Ты — своя единственная проблема

      Они просидели в обнимку больше десяти минут. И только когда Питер сумел унять мелкую дрожь в своём теле, Старк спросил:       — Успокоился?       Его голос звучал нежно, и Тони ни в коем случае не собирался давить на Паркера, но оторваться от объятий в любом случае пришлось бы.       — Да, — ответил Паркер, потирая опухшие от слёз глаза.       — Это хорошо. Тогда ты пока пойди умойся, а я заварю нам по чашечке кофе.       В ответ Питер лишь кивнул. Медленными шагами он удалился из комнаты в ванную. Сам же Тони пошёл на кухню заваривать кофе. Мысленно он уже подготавливал себя к серьёзному разговору. Как бы Питеру не было неприятно об этом говорить, но он должен был всё рассказать о своих панических атаках.       И Паркер тоже знал это. Питер осознавал, что, когда ситуация сложилась именно таким образом, он не сможет молчать. А даже если и сможет, то вряд ли Тони оставит это просто так, ничего не выяснив. Шатену до последнего не хотелось выходить из ванной комнаты, но не сидеть же ему здесь всю оставшуюся жизнь.       Поэтому он вышел. На кухне его ждал Старк, который сидел на стуле, изредка отпивая пару глотков свежезаваренного кофе. Всё остальное время он пялился в чашку, как будто выискивая в кофейной гуще ответ на какой-то очень важный вопрос. Присев рядом на соседний стул, Питер придвинул кружку к себе, обхватив её двумя ладонями.       Кофе действительно был ещё горячим и поэтому по ладоням разносилось тепло, но от этого легче не становилось. Паркеру было неуютно в образовавшейся между ними тишине, но начинать разговор первым он не собирался. Через несколько минут Старк вышел из своего транса и тихо позвал:       — Питер?       Опять этот серьёзно-деловой тон. Паркер ненавидел его. Он прекрасно понимал, что c его помощью Старк прятал свои эмоции, когда встречался со своими бизнес-партнёрами, но Питера раздражало совсем не это. Он ненавидел, когда Тони использовал этот приём на них, в обычной жизни.       — Да, Мистер Старк.       — Это ведь была паническая атака? — он всё-таки захотел подтвердить свои предположения.       — Да, — такой же отрешённый и официальный тон в ответ.       — Как давно это началось?       — Первый раз приступ произошёл после похорон Тёти Мэй — В своей голове Старк не рассчитывал на число больше недели.       — Что? Почему ты не рассказал мне об этом раньше?       — А смысл? — Питер отвернулся к окну. Сталкиваться взглядами со Старком категорически не хотелось. — Чтобы вы узнали, что я потихоньку схожу с ума? Или я должен был рассказать о том, что во время приступов мне мерещится тень с кровавыми глазами? Я просто отказался от такой перспективы…       — Что значит "а смысл"? — Такой ответ взбесил мужчину, поэтому он, не намереваясь выслушивать этот бред дальше, перебил парня. — Хотя бы для того, чтобы я смог помочь тебе. — уже более спокойным тоном добавил он.       — Смогли бы помочь чем? Из-за моих паучьих генов все таблетки организмом отвергаются. Всякие гипнозы и «бабушкины» средства я тоже пробовал. Не помогают. Тем более я и так доставил вам слишком много проблем, Мистер Старк. Сначала месяц назад позвонил вам из больницы, испугавшись сложившейся ситуации. Потом вы подписались на проверки каждый месяц, оформляя опеку надо мной. И теперь, кроме этого всего, вы узнаёте, что у меня есть психические отклонения, — он закончил говорить, так и не повернувшись к Старку лицом. А Тони, успокоившись и собравшись с мыслями, взял его за руку, обращая внимания Паркера на себя.       — Единственное твоё отклонение, Питер — это твоя заниженная самооценка, которая скатилась до отметки «отброс общества», — он говорил эти слова нежно и чуть-чуть насмешливо, разрежая напряженную обстановку. Но вдруг он театрально нахмурился, начиная причитать. — А ещё ты занизил и мои способности тоже. Ты может забыл, но я - миллиардер-изобретатель и усилить эффект обычных таблеток в несколько раз не составит мне большого труда.       — Вы думаете это действительно сработает? — с ноткой обречённости, но в тоже время с присутствием в голосе явной надежды, спрашивал Паркер, поддаваясь вперёд.       — Даже если не сработает, я найду другой способ вылечить тебя, — Старк потрепал парня по волосам, при этом мягко и тепло улыбнувшись. — Мы справимся. — Подытожил он. И его слова действительно вдохновляли. Вдохновляли не унывать, не сдаваться, искать выход из сложившейся ситуации.       И Питер улыбнулся в ответ. Так нежно как только умел. Именно так улыбается Питер обычно. Именно так улыбается настоящий Питер Паркер. В его глазах возрождалась та самая искра. Блеск на радужке, который заставляет неосознанно улыбаться людей в ответ.       И в сердце у Тони разливается приятная теплота. В голове появляется мысль: Он вернулся… Питер вернулся… Не до конца, но ожил…       Голову Старка охватывают странные мысли. Ему нравится, когда Питер улыбается. И при чём не просто, а улыбается именно ему. Тони нравится, когда шатен смотрит счастливым и таким радостным взглядом именно на него. И как бы по собственнически это не звучало: Старку не хочется показывать такого Питера кому-либо ещё.       И Тони прекрасно понимает: эти мысли неправильные. Он осознаёт это, но ничего поделать с собой не может. Хотя вместо этого он сейчас должен просто порадоваться за… за своего друга?       Глупо так называть Питера. Старк уже давно понял, что чувствует к Паркеру не дружеские и совсем не отцовские чувства. Ему нравится Питер. И не просто как личность, но и как парень. Очень привлекательный парень. Тони уже давно заметил, что на Паркера всегда обращён какой-нибудь женский взгляд. Не важно где он, когда и с кем, на него всё равно заглядываются девушки.       А иногда Старк замечал не только женские взгляды. Хотя противостоять природной притягательности Питера сможет не каждый. Эта его добродушная улыбка, красивые глаза шоколадного цвета, мягкие волосы, его забавная рассеянность и неуклюжесть. Подросток не подозревал, но даже без своего паучьего костюма, он будет популярен у женского пола. Просто не все это будут замечать.       И это было только на руку Старку. Хотя он не особо надеялся на ответные чувства со стороны шатена. Шансов на такой расклад было ничтожно мало, поэтому своё отношение к Питеру Тони пытался держать в секрете. Тем более негоже сорокалетнему бизнесмену совращать шестнадцатилетних мальчиков. По крайней мере, именно так скажет кто-нибудь, если узнает о светлых чувствах, которые питал Старк к Питеру.       Но он в любом случае вылечит Паркера. Он сам болел паническими атаками, поэтому знает каково это. Хоть и без всяких теней, но знает. И он не хочет, чтобы Питер продолжал мучатся и страдать. На него в последний месяц и так свалилось слишком много забот. Это всё для него ещё слишком сложно. Он не сможет справится с таким грузом один.       Именно поэтому Старк поможет Паркеру. Он должен. Потому что, если не сделает этого, умрёт от угрызений собственной совести. Знал бы он ещё как это сделать - было бы вообще замечательно. Вряд ли способ, который он сказал Питеру, действительно поможет. Всё-таки паучьи гены так просто не обмануть. Наверняка ему нужно будет разработать специальное лекарство.       Хотя можно попробовать и другие способы. Ведь если вспомнить все психологические болезни идут из головы. Значит можно найти изначальную проблему и попробовать решить её. Старк, конечно, не особо разбирался в психологии (Ему, как изобретателю, она не особо-то и нужна. Разве что на переговорах как бизнесмену), но ему казалось, что проблема скорее в самовнушении Питера и его депрессии чем в каком-то дефекте психики парня.       И он ему обязательно поможет. Нужно лишь терпение и время...