Non monstrum

Джо Прошли ровно сутки с тех пор, как приехал мой любимый дядюшка Кол. За это время он успел привлечь к себе немало внимания: устроил вечеринку в моём доме (отец узнает — будет в ярости), обокрал банк крови, а еще успел полакомиться свежей кровью нескольких подростков на вечеринке. Вроде бы и не так много для Майклсона, особенно для Кола, но городок маленький, внимание он смог привлечь. Поэтому сейчас шериф опрашивает всех, кто был на вечеринке. Конечно же, у многих ребят провал в памяти, а воспоминания некоторых очень смутные. И все из-за Кола: он прибег к внушению. Потому-то я весь день как на иголках хожу по школьным коридорам и пугаюсь любого движения или взгляда в мою сторону. Не хочу, чтобы кто-то узнал правду о моей семье. А еще, пока я пыталась выяснить, не знает ли кто-то что-либо о нас, я обнаружила, что город не такой уж и спокойный. Тут труп на трупе, и везде — это нападение диких зверей. Ха-ха, зная о сверхъестественной жизни этого мира, я никогда не поверю в этот бред. Тут определенно что-то не так. Разумеется, я не могу просто так это оставить: я же умру от любопытства. Поэтому я попыталась хоть что-то узнать от Лидии, которая очень удивилась, когда я завела об этом разговор, однако получить ответ так и не получилось, ибо девушка всё отчаянно пыталась скрыть. Но я же Майклсон! От меня ничего не скроешь. Я всерьез занялась этим вопросом — даже к шерифу ходила, пытаясь прикрыться статьей для школьной газеты, но мне, конечно же, никто не поверил. Так еще и Колу настучали, отчего, в итоге, я отхватила пару лестных слов от него. Он даже угрожал позвонить отцу, но это не сильно меня пугало. Я ведь знаю, что он не стукач. И, тем не менее, это заставило действовать меня аккуратнее. Я перешла в режим наблюдения. Вот, например друзья Лидии, с которыми она меня познакомила на вечеринке, очень классные ребята, но ведут себя странно и подозрительно. Могут посреди урока чуть ли не всей толпой сорваться и убежать куда-то. И как это понимать? Согласитесь, наводит на определенные мысли. Они что-то знают. Двое из них так точно: Скотт и Стайлз. У Стайлза отец — шериф, а, зная любопытство Стилински-младшего, паренёк частенько залезает в дела отца. А у Скотта мама работает в больнице. И я узнала, что большинство пострадавших поступали именно в ее смену. Абсолютно не может быть такого, что они совершенно ничего не знают. За всю мою сверхъестественную практику к подобному у меня появилась особая чуйка. *** Зачем я ввязалась во все это — не знаю. Просто не могла сидеть, ничего не понимая. Ненавижу находиться в неведении. Еще и дядя Кол заставляет меня нервничать. Он до сих пор не сказал, зачем приехал сюда. И это настораживает меня, причем довольно знатно. Если в Новом Орлеане большие проблемы, почему же один из Майклсонов здесь, со мной, а не там, когда вместе они намного сильнее, чем по отдельности? Либо же что-то произошло поистине ужасное, и отец отправил его приглядывать за мной. И, если говорить про папу, то он не отвечает на мои звонки с момента своего отъезда. Всё это, в совокупности, заставляет уничтожаться мои нервные клетки одна за другой. А они, между прочим, не восстанавливаются. И все же мысль, что вокруг меня сплошной обман, упорно не хотела покидать мою больную головушку. Я начинаю походить на своего дядю Клауса: он тоже везде и во всем видит вселенский заговор против него. Вот и у меня сейчас так. Не покидает ощущение, что все вокруг мне врут. Это вообще лечится? Я даже Колу перестала безоговорочно доверять, как это было до этого. И я не понимаю, что со мной происходит. Будто это вовсе не я. У меня никогда не было такой черты — сомневаться в людях. Я всегда верила им, даже слишком часто и сильно, что приносило мне только проблемы. Что ж, нужно как-то отвлечься и попытаться выкинуть все это из головы. А лучший способ забыть что-то — это напиться. Но мне этот способ не подходит, хоть я и не была особо против. Просто, к моему великому сожалению, у меня нет такого быстрого метаболизма, а умереть от цирроза печени я не горю желанием. Поэтому остается еще один способ: перекинуть свое внимание на что-то другое. И теперь, к моему великому счастью, такой шанс подвернулся достаточно быстро. Хоть сейчас я и рада такой возможности, но никто не знает, как в будущем я буду реагировать на такое неожиданное стечение обстоятельств… *** Уже три дня я посещаю школу, три дня со мной живет дядюшка Кол. Хотя «живёт» — только одно название. Он сутками дома не появляется. Зато по всему городу стали появляться обескровленные тела. Все в недоумении, в шоке, у многих паника. У этого городка и так немало жертв, и мне почему-то кажется, что даже одного Майклсона, особенно если это Кол, он просто не переживет. Он очень неосторожен, когда немного не в себе. А сейчас он именно в таком состоянии: он поссорился со своей женой, Давиной. Поэтому, как оказалось, отец и отправил его ко мне. Не он должен был приглядывать за мной, а я за ним. Однако, как видно, у меня это не особо выходит, поэтому за эти три дня на Бейкон-Хиллс свалились около восьми трупов. Это вызывает подозрение со стороны шерифа. Да и не только его стороны. Мои новые друзья тоже как-то странно косятся на Кола. Ведь все это началось с его приездом, и это, разумеется, вызывает у окружающих кучу вопросов. Меня слушать он отказывается, поэтому отчаяние захлестнуло с головой, и я решила пустить все на самотек. Поэтому сейчас я еду с Лидией с шопинга, который мы решили устроить для успокоения души. Нам обеим нужно было отвлечься от своих проблем, но ни я, ни она о них не хотели рассказывать. Быть может, так даже лучше. Все было хорошо: мы ехали в машине, разговаривали о чем-то своем, слушали музыку. Все было хорошо. Пока перед нами, словно из ниоткуда, не выросла фигура человека. Я слишком поздно заметила, а потому не успела затормозить. Как сейчас помню тот глухой удар о капот машины. Все было как в замедленной съемке. Я не могла пошевелиться, с силой вцепившись в рули так, что аж костяшки пальцев побелели. Я долго смотрела перед собой и не могла понять, что происходит. Мне доводилось видеть, как убивают, вырывают сердца, отрывают головы, но я никогда не убивала, даже не ранила никого специально. А вот Лидия, в отличии от меня, сориентировалась достаточно быстро. Она выбежала из машины, попутно кому-то набирая, и, судя по обрывкам фраз, это были далеко не правоохранительные органы. Когда все же мне удалось перебороть себя и выйти из машины, я увидела перед собой достаточно странную картину: Лидия склонилась над Колом и пыталась нащупать пульс. Судя по несколько испуганному девичьему лицу, у нее это не выходило. Вот теперь я еще в большей панике. Он же бессмертен, через пару часов очнется, и как мне это надо будет объяснить Лидии, учитывая, что даже самый тупой человек на свете не сможет не заметить, что у Кола сломана шея. И, вдобавок к этому, у него открытый перелом ключицы. Я даже представить не могла, как это всё это объяснить это, когда он предстанет пред ней живой и невредимый. А еще больше напугала меня приближающаяся машина, которая определённо двигалась к нам. И, когда из нее вышли хорошо знакомые мне Скотт, с которым меня познакомила Лидия, и его друг Дерек, которого видела пару раз мельком, я готова была упасть в обморок. Дальше все происходило как в тумане. Я совсем не помню, как мы все оказались в лофте у Дерека, я даже не успела возразить, хоть как-то помешать им. Теперь все точно узнают о… Хотя чего это я волнуюсь? Кол очнется и сотрет им память. Все будет хорошо. Хотя… С такой же лёгкостью он может не стереть им память, а просто убить их. И что мне делать? Еще пять трупов совсем не нужны. Почему пять? Объясняю: Лидия была со мной, Скотт и Дерек приехали помочь с «трупом», Стайлз был в лофте, ведь, где Скотт — там и Стайлз, и наоборот, а еще в лофте нас ждал дядя Дерека, Питер. Чёрт, у меня сейчас сердце остановится от волнения. Отвлеклась, блин. Но это только цветочки. Лидия определенно узнала моего дядю, чем поспешила поделиться с остальными. — То есть, получается, ты убила своего родного дядю? — Да, Стайлз, так и получается. Но тут все слишком сложно. Давайте я заберу тело, и никто об этом не узнает, — стоило попытаться, и у меня даже почти получилось убедить их в том, что это моё личное, семейное, дело. Но тут проснулось благородство Скотта, черт его дери. — Мы не можем бросить тебя в беде. Мы поможем. — И пойдем как соучастники… Дереку не дал закончить его дядя. Питер, насколько я помню, медленно обернулся к нам, так как до этого стоял лицом к окну и будто совсем не следил за происходящим. Теперь же он медленно двигался ко мне, причём настолько медленно, что стал похож на зверя перед прыжком. Мне стало даже как-то страшно, но, увы, я не успела и шага сделать, как он заговорил: плавно, будто смакую каждое слово. — А я погляжу, ты вовсе не расстроена скорой кончиной своего дядюшки. Напугана — да, но не расстроена. Не раскаиваешься, — его слова заставили меня застыть на месте подобно статуе. Все движения сковало от страха. Липкий ужас тугим комком застрял в горле, не позволяя нормально дышать. — И напугана ты вовсе не его смертью… Вот он стоит совсем близко, его губы буквально в десяти сантиметрах от моих. Момент мог бы быть романтичным, если бы не такие обстоятельства. Последующие слова он буквально прошептал мне прямо в губы, опаляя их своим дыханием. — А нашей осведомленностью. Вот теперь мне действительно страшно. Все остальные смотрели на нас так, будто действительно стали замечать детали, которые только подтверждали слова Питера. Эти взгляды буквально прожигали во мне дыру, не позволяя сделать малейшего телодвижения. Ситуацию усугубило пробуждение Кола. Достаточно резкое и неожиданное: он буквально подорвался с дивана, на который его уложили Дерек и Скотт, жадно вдыхая воздух. Однако дальнейший момент оказался ещё более странным: Скотт, Дерек и Питер помотрели с ужасом на Кола, Стайлз упал в обморок, Лидия истошно закричала. Я же не знала, куда себя деть. Мне хотелось сквозь землю провалиться. Еще большей эпичности добавила к этому моменту чета Хейлов, у которой глаза запылали синим пламенем, и МакКолл, взгляд которого оказался кроваво-красным. Пришла наша с Колом очередь удивляться. Похоже, нас ждет долгий и содержательный разговор.