. Видимо, просто плохо искал, но в какой-то момент он вспомнил, что может написать смску Диме. Все равно они бесплатные, и снова, взяв телефон в руки, парень начал печатать. «Дима, блять, я не могу. Где они?» В это время Кейк стоял в пробке, он совсем не рассчитал время, они же находились, мать твою, в Москве. И это сообщение его совсем не обрадовало. Все-таки встал, ломка началась. Дима не знал, что делать — отдавать или нет? «Я не скажу. Считай, что я их выбросил» — Дима прикрыл глаза. Это было ужасно сложно. Почему он не пришёл на помощь раньше? Видимо, плохой из него друг, да, раз бросил друга лучшего в беде? «Блять, пожалуйста, я слезу. Только скажи сейчас, где они» «Они мне нужны сейчас» «Дима, блять» «Меня трясёт всего» «Последний раз» — Саша вообще не понимал, зачем Кейк сейчас начал влезать в его жизнь. Если ему раньше не надо было это все, когда Саня только начинал употреблять, зачем понадобилось сейчас? Ему нужна была доза, он просто сходил с ума. Все мысли в голове путались, парень уже был готов лезть на стенку, просить срочно у всех денег, чтобы купить, как вдруг пришло новое, как он надеялся, спасательное сообщение. «В ванной за зеркалом» «Это был последний раз. В следующий раз я их выкину, блять» И Саша уже ничего не ответил, он полетел искать пакетик. И нашёл. Какое же это счастье. И вот все вновь стало прекрасно, мир приобрёл новые цвета: розовые, красные, фиолетовые, жёлтые. Все так весело и радужно, Бузе вновь почувствовал эйфорию. Однако, к сожалению, или к счастью, его игривое настроение сменилось на депрессивное примерно через 1,5 часа. Парень вновь вернулся в то состояние опустошенности, которое было ранее, и он хотел принять ещё (но уже ничего не осталось), так как ко всему прочему юноше стало вдруг очень страшно. Паника в этом состоянии — обычное явление. Бузе просто сел на пол в ванне, поджав под себя колени. Его пугал даже обычный звук ветра. Черт. Что же с ним стало? И вот вдруг дверь отворилась, и в квартиру вошёл запыханный Кейк. Он забрал компьютер, но обратно ехал своим путём, так как Москва стояла. Парень бежал от метро до дома, как угорелый. Кто знал, что сейчас происходит в квартире, а главное с Сашей? Дима сразу же прошёл в ванну, так как это единственная комната, где был включён свет и нашёл на полу друга, испуганного и дрожащего. Дима кинулся к нему, садясь на корточки прямо перед его лицом. Тот лишь поднял глаза, но сразу же их опустил. Кейк вдруг погладил того по голове, бедный, бедный мальчик, столько всего пережил, он не знал как, но рука сама потянулась к голове. Парень сел рядом с ним, надо было хоть что-то сказать, надо выводить его из этого состояния. — Сань, все будет хорошо, окей? — Бузе лишь усмехнулся и кивнул головой. Ну, как же. Все будет просто прекрасно. — Мы что-нибудь придумаем. Держись, — но Дима не знал, что можно было придумать. Только заставить его пойти в больницу, больше ничего. Он сейчас выглядел таким беззащитным мальчиком, что ему поневоле захотелось прижать того к себе и защитить ото всех, он раньше никогда не видел его таким разбитым, и это чувство почему-то перешло в действие. Кейк опять сел на корточки прямо перед Сашей и прижал того к себе. — Все будет окей, держись, — казалось, он стал ещё сильнее трястись. Бедный парень. Вдруг Саша отстранился от Димы, на что тот кинул вопросительный взгляд, мол, что-то не так? Но юноша лишь подался вперёд, Дима же на его действие отреагировал идентичным, и парни слились в поцелуе, таком робком и таком нежном, они только прикоснулись губами друг к другу, как вдруг сам Сашя начал углублять этот поцелуй. Безумцы. Дима лишь отвечал. Он не знал, что делает, но юноше хотелось этого, Саша, возможно, ещё не до конца отошёл от экстази, но факт оставался фактом — парни оба этого желали. Черт. Саша вдруг осторожно чуть трясущейся рукой дотронулся до Диминых волос, запуская руку глубже. Черт, такие мягкие. Почему он даже под наркотиками не испытывал таких эмоций? Наконец, друзья отстранились друг от друга, и Дима смущённо отвернул голову. Все-таки не каждый день ты целуешься со своим бывшим лучшим другом, да еще и твоего пола? — Ебанно, — сказал Саня, ухмыляясь. Он даже не мог понять, что он чувствует. Это было так странно. Но он точно знал, что все ещё чувствует его волосы на своих руках. — Да, — сказал Дима, все-таки поворачивая голову на Сашу, — Все будет хорошо, — решил ещё раз сказать он. Дима чувствовал себя максимально странно, но это было так…сладко. Ни с одной девушкой он не целовался также, как сейчас с ним. Хотелось уйти, закрыться где-нибудь, но что-то его останавливало, заставляя сидеть сейчас рядом и говорить, что все образуется. — Да, надеюсь, — сказал Саша и улыбнулся, впервые за столько времени, находясь не под экстази. Кажется, все и впрямь наладится…