Свидетель трагедии

Просидев после всего молча и в ступоре, Зедом было принято решение тактично отступить и дать жнецу все обдумать. Каин наспех оделся, и, осев на стуле, притих, пытаясь понять, что это только что было. В плане. Зед увидел его, эм, возбуждение и… Боги. Нужно было срочно приходить в норму. В тот момент, как мастер ему и сказал, Шида совершенно не думал, повинуясь инстинктам. Это было.. изумительно. Он бы с удовольствием пробыл бы в таком состоянии до конца своих дней, но, увы, всему хорошему принято заканчиваться, и вот его уже захлестывает чувство вины, и такой стыд… К тому же, возникло слишком много вопросов. Почему Зед так просто коснулся его? Ему это было важно, или он, что скорее всего именно так, просто с ним «игрался»? Почему просто не оставил в покое, бросив на него косой взгляд? Он же презирает любые виды тактильных контактов. Зачем ему вообще спрашивать про секс и что-то подобное, и тем более жертвовать своим комфортом ради кого-то вроде Каина? В любом случае, жнец не был таким уж наивным ребенком, и прекрасно знал, что секс чаще всего происходит по взаимному животному желанию, а не по «любви», как простое удовлетворение базовой потребности. Но здесь от Каина не было животного желания. Оно было от Зеда, хотя стояк вроде как был именно у жнеца. От этого все становилось еще более странным. От ответов на все эти вопросы зависит то, насколько сильно изменится жизнь Каина в дальнейшем. И он не был уверен, что готов принять эти перемены. По крайней мере, не постоянные визиты в спальню Зеда, когда тому приспичит. Оставшийся день его не беспокоили. Работа закончилась, договорные листы были сданы раньше обычного, читалось намного легче, нежели раньше, и потому у него наконец появилась возможность выйти на улицу, побродить сквозь препятствия теневой походкой, побить манекены и младших адептов, в общем, простые радости жизни отрешенного и крутого парня вроде Каина. В теле на удивление было много энергии, а потому заниматься было одним сплошным удовольствием. Когда Зед вышел к ним на улицу, закрывать вечернее построение, Шида отвернулся, категорически отказываясь встречаться с ним взглядами. Он не знал, как вести себя с ним теперь. Тот только задержался на нем немного дольше обычного, а затем, едва слышно хмыкнув, продолжил всех осматривать. Мурашки. Так прошел день, второй, четвертый. Каждый день ограничивался тренировками с Раастом, долгим сидением в библиотеке, ненужными мыслями, загоняющими в угол, из-за которых Каин иногда забывал есть. Спать по ночам было жутко и неприятно, сон был рваным и очень хрупким – все никак не уходило чувство, что даркин может завладеть его сновидениями, потому стал пытаться вставать пораньше и занимать себя полезными делами. Такой же была очередная ночь. Каин поднялся – сон к нему никак не хотел приходить из-за мыслей – и решил выйти подышать свежим воздухом. Судя по небу, сейчас не больше трех часов ночи. Темно, тихо, вообще ни души. Красота. Выйдя на общий балкон и вдохнув в легкие побольше воздуха, он будто бы протрезвел, а по всему телу прошлось приятное ощущение дремы. Будто бы весь мир сейчас был самым уютным местом для сна, кроме его комнаты и его кровати. Внизу, под балконами, в центре улиц у манекенов и прочего, он заметил Зеда. Видимо, тому тоже не спалось. Почувствовав на себе взгляд, тот обернулся, вглядываясь в темноту, а затем кивнул, приглашая спуститься к себе вниз. Каин пожал плечами, но, спустя несколько минут молчания и раздумий он таки решился. Стоило только спуститься ближе к земле, как все тело обдало приятным ветром и прохладой, а Зед все так и стоял на месте непреклонной статуей. Ждал и знал, что Шида примет его приглашение. - Снова мучают кошмары? – Уточнил тот, слабо улыбнувшись через маску. Это чувствовалось. - Ну, что-то типа того, - Каин пожал плечами. Разговор, будто бы ничего не было, и этого перерыва в четыре дня – тоже. – Просто не могу уснуть. - Понятно. – Зед развернулся, начиная медленно шагать в сторону ворот. Каин пошел следом за ним. – Тебя что-то беспокоит? Разве это не очевидно? - Да. Беспокоит. - Ну тогда говори. – После таких слов говорить хочется как раз меньше всего. Каин замялся, не зная, с чего начать. И стоит ли спрашивать его об этом так прямо? - Почему ты… ведешь себя так со мной? Ты никогда не проявлял ко мне заботы. И, эм, внимание «другого» рода. – Как же мерзко и глупо это прозвучало! Стало стыдно, но Шиде на стыд уже было все равно. – Скажи мне правду. - Правду? – Зед остановился, и Каин легонько врезался ему в плечо, поздно среагировав. – Я и сам не знаю. Возможно, мне стыдно. Или что-то в этом роде. - Стыдно? За что? - У тебя и твоего даркина появились.. особенности. Тебе нужна была поддержка, и я благополучно наплевал на все это. Даже сейчас не уверен, что хочу влезать во все это, - Мастер замолчал, обдумывая слова. Они звучали жестоко, но зато были правдой – то, чего Каин так от него добивался. – И ты восхищаешь меня. Жнец как-то неловко пожал плечами. Стало только хуже. А на душе – паршивей некуда. Но это было не все. Зед смотрел на него, ждал чего-то, но затем выдохнул, и подошел к нему, сокращая расстояние. Заглянул в разноцветные глаза, а Каин бесстрашно поднял голову и посмотрел ему в ответ, показывая, что уверен сейчас во всем. Пусть скажет все, что думает. - Я послал тебя в Ноксус намеренно. И знал, что ты заберешь даркина. И что из вас двоих Накури умрет. Погодите, что?.. - Я не верил, что ты вернешься. Но ты очень стойкий, а теперь и опасное оружие, Каин. Твое существование и нестабильность угрожает всему Ордену. Каин раскрыл глаза, нервно улыбнувшись. У него сейчас все внутри сжалось, и весь мир рухнул Зеду под ноги. Он не понимал. И дошло далеко не сразу. Он думал, что это было его собственное решение. Даркин должен был быть уничтожен еще тогда. Или нет?.. Он.. Всего лишь оружие для него? Хотелось, чтобы все это оказалось сном, как тогда. Но эта боль в груди – она была слишком реальной, жгла похлеще заражения даркина и сломанных ребер вместе взятых. Он будто бы забыл, как дышать, в этот самый момент. А Зед так и стоял, слегка склонив голову и ожидая реакции. Не было понятно, что он сам чувствовал в этот момент. - Что я.. сделал не так? Я же просто… - Каину было тяжело говорить. Сердце билось быстро, и громко. Было больно и горько. Будто нож в спину. Неужели Рааст был прав, и Каин, заведомо чужой, действительно ничто ни для кого не значит? – Я же просто… выполнял твои приказы и хотел быть тебе полезным. Хотел, чтобы ты был.. счастлив… Настолько, насколько вообще это возможно. - Каин, я… - Неужели я заслужил к себе такое отношение? – Каин поднял на него взгляд. Его глаза, они были глубокие, уже давно взрослые, нездорово блестели, и сейчас в них отражалась красивая полная луна. Обычно упрямые и уверенные, яркие, они будто бы потемнели, а обычно упертый и надменный взгляд выдавал в нем слепые страдания. Не такой разговор Шида ожидал получить от Зеда. – Какая же ты сволочь. - Каин. – Зед уложил ему руки на плечи, жнец сразу же дернулся, желая просто броситься и уйти, но все же его держали. Он получил грубый толчок в грудь. – Мне очень жаль. - Тебе… жаль? – Он был в отчаянии. Дрожал весь, нервно сжимал губы, пытался сдерживаться, но у него совсем не получалось.– За что ты так меня ненавидишь?! Он не умел плакать, наверное, у него слезы закончились еще с раннего детства, ну, по крайней мере Зед никогда не заставал его за этим делом. Игнорируя сопротивление и мгновенно забившегося Каина, мастер осторожно заключил его в объятия. - Я был неправ. И я очень жалею об этом, - Он немного успокоился, и Зед попытался успокаивающе погладить его по голове. – Миссия была очень важной. Доверить ее больше было некому. Да и, черт возьми, это не было ошибкой, Каин. Ты сильный. Ты победишь даркина, и станешь самым сильным человеком на свете, как того и хотел. Шида дрогнул в его руках, всхлипнув. Зед говорил ему это все не потому, что хотел обидеть. Он просил прощения, и, наверное, носил бы в себе это чувство вины еще долго, если бы жнец его не спровоцировал. Даже такие как он совершают ошибки. И худшее из всего этого то, что последствием стал Каин и его страдания. - Я люблю тебя. Очень, - Зед продолжил гладить его, чувствуя, как Каин робко потянул к нему руки в ответ. – Ну же, давай, иди сюда. И он пошел. Сдался, прижался всем телом к чужой броне, сжал руки в кулаки, уткнулся лицом тому в плечо, стиснул зубы, а затем закричал, горько и громко, так, что аж поднялись вороны с недалеко стоящих деревьев. Он царапал руки о броню Зеда в кровь, пытаясь унять невыносимую боль в глубине своей души. У него с глаз наконец покатили слезы, и теневой мастер от этого застыл в шоке, не придумав ничего лучше, чем просто стоять и тихо гладить его, надеясь, что это хоть как-то поможет. Он откладывал этот разговор слишком долго. Каину было все равно, куда его ведут дальше, после недавней истерики он притих, и не пытался сделать совсем ничего. Зед отвел и уложил его у себя, укутал в одеяла, зашторил окна, и сел рядом, успокаивая своим присутствием. Очень хотелось, дабы ученик сейчас просто уснул и забыл обо всем этом. И, действительно, поглаживания произвели должный эффект – в силу постоянных недосыпов он отключился практически мгновенно, а Зед так и остался сидеть вот так, и перебирать пряди его волос, любуясь спокойным лицом, на котором все еще остались мокрые следы от слез. Утром еще многое предстоит выяснить.