Откалиброванный

Гэвин потянулся и зевнул, почесал закинутую на стол ногу, слегка поерзал на офисном стуле и посмотрел на часы. Валить домой еще рановато, но, благодаря своему новому напарнику, он давно разделался со всей ненавистной бумажной работой, и вполне мог быть свободен. Информации о новых трупах не поступало, да и вообще в Детройте стало как-то поспокойнее с криминалом. Абсурдно, но факт: восстание андроидов привело к снижению уровня преступности в городе. А все оттого, что эти прокачанные говнюки могли общаться на расстоянии и передавать огромные объемы информации с бешеной скоростью. Это раньше подразумевалось, что твой домашний андроид держит рот на замке, а теперь с укреплением позиций роботы все больше пользовались своими техническими преимуществами. Причинишь такому вред, и тут же твоя физиономия разлетится по процессорам других андроидов, пока наконец не доберется до Коннора или РК900, которые моментально ее просканируют и заведут протокол. Тут уж не отмажешься, все документально заверено и видео прикреплено. Такая уязвимость заставляла людей ходить по струнке, да и вообще общественность с трудом приходила в себя после всего произошедшего, так что убийств и других преступлений стало значительно меньше. Хотя никуда не делся вездесущий красный лед: а именно сторчавшиеся нарики и их дилеры, тоже не брезговавшие употреблять. Ну, тем и развлекались. Уже больше недели Гэвин работал вместе с РК900. Он и не подозревал, что от пластикового болвана может быть столько пользы. Вся документация взвалилась на его плечи, Гэвин только успевал подшивать бумажки в пухлые папки. На делах сплошная польза — расследования ускорялись в несколько раз. Эта ходячая лаборатория анализировала все на месте и не приходилось несколько дней ждать результатов, к тому же, он еще и собирал всю информацию и оформлял должным образом, не забывая использовать обновленные шаблоны и ставить верные даты, не совершая тупых ошибок, чем сам Гэвин порой грешил, потому что ну не любил он всю эту волокиту и ему было откровенно срать, что прописано в шапке бланка. Смущало разве что только то, как он проводил анализ улик… Какое-то порно. Хуевое андроидное порно. Так отвратительно, что блевать тянет, но в то же время приковывает мысли к вопросу: а на что ещё способен этот истыканный сенсорами язык? Так, отставить. Это что еще, блядь, за мысли? По крайней мере, теперь Гэвин мог по достоинству оценить, какой куш в виде Коннора сорвал старый алкаш Хэнк. А Рид еще хотел РК900 ему спихнуть. Ага, щас, разбежался. Подарок от Киберлайф оказался подарком в прямом смысле. Железка обучалась со скоростью света и с легкостью компенсировала людские проебы. Казалось бы, после того, как Гэвину довелось вблизи лицезреть то, насколько андроиды совершенны в работе, его страх, что скоро их всех заменят машинами, должен был возрасти в разы. Но вместо этого, парадоксальным образом, он даже расслабился. Просто потому что присутствие этого ходячего ведра с гайками значительно улучшило качество его жизни. Гэвин начал высыпаться, в связи с чем даже рожа значительно посвежела, не трахался больше с мерзкими документами, занимался только теми аспектами своей работы, которые были в кайф, а остальное мог без зазрения совести спихнуть на пластикового коллегу, который даже не додумался бы возмущаться по этому поводу. Хотя в этой бочке отборных плюсов все же были и свои комочки дегтя. РК900 оказался настолько же эффективным, насколько и въедливым. Даже когда Гэвин давал отмашку закончить расследование, этот сучонок все равно продолжал ползать по месту преступления, облизывая все вокруг, а потом тщательно выносил мозг замеченными несостыковками в своем стремлении докопаться до истины. А самое отвратительное, что это никак нельзя было остановить, потому что чересчур сообразительный робот сразу же нашел к Гэвину подход, не пытаясь быть тупо вежливым или ироничным, как тот же Коннор, а просто перенимая его собственное поведение. Риду становилось дурно, когда андроид отвечал ему матершиной, пародируя его манеру и даже повторяя интонации — то есть, наглядно демонстрируя, что он разговаривает, как хуйло, а это заставляло захлопнуть пасть и задуматься. Гэвин никогда не видел себя со стороны. Да, он много кому не нравился, но одно дело знать, что тебя недолюбливают и считают хамлом, положив на чужое мнение хуй, и совсем другое непосредственно увидеть, почему. В такие моменты оставалось только молча стоять у стенки и ждать, пока робот угомонится, отыскав ответ. А ответ он находил всегда. И ответ, и виновных, и болевые точки. У преступников не было и шанса против него. То, как ловко и красиво он их обрабатывал, не могло не вызывать восхищения. Блядски точно заламывал руки, причиняя максимум боли и минимум вреда. Вообще, им бы радоваться, что андроид придерживался относительно миролюбивой политики, потому что Гэвин ни на секунду не забывал, что этот кусок пластмассы изначально должен был стать профессиональным убийцей. Когда перед глазами вечно это суровое ебло, тут уж забудешь, как же. Рид подъебывал его иногда по этому поводу, не успев вовремя прикусить язык. Лезло из него дерьмо всякое, что поделать. Пусть андроид никогда на это и не реагировал каким-то особенным образом, но зато смотрел так, что Гэвин ссыкушно начинал опасаться за сохранность своего здоровья. Умел он так посмотреть, что Рида всего простреливало животным страхом и каким-то еще ощущением, близким к возбуждению. И от этого второго чувства становилось еще страшнее: как оно, блядь, могло быть направлено на сраную машину? Идеальную, охуенную, но все же машину, следующую заложенной программе. Этот говнюк даже так и не девиатнулся, судя по всему. Так что Гэвину было вдвойне противно, что дурацкий робот, не наделенный хотя бы псевдосознанием из-за ошибки системы, производил на него такое сильное впечатление. А еще менял его отношение к андроидам в целом — хватило всего нескольких дней тесного сотрудничества с одной слишком качественной железкой, чтобы годами вскармливаемое желчью и вполне обоснованное презрение к этим сраным ведрам стремительно полетело в пизду. Да, может, не такие уж они и хуевые. Только все равно бесят. — Хватит выебываться, — однажды, не выдержав, заорал Гэвин, когда по дороге к очередному месту происшествия РК900 как обычно начал виртуозно перекидывать и перекатывать в пальцах монету. — Все и так уже поняли, что ты пиздец ловкач и умеешь делать трюки с монеткой. Только андроиду было глубоко наплевать на возмущения, он даже не сбился от резкого вскрика, продолжая безукоризненно выполнять свой непостижимый алгоритм. — Это не трюки. Эти упражнения необходимы для калибровки моторики и когнитивного анализа, — спокойно ответил робот, не удостоив Гэвина даже своим убийственным взглядом. — Мне жаль, что вас так легко заставить чувствовать себя неполноценным, детектив Рид. Гэвин на это смог только выматериться сквозь зубы. Уел, сука. Все этот пластиковый гандон понимал преотлично, и будто назло делал, издевался. Куда ему нахер дальше калиброваться? И так уже слишком идеальный. Идеально анализировал данные, идеально обезвреживал преступников, идеально заполнял документы, идеально уделывал Гэвина в словесных перепалках и даже идеально готовил дурацкий кофе, когда от него вообще-то ничего не зависело, так как офисная кофемашина должна была справляться с этим процессом самостоятельно от и до. Кстати, кофе. Андроид выплыл со стороны кухни с неизменным стаканом, очевидно, направляясь к столу Рида. Вот же услужливый говнюк, довольно подумал Гэвин, осклабившись. Он повел плечами, предвкушая, как залпом прикончит горячий бодрящий напиток и быстренько свалит из этого тухлого офиса. РК900 наконец подошел, но, вместо того, чтобы отдать кофе непосредственно в руки, зачем-то поставил его на стол. Ало, гараж, Гэвину самому тянуться за ним, что ли? В его расслабленном положении неудобно, вообще-то. Но нет, и эту проблему проклятый робот решил моментально: одним резким движением скинул ноги Рида со стола на пол. — Ты чего делаешь, чмошник? Совсем охуел? — проорал Гэвин, едва не грохнувшись со стула. — Прошу прощения, — извинился андроид, невозмутимо и совершенно неискренне, что явно было сделано нарочно. Осуждающе даже. Это что еще за херня? — Есть формы, которые я не имею право заполнять. Вам придется сделать это самому. — Какие еще формы? Ну, конечно, не успел вдохнуть полной грудью запах долгожданной свободы, как приперся этот умник с сообщением, что возник непредвиденный заеб с какими-то ссаными формами. Что за закон подлости? РК900 заморгал со скоростью, вгоняющей в эпилептический припадок. Его редко когда изменяющий цвет диод замигал желтым. На компьютере пиликнуло уведомление — на почту поступило новое письмо. Бля, ну что за день такой? Гэвин замученно потер щеку и открыл файл. Шапка документа гласила, что ему предстоит в ближайшие часы трахаться с оформлением нового андроида на штатной должности. Того самого андроида, который, между тем, стоял рядом и вполне заметно выглядел недовольным. Хотя, он всегда так выглядел, но сейчас его и без того кирпичная физиономия отображала это самое недовольство еще сильнее, чем обычно. Хм, Рид что, уже научился читать его электронные эмоции? И нафига ему этот бесполезный навык? — А как тебя зовут-то в итоге? — озадаченно поинтересовался Гэвин, изучая первую строчку таблицы, требующую вписать имя и модель робота. — Все зовут меня по-разному, детектив Рид. Вы же так и не соизволили дать мне официальное имя, — произнес РК900, как всегда размеренным тоном, в которым все равно неуловимо чувствовалась некоторая язвительность. — Ричард самое распространенное мое имя на данный момент. Но некоторые сотрудники зовут меня Джонатан, работники архива Кеннет или Кевин, криминалисты Рен, некоторые из офицеров Колин. А одна девушка на ресепшен называет меня странным именем Олег, и каждый раз очень сильно и громко смеется. Что такого смешного в имени Олег? — В душе не ебу, — пожал плечами Рид, всерьез задумавшись. — А откуда такой разброс? — Я предлагал каждому называть меня так, как им бы хотелось, но коллективное мышление сошлось на некоторых вполне конкретных вариантах в узких кругах. Кроме той девушки на ресепшен, разумеется. Гэвин поморщился. На самом деле, он благополучно забыл про этот аспект. Сам он обращался к андроиду исключительно пренебрежительным «эй, ты», «железка», «мокрушник», «ведроид», «чмошник пластиковый» и так далее. А про себя бормотал что-то типа «сраный охуевший андроид». Не то чтобы он вообще думал об этом, но, вероятно, бессознательно предполагал, что в отделе робота будут звать примерно так же или тупо путать с Коннором. А чтобы лишний раз не напрягаться, можно было окрестить его, например, Коннор 2.0, и ограничиться этим. Хотя, конечно, разница между РК800 и РК900 была отчетливо заметна любому дебилу. Но были же люди, которым не приходилось лицезреть это железное чудо со злоебучим воротником и взглядом безжалостного киллера полный рабочий день. Увидевшие лишь мельком могли и перепутать. Только, похоже, эта вечно орущая о своей социальной неприспособленности и непредназначенности машина пошла и познакомилась с каждым лично, к тому же, предложив выбрать ему имя, что повлекло за собой распространение разнообразных вариантов. Вот же ублюдок. — Ну и как мне тебя записать? Ты бы как хотел зваться? — спросил Гэвин, уныло уткнувшись взглядом в тупой файл. Что забавно, каждое из перечисленных имен вполне ему подходило. Даже необъяснимо откуда взявшееся «Олег» вписывалось на ура, хоть сейчас вноси в бланк. — Что там самое популярное говоришь? Ричард? — Это неважно, — в голосе андроида появилось еще больше железных ноток. Сбоит электроника? — Капитан поручил вам выбрать имя. Вы и так проебались с этим делом на добрую неделю. Так что, будьте любезны, придумать собственный вариант, — отчеканил андроид, окидывая Гэвина этим своим отвратительным, стеклянным и немного пугающим взглядом серых глаз. «Матерится, это не есть хорошо», отметил Рид. Это сам Гэвин так разговаривал на постоянной основе, а гребаный робот использовал грубые выражения только когда имел определенную цель, хотел что-то показать или доказать. И смотрел опять же как убийца. Ну, конечно, киллер самый настоящий. Каин мира машин. Безжалостный, заставляющий поджилки трястись, специально разработанный таким образом. Спасибо, сука, большое, Гэвин уже успел насмотреться на этого мокрушника в действии, чтобы понимать, что страх, который он вселял, вовсе не беспочвенен. — Хорош пялиться, — не слишком уверенно гаркнул Рид. — Окей, сам так сам. Буду звать тебя Кейн. Доволен? РК900 склонил голову набок, будто всерьез оценивая и анализируя. — Кейн, — повторил он своим неисправным хриплым голосом, от которого у Гэвина почему-то поджались яйца. — Прекрасно. Вносите в бумаги. Рид облегченно выдохнул, вполне отчетливо ощущая, как влажный ужас отпускает его глотку. Вот это его переебывает. Можно подумать, машине имя еще могло и не понравиться. Он кисло усмехнулся и начал заполнять форму, решительно выбив в первой строчке «Кейн модель РК900». Через пару часов с этим дерьмом было покончено. И рабочее время успело безнадежно закончиться, издевательски помахав циферблатом электронного механизма на столе. Ушел, блядь, пораньше, ага. Гэвин поставил финальную точку в измучившем его бланке и откинулся на спинку офисного кресла. Бля, без шуток, он успел отвыкнуть столько пялиться в монитор и заполнять ебанутые таблицы. Даже шея затекла и теперь налилась тягучей мерзкой болью. Он покрутил головой и жалобно простонал. Никуда не девшийся андроид, до этого белесым призраком перемещавшийся по офису и выполняющий какие-то совершенно неинтересные Риду задачи, тут же среагировал: — Хотите сделаю вам массаж? — Что? — не сразу втыкнул Гэвин, переводя на него поплывший от долгой сосредоточенности взгляд. — Это-то умение у тебя нахер откуда? — Только что загрузил соответствующий пакет данных. — То есть ты ни разу не делал, — подвел итог Гэвин, уже начиная чуять дерьмовость подобной затеи. — А если ты меня случайно покалечишь? — Не переживайте, детектив Рид. Вероятность подобного исхода крайне мала, — заверил андроид. — Если я вас покалечу, это будет специально. Гэвин вздрогнул, вдруг отчетливо услышав, как хрустит его шея. А потом накатило какой-то непонятной разрядкой. Честно говоря, иногда его так и тянуло хлопать в ладоши в ответ на очередной выпад гребаной железки. Блядь, ну молодец же. — И откуда ты такая язва? — со смешком спросил он, раскачиваясь на кресле. — Понабрался хуевого чувства юмора. — Учусь у лучших, — улыбнулся РК900. Бля, ну он же просил его не улыбаться. — Вам действительно не о чем беспокоиться, у меня сегодня хорошее настроение, так что ваша шея в полной безопасности. — Настроение у него, ёпт, — буркнул Рид, замявшись. — Ладно, давай. — Он подставил плечи под шустрые механические пальцы, силой воли заглушая орущий белугой инстинкт самосохранения. — И с чего вдруг оно у тебя хорошее? — Сегодня я наконец-то получил официальное имя, это довольно приятно. Гэвин дернул плечом, отказываясь это комментировать. Массаж говнюк делал действительно хорошо, как-то даже ласково и очень заботливо. И не скажешь, что пластиковыми бесчувственными пальцами. Крайне внимательно проходился вдоль позвоночника, массировал плечи и лопатки так замечательно, что Гэвин сам стянул с себя куртку, лишь бы увеличить контакт с этими чудотворными прикосновениями. И после такого пиздецки тщательного воздействия тянуло стонать только от удовольствия и расслабления. Ему вообще когда-нибудь делали такой классный массаж? Секундочку, когда ему в последний раз-то делали массаж? — Бля, спасибо, — протянул Гэвин, осознавая, что очень давно. Так давно, что толком и не вспоминалось, но сейчас по-любому было гораздо лучше. Руки внезапно замерли. Буквально на секунду, но все же вполне заметно, ибо нереально охренительные ощущения резко прервались. — Сегодня исключительный день, — произнес андроид совсем тихо. — Вы наконец-то дали мне имя и впервые сказали спасибо. Гэвин смутился, опустив голову, а РК900 продолжил творить свою магию. Что, правда, что ли? Он настолько неблагодарная скотина? В этот момент как хлыстом резануло осознанием, насколько он тот еще говнюк. Ну, пусть всего лишь сраная железка, но зато вон как старается. Явно сильнее, чем кто-либо из так обожаемых им людей. Гэвин снова поморщился, решив, что андроид заслуживает лучшего отношения, и пообещал себе в будущем не быть такой уж непроходимой гнидой. Только вслух ничего говорить не стал. Еще зазнается, ушлепок пластмассовый.