Ты освещаешь мой мир

***

      Утро. Серое и такое туманное утро. Не его хотел видеть русоволосый парень открыв глаза. Ведь, все то время, пока он был с ней, с девушкой, которая убежала от него как только выдалась такая возможность, каждое утро Кристофера было наполнено теплом и светом.       Он потерял свой лучик солнца. Свой источник света. Уже больше года прошло, а Шистад никак не может забыть цвет её глаз, её смех и ее доброту. Никто никогда о нем не заботился. Парень рос не зная что такое домашний уют и тепло. А эта рыжеволосая девушка перевернула его мир с ног на голову. Она готовила ему завтрак, лечила от простуды и просто все время беспокоилась о нем. В первый раз в своей жизни юноша почувствовал настоящее тепло.       Но он очень сильно обидел своего ангела. И за это он уже сотню раз возненавидел себя. Но надежда умирает последней. И каждое утро, такое же серое как сейчас, он приходит к ее дому, но дверь всегда заперта, а в окнах никогда еще не загорался свет.

***

      С того момента как девушка убежала из дома Шистада, она почти не спала. Не могла заснуть без его объятий. Она жалеет, очень… Но она не может простить измену. Не получается. Но Ева работает над этим. Девушка почти не выходит из комнаты, ничего не ест. Телефон ее уже давно лежит где-то на другом конце комнаты, разряжен. К ней пару раз пытались прийти подруги, но дальше порога квартиры пройти никому за последний год не удавалось.        Месяца три после разрыва с юношей, Мун ревела ночами напролет. Несколько раз пыталась покончить с собой, но неудачно. То лезвие тупое возьмет, то таблетки не подействуют. Еще два месяца прошли в пьяном угаре. Ева ничего не ела, только пила, опустошая мамин мини-бар, ища в нем напитки как можно крепче. Ну, а последнее время она просто ушла в себя. Депрессия. За этот год Ева Мун перестала существовать. Осталось лишь ее жалкое подобие. А еще… Девушка каждый вечер слышит его голос. Каждый гребанный день, он приходит к ее дому. Просит впустить. Но нет. Мун не может. Она еще не готова к такому. Слишком много боли. Она не выдержит, если это произойдёт вновь.       Но видя в окне новый рассвет, Мун как под гипнозом жаждет услышать такой родной голос. Девушка знает, что не сможет прожить и дня, если вдруг однажды он не придет. Пусть сейчас внутри нее лишь пустота. Но она надеется, что когда-нибудь Крис все же войдёт в ее дом. Обнимет и скажет, что все хорошо. Однако уже год она не может открыть ему эту чертову дверь. Уже год она медленно умирает, слыша каждый день его голос.

***

       Осень. Все опять пойду в школу после летних каникул. Девочки все же уговорили Еву не пропускать уроки, ведь этот год для них последний. А Ева и так очень много пропустила в том году. Так как почти не посещала занятия.       Девушка нехотя встала с кровати и пошла в душ. Холодное утро. Слишком холодное даже для ее города. Да уж… Только около месяца назад Мун начала есть и то совсем по чуть-чуть. Сейчас ее было не узнать. Впалые щеки, мертвенно белая кожа, из-под кофты торчат ребра. Такого раньше не было. В этом состоянии Еву видела только Нура, ее лучшая подруга. Ведь только Сатре прошла через все вместе с Мун. Светловолосая девушка каждый день сидела под дверью Евы. Она плакала вместе с ней, кричала, когда Мун надолго затихала. Ведь Нура боялась, что Ева может что-нибудь сделать с собой. Сатре прогоняла Кристофера, который приходил каждый божий день. И спустя пару месяцев, Ева открыла дверь подруге. Нура старалась не уходить надолго от рыжеволосой. Школу она пропускать перестала, но после занятий сразу мчалась к дому Мун. Ева как-то дала Нуре ключи, которые блондинка носит с собой постоянно. И именно Нура Сатре помогла выкарабкаться Мун. Девушка насильно кормила свою подругу, вечером, когда совсем стемнеет, они выходили гулять и возвращались лишь под утро.       Сегодня Нура приехала к Еве, пока та еще спала. Как только Мун поднялась на кухню, то почувствовала запах блинчиков, который окутал весь первый этаж. Живот предательски свело и Ева принялась уплетать за обе щеки приготовленный Нурой завтрак. Потом подруги долго стояли и обнимались. — Мне страшно… — прошептала Ева, отходя от подруги. — Эй, ну ты чего? Все будет хорошо! Слышишь?! Я тебе обещаю, что не оставлю тебя одну! — Спасибо тебе, Нура! Спасибо за все… За то чтобы не бросила меня, хотя я наговорила тебе много всего, за то что ты до сих пор возишься со мной и. — Нура подошла и обняла подругу. — Я думаю этого будет достаточно. — Сатре улыбнулась. Но потом отошла от Евы так как на ее телефон пришло СМС. — Ева, ты не против если до школы нас Вильям подвезет? — Он без Него? — — Не волнуйся, они сегодня едут каждый своим ходом. Так что? Магнуссон уже приехал. — Ну тогда чего мы ждём? Пошли!       Две фигуры вышли из дома, напротив которого стояла достаточно дорогая машина. Из нее тут же вышел парень. Высокий, в серой кофте с капюшоном на голове, а челка его спадала на один глаз. Сатре обняла парня, а затем быстро села в машину. Потянув за собой подругу, но Вильям ловким движением задержал рыжеволосую. Ева обернулась на парня. Магнуссон посмотрел на нее с какой-то грустью, а потом обнял крепко-крепко. — Все будет хорошо… — прошептал он. И знаете что? Ева поверила ему. Она поверила в то, что сегодня все будет хорошо. А от объятий друга на сердце Евы стало очень тепло. Парень отпустил ее и они сели все вместе в машину. Нура наблюдавшая за такой картиной ликовала внутри, что ее Вильям поддерживает Еву. Ведь это два самых дорогих человека для Сатре.       Машина припарковалась возле ворот школы и из нее вышли три человека. Но все взгляды были обращены только на одного. И нет, это был не Вильям Магнуссон. Это была рыжеволосая девушка, которая очень сильно изменилась за то время, пока ее не было в школе. Вильям с Нурой взяли девушку за руки с двух сторон и они все вместе пошли в нутрь здания. Возле входа парень попрощался и пошел в сторону своих друзей.       Ева с нурой сели на улице. Они ждали остальных Крис, Вильду и Сану. Ева пыталась держаться естественно. Нура не выпускала ее руку из своей ни на минуту, что придавало девушке уверенность. Первой подошла Сана. Она без лишних слов обняла немного перепуганную Мун. Потом поздоровалась с Сатре и села рядом. Еве нравилось как ведет себя мусульманка. Ведь, она знала, что выглядит жалко. Она знала, что вся школа до сих пор говорит о расставании Мун и Шистада. Ева видела жалость в глаза почти всех учащихся. Даже Вильям смотрел на нее как на испуганного котенка. Но Нура с Саной вели себя как обычно. Они старались показать Еве, что мир не рухнул и что все идет своим чередом. Мун не увидела в глазах Саны жалости и поэтому ей стало еще легче. Но вся её уверенность растворилась, как только она услышала взвизг шин и увидела хорошо знакомую ей машину.       Он приехал. Это то, чего Ева боялась больше всего. Да она каждый день слышала его голос, но она не видела Кристофера. Парень вышел из машины. Его лицо закрывал капюшон черной толстовки, руки были в карманах. Шистад уже издалека увидел своих друзей и направлялся к ним, не смотря по сторонам. Ведь как только он приехал, он почувствовал что она здесь, что она смотрит. Подойдя к компании ребят Крис снял капюшон и поздоровался. Вставая рядом с Вильямом. Ведь только Вил знал, каких сил Крису стоило выйти из дома и приехать сюда. Ева дернула Нуру за рукав, сжав ладонь подруги сильнее. Сатре обернулась в сторону компании. И уже собиралась вставать и уйти, но Ева попросила ее остаться здесь. Нура в недоумении распахнула глаза. А Мун лишь опустила голову на плечо подруге и начала тихо плакать. — Я не могу уйти, Нура… Я… Я его не отпустила. Не смогла забыть… Я держалась. Пока он не приехал… — захлебываясь в слезах шептала Ева. — Тише, тише, моя девочка. Я знаю… — Сатре не знала, что ей делать и просто прижала к себе подругу ещё сильней.       Магнуссон долго всматривался в компанию из трех девушек, пока окончательно не понял, что Мун действительно плачет. У парня сердце у самого разрывалось при виде ее состояния и состояния его друга. Вильям легко толкнул Криса, одними глазами указав на девушек. — Плачет? — Кристофер был в недоумении. Хотелось сорваться побежать и обнять девушку. А она сильно исхудала. Это он заметил только сейчас. — Плачет… — утвердительно сказал Вильям. Шистад дернулся в сторону девушек. Но Магнуссон не пустил его. — Не сейчас… — Вил блядь, я ей нужен! — Идиот ревет она из-за тебя! Ты сейчас только хуже сделаешь, придурок. Крис остановился. Вил прав, сейчас он только все испортит. Но как можно стоять на месте, когда она плачет? Шистад успокаивал себя лишь мыслью, что Ева не одна, что рядом с ней есть Сатре. Которой Крис благодарен, что та не оставила его девочку одну. И да, Кристофер по прежнему считает Мун своей, и отдавать ее кому-то он не собирается.       Ева с Нурой слышали разговор парней. И только сейчас Мун поняла, что простила. Она была готова сама побежать и обнять Шистада. Лишь бы быть рядом с ним. — Какая же я глупая… — шептала Мун. Повторяя эту фразу раз за разом. — Почему? — Я хочу, чтобы он был рядом… — Так пошли. — сказала Нура, улыбнувшись и потянула подругу за собой. — А если он меня прогонит? — Не прогонит, Ева. Две девушки шли по направлению к компании парней. Первым их заметил Вильям и вопросительно посмотрел на Нуру. Та лишь кивнула в сторону Шистада, стоявшего с опущенной головой. Вильям улыбнулся. — Ребят нам с Крисом надо поговорить, вы не могли бы отойти. — сказал Магнуссон. — Что опять? — Кристофер злился, что не может подойти к Мун. — Если сейчас ты все испортишь, то я тебя убью! — прошептал Вил. Шистад поднял глаза и увидел Еву, которая стояла напротив него. Весь школьный двор замер в ожидании. — Крис… Я… Я… Я хотела сказать тебе… — Молчи… — парень притянул к себе немного испуганную девушку. Ева замерла боясь пошевелиться. Но вскоре обняла Кристофера в ответ. — Ты освещаешь мой мир, Ева Квиг Мун. Я тебя больше никогда не отпущу! Парень поцеловал Еву. И этот поцелуй был как глоток воздуха для обоих. Они долго друг друга не видели, не чувствовали. Именно поэтому сейчас они не замечали никого вокруг. Вся школа наблюдала только за этими двумя. Кто-то радовался их воссоединению, а кто-то злился от зависти. Но Шистаду и Мун было все равно на всех окружающих. Ведь у него была она, а у неё он. И сейчас больше никто не нужен.

***

Среди миров, в мерцании светил Одной звезды я повторяю имя... Не потому, что я Ее любил, А потому, что я томлюсь с другими. И если мне сомненье тяжело, Я у Нее одной молю ответа, Не потому, что от Нее светло, А потому, что с ней не надо света...