Попал

В тире Тихонова не оказалось. Так же как и в морге, буфете, переговорной, и даже под столом у Рогозиной. Тогда, плюнув на всё, Майский просто набрал номер мобильника своего любовника. — Ты где, сука?! — рявкнул майор, когда Ваня ответил. — Дома, Сереж…. — Да неужели? — хмыкнул Майский. — Ну, жди меня, я через час буду. И достань к моему приходу свои шмотки и разложи их на кровати. — Какие? — Ваня посмотрел на свой шкаф, полностью забитый одеждой. — ВСЕ, Ванечка, ВСЕ. — Но… — А так же всю женскую одежду и даже туфли. Если к моему приходу этого ничего не будет — можешь готовить себе веревку и мыло. — Зачем? — отважился спросить Ваня. — Мыло я тебе без смазки загоню в твой похотливый зад и для верности, чтобы не выпало, перевяжу веревкой. И ещё — разденься полностью и встречай меня голым. Всё, жди. Майский бросил трубку, и Ваня тихо вздохнул, но потом всполошился. Одежды было много, и чтобы успеть к приезду майора, нужно было прямо сейчас начинать разгружать вещи. Когда в дверь позвонили, Ваня только-только закончил с вещами. Подбегая к двери, он вспомнил о последней фразе Майского и стал судорожно снимать с себя одежду. Стянув последнюю деталь гардероба, он открыл дверь, прикрывая ладонь паховую зону. Майский просочился в прихожую с огромным пакетом и усмехнулся. Его Ванечка стоял в прихожей полностью голенький, поджимая пальчики на ногах и стараясь не смотреть на своего любимого. — Ты ужин сделал? — Конечно, — Ваня всё так же стоял перед майором, не решаясь идти и разогревать пищу в микроволновке. — Чего встал? Особое приглашение нужно? — Майский несильно шлепнул парня по попке, и тот тут же убежал. Пока майор ел, Ваня засел в ванной, делая себе клизму. Спустя минут 20, он появился в комнате. Встал перед Сергеем навытяжку и протянул пакет, захваченный из прихожей. — Руки протяни ко мне, — Майский заглянул в пакет, а потом надел на худенькие запястья кожаные наручники. —Теперь спиной ко мне повернись, нагнись и попку раздвинь. Ваня, весь красный от смущения, сделал то, что ему сказали. — Это ты меня так наказываешь? — хмыкнул он, и тут же пожалел об этом — Майский с размаху ударил его по его попке. Ваня тихо заскулил — раньше его никогда не били. — Это просто подготовка, малыш, — зловеще проговорил Майский. — Наказание тебя ждет более суровое, — он достал из пакета смазку с перцем чили и смазал ею анальную пробку, размером намного больше, чем диаметр его члена. — Дырку шире. Ваня повиновался и тут же закричал от боли, когда пробка, раздвигая края ануса, вторглась в его тело. Внутри тут же все зажгло, и он начал вилять задом, стараясь вытолкнуть чужеродный предмет. — Что это такое? Она жжется, — тихо заскулил парень, когда Майский позволил ему разогнуться. — Это наказание, — Сергей хмыкнул. — А наказание должно быть болезненным, чтобы ты его надолго усвоил. А теперь показывай те тряпки, в которых ты соблазнял Котова. Тихонов сжался — та одежда, в которой он соблазнял Майского, разительно отличалась от той, в которую его наряжал Котов. Повинуясь взгляду Майского, у которого в руке каким-то невообразимым образом нарисовался ремень с тяжелой пряжкой, Ваня достал из потайного отделения шкафа женское белье. — Я же тебе русским языком сказал, что ВСЕ тряпки должны лежать на кровати. — Майский встал во весь свой немалый рост и показал Ване на подлокотник кресла. — Ложись так, чтобы твоя блядская жопа была вздернута вверх. — Пожалуйста, не надо, — заскулил Ваня, падая перед майором на колени. По его щекам полились слезы, но то, что они были не настоящие, не вызывало сомнений. Сергей не стал его дожидаться — схватил рукой обе кисти и швырнул на подлокотник кресла, опуская ремень на пока еще белоснежную попку. Парень взвизгнул — боль была ужасной. Рука у майора была тяжелой, а ремень с пряжкой, которая отпечаталась на правой ягодице. Потом на левой, а потом прямо под ягодицами. Ваня скулил и кричал от боли, за все время порки, но скорее напоказ — боль не была уж слишком сильной. Майский пока еще не злился по-настоящему. Он отпустил его, когда попка Вани ещё не была красной как помидор, но уже горела под его ладонью. Правда, горела не только кожа, но и в прямой кишке. Продавец сказал, что часто пользоваться смазкой с перцем не рекомендуется, но два часа в день — можно. А два часа еще не прошло, поэтому Ване можно было с ней ещё походить. Тихонов уселся на полу, захлебываясь слезами, стараясь не смотреть на орудие пыток. Майский молча наблюдал за ним, отмечая, что такой беззащитный, чуть покорный вид только красит хакера. — Ну, и чего расселся? На, утрись, и показывай тряпки, — на колени парня приземлилась коробочка с носовыми платками. Он зло вытер слезы со щек, и насупился. Слезы майора не разжалобили, а значит, придется придумывать что-то другое. Встав с пола, он кинул в майора пакетом с вещами, но пакет тут же вернулся обратно, со словами: — Это белье я, по-твоему, должен надеть? Нет, малыш, так быстро ты не отделаешься. Шевели задницей и показывай мне каждый вариант. От того, как ты мне покажешь вещи, зависит то, станешь ли ты показывать все остальные, — Майский развалился на кресле и взял банку пива, добытого из того же пакета. Ваня ругнулся про себя, взял пакет с вещами и попытался ускользнуть в коридор, чтобы сбежать оттуда к Котову, точнее на их съемную квартиру. Майский наблюдал за ним с усмешкой. — Ты не выйдешь отсюда — ключи у меня. Переодевайся здесь, чтобы я тебя видел, иначе я сейчас же огрею тебя плеткой, которую я так же купил в секс-шопе. Ваня бросил пакет прямо на пол и стал переодеваться. Сначала на свет появились черные чулки в сеточку, красные трусики и поясок, всё того же красного оттенка. Затем комплект белого белья, синего, голубого, бордового. Три корсета черного, белого и красного цветов. Несколько юбочек, едва прикрывавшие ягодицы, или совсем их не прикрывавшие, и тонна косметики. — Как интересно… — протянул Майский, когда вся одежда из пакетика оказалась на полу, а на Ване так и остались те наручники и пробка в заднице. — И на какие шиши ты это всё накупил? — Костя дал, и я на свои, — тихо сказал Ваня, показывая всем своим видом, что он раскаивается. Хотя на самом деле… — Ах, Костя дал… Ну-ну. Обратно всё в пакет складывай и мне его давай. Ваня молча сложил всё нижнее белье и отдал пакет Майскому, стараясь не коснуться пальцами его кожи. Но тому этого и не требовалось — Сергей больно сжал его руку, чуть выше локтя и подтолкнул к выходу из комнаты. Ваня пытался сопротивляться, но тычок в спину и хлопок по попке его успокоили. Майор впихнул его в ванною комнату и скрепил наручники вместе. — Я сейчас приду, а ты можешь пока нужду справить, — он хмыкнул и захлопнул дверь, закрывая её с той стороны. Ваня оглядел помещение, отделанное белоснежным кафелем, и направился туда, куда его отправили.