Часть 2
4 июля 2018 г., 16:31
— Да, можешь, Питер, — весело сказал Баки и улыбнулся. — Я ищу полку с чипсами.
У Паркера на лице молниеносно сменилась гамма различных эмоций, от подозрения до облегчения. Чипсы, всего лишь чипсы. Джеймс немного удивился, но виду не подал.
— Вон там, направо, а потом до конца, — для наглядности Пит махнул рукой в нужном направлении.
— Спасибо, малец, за помощь, — Барнс слегка похлопал его по плечу, — я Джеймс, кстати, — он подмигнул парню и отправился в указанном направлении.
— Джеймс… — тихо повторил Паркер, словно пробуя имя на вкус, но потом вдруг спохватился. — А я Питер, — крикнул он, неосознанно протянув к Барнсу руку, когда тот уже почти скрылся за поворотом.
— Да я знаю, — ответил Барнс, приподнимая одну бровь, — у тебя на бейдже написано. — И завернул за стеллаж так, что исчез из поля зрения Паркера.
Баки выбирал чипсы, думая на самом деле совсем не о них. Он ведь только что познакомился с человеком. Просто взял и завязал знакомство, даже умудрялся шутить. Барнс уже и забыл, каково это, когда заводишь новых друзей. С самого начала войны он ни с кем толком и не общался, все почему-то стремились им командовать и манипулировать в своих целях, сначала свои, а потом и чужие. Хотя их с Питером даже с большой натяжкой нельзя было назвать друзьями, ведь они сказали друг другу всего по паре фраз. Но какой-то там мудрец вроде говорил, что дружба сначала формируется на духовном уровне. Баки захотелось рассмеяться своим мыслям. Подумать только, он стоял и анализировал нечаянно заведенное знакомство, как какой-то слишком чувствительный подросток. А подростком из них двоих был явно не Барнс. Но для него это, и правда, было словно в новинку, а ведь новое — это хорошо забытое старое? Вот и получается, что он, собственно, заново открывает для себя и познает такую роскошь, как общение, обычное и непринужденное, не такое, какое было на фронте и в плену, где говорили, в основном, другие, а он лишь слушал и исполнял чужие приказы.
Когда Баки закончил рефлексировать и, остановив свой выбор на обыкновенных чипсах «Lays», пошел по направлению к кассе, то заметил, что Питер, его новый друг/знакомый (пока не ясно), куда-то делся, а заменить его пришла миловидная дамочка в брюках и белой блузе (кто-то ночью ходит в таком?) с собранными в хвост длинными русыми волосами. Интересно, думал ли он о Баки, как тот думал о нем?
А Питер думал, ну, по крайней мере, пытался. Его подозвали на склад, чтобы помог разгрузить подошедший грузовик со свежим товаром, а на его место послали Антею — с недавних пор верную напарницу Паркера, всегда готовую подменить его, пока он либо работает на складе, разгружая огромные фуры с тоннами продукции, либо спит сладким сном без сновидений.
Питер таскал тяжелые коробки и размышлял. О Джеймсе, который совершенно точно не был похож на заурядного обывателя. Обычно посетители просто не замечали Пита, предпочитая игнорировать его желание помочь, и проходили мимо, не удостаивая и взглядом. А Джеймс… даже заговорил. У Паркера, конечно, никогда не было недостатка в общении, так как та же учеба в школе предполагает тесные контакты с одноклассниками и учителями, а что уж говорить о работе человека-паука. Но второе ему, само собой, нравилось больше, отчасти потому, что подразумевало общение с незнакомыми людьми. А познакомиться с кем-то, кто не знает твоего прошлого, твоих «друзей», которые могут всё испортить, это ведь как начать новую жизнь. И сейчас ему повезло встретить человека, который заговорил с ним вот так просто, без всякой задней мысли (ну разве что ему нужны были чипсы). Над этим определенно стоило поразмышлять на досуге.
А сейчас всё. Питер едва стоял на ногах, чувствуя себя так, будто весь день бегал как сумасшедший с 20-килограммовыми гирями на плечах. Голова раскалывалась, словно настырные учителя решили вбить в нее всю школьную программу разом, и причем молотом Тора. Хотя, отчасти так оно и было. В школе, в преддверии экзаменов, гоняли по полной, хотя была только середина апреля. А Паркер уже не мог дождаться, когда окончит школу, сдаст экзамены и будет работать и учиться у самого Старка. Из большого количества предметов, которые можно было сдавать по выбору, он предпочел остальным физику и информатику, здраво рассудив, что именно они ему, скорее всего, пригодятся в будущем.
С этими счастливыми мечтами о светлом будущем, куда он почти уверенно смотрел, Питер заснул прямо на жесткой раскладушке в их общей с Антеей каморке. Часов в пять он планировал проснуться, до семи поработать, а после — бегом домой и в школу. Учитель английского наверняка снова будет отчитывать его перед всем классом за невыполненное домашнее задание, но ему уже было всё равно, лишь бы поспать дали.
***
А Баки в это время уже оплатил свою покупку, всё ещё гадая, куда же делся Пит. Спросить у подошедшей на его место девушки он не решился, подумав, что это будет несколько подозрительно. С задумчиво-отрешенным видом он вышел из магазина и медленно отправился в обратный путь, специально выбрав самую длинную дорогу. Теперь Баки думал о Питере. Сначала, он видел в нем обыкновенного подростка. Но быстро понял, что такой бы не зацепил. Хотя не ему рассуждать о тривиальности нынешнего поколения, ведь во времена его юности всё было по-другому. А Пит зацепил, не понятно чем, но запал в душу. Барнс решил, что, скорее всего, от недостатка живого общения. Но, опять же, продавцы и кассиры других торговых точек города вообще не вызывали в нем никакого интереса. А там, положа руку на сердце, были и посимпатичней, и парни, и девушки. Питер выглядел уставшим (а как еще должен выглядеть подросток, работающий в ночные смены и, скорее всего, обучающийся в школе или колледже, где однозначно задают кучу домашних заданий, помимо изученного на уроке?), но еще держащимся. Баки был не уверен, что такими темпами он продержится долго. Его почему-то хотелось обнимать, закрывать собой, защищая от всего злого и опасного мира, хотя он не выглядел таким уж беззащитным. В нем определенно было что-то, какая-то загадка, изюминка. Баки, входя в башню, сделал мысленную заметку порассуждать об этом позже. — Пятница, я вернулся, — тихо позвал Баки, скидывая кофту. — Здравствуйте, сэр, как прошла прогулка? — тут же преданно откликнулся ИскИн. — Да как обычно, ничего нового, — будничным тоном сказал Барнс, проходя на кухню, — только после чипсов уж очень пить хочется. — Это что же получается, Стив зря распинался, расписывая тебе все прелести и пользу здорового питания? — с сарказмом спросила Наташа, опершись плечом на холодильник и сложив руки на груди. — И как же режим? — Барнс совсем забыл, что сегодня она на пару с Клинтом вернется с двухнедельного задания. — Бессонница, — коротко ответил Баки, проигнорировав первый вопрос, и достал из холодильника бутылку минералки, предварительно мягко отодвинув Наташу в сторону. Романофф была одной из немногих в башне, да и во всем городе, кто, не то чтобы хорошо с ним общался, но не косился в его сторону с подозрением и не сворачивал в первый попавшийся поворот, едва завидев впереди его силуэт. Иногда она даже почти героически защищала его перед выходящим из себя Старком. А еще Наташа очень любила подкалывать Баки, намекая на их со Стивом отношения. Она ведь не знала, что Роджерс близок не с Барнсом, а — кто бы мог подумать — с Тони, и Джеймс не знал, как ей об этом сказать. В конце концов, он смирился и стал ждать, когда же счастливые больше-чем-друзья, наконец, объявят всем радостную новость. — Снова кошмары? — обеспокоенно спросила русская, которая, хоть и не показывала этого, очень переживала за психическое состояние бывшего Зимнего Солдата. — Они и не заканчивались, — усмехнувшись, ответил Барнс, и только он один знал, чего ему стоит этот непринужденный тон. — Я не хочу лезть, куда не просят, но тебе, и правда, нужно что-то с этим делать. Тебе нужна помощь. — Твердо и одновременно несколько жалобно произнесла девушка. Вот что-что, а жалость была Барнсу совершенно не нужна. — Я очень ценю твою заботу, но со мной все хорошо, — твердо сказал он. «Пока» — не прозвучало, но оба поняли. — Как хочешь, — Наташа вздохнула, — тогда спокойной ночи. Пойду спать, а то устала, как собака. — И, помахав рукой, она скрылась в темноте широкого коридора. Баки, решив, что минералка ему еще понадобится, захватил бутылку и отправился в сторону лифта, дабы доехать до своего теперь постоянного места обитания. Он жил в одиночестве на своем личном 21 этаже. Но Старк как-то заикнулся, что в начале лета к нему, скорее всего, подселят еще кого-то, новенького. Баки очень ждал этого, потому что эти серые пустые, даже безжизненные, комнаты осточертели ему, и сосед был бы очень кстати. Джеймс выбрал себе из всего разнообразия жилых помещений почти самое маленькое. За все годы он привык к минимализму и не хотел с ним расставаться. Поэтому в его «каморке», как он сам ее называл, стояла простая, но крепкая, кровать, застеленная простой белой простынью и красивым коричнево-желтым пледом. Средних размеров деревянный шкаф, установленный в углу, был разделен на две половины: снизу были шкафчики с одеждой, а сверху — полки с книгами. Рядом со шкафом стояли столик и стул, а на стене напротив кровати висел телевизор. Справа от двери красовалось большое окно, из которого открывался прекрасный и завораживающий вид на окрестности Манхэттена. Баки вполне хватало всего этого для того, чтобы жить, ни в чем не нуждаясь. Единственное, чего еще хотелось бы, так это друга. Соседа, к которому можно постучать в стену, предупреждая о своем скором визите, или же вообще заявиться без приглашения. Барнс вздохнул, садясь на кровать и роняя голову на руки. Нужно было хотя бы попытаться заснуть, ведь он уже и так три или даже четыре дня не смыкал глаз. Джеймс улегся на подушку, отвернувшись к стене и удобно устроив ладони под правой щекой, накрылся покрывалом и закрыл глаза. То ли организм уже в конец истосковался по сну, то ли прогулка благотворно повлияла на его состояние, но Баки практически сразу провалился в сладкие объятья Морфея, не успев даже удивиться и подумать о том, когда он последний раз вот так просто засыпал.***
Питер проснулся около 5:30 утра, ощущая себя довольно бодрым и практически выспавшимся. Он встал и, ополоснув лицо прохладной водой из-под крана, вышел в коридор. Зайдя в торговый зал, Пит увидел, что Антея сидит за кассой, читая его позабытый учебник физики, и достаточно часто клюет носом. — Иди, отдохни, ты совсем спишь уже, — ласково сказал Питер, легонько потрепав ее за плечо. — Я посижу пока. — Да… хорошо, — стряхнув сон, ответила напарница и поднялась, оставляя учебник и уступая место Паркеру. Он успел прочитать и изучить всего три параграфа, как началось время, которое он называл «пик возможностей». Этот пик повторялся каждую смену примерно в 6 часов, когда первые заспанные покупатели приходили за кофе или хлебом на завтрак. Пришлось по служебному телефону вызывать Антею, потому что Питер сам уже не справлялся с наплывом клиентов, и к его кассе выстроилась очередь больше чем в десять человек. За работой время прошло быстро и незаметно. Вот уже часы показывают 7:00 и пришли сменщики — Алекс и Джим. Питер быстро собрался и, попрощавшись со всеми, выбежал через черный ход.***
Паркер едва не опоздал на первый урок, залетев в школу буквально за три минуты до звонка. Судорожно вспомнив, что первым у него в расписании сегодня стоит сдвоенная физика, он, чуть не застонав, отправился на второй этаж. Только физики ему не хватало для полного «счастья». Недели недосыпа и ночи работы дают о себе знать, и Пит подумывает о том, что надо бы взять выходной. Он плохо соображает и получает тройку за урок. На второй же части преподаватель будто понимая, какая тяжелая у его ученика была ночь, больше не спрашивал его, позволяя немного вздремнуть. К середине дня Питер чувствовал себя достаточно сносно, хотя голова все еще болела. — Питер, с тобой всё нормально? — взволнованно спросила тетя Мэй, встречая вернувшегося Паркера в дверях квартиры. Со стороны он все-таки выглядит не очень хорошо. — Да… всё хорошо, правда, — заверил тот, пытаясь бочком протиснуться мимо нее в свою комнату. — Смотри мне, — с подозрением сказала она, прищурив глаза, и ушла на кухню. Питер зашел в свою спальню и сразу упал на кровать лицом в подушку. Его комната полностью отображала внутренний мир своего хозяина — маленькая, но вместительная. Напротив двери стояла двухъярусная кровать, но на втором ярусе давно спали мертвым сном коробки со всякой всячиной. Рядом расположился широкий стол со старым креслом на колесиках. По всему периметру на стенах висят разнообразные полочки разных размеров, которые, как и стол и, в общем-то, любая горизонтальная поверхность, кроме небольшого клочка пола, завалены всем, что только может понадобиться (а может и не понадобиться) такому энергичному и деятельному подростку, как Питер. Здесь много новых и совсем уже старых книг обо всем на свете, разнообразных канцелярских принадлежностей и, конечно же, запчастей от непонятно каких машин и приборов разных форм, размеров и цветов. Среди всего этого богатства можно встретить также рубашки и футболки, носки и джинсы. «Только дурак нуждается в порядке, а гений господствует над хаосом» — эту цитату какого-то известного дяденьки Пит нашел на просторах интернета и с тех пор всегда выдает её тете Мэй, когда она просит его хотя бы немного прибраться. Но это только с виду беспорядок, на самом же деле Паркер, если ему что-то действительно нужно, может найти это даже с закрытыми глазами. Так что он умудряется замечательно уживаться со всем этим разномастным бардаком. Но в данный момент Пит запихивает в рюкзак свой паучий костюм, потому что переодеваться в своей комнате, когда в доме находится тетя Мэй, не слишком безопасно и для её психики, и для здоровья и будущей супергеройской карьеры Питера. Он, само собой, собирается ей все рассказать, но не сейчас, а позже, после того как осторожно подготовит почву для этой новости. Паркер, потихоньку выходит из квартиры, осторожно закрывая дверь, во избежание ненужных вопросов и разборок. Супергеройства не ждут!
