Друг, которого впервые вижу

      — У нас проблемы — серьёзно заявил парень, грузно падая на стул и глядя прямо мне в глаза.       Я ничего не ответила, лишь посмотрела в его сторону, ища на его лице хоть малейшие признаки беспокойства. Таковых не было. Сознание начало подкидывать всевозможные варианты событий, воспоминания за прошлые несколько дней и их вероятные последствия на мою многострадальную голову.       — И что же такого произошло? Говори поскорей, а то Тецуе придётся давать успокоительное, — кивнул в мою сторону Котаро, закидывая маленький ломтик груши себе в рот. — Или без вариантов? Если да, то я сейчас же пойду поищу какой-нибудь пузырек валерьянки.       — Нет, в целом все не так уж и плохо, просто именно Куроко это не понравится.       — Мидорима, говори уже.       — В общем… Дело в том, что у Акаши поднялась температура. Сильно. Нужен кто-то, кто будет присматривать за ним. Из всех нас больше всего свободного времени только у тебя и у Аомине. Ему я не доверил бы даже хомяка. Поэтому…       — Я уже думала, что действительно что-то важное случилось. Но, позволь спросить, почему именно я?! Может Момои? Она разбирается абсолютно во всем кроме готовки. С ним она точно справится, он же не овощ.       Со спины послышалось хихиканье Хаямы.       — Нет, — покачал головой баскетболист. — У Сацуки и без этого много дел, да и она ни за что не согласилась бы. Помню, в прошлый раз, она приходила его навещать и что-то случилось… Не спрашивай что, я сам не знаю, но после этого она начала его избегать. Неделю, наверное, точно с ним не пересекалась и это при действующем клубе. А потом когда он выздоровел, то утверждал, что ничего не помнит. В общем, она не пойдёт.       — Я бы тоже его избегала будь у меня возможность. Он невыносим! — всплеснула я руками, в которых опасно блеснул нож. — Ну, может быть, Такао?       — Смеёшься?       — Может родителям его позвонить?       — Я бы сказал, что это далеко не самая лучшая идея, — покачал головой Мидорима.       — Ну, а что тогда делать?       — Взять таблетки и пойти лечить Акаши. Правда, перед этим надо их купить. В этом доме есть только обрабатывающие средства для открытых ран и множество разных бинтов и мазей. Ну еще обезболивающие. Двумя словами, аптечка спортсмена.       — Это где же я так нагрешила то, а? — проворчала я, направляясь к выходу. — И выключите кто-нибудь плиту минут через 5-7, — на выходе кинула я парням. — Ох уж этот Акаши. Такое ощущение, что он все это делает специально, лишь бы вывести меня из себя. И вправду что ли решил устроить «ванильные каникулы»?       Поднимаясь, я думала, где он мог подхватить простуду. В голове тут же мелькнул тот день, точнее ночь, когда он тренировался под дождём. Я на ходу ударила себя по лбу. Вот дурак. А ведь я говорила ему!       Проклиная Акаши на чем свет стоит, я и не заметила, как дошла до его комнаты. Пару минут я колебалась, но после неуверенно потянула ладонь к ручке двери.       Дверь в его комнату тихо скрипнула, и я, стараясь не шуметь, скользнула внутрь, аккуратно закрыла дверь, обернулась и увидела… Ничего. Кромешная темнотища. Шторы плотно закрыты, нет даже мелкого света от настольной лампы. Как вообще Мидорима тут ходил? Не нравится мне тут, чувствую себя, как в склепе, не хватает только гроба, где и спит наш энергетический вампир. Быстро прохожу вглубь комнаты и резким движением распахиваю тяжелые шторы чёрного цвета. Оборачиваюсь и… Нет, он что, отделывал комнату под стать своим внутренним демонам? Все такое черно-серое, тёмное; местами валяются вещи ярко-желтого или белого цвета. Что вообще за бардак он тут устроил? Похоже, наш идеальный Акаши не такой уж и идеальный. Хотя, скорее всего, ему просто уже не хватало сил, чтобы убираться в комнате. Да, тогда все сходится.       — Верни, как было, — на кровати слышалось копошение, а из-под одеяла посаженный хриплый голос, что я аж подпрыгнула на месте.       — Ага, и ходи Тецуя запинайся обо все углы. Мне достаточно и того, что я нахожусь здесь, так мне ещё и нянчиться с тобой придется. — Я сказал, чтобы ты задернула штору. Не смей спорить со мной, — не унимался красноволосый демон. Ха, думает напугает, да он в таком состоянии и мухи не обидит, но все же не стоит забывать, что ты имеешь дело с больным человеком. Причём больным во всех смыслах. Я все же повернулась к этой несчастной шторе и задернула её почти до конца, оставляя небольшую щелку, чтобы было хоть немного светло.       — Все. Не больше и не меньше. Не могу же я ходить тут в темноте.       — А ты не ходи, — Акаши выбрался из-под одеяла и сейчас зарывался носом в подушку. — Можешь вообще идти и заниматься своими делами. Мне не нужна твоя помощь.       — Выбери уже что-то одно. Или ты противная липучка с утра пораньше на мою голову, либо просто противный.       — Ага, то есть, третьего не дано, да? В твоем понимании я противный и только? Замечательно, — Сейджуро повел плечами и уставился куда-то в бок. — Так приятно осознавать, что кто-то тебя на дух не переносит, ещё и говорит об этом прямо. Причем тебе же в лицо.       — С тобой что сегодня? Это из-за температуры, да? — я подошла к нему поближе, чтобы потрогать лоб, но он ударил меня по руке и снова натянул одеяло на голову.       — Это из-за тебя.       — Знаешь, все же противной липучкой ты мне нравишься больше. Тогда с тобой хотя бы можно нормально разговаривать.       — Да? А я думал, что тебе нравится, когда меня вообще нет.       — Не вредничай. И убери уже это одеяло, — я дернула за его край и тут же встретилась с ужасающим взглядом. Один глаз блестел золотом, от которого не волей громко сглотнула. Но моё внимание быстро переключилось на его лицо, а если точнее, на его скулу, на которой был большой синяк и обработанная ранка. Значит, мне вчера не показалось.       — Прости меня. Это я виновата, — фыркнув, он опять отвернулся от меня. Скинув тапочки, я забралась к нему на кровать и начала несильно трясти за плечо. — Ну прости. Прости, прости, прости. Мне очень жаль, что так вышло.       — Так уж и быть. Твои извинения приняты. И хватит уже трясти меня. И без того голова болит.       Спокойно. Спокойно. Спокойно. Спокойно. Спокойно. Спокойно! У меня так скоро нервный тик начнётся из-за одного конкретного парня, имени которого я не знаю, а тут ещё и этот. Почему он даже извинения принимает так, словно делает одолжение?       — Так, значит голова у тебя болит — сказала я, продолжая сидеть на кровати. — Что ещё?       — Ничего.       — Да не может…       В этот момент кто-то постучал в дверь и комнату вошла Момои с планшеткой в руках и ручкой, не отрываясь продолжила что-то записывать, сверяя с телефоном. Подойдя к кровати, она, наконец, подняла глаза и без всяких вопросов дотронулась до его лба. И чего же он сейчас-то не вертится?       — Не сильно горячий — сказала она, что-то зачеркнув на листке и тут же записывая что-то вновь. — Голова болит?       — Немного.       — Горло, насморк?       — Всего помаленьку.       — В целом как себя чувствуешь? Если нормально, то я сама могу сходить за лекарствами. Если плохо, то отправлю кого-нибудь их парней. Они-то уж быстро сбегают туда обратно.       — Иди.       — Ну ладно тогда. Тецуя, ты пойдёшь?       — Да.       Особо не собираясь, мы вышли в дорогу. Сацуки тут же завела разговор, о том, что её не хватает на два лагеря. По телефону ей приходится контролировать Тоо, а тут две на дух не переносящие друг друга команды собрались. В основном все разборки начинает Аомине, хотя какое там в основном…       По пути мы встретили Такао, которая как раз шла в комплекс. Девушка, на удивление, была без настроения. Кажется, такой я видела ее впервые. Наверняка, тут снова был замешан Мидорима. Без всяких разговоров Момои схватила её под логоть и потащила за собой, продолжая рассказывать очередную историю с участием Дайки.       — Нет, это каким же наглым надо быть?! Просить меня сходить купить ему такие журналы. У меня просто нет слов. Вот наглец!       — Эй, а куда мы вообще идём? — встряла в разговор Такао, молчавшая до этого момента. — И о ком вы говорите? Я только из города, зачем вы меня обратно ведёте?       — В аптеку за лекарствами для Акаши. Ну заодно и настроение тебе поднять. Тецуя рассказала, что вы с Мидоримой поругались, — с толикой веселой нотки, хотя она скорее была истерической, улыбнулась Сацуки.       — Это он со мной ругался, я и слова ему не сказала.       — Вот, пускай теперь немного понервничает, — кивнула розоволосая.       — Аомине, к слову, тоже идиот в этом плане. Я вообще не понимаю, как они не видят таких очевидных вещей? — театрально вздохнула я, закатывая глаза.       — Тецуя! — возмущенно прокричала Момои, краснея то-ли от злости, то-ли от смущения.       — А что? — я невинно похлопала глазами, уставившись на подругу. — Такао своя, чего стесняться? Будь смелее, как она. Не бойся выражать свои чувства.       — А я думала, что вы и так с ним встречаетесь. Ему ведь нравятся такие как ты, разве нет? Аомине же раскидывает все эти журналы с большегрудыми девочками по всему дому? Тут трудно их не заметить, знаешь ли, — хихикнула Такао.       — Я уже не знаю, что ему надо. И вообще, хватит со мной об этом говорить! Я не хочу. Лучше расскажите что-нибудь вы.       — Кстати, Куроко, раз уж речь зашла о парнях, то, что у тебя там с Хаямой? Он тебе нравится, да? — хитро прищурилась Казунари, в один прыжок оказываясь рядом со мной.       — Ну, немного. Он милый.       — Да он с самого первого дня дал понять, что ты, — Сацуки ткнула в меня пальцем. — Ему нравишься. Вот это вот Дайки заметил!       — Это было трудно не заметить, — хмыкнула я.       — А как же Акаши? — вопрос повис в воздухе. Я взглянула на Такао, как на восьмое чудо света, а после отмахнулась и выдохнула:       — Акаши просто придурок.       — Исходя из моих наблюдений можно сделать вывод, что в 61% ты ему нравишься по-настоящему. Ну и в 39% он действительно, просто издевается над тобой.       — Ага, и в 100% ему этот приносит удовольствие, — на манер Акаши съязвила я.       — Может так он хочет привлечь твоё внимание? Парни, вообще, странный народ.       — Нет, так он хочет вывести меня из себя. Ну не ведут себя так с людьми, которые тебе нравятся. Наоборот. Тем более специально. Хотя кто знает, что творится у него в голове.       — Тогда получается, что и Шин-чану я…       — Нет, Такао, не получается. Ты возьми и расскажи ему все. Он, конечно, гордый, но совесть у него есть, и она его сожрет. Он даже извинится перед тобой, вот увидишь. А в том, что ты ему нравишься даже нет сомнений. Да, Сацуки?       — Сто процентов.       По дороге обратно к комплексу, мы купили себе мороженое, чтобы хоть немного поднять себе настроение. Как говорится, сладкое — лучшее лекарство от плохого настроения. Подходя к комплексу, Казунари первая увидела сидящего на пороге Аомине вместе с Нигоу. Хоть он и обожает собак, лицо его не выражало радости. Надеюсь, что он не нас там ждёт, а просто сидит на свежем воздухе, играя с собакой. Потому что ой как не нравится мне его лицо. И, наверное, недавно встал, потому и хмурый такой. Для него час дня это ещё очень рано.       — О, Тецу, как ты вовремя, — милая улыбка Дайки заставила мня дернуться и сделать шаг назад. — У меня тут к тебе несколько вопросов ещё со вчерашнего дня осталось, — пошарив рукой в кармане спортивных штанов, которые он просто подогнул, видимо, потому что ему было жарко, Дайки достал мой телефон о покрутил в руке. — А учитывая, что свой мобильник ты оставила дома, вопросов появилось ещё больше. Если бы он не был запаролен, то я, наверное, тебя уже убил бы.       Выхватив телефон из рук друга я начала соображать, что бы наплести Аомине. Как бы Момои не начала ревновать его ко мне. Ох уж эта его дотошная забота.       — Начнём с самого начала. Итак… Я ещё могу понять, что пойти на прогулку это не конец света. Но возвращаться ночью это не дело, Тецу, — начал свою нравоучительную беседу Дайки. — И у тебя, что, склероз? Как можно ходить в ТАКОМ виде по коридорам в доме, где полно парней? Ты совсем дура? А если бы я тогда не оказался рядом, что было бы тогда? И что за ушлепок все никак не успокоится и все утро строчит тебе сообщения? Почему он пишет, что потерял тебя? Кто он такой и как давно вы переписываетесь?       — Это что, допрос? — выгнула я бровь, только сейчас замечая, что девочки смылись и оставили меня одну. Предательницы.       — Да.       — Детектив, блин. Шерлока начитался? Огреть бы тебя Конституцией. Знаешь, у меня, вообще-то, есть право на тайну личной переписки и вообще на личную жизнь. Я не обязана это все тебе рассказывать, ведь на то она и личная. А на счёт вчерашнего, то он ничего и не собирался делать, кроме как пойти в свою комнату. Ты вообще знаешь, что он плохо себя чувствовал еще вчера и ему было просто не до этого?       — А если бы с ним было все нормально?       — Какая разница, что было бы «если бы…»? Сейчас ведь все хорошо и нормально, — пришло ещё одно оповещение о новой смс’ке. Блин, вот как не вовремя.       — Ни хрена не нормально. Кто тебе все время пишет?       — Ну… Киеши Теппей, — сказала я первое пришедшее на ум имя.       — [censored], как дышишь. С какого это, простите, [censored], ты все это время чатишься с этим тупым пнем? — кажется, крик Дайки слышали и в Токио, у меня аж уши заложило.       — Перестань вести себя, как сапожник со стажем! Почему все думают, что Теппей глупый? Это не так. На самом деле он очень умен и с ним приятно общаться.       — Да? А какие он тогда фотографии расхваливал? Может быть этот парень и вправду не так туп, как выглядит, но я ни за что не поверю, что он может написать что-то подобное.       — Ну, значит Морияма, — пришлось идти на крайние меры. Sunrise, я убью тебя…       — Что?! Тецу, ты совсем рехнулась?! Он же бабник! — парень опешил. Он пытался еще что-то сказать, но из его рта вырывались лишь какие-то нечленораздельные звуки.       — Ой, все. Я не желаю слушать твой бред. Поговорим, когда успокоишься. Хотя, говорить нам уже больше не о чем.       Отмахнувшись от Аомине, я прошла в дом. Передо мной предстала весьма занимательная картина. Нет, Акаши точно их всех убьет. Устроили анархию. Стоило только капитану, скажем так, отлучиться, как они уже все бросили и сидят развлекаются. Кисе и Хаямой играли в приставку. Мидорима и Маюзуми прожигали друг друга взглядами, сидя в разных углах комнаты. Рэо с Атсуши сидели на кухне и, несмотря на запрет, ели что-то сладкое и пили чай. Бедный Эйкичи сидел на лестнице уткнувшись в кулинарную книгу. Мало того, что многое есть запретили, так этому парню ещё и целую кастрюли подавай и то мало будет, а ведь он тут не один такой.       Зайдя в свою комнату и бросив пакет с таблетками, которые мы купили по списку Сацуки, на кровать, я села в кресло, собираясь прочитать все, что написал этот придурок и понять, почему Аомине так бурно на это все отреагировал. Отправитель: Sunrise Доброе утро) Я полночи не мог уснуть и думал, что сказать тебе… И вот, что я думаю… ТЫ ИДИОТКА?! КАК МОЖНО ОТПРАВЛЯТЬ ТАКИЕ ФОТОГРАФИИ НЕЗНАКОМОМУ ЧЕЛОВЕКУ?! ЕСЛИ МЫ КОГДА-НИБУДЬ ВСТРЕТИМСЯ ТО ЗНАЙ, ПЕРВОЕ, ЧТО ТЫ УСЛЫШИШЬ ОТ МЕНЯ БУДУТ ВОЗМУЩЕНИЯ ПО ЭТОМУ ПОВОДУ!!! Дурочка… Не показывай это фото больше никому. Нет, даже не так. Не смей показывать это фото кому-либо. Я хочу, чтобы оно было только у меня И пообещай, что больше не будешь так делать Эй, ты где там сегодня? Я надеюсь, что ты не швырнула телефон в стенку из-за переизбытка нервов Кхм-кхм… Извините, что отвлекаю вас от ваших важных дел, но не могли бы вы ответить? Слушай, так не пойдёт. Ты где теряешься постоянно? Я надеюсь, что у твоего телефона просто села зарядка Ну и ладно. Не хочешь отвечать — не надо.       Зашибись… Теперь я понимаю, почему Дайки так бесится. «Я хочу, чтобы это фото было только у меня»… Зная Аомине, он мог подумать все, что угодно. А зная его довольно долго, Аомине думает только о… О Боже… Ладно, потом с ним поговорю. Отправитель: Rain Думай, что ты пишешь и каким образом Вокруг меня столько людей, которые могут подумать не о том Я телефон забыла дома и ушла в город А мой друг прочитал половину твоих сообщений и теперь очень злится Видел когда-нибудь журналы с Май-чан? Так вот, мой друг берет их в руки чаще, чем школьные учебники Понимаешь, что он себе там напридумывал??? И что это ещё такое 'Я хочу, чтобы оно было только у меня'? А сейчас я оставляю телефон у себя в комнате, которую я закрою на ключ, и ухожу по делам. К вечеру жду от Вас письменных объяснений!       Оставив телефон на кресле и прихватив пакетик, я вышла из комнаты и тут же зашла в соседнюю. Наверное, все надо было сделать наоборот. Хотя не думаю, что состояние Акаши могло сильно ухудшиться за два часа. Со стороны кровати слышится сопение, и я тихо подошла к щёлке между шторами, чтобы прочитать рекомендации, которые Момои написала подробнее и гораздо больше самих производителей. Не менеджер, а монстр, ей Богу. Сацуки могла бы податься в гос-службы.       Пришлось перебрать разные коробочки, чтобы выбрать наиболее подходящие, ведь Момои просчитала абсолютно все варианты развития болезни Акаши, поэтому их было много и некоторые были ненужными, но вполне могли пригодиться в будущем. Перебираю ровно до того момента, как по комнате разносится судорожный вздох, отдаленно похожий на всхлип. И ещё раз. Аккуратно убрав бумаги, разложенные на столе, я оставила на их месте таблетки и подошла к спящему Акаши. Кажется, ему снится плохой сон. Я села на корточки возле кровати и начала всматриваться в его беспокойное лицо.       — Акаши, — слегка потрясла его за плечо, прекрасно зная, что он и так просыпается от малейшего шума, но в этот раз он не отреагировал. Так бы и продолжила смотреть, как во сне он мило хмурится чуть поджимая губы, но зная, что сейчас ему снится что-то неприятное, все же решила его разбудить. — Акаши, просыпайся. Сейджуро!       Резко сев, он глубоко задышал, его глаза широко раскрылись, но через несколько секунд парень снова лёг обратно, схватившись за голову. Он выглядел очень напуганным и безмолвно что-то шептал сам себе.       — Приснилось что-то плохое, да?       Мимолетно глянув на меня, он просто молча отвернулся, сильнее натягивая на себя одеяло. Наверное, хотя какое там, абсолютно точно, желая спрятать левую часть лица. От чего-то сейчас мне было его жаль. Сейджуро ведь тоже человек, и он тоже может чего-то бояться. Но, кажется, его «идеальная болезнь» не признаёт этого.       — Знаешь, бабушка всегда говорила мне, что если рассказать другому человеку свой плохой сон, то вскоре он забудется. И я всегда ей рассказывала о своих кошмарах, а она внимательно слушала меня.       — Что тебе снилось? — прервал он немного неловкую паузу. Кажется, это впервые, когда мы общаемся с ним нормально.       — Тени. Мне всегда снятся тени или просто темнота. Я боюсь, что навсегда останусь в тени и меня больше никогда не заметят. Совсем одна.       — Мне это не поможет.       — Думаешь? Ты только попробуй.       — Мне не забыть своё прошлое.       Акаши не понравится, если он узнает, но все же мне было жаль его. Сейчас, любое проявление на его взгляд жалости, может лишь разозлить. Я не знаю, что делать, но могу просто побыть рядом. Некоторым людям хватает и этого. Хотя что-то мне говорит, что Акаши не входит ни в число этих самых некоторых, ни в число остальных. Он уникум.       — Похороны. Это были похороны моей матери. Мне тогда было лишь двенадцать, когда она умерла.       — Боже, только не говори мне, что…       — Да, так и было. Я был совсем один. Почти… Все-таки я единственный ребенок. А отец… Он тогда совсем редко приходил.       — Не думай об этом так много, — я осторожно погладила Сейджуро по голове. — Наверное, твоя мама хотела бы, чтобы ты спал спокойно и чтобы тебе не снились… такие сны.       — А я ведь только сейчас заметил, что ты немного похожа на неё, когда не психуешь, — слегка вымученно улыбнулся парень. Даже в такой ситуации находит способ меня поддеть. Но… отчего-то я не слышу издевки в его голосе. Он говорит искренне. — Такая милая и добрая, всегда готова помочь. Ты бы помогла мне, если бы я тебя попросил?       — Ну… Вообще, да, но, смотря в чём. Сам ведь понимаешь.       — Да. Для начала… Может все же дашь мне какую-нибудь таблетку? У меня голова очень болит.       — Точно, совсем позабыла, — я подскочила с кровати и схватила со стола приготовленные лекарства. — Доставай вот эту, а я за водой схожу.       Вручив Сейджуро упаковку таблеток, я спустилась вниз. Ко всеобщему хаосу добавилась ещё и Момои, и как я поняла по разговору, говорила она по телефону с Сакураем, учитывая как часто повторялась фраза «не извиняйся».       — Рео, отнесешь Акаши стакан воды и чего-нибудь легко на перекус? А то я с утра и росинки во рту не держала.       — Да, конечно, — миловидный парень подлетел к холодильнику, доставая оттуда какие-то тарелки. — Ходить голодным весь день это не дело. Приятного аппетита, Куроко.       — Спасибо.       Следующие пол часа я сидела на кухне и уже обедала, а не завтракала как положено. Что-то побудило меня понаблюдать за Мурасакибарой, а точнее за тем, как он ест. Лучше бы я этого не делала. Да я бы за два дня не съела бы столько еды, сколько этот здоровяк сейчас съел передо мной сладостей. Ой, что-то мне даже плохо стало. Ещё хуже мне стало после того, как я увидела сколько посуды находилось в мойке. И я, конечно же, сразу не подумала о смуглых парнях, любящих поесть. Да, вдруг это Момои или Такао? И не важно, что они сама недавно вернулись в комплекс вместе со мной.       В раковине осталось ещё несколько тарелок и пару стаканов, а у меня не осталось настроения. На улице кто-то гонял по площадке мяч, а в гостиной до сих пор стояли крики — их я уже давно перестала разбирать. В висках нещадно пульсировало.       И вот, сложив всё на свои места, я опёрлась о столешницу и тыльной стороной ладони смахнула прядь волос со лба. Вынырнув из бушующего потока своих мыслей, я наконец заметила молчавшего до этого Котаро, который стоял на улице и смотрел в открытое на распашку окно, сложив руки на баскетбольном мяче, уместив его на подоконнике.       — Напугал.       — Прости, я не хотел.       — Вместо того, чтобы там стоять и просто смотреть, лучше подошёл бы и помог. Я столько времени провозилась с этой посудой.       — Но там было всего несколько тарелок и пару стаканов. Просто ты перемывала все по несколько раз и каждый тщательнее предыдущего. Что так сильно заняло твои мысли, раз ты этого не заметила?       — Это все Акаши. Умеет он рассказывать истории, над которыми потом невольно придётся много думать. Вообще, его поведение за пределами нормального. У него раздвоение личности, и он этого не скрывает, вы все это прекрасно знаете, но разве его отец не в курсе? С такими случаями необходимо обращаться к специалисту, тем более такому человеку как Акаши. Ты не находишь это странным?       — Да, вполне.       — Вы как бы все его друзья, вместе играете в баскетбол, он ваш капитан, для кого-то правда бывший, но неужели вам всем все равно на него? Неужели никто из вас не пытался ему помочь? — я расплялась все больше, не замечая нахмуренного лица Хаямы.       — Действительно ли ему это нужно? Ты спрашивала? Как раз из-за его характера никто и не хочет подходить к нему лишний раз.       — Не думаю, что ему нравится, когда его шугается каждый второй, как внезапно вспыхнувшего огня. Если подумать, то он все время один. Никто не хочет оставаться в одиночестве. Даже такие трудные люди, как Акаши.       — Ты в этом уверена?       — Люди говорят, что хотят быть одни тем, с кем не хотят оставаться.       — Да, пожалуй, в этом есть смысл, — кивнул парень.       — Вот видишь. Я не думаю, что он специально так делает. Ну, нагоняет эту пугающую атмосферу. Он такой же подросток как и мы, и я сомневаюсь, что в его голове одни только важные дела, бумажки, стратегия игры и тому подобное. Может он этого и не показывает, но я думаю, что ему так же хочется гулять с друзьями, общаться. В школе не только зубрить книжки и сидеть каждую перемену в студенческом совете и опять же перебирать эти бумажки. Когда-нибудь было такое, чтобы он приходил к кому-нибудь из вас на большой перемене просто, чтобы спросить «как дела?» или «как настроение»? А вы? Пытались ли вы хоть раз позвать его с собой? Он действительно всегда один, даже в вашей компании, потому что вы попросту не замечаете, какого ему.       — Я согласен со всем, что ты сказала, с каждым словом, но мы тут не виноваты. Я не говорю, что мы совсем к этому не причастны, но мне кажется, что дело не в нас. Когда Акаши пришёл в Ракузан, он уже был таким. Не знаю, что было в Тейко, но если судить по этим странным ребятам, то я думаю, что они считают также.       — Они не странные! — вспылила я, топнув ногой.       — Они странные, Тецуя. Если тебе не нравится это слово, я могу называть их чересчур гордыми.       — Но…       — Они не все такие, да, я знаю. Один Кисе не такой и все. Этот парень может только немного похвастаться, в отличие от остальных. Акаши говорит, что он лучше всех прямо в лицо. Аомине при любом удобном случае вставляет свою коронную фразу. Мурасакибара считает, что сильнее всех, поэтому не заботится о тренировках. И Мидорима, и Момои тоже к этому относятся. Они ничуть не сомневаются в своих способностях. Момои ещё будет отшучиваться, но вот наш «Шин-чан» сверху ещё чего накинет.       — Это все понятно, да, но у Акаши… особый случай, я и сама не понимала, почему защищаю именно Акаши. Ведь ни дня не проходила без ругани с ним, но все же, с недавнего времени, что-то изменилось. Он стал выглядеть иначе в моих глазах.       — Ладно, я понял тебя. Может это будет немного эгоистично, но могу я попросить тебя перестать постоянно говорить о нём? Я хочу сказать, что… В общем, обрати, пожалуйста, внимание и на меня. Хорошо?       — Ааа… да.       Котаро улыбнулся и пошёл в сторону площадки, выстукивая о прорезиненную поверхность мяч и по-быкновению доставая из кармана телефон. Честно сказать такое заявление для меня было неожиданным.       Проверив еще раз кухню, я направилась в свою комнату. Пока поднималась, чувствовала, что валюсь с ног. Лечь бы сразу, да уснуть, но мне ещё нужно прочесть объяснительную моего доброго друга, да и рано ещё. Отправитель: Sunrise Я не хочу, чтобы эту фотографию видел кто-то ещё Ты же сделала её специально для меня, так? Я хочу, чтобы лишь я мог лицезреть эту красоту       Ничего нового он, конечно же, не написал. «Я хочу»… Я смотрю много чего он хочет сегодня. Ведёт себя как маленький ребёнок. Отправитель: Sunrise И… Ты, надеюсь, не смотришь эту порнуху. Журналы с Май       Да, как он мог подумать обо мне такое?! Хотя, учитывая то, что мы друг друга не знаем, от слова совсем, то он мог подумать все что угодно. Ладно, начнём разбор с самого начала. Отправитель: Rain Говоришь так, словно ты мой парень) Оказывается, что ты ещё и собственник Ревнуешь меня к моим друзьям? Примечание: друзья баскетболисты. Высокие, красивые, накаченные парни Такие лапочки ^-^ Отправитель: Sunrise Перестань Оу, неужели кому-то обидно? Теперь меня точно будет трудно заставить думать иначе. Отправитель: Sunrise Мы же даже не знаем друг друга, как ты можешь так думать?       Да легко. Но ты же у нас обидчивый парень… Отправитель: Rain Ладно, я молчу) А на счёт журналов… Они валяются по всему дому и мне приходится их убирать Чисто теоретически, я их не смотрю… А практически, только обложки. Они в основном безобидные Отправитель: Sunrise Фу Заствь своего друга убирать их самостоятельно Отправитель: Rain А ты откуда знаешь, что напечатано в них?))) Отправитель: Sunrise Можно сказать, что у меня такая же ситуация… Эти журналы просто повсюду Есть тут один… Из-за него это все Отправитель: Rain Не обращай внимания. Рано или поздно он уберет их… Отправитель: Sunrise Весьма многообещающее многоточие Умеешь же ты поставить его в нужных местах Отправитель: Rain Дурачок) Отправитель: Sunrise Обзывается ещё ( Отправитель: Rain Я любя) Отправитель: Sunrise Я знаю       Вот и поговорили, называется. Что-то у него настроение сегодня не то. Может, обиделся на что? Если посмотреть на это с другой стороны, то он действительно в последнее время ведёт себя, как мой парень. Так, Тецу. Ты действительно хочешь подумать об этом именно сейчас? Меня там уже наверное пациент заждался. Лучше пойду к нему. Боже, это звучит очень странно, учитывая, что речь идёт о Сейджуро.       Убрав телефон подальше от любопытных глаз одной смуглокожей персоны, я вышла из своей комнаты и вошла в соседнюю. Там все ещё сидел Рео, но как только вошла я, наша кухарочка, как обзывает его Дайки, взяла поднос и вышла вон.       — Почему ты так долго?       — А ты ждал меня?       — Естественно. Сестренка мне уже весь мозг вынес.</i       — Ты тоже его так называешь? Я думала, так только Котаро делает.       — <i>Будь добра, помолчи. И дай мне другую таблетку, эта ни хрена не помогает.       Так, походу мы имеем дело с императором. Сейчас главное не сболтнуть лишнего, иначе в меня полетит что-то острое… Думаю, для Акаши не составит труда спрятать маленькое тельце. Отдам ему таблетку и почитаю какую-нибудь книгу.       — Открой окно. Здесь очень жарко       — У тебя температура, это нормально. Если я открою окно, тебя продует и будет ещё хуже.       — Открой, я сказал! — рявкнул парень. Из-за простуды его голос стал еще более устрашающим.       — Нет, — я спряталась за книгой, но так и почувствовала, что скоро его тяжёлый взгляд прожжет страницы не очень-то крепкого щита.       — Ладно.       Послышалось копошение. Я чуть отпустила книгу, чтобы посмотреть, что он там творит. Вот поганец…       — Лови       Что ловить?! А, футболку, ладно хоть не ножницы. Надеюсь сейчас тебе не так жарко, демон чертов. Хорошо, что не умеет читать мысли.       — Почему ты молчишь? — ну не рассказывать же тебе, что я подозреваю тебя в чтении мыслей — Я хочу пить. Принеси мне воды.       Я бросила книгу на кресло, на котором сидела, и вышла из комнаты. Кажется, нервный тик скоро снова вернется. Может вылить на него эту воду, чтобы очухался? А что, знаем, умеем, практикуем. Правда, в прошлый раз это был чай, но не суть. Когда-нибудь, я действительно его чем-нибудь оболью. Снова.       — Держи.       —  Спасибо, — внимательно осмотрела Акаши, он взглянул на меня. Я давно заметила, что когда Император доволен, он прикрывает свой алый правый глаз и смотрит только левым. Это… очень привлекает внимание. Он вообще довольно, даже очень, эстетичный человек. Когда-нибудь, я сфотографирую его.       — Ну и чего мы такие хмурые? Кто обидел мою принцессу?       — Я не твоя.       — Это мы ещё посмотрим.       — Смотри, да не ослепни.       — Смеешь бунтовать?       — Уже ослеп? Быстро ты.       — Да, что-то я плохо тебя вижу. Иди-ка ты… — он поставил стакан на тумбочку возле кровати так медленно, что я даже не смогла заметить, когда оказалась в объятиях этого… просто этого. — … ко мне. Вот так-то лучше. Воу, да ты обалденно холодная. Так хорошо. Даже спать захотелось.       — Нет, не смей засыпать, не отпустив меня! Слышишь? Акаши Сейджуро!       — Стихни.       Парень умолк, а мне пришлось так и лежать на его груди, вслушиваясь в его мерное дыхание и сердцебиение, откоторого самой захотелось спать. Нет, Тецу, нельзя, держись. Я подняла голову и взглянула на его спящее лицо. Такой милый. И ведь не скажешь, что этот самый ангелочек кидает ножницами направо и налево, и людей заставляет проходить все круги Ада, порой лишь просто взглянув на них.       Я не знаю, сколько мы так пролежали, но вскоре Акаши начал снова ворочаться.       — Наконец проснулся. Отпусти меня уже.       — Я давно не сплю. Просто за тобой очень интересно наблюдать. Тебя так нравится смотреть на меня?       — Бред, — хмыкнула я, предприняв попытку подняться, но парень лишь сильнее прижал меня к себе.       — Ну да.       — Акаши.       — Что?       — Отпусти. Меня.       — Вот иногда ты очень сильно раздражаешь, — выгнул он свою идеальную бровь, посматривая на меня.       — Ты тоже, но только всегда. Стоп. Что это? Мой плеер?! Как он у тебя оказался?       — Ты обронила его вчера в ванной, когда убегала.       — Почему ты не вернул его мне?       — Мне было интересно узнать, что слушает моя малышка, — такая знакомая мне улыбка снова посетила его идеальное лицо.       — Бесишь. Я не твоя и не малышка. Думаю, я ясно всё объяснила.       — Да, да, да, — Акаши закатил глаза, но всё-таки ослабил хватку.       — Уже поздно, — я оперлась на руки и внимательно посмотрела на него. — Поэтому придётся тебе засыпать обратно.       Улыбка, именно улыбка, появилась на его лице и что-то до этого незнакомое мне скользнула в его глазах.       — Спокойной ночи, малышка.

***

      — О, все в сборе, — все сидящее синхронно повернули головы к источнику звука. На пороге стоял Акаши одетый с иголочки. Чёрная рубашка очень хорошо на нём сидит, а цвет оттеняет его волосы и глаза. Какой контраст. Хочу запечатлеть его. А его поза… Такой, небрежно-равнодушный. — У вас четверых точно должно быть что-то, чем можно замазать это — он повернул голову вправо, чтобы показать старания Аомине на своём лице.       — Акаши-ччи, у меня есть то, что тебе нужно, — Кисе выпорхнул из кухни так быстро, что мы и слово вставить не успели.       — Акаши, ты куда это собрался? — поправляя излюбленным жестом очки, поинтересовался Мидорима.       — Мне отец позвонил, сказал срочно приехать, — Сейджуро налил себе стакан воды и буквально одним глотком его осушил.       — Ты с ума сошел? — Сацуки ударила ладонями по столу. — Ты вчера встать не мог из-за температуры, а сегодня собрался ехать в Киото?       — Это срочно, — небрежно поправив челку, отчеканил Сей.       — Акаши, ты ещё в том возрасте, когда можешь перенести свои важные дела на пару дней из-за плохого самочувствия. Тебе же всего семнадцать… — я всё же решила высказать свое мнение по поводу всего этого.       — Думаешь, моего отца это волнует? Если хочешь, то можешь поехать со мной. Кажется, у тебя там есть родственники. Подвезу куда скажешь. Заодно удостоверишься, что со мной все в порядке.       — Больно нужен ты мне. А вот к бабушке в гости я бы съездила. Давно у неё не была.       — Акаши-ччи, вот! Давай, садись на стул, я тебе помогу, — Рета поставил на стол небольшую косметичку, лучезарно улыбаясь. У Акаши задергался глаз. Мы решили от греха подальше покинуть столовую, а то мало ли.       После получаса возни, Кисе, довольный своей работой, представил нам свое творение. И правда, синяка, если не сильно приглядываться, было не видно. Сейджуро, кинув мне, чтобы я была готова через пять минут, скрылся на втором этаже.       А после была долгая дорога в тишине и напряженной обстановке. Акаши все еще был слегка бледен и то и дело слегка покашливал, но был очень сосредоточен на дороге и от этого я была спокойна. Но все же, находиться в одной машине с ним было слегка… неуютно. Но включать музыку я не решалась, все-таки как не крути, но Сейджуро, каким бы он не был идеальным и каким бы здоровым сейчас не пытался казаться, был болен и лишний шум мог сделать только хуже.       Мы уже подъезжали к городу, когда Акаши все же спросил у меня адрес места, где он мог бы меня оставить. Я назвала адрес дома моей бабушки. Мне так хотелось её увидеть, и я просто не могла сдерживать своих эмоций, что мы наконец увидимся. Когда я ещё жила в Осаке, мы часто ездили к ней в гости, но теперь… Вообще, мне как-то неудобно говорить о своей семье в присутствии Сейджуро после того, как он рассказал о своей маме. Но вот он, с виду, вообще не заморачивается над этим. Но лишь с виду.       Наконец мы подъехали к дому и я вышла из машины с мыслями, что в кои то веки на целый день я освобожусь от него. Закинув небольшую сумку на плечо, я чуть ли не вприпрыжку пошла ко входу.       — Я буду скучать, любимая, — окрикнул меня Акаши, опустив тонированное стекло вниз и как обычно нагло улыбаясь.       — Глаза бы мои век тебя не видели, ненаглядный ты мой.       — Боже мой, Тецуя, — сзади хлопнула дверь и из дома выскочила энергичная женщина уже в годах, но как говорила она сама «я вас всех переживу!» — Как же можно?! Без предупреждения, да как так-то? Вот порадовала старушку!       Продолжая обнимать меня, Куроко Юри уже раз десять сказала о предупреждениях, и вот, наконец отпустив меня, обратила внимание на ещё не уехавшую машину.       — Так, а молодого человека как зовут? — спросила она уперев руки в бока и чуть прищурив глаза.       — Сейджуро Акаши, — представился парень, выйдя из машины.       — Юри Куроко, — она оглядела его с ног до головы, а Акаши вопросительного на меня посмотрел. — Хорош жених, — я поперхнулась воздухом. А Сейджуро еле сдерживал смех, лишь улыбаясь во все тридцать два зуба неуверенной улыбкой. Честно сказать — она ему не к лицу. — Красавец, а глаза какие, прям уух! Пойдёмте что ли чаю выпьем, познакомимся поближе.       — Бабуль, какой жених?       — Вот этот, какой же ещё, — искренне недоумевая, она указала на Акаши, который решил пародировать статую.       — Нет, ты не так все поняла.       — Любимая, ненаглядный… Ты, Тецуя, не думай, что раз я старая, то ничего не слышу. Пойдёмте уже, давайте-давайте.       Юри ушла вперёд, оставив нас наедине. Я уже хотела объясниться перед Акаши, но когда посмотрела на него, той растерянности уже не увидела. Он не повернул в мою сторону и голову, но зато косил на меня свой золотой глаз и как-то странно улыбался.       — Акаши… — получилось испуганно. Это золото и взгляд. Только не это…       — Тц, ну зачем эти формальности? Я же просил называть меня по имени, — Акаши взял меня за руку и повёл ко входу. Я заметила бабушку, которая успела скрыться за дверными косяком.       — Ты чего удумал?       — Нам уже давно надо познакомиться с нашими родственниками. Я не хочу упускать такой шанс, — буквально пропел Сейджуро и обернувшись добавил — Тецу.       — Ты совсем обалдел?! А ну отпусти меня сейчас же! И выкинь эту дурь из головы! У тебя явно подскочила температура и ты начал бредить! — шипела я на него, боязливо озираясь.       — Ну что же ты? Пойдём уже. Некрасиво заставлять твою бабушку ждать.       — Придурок, я убью тебя!       — Как как? Я не расслышал. Люблю? Я тебя тоже, — он резко дёрнул меня руку, обняв и поцеловав в лоб. Единственное, что сейчас попались под руку это его ребра. Акаши отшатнулся от меня, потирая ушибленный бок. — Бьешь значит любишь, но вообще, я верю тебе на слово.       — Ско…       — Ну что же вы так долго? Заходите уже, в доме поворкуете, голубки. Я чай налила, остынет ведь.       Ещё раз глянув на меня, парень первым вошёл в дом, а я осталась на улице, чтобы обмозговать эту выходку. Не найдя этому логичного объяснения, ибо Сейджуро человек весьма нелогичный, я пошла следом. Пройдя в столовую, я увидела наимилейшего Акаши и Юри, которая наливала ему горячего чаю. Сев подальше от моего женишка, я взяла печенье, стараясь отвлечься хотя бы на него.       — Ну, рассказывайте. Как познакомились, как дела идут.       — Познакомились мы весной и, наверное, это была любовь с первого брошеннного… взгляда, да, — я подавилась печеньем и начала тихонь покашливать. Может точнее будет сказать первого брошенного мяча? Акаши заботливо поглаживал меня по спине, пока бабушка наливала чай, который я залпом выпила. — Я не мог забыть её и все думал и думал о ней, но Тецу как сквозь землю провалилась. Потом мы встретились снова спустя какое-то время и вот теперь, у нас все просто замечательно, — милая улыбка озарила его лицо, что аж глаза начала слепить.       — С Тецуей иногда бывает трудно, но она очень милая девочка.       — Да, очень милая.       Сволочь.       — У неё такое доброе сердце и душа.       Гори в Аду.       — Ещё она очень заботливая       Хрен я тебя буду ещё лечить.       — И восхитительно готовит. Это вы её научили?       Я подсыплю слабительное в твою тарелку, вот увидишь.       — Вообще, Тецу прекрасный человек. Я просто не мог не обратить на неё внимание. Я очень рад, что встретил такую девушку. Среди всех она так по особенному выделяет меня, это очень приятно. Ещё с ней очень приятно общаться, у нас много общего.       [censored]       Так, похоже тесное общение с Дайки явно не пошло мне на пользу.       — У него температура, он не понимает, что несёт!       — Да? — Юри притронулась к его лбу тыльной стороной ладони. — И правда, простуженный. Ну ничего, зятек, сейчас я тебе чай заварю с лекарственными травами, и будешь как новенький, — бабушка скрылась на кухне, а я была готова убить Акаши прямо на месте, лишь бы больше не видеть эту самодовольную морду.       — Тецу, сделай лицо попроще. Ты должна быть рада, что я понравился твоей бабушке.       — Да пошёл ты, — я встала из-за стола и пошла ко второй входной двери, чтобы выйти на задний двор.       Минут через десять, может больше, может меньше, бабушка позвала меня обратно. Как только я вернулась мне в руки тут же всучили чашку ароматного чая.       — Чего ты ушла, милая? Посиди с нами. Сейджуро такую интересную историю рассказывает.       — Угу, — я на автомате заняла место рядом с бабушкой.       — Дак, что там дальше-то было?       — Ну я ей и говорю… — он отвлекся на телефонный звонок. Сколько всего Акаши уже успел тут наплести? — Извините, мне нужно ответить. Это по работе.       — Ох, как хорош, как хорош, — начала нахваливать его Юри, пока он отошёл и не мог нас слышать. — Работящий парень. Красив, умен, спортом занимается и не хвастлив. Из семьи хорошей и обеспеченной, это я по телевизору видела. Такого зятя надо держать, Тецуя. Рассказывал вот мне, как ты ухаживала за ним, когда он заболел. Как присматривает он за тобой, в лагере в этом. Ты смотри, держись за него. А то таких на раз-два уводят.       — Бабуль, врёт он все. Он делает это, чтобы поиздеваться надо мной.       — Нет, он хороший парень, и нравишься ты ему.       — Я так не думаю, — сложила я руки на груди.       — А я тебе точно говорю!       — Извините, но мне позвонил отец. Срочно нужно ехать. Он не терпит опозданий.       — Конечно, поезжай, — Юри тут же подскочила его провожать. — А ты, Тецуя, чего сидишь? Вставай давай.       — Провожать? — с опаской поинтересовалась я.       — Как это? Нет, конечно. Ты вместе с Сейджуро поедешь.       — Зачем это? У него свои дела, при чем домашние.       — Невеста должна быть рядом со свои женихом.       — Действительно, что-то из-за температуры я не подумал об этом. Тем более, Тецу, ты почти часть моей семьи, а значит мои домашние дела касаются и тебя. Пойдём, — встрял в разговор Акаши, а мне хотелось испепелить его, а пепел развеять по ветру, чтоб не восстал.       — Я ни почти и вообще не часть твоей семьи. Отстань от меня!       — Акаши Тецуя, — мечтательно протянул парень. — По-моему, звучит. Вы так не думаете?       — Сейджуро, ты вроде говорил, что твой отец не терпит опозданий.       — Да, вы правы. Тецу, пошевеливайся.       Бабушка буквально вытолкнула нас из дому, дав нам с собой недавно приготовленные пирожки и чаю в термосе. Она все никак не могла успокоиться и нахваливала Сейджуро, а тот и рад только. В конечно итоге я просто напросто затащила Акаши в машину, обняла и поцеловала бабушку и теперь мы едем в особняк Акаши. Сейджуро успокоился и снова стал молчалив и сосредоточен. Время от времени его телефон яростно трезвонил, но единственно, что он говорил это: «Да, хорошо», «Я все понял» и «Скоро буду».       Позже кто-то позвонил и мне. На дисплее высветилось мама. Я даже знаю, о чем сейчас пойдет речь.       — Да, мам, привет.       — Привет, Тецуя. Мне тут бабушка позвонила и рассказала про твоего жениха! Нет, ну тебе же всего 17 лет… Какая свадьба? В аптеку что ли постеснялись зайти… — начала было мама, но я тут же ее перебило. Хватило мне сполна на сегодня нелепых выводов и фантазий.       — Мама! Этот придурок никакой мне не жених. И мы даже не встречаемся. Этого не предвидится вообще. Он сделал так специально, потому что мы на дух друг друга не переносим. Он истрепал мне все нервы, а сейчас сидит и ржёт, его вообще веселят мои мучения, — я покосила на хихикающего парня. — Он просто издевается надо мной!       — Ну, хорошо тогда. Ну в смысле… Ну ты поняла. Я уже переволноваться успела, успокоительного выпила. Хорошо, что папе ничего не рассказала, а то его было бы уже не переубедить. Это семейное у них с бабушкой.       — Не переживай, мам. Если у меня кто-то появится то обещаю, ты узнаешь первая.       — Хорошо. Тогда ладно, пока. У меня тут столько бумаг ещё надо разобрать.       — Пока. Не засиживайся до поздна.       Я убрала телефон обратно в карман и посмотрела на Акаши. Он смотрел на дорогу, вымученно улыбаясь.       — Вы с мамой так хорошо общаетесь.       Так, больная тема. Ох, не сегодня ты все выскажешь ему, Тецу, не сегодня. Я постаралась перевести разговор в другое русло, спрашивая про работу. Как оказалось, Акаши помогал отцу в его фирме и уже довольно многое стало зависеть от его решения. Отец медленно, но верно, полностью передавал все управление своему сыну.       Спустя где-то час, вдалеке я увидела особняк из белого камня. Я и не думала, что семья Акаши настолько богата. Нет, конечно, я догадывалась, но чтобы на самом деле. Получается, что Сейджуро прям принц на белом коне. Не удивлюсь, если у него действительно имеется белая лошадь. Сейджуро вышел из машины первым, обошёл её и постучал в окно с моей стороны. — Я позову водителя, скажешь ему и он отвезет тебя, куда захочешь, — сказал он, как только я опустила стекло, и развернулся в сторону дома. Его телефон еле слышно протрезвонил и парень резко остановился, серьезно смотря сначала на экран, а после переведя взгляд куда-то вверх.       — Ты чего замер?       — Мой отец тебя увидел, — гробовым голосом произнес Акаши, а у меня все похолодело внутри.       — Что? Нет, этого не может быть. Это невозможно.       — Масаоми Акаши, — это тот человек, от которого нет смысла что-то прятать или утаивать. Пойдём. Тебе придётся пойти со мной. Было глупо с моей стороны рассчитывать, что он не узнает о тебе.       — Нет, я не хочу идти туда.       — Идем, — уже мягче сказал он, вытаскивая меня из машины и потащив по каменной лестнице, почти впихнув в двери.       Первое, что я увидела в доме была шикарная люстра в холле и мужчина в строгом костюме, который пристально изучал меня взглядом. Тяжёлый взгляд — это у них семейное. Так что я сразу поняла, кто передо мной. Кончики пальцев начало покалывать, а колени опасно подогнулись, но рука Акаши, которая появилась словно из ниоткуда, удержала меня на месте.       Надеюсь, что после осмотра, Акаши Маосоми не скажет «хороша невеста», как моя бабушка. Я бы начала так же притворяться, как Акаши, но что-то не хочется. Что-то здесь не так. Сейджуро знает своего отца и знает меня. Получается, он прекрасно понимаешь, что я тоже хочу сделать ему какую-то гадость, как и он сам, а объясниться перед Акаши-старшим будет чрезвычайно трудно, нежели с моими родственниками. Похоже, Сейджуро составил хитрую цепочку определённых действий, раз он притащил меня в этот дом… Но я не могу проследить за его логикой, не понимаю, что ему нужно, что он хочет от меня. Хотя мне и без всего этого не помешало бы соображать чуть быстрее.       — Это Куроко Тецуя. Раз уж она у нас в гостях будет некрасиво оставить её одну, я надеюсь, вы будете не против, если она проведет время за обеднённым столом в нашем тесном кругу… Тесном семейном кругу, — выделил Сейджуро. А я даже дышать боялась. — Она не помешает, вы её даже не заметите.       Вот про не заметите можно было и не говорить.       — Хорошо, пусть останется, — Масаоми развернулся и оставил нас одних, но его тяжелые шаги еще долго эхом отражались от стен коридоров.       Акаши пошел за отцом, мне ничего не оставалось, как пойти за ним, все ещё не совсем понимая ситуацию. Я все же решила узнать у Акаши о его плане, который, я не сомневаюсь, у него есть. Я дернула его за рукав рубашки, стараясь привлечь его внимание.       — Что ты задумал? Я не понимаю.       — Эм, не знаю. Я не о чем таком не думал, наверное. Это все… импровизация?       — Ты меня спрашиваешь?       Парень не ответил. Мы молча шли в столовую, где сидела какая-то семейная пара и девушка где-то моего возраста. Очки на её носу явно служили ей только в качестве украшения и смотрелась она очень мило. Сейджуро предложил мне занять его место, а сам сел рядом.       — Это Куроко Тецуя, моя… подруга. Нам было по пути, но так вышло, что сейчас она здесь. Надеюсь, вас не смутит ее присутствие.       — Что же, раз уж все так сложилось, — Масаоми прожигал нас все тем же тяжелым взглядом. — Сейджуро, познакомься, это Миядзо Ясу и её родители.       — Здравствуй, — Акаши кивнул.       — Ясу пойдёт в тот же университет, что и ты, только на факультет журналистики. Будет за.       — Извините, что перебиваю, — кажется, до меня наконец дошло. Все это смутно что-то напоминает мне… — Позвольте уточнить кое-что. Вы… ищите Сейджуро невесту или что-то вроде этого?       — Позвольте и вы уточнить, как это вас касается? — спокойно ответил вопросом на вопрос мужчина, сложив руки на столе.       — Просто это немного странно, учитывая что я здесь, — я мельком взглянула на Акаши. Но он ни на что не обращал внимания, продолжая и дальше медленно есть. Но я все же заметила хитрую улыбку, которую он старательно прятал. Теперь я поняла, что он хочет от меня. Ну что же, Акаши Сейджуро, я в игре.       — Кем вы приходитесь моему сыну?       — А вы как думаете? — я дерзко улыбнулась. Да, сама подписала себе смертный приговор, прыгнула в пасть к голодному льву. Ну ничего, Сейджуро, ты мне за это ответишь.       — Сейджуро, можешь объяснить, как это произошло? — перевел Масаоми свой взгляд на сына. Мужчина был внешне спокоен, но я слишком хорошо изучила людей, и сейчас, наблюдая, как он отбивает ритм пальцами о стол и его немигающий взгляд, можно смело сказать:       Акаши Масаоми в ярости.       — Могу, — кивнул Сейджуро, убирая вилку и вытирая рот. — Знаете, это было очень необычное знакомство.       — Да, в голову словно что-то ударило, — ненаглядный мой прыснул от смеха в кулак.       — Я потом долго вспоминала вашего сына, — перебила я парня, потирая ладони, которые в тот день из-за него ободрала. — Он очень… необычный человек. После нашей первой встречи мы потом долго не виделись, но так вышло, что… Можно сказать, нас свело общее хобби, а может и сама судьба. Я о баскетболе, — пояснила я, заметив недоуменные взгляды со стороны. — Сама я разрабатываю стратегии на площадке. И когда мы снова встретились, я даже как-то немного растерялась, но потом мои эмоции словно… Выплеснулись. И накрыли его волной.       — Извините, — прокашлявшись, чтобы скрыть смех, сказал любимый. — Меня в тот день охватили противоречивые чувства. С одной стороны я был немного шокирован, но с другой -безумно рад снова встретиться с Тецу.       — Ты бы видел своё лицо в тот день, Сей. Я бы посмотрела на тебе такого ещё раз, — хихикнула я, прикрыв рот и накрыв его ладонь своей.       — Мам, пап, нам, неверное, пора идти, — поднимаясь из-за стола, хмуро произнесла Ясу.       — Да, у нас ещё много дел сегодня, — кивнула женщина, поднимаясь следом.       — Которые появились совсем неожиданно, — добавил мужчина.       — Что ж, давайте я вас провожу, — Масаоми встал последним, ещё раз презрительно смерил меня взглядом и покинул столовую вслед за гостями. Ой, кажется, я помешала чьим-то планам.       Как только шаги стихли, я, наконец, смогла вдохнуть спокойно, а кое-кто посмеяться от души. И тут я поймала себя на мысли, что мне нравится искренний смех Сейджуро. Не привычно видеть его таким.       — В голову что-то ударило, да? Эмоции выплеснулись? Боже, Тецуя, ты меня убиваешь, — с улыбкой на лице он смахнул с глаз выступившие слёзы. — Умничка моя. Я в тебя верил. История, как я сбил тебя мячом с ног, в такой интерпретации очень веселит. Тем более зная, как все было на самом деле.       — Почему ты сразу мне не сказал? Ты же планировал это с самого утра, не так ли?       — Ты бы не согласилась. Мне нужно было, чтобы это была именно ты. Наша с тобой игра достойна Оскара, другая девушка бы растерялась на твоём месте. Твой сарказм просто великолепен, Тецуя. Сейчас главное держать ситуацию в своих руках. Будешь говорить подобные вещи и отец точно поверит тебе. Ну, это полуправда, ведь эмоции и не совсем такие, какими мы их выставляем.       — Ты такой смешной, — резкая смена поведения немного вогнала Сейджуро в ступор. Я заметила в дверях его отца, который пришёл как раз, когда Сей замолчал. Вряд ли он слышал что-то личное иначе события разворачивались бы иначе. А сейчас похоже решил понаблюдать за нами.       — Почему сразу смешной? Ты не веришь, что я люблю тебя? — Сейджуро быстро смекнул в чем дело и снова велючился в нашу маленькую игру.       — Ты смешной, потому что до сих пор думаешь, что я не верю тебе.       — Ты просто очаровашка, Тецу.       — Я знаю.       — Поцелуешь? — он немного наклонился ко мне состроив такое выражение лица… Смело можно было бы сказать, что он по уши в меня влюблен. Неужели он такой хороший актёр? Я не капли не удивлюсь, если это действительно так. Но в любом случае мне нужно что-то придумать и очень срочно! Не собираюсь я с ним целоваться, да и не так я представляла себе свой первый поцелуй.       Я мило улыбнулась, приблизилась к его лицу и… чмокнула его в нос, быстро отстраняясь и усаживая на свое место. Никогда не думала что сделаю что-то подобное с этим человеком, но выражение лица Акаши просто бесценно.       — Так нечестно! — возмущенно пробухтел парень.       — Я не хочу, чтобы твой отец застал нас в такой момент. Может, потом? — я с склонила голову к правому плечу, украткой наблюдая за так и стоящим в дверях мужчиной.       — Ты сводишь меня с ума, — горячо шепнул Акаши, приближаясь к моему лицу.       — Ты и без меня неплохо постарался, — тихо, чтобы слышал только Сей, произнесла я.       — Так, хватит тут тискаться, — Масаоми явно надоело это представление. Фух, спасение пришло, откуда не ждали, еще бы чуть чуть и этот наглец воплотил бы в жизнь свое намерение. — Ясно всё с вами. Свободной машины для вас сейчас нет, поэтому придётся подождать. Вон с глаз моих. Рин сообщит, когда можно будет ехать.       — Как скажешь, отец. Пойдём, — Акаши нежно взял меня за руку и потянул на себя. Переплетя пальцы, мы направились к выходу из столовой.       — И я настоятельно прошу вас не делать наследников в моём доме. По крайней мере сейчас.       Нет, у них это в крови что ли? Как же меня раздражает это семейство.       — Жаль. Придётся придумать другое занятие, — я дала Сейджуро смачный подзатыльник. — Агкх… Ну зачем же так сильно?       — Вы точно уживётесь вместе, — кивнул мужчина.       — Да, непременно, — сладость в моем голосе сводила зубы. — Пойдём, Сей, книгу мне почитаешь. Люблю слушать твой голос, — я быстро вывела улыбающегося парня из столовой.       — Мне требуется компенсация, — уже в комнате оповестил меня парень.       — Как-нибудь в следующей жизни. Будешь думать, что говоришь, — я устроила на небольшом диванчике и начала осматривать комнату.       — Не думал что у такой хрупкой девушки как ты, может быть такая тяжёлая рука, — Сейджуро замолчал, а после продолжил. — Тебе правда нравится мой голос? — Акаши встал и подошел к полке с книгами. Он провёл пальцами по корешкам, пока не остановился на одной книге в красном переплете.       — Век бы его не слышала.       — Я ни на секунду не сомневался, что ты скажешь что-то подобное, — открыв книгу, он достал оттуда что-то вроде закладки и подошёл ко мне. — Это единственная фотография, которая осталась у меня. Хотел показать её тебе со вчерашнего дня.       — Зачем? — беря протянутую фотографию, я недоверчиво взглянула на Сея.       — Не знаю. Захотелось поделиться этим с тобой.       — Внешностью ты больше на свою маму похож, а вот характер у тебя явно отцовский.       — Нет, — сказал, как отрезал.       — А?       — Это немного трудно объяснить, — Сейджуро сел рядом, устроив локти на коленях, скрепив пальцы в замок и опустив голову так, чтобы не было видно его глаз. — Понимаешь, в нашей семье воспитание проходит очень строго и получается что-то вроде этого, — он показал на себя.       — «Идеальная болезнь»? Не в обиду. Просто, не знаю как иначе это назвать.       — Не хочешь меня обидеть? Это так мило с твоей стороны, — в миг его лицо снова стало серьезным. — Но действительно можно сказать и так. Не думай, что я какой-то особенный. Наоборот. Я пример того человека, который может стать, кем захочет. Я самый обыкновенный. Все, что я могу, достигнуто большим трудом и только.       — А как же твой глаз? Видеть будущее на площадке — разве это обыкновенно?       — Я пробудил в себе эту способность силой воли. Вдолбленным в меня понятием, что я везде должен быть лучшим и, честно сказать, боязнью проиграть Мурасакибаре. Мой авторитет рухнул бы в один миг. Тогда он впервые предложил мне свою помощь, — Акаши прошёл мимо меня в сторону кровати и сел на неё, копаясь в тумбе.       — Думаешь, это нормально? Он совсем не мешает тебе?       — Это ненормально, я знаю, — он достал упаковку таблеток, видимо, от головы и тут же проглотил одну. — Иногда он раздражает, но это терпимо, — пожав плечами, Акаши откинулся на кровать.       — Ты псих, — усаживаясь рядом с ним, бросила я.       — А ты девушка, которая любит психа.       — Угу, жить без него не могу. Будь он проклят, — закатила я глаза к потолку. Акаши усмехнулся.       — Ты такая милая, когда ворчишь. Как хомячок.       — А ты не раздражаешь, когда молчишь и больше походишь на нормального человека.       — Тебе нравится смотреть, как я сплю, — улыбка расплылась на его лице, но в ней не было ничего саркастичного или издевательского.       — Я просто думала, что нарисовать на твоём лице.       — Ой, иди ты к черту. Доброго слова от тебя не дождешься.       — Я бы пошла, но ты уже здесь. Могу поближе, — подсев буквально на миллиметр ближе к Сейджуро, я следила за ним. Акаши неожиданно схватил меня за руку и повалил на себя.       — Вот почему ты такая вредная?       — Потому что ты псих, эгоист и просто сволочь, — сказала я, продолжая вырываться из этих «объятий».       — Ммм, мои лучшие качества, -усмехнулись сверху.       — Отпусти! — крикнула я и он тут же выпустил меня из замка рук и я чуть не упала с кровати. В этот же момент кто-то постучал в дверь.       — Молодой господин, вы можете ехать. Желаете, чтобы подготовили все прямо сейчас? — у двери стояла горничная.       — Да.       И снова сборы. К слову, машину подготовили очень быстро, а Масаоми даже не потрудился нас проводить. Так даже лучше. Акаши сел на водительское сидение и завел машину. Мотор утробно заурчал и мы выехали со двора особняка, который стремительно терялся из виду. На половине пути Акаши прервал наше молчание.       — Ты подозрительно долго молчишь. Если ты думаешь, что игнорируя меня я от тебя отстану, то ты ошибаешься. Я не тот человек, с кем может сработать этот дешёвый трюк. Я бы посоветовал тебе отвечать на поставленные вопросы. Как говорит мой отец: «Проблемы нужно уничтожать сразу, как только они зарождаются». Я бы добавил, что их появление уже не позволительно.       — То есть, ты сам сейчас назвал себя же моей проблемой? А ты правда умеешь читать мысли, Акаши, или что ты там делаешь.       — Ну наконец-то. Я уже успел соскучиться по твоему тихому, но язвительному, сочащемуся ядом, голосу.       Начинается… Я закатила глаза и сползла с сидения в полулежачее положение.       — Нет, ну ты опять? — я скрестила руки на груди, отворачивая к окну. — Не хочешь у меня забрать свою вещицу? Она очень меня отвлекает.       Поворачиваю голову в его сторону и вижу, как Акаши одной рукой пытается распутать несчастные наушники от моего бедного плеера.       — Он всё ещё у тебя?! — я протянула руку, чтобы забрать их, но он перехватил её, взглядом показывая, что не собирался так просто их отдавать. — Только не говори, что у тебя склероз. Ты сам просил меня забрать секунд двадцать назад.       — Глупая, я имел в виду, может послушаем вместе твою музыку?       — Что? — так, а вот это уже подозрительно.       — Только не говори, что ты глухая.       — И не думала, — я оставила попытки вернуть свой плеер обратно.       — Как хочешь, — Акаши наконец более менее распутав эти злосчастные наушники вставил один в ухо.       То и дело он нажимал на кнопки плеера, кажется, прослушивая одну и туже песню по несколько раз. Ему действительно нравится то, что я слушаю? Я думала, что это просто был бред больного человека, но теперь в этом сомневаюсь. Интересно, что же ему приглянулась… *I wish it rains all day Cuz I'd like someone to cry for me       До меня донесся обрывок песни. Что-то знакомое, но название я никак не могу вспомнить. Слишком далеко, чтобы хорошо расслышать слова и мелодию.       — Что ты слушаешь? — все же взяв один из наушников, который свисал, я пододвинулась ближе и вставила его в ухо. **I wish it rains all day Cuz then people wouldn't stare at me Cuz the umbrella would cover the sad face Cuz in the rain people are busy minding themselves Forever rain Forever rain…       Сейджуро, ну почему ты такой? Иногда мне кажется, что он специально строит из себя этот образ.       — Тебе нравится? — я повернула к нему голову, он молча кивнул. — Я читала перевод этой песни. Она действительно крутая.       — Без перевода обойдусь. Я… — я закрыла ему рот рукой. Ну знаю я, что он сейчас хотел сказать.       — Я тебя поняла. Я и так знаю, что ты гениальный ребёнок, не надо говорить об этом так часто.       — Я не ребёнок.       — Да знаю я, знаю, — я снова прислушалась к словам песни и мелодии, но через несколько строк все же решила спросить. — Почему именно эта?       — Напоминает мне кое-что.       — Включи что-нибудь другое, там полно подобных песен, — я потянулась за плеер, но Акаши снова перехватил мою руку.       — Я знаю. Я…       — Сейджуро! — я грозно сверкнула глазами.       — Ладно, — улыбнулся парень. — Ехать ещё долго, можешь поспать.       — Я не хочу так рисковать своей жизнью.       — Вот это было реально обидно.       — Обижайся хоть сто раз, мне все равно. Удобно устроившись на сидении, благо длина наушников позволяла, я закрыла глаза, наслаждаясь дорогой и любимыми песнями.       С серого неба начали капать мелкие капли дождя, стекая по стеклу и оставляя после себя мокрые дорожки, будто слезы.       — Если бы тебе было все равно, ты бы не любовалась мной…       — Да, да, да…       Придумывать что-то более язвительное не было ни желания, ни настроения, ни сил. Если я скажу что-нибудь ещё, он обязательно ответит и начнется все по новой, а на сегодня мне уже хватит общения с Акаши.       Под легкий шум дождя и легкие мелодии в наушниках я не заметила как погрузилась в сон.