Omnia vincit amor

— Ха-ха, — рассмеялся Тор, чокнувшись со Стивом увесистой кружкой, наполненной сливочным пивом. — За это нужно выпить! Стив отхлебнул пива, вытер с губ пенку и повернулся к окну, за которым медленно шел снег. Стив начал вспоминать. После перенесенной болезни и возвращения в Хогвартс, случилось так, что единственным человеком, которого он знал близко, был Тор. (Еще, разумеется, Локи, но им нечасто удавалось пообщаться два года назад, разве что в лазарете). В день прибытия в школу он понял, что влюбился, когда только увидел Тони. Он начал расспрашивать о нем Тора, и тот, быстро смекнув, что к чему, возрадовался. План, который Тор вынашивал все лето, уже начинал действовать. Тор, начитавшись маггловской литературы по психологии, узнал про тонкое искусство манипулирования и игнорирования. Он в первый же день проигнорировал Локи, решив посмотреть на реакцию того. И она была… впечатляющей! А тут еще старый приятель запал на лучшего друга Локи — объекта торовых воздыханий. И тогда Тор предложил Стиву сделку. Стив должен был притвориться неопытным студентом и войти в доверие к Тони, подружиться с ним, а после чего внушить ему мысль о сводничестве Локи с какой-нибудь девушкой. Тор и не подозревал, что Стиву удастся это провернуть в первый же учебный день! Потом, по плану Тора, Тони должен был прийти к умозаключению, что сводить Локи нужно не с какой-нибудь девушкой, а с Тором. Тор, немного поигнорировав Локи, разбудил в нем живой интерес, и Тони, как чуткий друг, должен был заметить, что Локи теряет весь свой запал, когда Тора нет рядом. Тор спровоцировал Локи на уроке трансфигурации, а затем передал свои извинения через Тони. Какая с этого выгода будет мне, спрашивал Стив. Тор отвечал просто: пока вы будете нас сводить, ты сблизишься со Старком, узнаешь его получше, ну и все такое. «Роджерс, ну не глупи!» А дальше все просто: пойти на сделку со Стивеном Стрэнджем, равенкловцем, который умеет хранить секреты, и попросить его приглядывать за Локи; Вот только в его планы совершенно не входило приворотное зелье и артефакт. Они неплохо так испытали их чувства на прочность. Прокрутив все это в голове, Стив пораженно уставился на Тора. Черт подери, и теперь его друг Локи встречается вот с этим? — Ну, ты даешь, Тор, такое провернуть, а потом еще и умудриться сохранить отношения с Локи… По-моему, ты не на том факультете учишься. — Да ладно тебе! Я бы не справился в одиночку, — скромно ответил Одинсон. — Не могу поверить, что из-за твоего любопытства я чуть не лишился тебя и Тони. — Сложив руки на груди, Роджерс нахмурился, но его лицо быстро смягчилось. — Интересно, почему это Локи и словом не обмолвился, что Тони влюбился в меня тогда же, когда и я в него? — задумчиво произнес Стив. — Видимо, он своих не сдает. В отличие от нас с тобой. — Тор хохотнул и дал «пять» Роджерсу. — В любом случае, я безмерно благодарен тебе, Стив. — О-о, приятель. — Стив растроганно обнял Тора, похлопав того по плечу. — Всего один вопрос. Можно? — Задавай. — Как тебе удалось уговорить Грандмастера приставать к Локи? Ладно Стефан, вы с ним вроде бы друзья, но преподаватель… Тор, услышав слова Стива, замер, поставил кружку пива на дубовый стол и подозрительно прищурился. — Погоди-ка, ты хочешь сказать, что это не ты и не Тони уговорили Грандмастера клеить Локи? — Разумеется, нет, — чуть раздраженно ответил Роджерс, на секунду задумавшись. — Зачем нам это? О Мерлин. Тор, нет! Спокойствие! Вдох-выдох! Стой, Тор! Тор поднялся из-за стола, кое-как намотал шарф и рванул к выходу. Стив поспешил за ним. — Тор, да погоди ты! Что стряслось? — Мой мальчик сейчас на отработке у этого извращенца! Я боюсь представить, чему он там его научит! Тор, оставив смеющегося Стива позади, миновал внутренний дворик, парадную лестницу, длинные коридоры Хогвартса и бегом спустился в подземелья. Для приличия он пару раз постучал в массивную дверь кабинета зельеварения, распахнул ее и застыл на пороге. Локи, его Локи, мирно беседовал с профессором. Они пили чай с пирогом. В кабинете, обычно таком мрачном, с витающим в воздухе запахом зелий, царил приятный полумрак, создаваемый свечами, и вкусно пахло выпечкой. Так вот, значит, как у него отработки проходят?! Грандмастер, завидев Тора, заулыбался. — Мистер Одинсон! Какими судьбами? Вас-то нам и не хватало! Присоединяйтесь! Тор, замявшись, растерял весь свой запал и сказал первое, что пришло в голову. — А я тут мимо проходил… Локи прыснул и с нескрываемым удовольствием на лице посмотрел на Тора. Одинсон мог поклясться, что заметил в глубине его глаза озорной огонек. Локи беззвучно засмеялся, закрыв рот ладонью. Грандмастер, наблюдавший за этой немой сценой, с подозрением прищурился, глядя то на Тора, то на Локи. Локи скромно улыбнулся и неосознанно сыграл с ними обоими в «гляделки». — У меня сейчас такое ощущение, будто я стою между двумя любящими сердцами. — Профессор подмигнул Локи и продолжил. — А поэтому, разумнее всего мне будет сказать, что отработка закончена. Мистер Лафейсон, увидимся с вами завтра на паре. Мистер Одинсон, не забудьте про сочинение на понедельник. Напоминаю, объем — десять страниц. — Благодарю вас, профессор. — Локи поднялся с места и направился к стоящему у выхода Тору. — Конечно, профессор, я не забуду, — пробубнил Одинсон, неотрывно глядя на идущего к нему Локи. Как только дверь за ними закрылась, Тор впечатал любовника в стену, яростно целуя его губы, подбородок, шею. — Ты прелесть, когда ревнуешь, — проворковал Локи, когда гриффиндорец от него оторвался, чтобы восстановить дыхание. — Замолчи, пожалуйста. — Он нахмурился, после чего его лицо виновато смягчилось. — Прости. Я доверяю тебе, но иногда я так боюсь, что тебя уведут у меня. — Если меня у тебя уведут. — Локи приложил палец к губам Тора, не дав ему возмутиться. — То очень быстро вернут. И Тор рассмеялся, так искренне и беззаботно, как может смеяться влюбленный, и Локи расслабился. Он столько лет враждовал с этим человеком, что сам не заметил, как потребность поиздеваться язвительными комментариями над Тором превратилась в потребность поговорить с Тором. Впереди его еще ждало полтора года учебы в Хогвартсе и выбор профессии, но сейчас, когда он обрел свою любовь, чуть сблизился с сестрой и пережил испытание их дружбы с Тони на прочность, жизнь перестала казаться ему чередой разочарований и страданий. Он наконец-то обрел себя.