Фетиш

      Когда вы смотрите на людей (неважно каких – прохожих, друзей, знакомых, родных) на что вы обращаете внимание в первую очередь. Лицо, глаза, губы, грудь? Все люди отвечают по-разному. Со Чанбин смотрит на руки. Почему? Да потому, что… Чанбин грёбаный фетишист! Вы спросите, на что у него фетиш? Именно на это…       На маленькие руки! Неважно кому они принадлежат, мужчине или женщине, взрослому или ребенку. Вы не подумайте, Бин не засматривается на детей, нет. Это не в его стиле, потому что… Ему нравятся не просто маленькие руки, а именно то, как эти руки ему надрачивают. Он не педофил, но его друг, который единственный во всём мире знает об этом фетише, никогда не упускает шанс подстебнуть своего хубе. Со находит людей с предметом его фетиша везде. Он является посетителем самых разных клубов, от самых дорогих (благо его гонорар за написание песен ему это позволяет, да и какая никакая известность имеется) до самых паршивых практически притонов. Иногда вылавливал утешительные ручонки прямо на улицах, в кафе, магазинах, библиотеках да где угодно. Если ему приглянулись чьи-то милые маленькие ручки он незамедлительно идёт в атаку, не оставляя ни единого шанса жертве капитулировать.

***

- Я – обольститель уровень Бог, Чан! Кто мне откажет? – Говорит Чанбин в телефон, при этом подмигнув мимо проходящей молодой девушке, отчего она, покраснев до самых кончиков ушей, развернулась и засеменила в обратном направлении от него. В этот момент в голове у Бина только одно: «Ох, не успел посмотреть на руки». Со Чанбин не красавец, но его загадочная аура и не менее притягательная внешность зверя будоражит сознание всех людей. А его пронзительный взгляд, который, подобно тому, как волки смотрят на свою добычу, раздевает вас и просто окунается в вашу душу. Жертвы Чанбина не успевают опомниться, как они уже влюблены и готовы на все ради него. Сейчас Со 25 лет, он является успешным автором песен, имеет собственную квартиру в центре Сеула, дорогую машину, да и вообще всё что захочет, или кого. Но даже такая жизнь может показаться скучной. Именно в один из таких скучных пятничных вечеров вместе с Чаном в баре в поисках чего-то свеженького, он видимо получает свой счастливый билет.

***

- Слушай, Бинни~~~ - шестой по счету коктейль убил чувство страха в старшем, его спасает только то, что девятый коктейль убил «Темного Лорда» в младшем, иначе это прозвище не сошло бы ему так просто с рук, - сгоняешь со мной в Австралию, отдохнёшь? Когда ты в последний раз выезжал хоть куда-то дальше центра Сеула? - А это не плохая идея Чанни~~~, какой же ты у меня умненький. А то мне уже начало казаться, что я вижу уже одни и те же руки постоянно. Да, Со не славился запоминанием лиц тех, кому дарует наслаждение созерцать и ощущать свою персону на более интимном расстоянии, но их руки он запоминает идеально, годы, проведенные в осознании своего фетиша, выработали в нем именно такую память. - Вот и отлично! Я уже купил тебе билет, ещё вчера. Так что у нас завтра вылет в 6 утра. – Улыбаясь во все 32, радостно произнёс Чан. - Ну что ж, тогда… Бармен, нам ещё по одной и счёт! Друзья выпили по коктейлю за отличную дружбу и хорошую идею и направились по домам, хотя на часах было ещё только 12, но в их головы как-то попала все-таки идея, что вставать то придётся ни свет, ни заря.

***

Да, на утро и старшему, и младшему было, откровенно говоря, хреново, но они как-то умудрились-таки не опоздать на самолёт, спокойно пройти посадку. И вот они уже в жаркой солнечной Австралии, которая встретила их своим самым ярким полуденным теплом и светом. - Блять. Ну и жара! – Со уже подумывал купить билет обратно, но его вовремя остановил Бан. Чанбин не очень любит жару, он больше предпочитает холод. Поэтому самые привлекательные ручки – это холодные ручки. - Не волнуйся, ты же у нас вечерняя пташка, а здесь по вечерам намного лучше, чем днём. Устав от перелёта, ребята решают сразу отправиться домой к Чану. Почему не в отель? А зачем, если у Чана небольшой домик прямо на берегу, откуда открывается прекрасный вид, а так же всегда под боком пляж и охлаждающая водичка. Да и родители уехали в командировку, так что дом полностью в их распоряжении. Забрав свой багаж, они сели в такси. Через каких-то 40 минут они уже были у побережья недалеко от дома Бана. Пока Чан разгружал багаж, Чанбин всматривался в открывшийся перед ним пейзаж и был приятно удивлен, что его друг нисколько не соврал. Они прошли в дом. Он был двухэтажный с небольшой гостиной-кухней, двумя ванными комнатами и четырьмя спальнями, родительской, комнатой Чана, одной гостевой наверху и одной гостевой внизу. Так как Чанбину лень подниматься на второй этаж он решил оккупировать гостевую на первом этаже. Сам дом был простенький, всё в светлых тонах, везде были цветы, фото в рамках и какие-то самодельные украшения, которые придавали дому уют. На всех окнах были жалюзи и только на большой стеклянной двери, которая выходит из гостиной на пляж, были черные портеры. Со прошёл в комнату и, не разложив вещи, сразу плюхнулся на кровать, и, пока ему что-то орали из гостиной, он провалился к морфею. Pov Со Чанбин. Я проснулся уже ближе к вечеру. От того, что я спал так и не раздевшись, и не приняв душ после перелёта, чувствовал я себя паршиво, да ещё и сказывалась пьяная ночка перед отлётом. Я встал с кровати, взял вещи и сразу побрёл в душ, приняв такие спасательные контрастные процедуры, уже на выходе из ванной, я почувствовал, как внутри меня разрывается кит. Придя на кухню, я понял, за что я обожаю своего хёна, но никогда ему этого не скажу. На столе под сетчатым зонтиком были разные закуски, которые, зная Чана, имеют превосходный вкус, всё-таки он повар, получивший 3 звезды Мишлен. Быстро управившись с едой и убрав всё после себя, должна же быть хоть какая-то благодарность, я направился в комнату за телефоном искать этого потерянного шефа. Найдя свой телефон, я заметил на прикроватной тумбочке листок. «Хей, Бинни-Бинни-Чанбинни! Ты проснулся?! Как поешь, дуй на пляж, хочу кое с кем тебя познакомить». Чан как всегда. Я, быстро выудив из багажа черные шорты чуть выше колен и тонкую черную худи, нацепил всё на себя, причесал волосы, взял телефон и через гостиную вышел на пляж. На улице было уже не так жарко как днём, даже дул слегка прохладный ветерок. Солнце уже практически подходило к горизонту, ярко освещая водную гладь и весь пляж. Я уже практически подошёл к воде, когда кто-то положил мне руки на плечи и хотел толкнуть в воду. Но я каким-то чудом смог устоять на ногах, и хотел было уже зарядить с разворота по этому шутнику, как вдруг эта туша запрыгивает мне на спину и начинает громко ржать. - Йяаа! Ты же тяжелый, слезь с меня, Барашек! - Ахаха. - Сарказм, угум. – Ты чего обзываешься, я же только пошутить хотел. – Чан снова сделал свою обиженную моську, но на меня она уже не работает. - Да. Спасибо. Я уже принял душ, ХЁН! - Хорошо-хорошо, больше не повториться. – И снова фирменная чановская улыбка. - Так с кем ты хотел меня познакомить? - Ах… Сейчас, он ещё не подошёл. Я знаком с ним с самого детства, он кондитер. Думаю, он тебе понравится. – С какой-то слишком хитрой улыбкой проговорил Бан. - Это я уже сам решу. - О! А вот и он! – Чан начал махать пареньку, который только вышел с каменной тропинки из-за деревьев. – Знакомьтесь, Со Чанбин это Ли Феликс, ну и наоборот. Только когда парень подошёл к нам на расстоянии вытянутой руки, я смог разглядеть его. И почувствовал, как моё сердце почему-то пропустило пару ударов. Парнишка был чуть выше меня ростом, с очень худым телом, худобу которого не скрывала даже эта белая футболка, явно больше нужного на несколько размеров, а зауженные светлые джинсы с потертостями, очень хорошо подчеркивали его аппетитные бёдра, и маленьким милым личиком. У него были большие карие глаза, обрамленные пушистыми ресницами, небольшой нос и слегка пухлые губы-бантики. Волосы сначала показались мне темными, но приглядевшись, я заметил, что они имеют светло-каштановый оттенок. Его слегка смуглая кожа была немного другого оттенка на лице и шее, что значило о наличии тоналки. Но кто будет пользоваться тоналкой в такую жару? Но самое главное, что меня очень волновало, так это его руки, которые на данный момент были в карманах. Так что я решил немедля исправить этот момент и представиться самому. - Привет, я Со Чанбин – лучший и единственный друг Чана в Корее. Очень приятно познакомится. – Я протянул ему руку. И только после одобрительного кивка Чана паренек улыбнулся, по-моему, самой яркой улыбкой на свете и пожал мне руку. - Привет, я Феликс. Можно просто Ликс. И вот, когда моя верхняя конечность наконец-то почувствовала эту маленькую, прохладную, с тоненькими изящными пальчиками ручку, тут моё сердце сделало громкое «ЕБОНЬК». Конец Pov Со Чанбин. Парни еще минуту тупо стояли и смотрели друг на друга. Ну как друг на друга, Феликс рассматривал такое завораживающее лицо, ну а Чанбин уставился на эту милую ручку, что он до сих пор держит, и от которой так сладко пахнет ванилью. И тут тишину прерывает Чан: - Ну, вот и отлично. Вы наконец-то познакомились. Он вывел обоих из ступора и Ли резко одернул свою руку, засунув обратно в карман. От этого действия Бин сразу нахмурился, но так как в его голове уже шли планы по захвату этого чуда, он поднял взгляд на Феликса и улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой. - Ну что? Чем займемся? – Произнёс Со, не отводя взгляд от младшего, отчего тот сильно смутился и отвёл взгляд в сторону Чана. - Может в клуб? Феликс, сегодня же твоя смена? – Сказал Чан, заметив взгляд своего друга. - Ах да… Блять… Точно, мне же через 30 минут надо там быть и готовиться… Айщщщ… - Он схватил обоих за руки, и побрёл в сторону дороги, чтобы сесть в такси. А сердце Чанбина начало делать кульбиты, потому что как может быть у такого чуда этот загробный голос, словно он из самого дна преисподней говорит. Они быстро поймали такси, но к несчастью Со Ликс сел спереди, а он с Чаном сзади. Пока они ехали, Чанбин узнал, что Феликс работает в своей кондитерской днём, ночью подрабатывает Ди-джеем в ночном клубе, не всегда конечно. Так же он узнал, что Ли 24 года, он живёт недалеко от Чана на побережье, что он ужасно ненавидит солнце и хочет переехать в Корею в конце лета. Последняя новость очень обрадовала Со, но он не подал виду. Через 20 минут они уже были у клуба, Феликс, быстро расплатившись, выбежал из машины и сразу направился к входу для персонала в клуб. Чан же, схватив своего друга, направился к главному входу. Поздоровавшись с охранником, который явно очень хорошо знал Чана, они легко прошли в огромный зал, где уже скопилось немало народу, и направились прямиком к бару. - Ну что? – Как бы невзначай спросил Чан. - Что ну что? – Непонимающе поинтересовался Со. - Ты дебил? Я же говорил, что он тебе понравится! - А, ты про это. – Чанбин развернулся от зала к старшему, так как ему уже не надо было искать жертву, он её уже нашёл. – Скажи мне, почему ты так долго скрывал от меня это чудо? - Ахаха! Я знал, что ты так скажешь. Но ты уж прости, я боялся, что ты его развратишь, но недавно узнал такое и решил, что пора вам познакомиться. – И опять эта хитрая ухмылка. - И что же ты узнал? - А это ты, думаю, сам скоро узнаешь! – И вот оооочень хитрый прищур. Чанбин даже слегка поёжился. Они заказали по коктейлю и стали ждать выхода Феликса. Когда он вышел, на нём была совсем другая одежда, черные джинсы в обтяжку с дырками на коленках, черная безрукавка с большими вырезами для рук и кислотным рисунком скелета на груди и черные конверсы. От его вида у Со перехватило дыхание, потому что ему очень нравилось то, что он видит. Ликс ставил свои семплы три часа. И всё это время Чанбин не отводил взгляд с него, наблюдая, как он своими маленькими ручками миксует за диджейским пультом, а потом вздымает эти руки кверху, заводя толпу. При каждом движении этих ручек сердце Со делает, то перевороты, то замирает, то разгоняется как на настоящих гонках. И только под самый конец до Бина доходит, что песни, которые ставил Ликс, ему очень знакомы, хоть и были миксованные. Когда Феликс закончил, весь зал орал и был ужасно разгоряченный. Они просили продолжения, но тут вышел обычный ди-джей клуба и просто продолжил. Ликс, спустившись со сцены, сразу направился к бару, к своим друзьям. Всё время выступления он чувствовал на себе этот выжигающий всё взгляд, и ему нетерпелось узнать мнение нового друга. Но за барной стойкой сидел только Со, а Чан будто испарился. - Хм… а где Чан? – поинтересовался он у старшего, который до сих пор смотрит ему прямо в душу. Этот взгляд заставлял Ли плавится, и что-то скручивалось внизу живота. И в глазах Ликса появилось желание, но он пока сам не понимал чего. - Сказал, что его позвал друг, и попросил его не ждать. Хочешь выпить? – Отмерев и поняв, что он до сих пор безбожно пялится, Чанбин протянул ему стакан с коктейлем. - Да, спасибо. - Феликс взял коктейль и посмотрел на Со, который пялился уже на капельки воды, которые спускаются от холодного стакана по пальчикам Ли. - Скажи, ты специально играл мои песни? – С хитрой ухмылкой спросил Со. - Что? – Феликс замер. – Нет, так это ты их написал? Все? - Да, абсолютно все, которые ты сегодня играл. Кажется, узел внизу живота Феликса затянулся настолько сильно, насколько это было возможно. И дальше всё было для обоих как во сне. Они оба подорвались со своих мест, двинулись на выход из клуба, сели в такси и уже через 15 минут были в комнате Чанбина в доме Чана. Всё это время они не могли оторваться друг от друга. Но не притрагивались друг к другу, и вот только когда они оказались в комнате и закрыли дверь, им обоим снесло крышу. Чанбин толкнул Феликса спиной на кровать и навис над ним сверху. Он взял его руку и начал медленно выцеловывать каждый пальчик этой маленькой холодной ручки. Дальше он начал их облизывать и слегка посасывать. Феликсу было настолько приятно от этого, он чувствовал, как по его телу проходят разряды тока от самых кончиков пальцев рук до кончиков пальцев ног. Но ему этого было мало, ведь перед ним сейчас был парень, которого он всегда хотел встретить, потому что каждая написанная им песня была для него как талисман, он считал автора своим идолом. Ликс свободной рукой взял Бина за подбородок и, посмотрев на него взглядом полного желания, впился в его губы самым страстным поцелуем. Чанбин, недолго думая, устремился тут же углубить этот поцелуй. Они сминали губы друг друга, их языки переплетались в самом страстном танце. Они исследовали каждый миллиметр рта друг друга. Чанбин резко привстал и резким движением снял с себя худи, кинув в другой конец комнаты, через секунду туда же полетела безрукавка Феликса. И вот уже два разгоряченных желанием тела соприкасаются друг с другом, жадно сливаясь в поцелуе. Чанбин опускается от губ к подбородку, потом к шее, ключицам, груди, оставляя на своем пути отметки от багрово-красного цвета до нежного, слегка розоватого. При этом он чувствует, как под ним извивается Феликс и дышит так рвано и пошло, что не на шутку заводит Со. Он чувствует, как эти до сих пор прохладные ручки проходятся по его спине, шее, груди, обхватывают его талию, но ему этого мало. Не прерывая серию поцелуев, он берет руку Феликса в свою и опускает к своему паху. Тут до Ликса доходит, что от него хотят. Он довольно резким движением переворачивает Бина на спину и садится сверху на его бёдра, при этом расстегивая пуговицу и ширинку шорт. Его приятно удивляют размеры возбуждения Со, и он, немедля, начинает водить по нему одной рукой, смазывая его собственной смазкой, чтобы было легче, и он смог доставить удовольствие своему идолу. Чанбин же, наблюдая за всем этим, нервно закусывает нижнюю губу, и лишь сильнее хватается за бедра младшего. Ему определенно нравится то, что он видит и ощущает. Феликс начинает всё быстрее надрачивать, закручивая руку так, чтобы доставить ещё большее удовольствие, вторую руку он переплетает с рукой Со. Через секунду его притягивают в новый, более мокрый поцелуй, при этом он не отпускает руку с члена и уже чувствует, как он начинает всё сильнее пульсировать, что означает, что вот-вот будет разрядка. Он еще пару раз спускается вверх-вниз, чуть надавливая на головку, и чувствует, как в его руку изливаются. Дыхание Со такое обжигающее, Феликс не собирается на этом останавливаться, он опускается к уху Со и нежно прикусывает мочку. - А теперь доставь удовольствие мне, иначе это будет нечестно. – Ли привстает и, слегка надувая губки, делает обиженное личико, начинает тереться своим возбуждением о пах Со. Потом начинает пошло облизывать руку, по которой до сих пор стекают остатки семени. У Чанбина снова срывает крышу. Он переворачивает парня на живот, снимая с него столь соблазнительные джинсы и боксеры, сам тоже освобождается полностью от одежды. Нависает над Феликсом, проводит дорожку поцелуев от ягодиц к шее, при этом вдыхая такой сладкий аромат ванили. - Сладкий, привстань на четвереньки и помоги мне ещё чуть-чуть, иначе я не смогу помочь тебе. – Нежно шепчет он в ухо и прикусывает мочку так же, как недавно сделал это Ликс. «Мстит» - думает младший, но послушно встает на четвереньки, слегка раздвигая ноги. Он облизывает два пальца и вводит сразу оба в уже пылающую желанием дырочку. Он начинает слегка себя растягивать, при этом хрипло стонет и выгибается, ведь ему этого мало, у него короткие пальчики. Но Чанбину это нравится. Он смотрит на старания младшего, наблюдает, как эти пальчики входят и выходят, и хочет к ним прикоснуться. Он вводит собственные два пальца в горячую дырочку и переплетает пальцы внутри него. Отчего с губ Ли срывается такой тягучий пошлый стон. Со вынимает пальцы, хватает руку и, переплетая пальцы, вытягивает руку вперед, нависая над Феликсом как можно ближе, чтобы почувствовать весь его жар. Он начинает медленно входить в него сначала до середины, давая тому привыкнуть, а потом резко толкается до основания. Младший снова начинает громко стонать. Его тяжелые вздохи начинают не на шутку возбуждать Чанбина, и в следующую секунду он уже безудержно начинает вдалбливаться в младшего, стараясь, как можно больше задевать комок нервов, что заставляет простанывать его имя. Бин то ускоряет свой темп, то замедляет, отчего младший начинает слегка скулить. Ему нравится, как Ликс извивается под ним. Он замечает, как Ли тянется к своему возбуждению, поэтому перехватывает его руку, и так же переплетает пальцы, слегка вытягивая руку вперед. Феликс снова жалобно скулит, его член пульсирует и, кажется, вот-вот будет разрядка. - Аххх.. Чанбин, быстрее… Прошу… Чанбину не надо дважды говорить, он и сам уже чувствует, что еще пара стонов младшего, он и сам кончит. Он спускается на бешеный ритм, буквально вдалбливая Ликса в кровать. Стоны становятся громче и протяжнее. И в следующую секунду, когда Со резко заходит на всю длину, Феликс изливается на кровать, при этом крепко сжимая член Со внутри себя, отчего тот не успевает его вынуть и с протяжным рыком кончает прямо в младшего. Тяжело дыша, он опускается на кровать рядом с Ли, всё также не разрывая сцепки рук. Они лежат так минут пять, пока их дыхание не восстанавливается и к мозгу приливает кислород. Чанбин снова начинает выцеловывать каждый палец маленькой холодной ручки, под пристальным и нежным взглядом Феликса. И только когда луна начинает проникать сквозь открытое окно в их комнату и освещать парней, он замечает на его лице маленькие рыжие пятнышки, которые до этого были скрыты тоналкой. Тут до Со доходит, что у него появился новый фетиш, под названием – ФЕЛИКС ЛИ.