Полетели листья

Антон ходит загруженный, берёт всякую бумажную работу на себя и много времени проводит на кафедре, помогая другим оформлять программы. Добровольский бы радовался такому трудолюбию, но что-то ему подсказывает, что Антон таким образом пытается уйти от личных проблем. Точнее не что-то, а Попов, который ходит чересчур весёлым и жизнерадостным, одаривает комплиментами девушек и женщин и в целом выглядит вполне счастливым. Но Павла не обмануть. Добровольский подсаживается к Антону в столовой, когда тот одиноко пьёт чай с маковой булочкой. — Ну привет, — начинает Паша, и Антон с набитым ртом просто салютует ему кружкой. — Хорошо, что ты сейчас не можешь отвечать, потому что тебе придётся слушать меня. Антон вкидывает брови и пытается вспомнить, что он успел натворить и когда. — Ты на работе пропадаешь сутками, помогаешь учебные программы эти дебильные писать, тусишь тут, даже когда у тебя пар нет. Случилось что-то? Антон отрицательно мотает головой, и Паша закатывает глаза. — Другого ответа я не ожидал. Короче, завтра у тебя по расписанию пар нет, и чтобы я тебя не видел здесь, понял? — Понял, — обреченно соглашается он. По правде говоря, вид радостного Попова он больше не может выносить. По сердцу ножами бьют мысли о том, что Антон был прав: он нужен был Попову в качестве игрушки и не более того, надеяться на что-то серьёзное было глупо. «Развлеклись и хватит», — заключает Антон, стремясь вернуть себе былые уверенность и легкость. Пиздострадания не по его части. Страдания не входят и в планы Попова. На выходных он обсуждает ситуацию с Сергеем, своим лучшим другом, и они дружно приходят к одному выводу: Попов был пьян и совершил ошибку. Нужно остановиться, пока есть возможность не усугублять. Он для себя решает больше не доставать Антона глупыми шутками и намёками, не обременять своим обществом без важных на то причин. Для Арсения ничего не произошло, он живёт своей прежней жизнью, не догадываясь, какой след в душе Антона оставил их поцелуй. Попов не смог разглядеть чувств Шастуна, он едва ли даже задумывался об этом. Думать о других, на самом деле, — не его конёк. Он не замечает больше влюблённого в него Шастуна, и для этого ему почти не нужно прикладывать усилия. ** Антон может без преувеличения назвать Димку Позова самым лучшим человеком, с которым он знаком. Он лучший друг, советчик, его поддержка и опора. Многие, кто называл себя громким словом «друг», ушли из жизни Антона, но Дима уже восемь лет с ним, и Шастун уверен, что так будет всегда. У них совершенно разные характеры, но противопожности, как известно… Позов умеет сохранять спокойствие в любых условиях, что вспыльчивому Антону всегда на руку: Дима помогает с умом разрулить ситуацию, в то время как Антон часто поступает на эмоциях. Дима замечает за Антоном грусть, которая ложится тенью на его очаровательное улыбающееся лицо. Он спрашивает, как дела, выпытывает, что случилось, но Шастун упорно молчит. — Я обижусь, Антон! — говорит Дима по-детски, и Антон замечает, что его глаза горят смехом, — Обижусь и мы больше никогда не будем вместе смотреть футбол! Или я подговорю Пашу и он даст тебе самую тупую группу! — У нас на инязе нет тупых групп, — смеясь, отвечает Антон, — они есть только у вас, на вашей философии! Антон заливается смехом, ведь он обожает подколы по поводу специальности Димы. Даже он не помог Шастуну понять «этих странных философов». — Рассказывай, иначе я лишу тебя… Пива! — Дима сдаёт в этом споре, но футбол без пива — серьёзный аргумент. — Ладно, — тянет Антон, и его лицо снова еле заметно становится грустным. — Есть в университете такой Арсений Попов, ну ты слышал о нём. Тот ещё павлин, конечно, но красавчик. Так вот он за мной с сентября ещё бегал, как мне тогда казалось, знаешь, флирт там, намёки, шутки, вот это вот всё. А потом забил. А я и не заметил, как на него запал. Дима удивляется тому, что не знал до сих пор, что Антон в кого-то влюбился. То, что за ним кто-то бегает, он не удивляется уже давно: с первого курса Антон умеет произвести впечатление и на парней в том числе. — А после нашего поцелуя я лишь убедился, что он любит поиграть в чувства. Дима широко открывает глаза, поперхнувшись пивом. — Поцелуя? Антон слегка краснеет. — Ну да. Мы в ресторане были с немцами, он выпил немного и полез целоваться. Я сначала не устоял, а потом так мерзко стало. Почувствовал себя игрушкой в его руках, отшил. И с тех пор он по полной игнорирует меня. Позов слышит в голове горечь, которую Антон так пытается скрыть, но он уверен: Шастуну станет легче, если он с кем-то поделится своими эмоциями. Зачем ещё нужны друзья? — Так вот что случилось у вас в ресторане, — понимающе произносит Дима, и Антон поднимает брови. — Да просто Паша говорил, что у вас там что-то произошло, он же не дурак, заметил, как ваши отношения изменились. Антон задумчиво кивает. — Не загоняйся по этому поводу. Отказал — значит, так нужно было. Оглянись вокруг, есть люди, которым ты по-настоящему небезразличен. Не нужно распаляться на всяких дураков, которые не могут оценить тебя по достоинству. Антон долго смотрит Диме в глаза, пытаясь понять, что он на самом деле имеет в виду. *** Спроси любого студента или выпускника филологического факультета — все хором скажут, что Павел Добровольский — самый отзывчивый и понимающий декан. В свою работу он вкладывает душу и любит одинаково всех своих студентов. До последнего не отчисляет, всегда помогает с переводом на бюджет и вообще он — святой человек. Так где же он нагрешил, если на его голову свалился этот до боли в груди милый парень. Когда Димка, их общий друг, однажды интересуется, нужен ли Паше молодой преподаватель, между прочим выпускник их университета, Павел, разумеется, утвердительно кивает. Дима рассказывает, что Антон сейчас в поиске нового места работы и задумывается о преподавании в университете. Он в красках описывает своего невероятного друга и обещает, что тот обязательно придёт к нему на собеседование. Добровольский же не знал, что по иронии судьбы Антон станет таким необходимым, но совсем не будет нуждаться в Паше. Антон вливается в коллектив, устанавливает почти со всеми добрые приятельские отношения, и Паша искренне за него рад. Он бы не хотел, чтобы у такого старательного и милого парня были проблемы на работе. Павлу так неприятно признавать, что он пользуется своим должностным положением, чтобы сблизиться с Антоном. Просит его остаться, пытается шутить и даже один раз приглашает в кафе. Антон, кажется, не видит подтекста и просто старается быть тактичным. Добровольский замечает, что Попов заигрывает с Антоном, едва ли не раньше самого Шастуна. Он знает Попова слишком хорошо, чтобы не распознать хитрых улыбок и язык его тела. Они друзья, и Паша мог бы многое ему сказать, но каждый раз глотает все слова. К сожалению, он видит не только обходительного Попова, но и Антона, который, кажется, влюбился. Шастун буквально светится, стоит Попову перекинуться с ним парой фраз, и Добровольский прекрасно понимает, что чувствует Антон. Но вот что затеял Арсений, не узнает никто. Добровольский чувствует, он бы сказал, жопой, что в ресторане с этими двумя что-то произошло. Попов старательно игнорирует Шастуна, но никогда не переходит рамки приличия, и Паша не в силах видеть печальный взгляд Антона. Попытки выяснить, что конкретно произошло, не увенчались успехом. Расспрашивать Антона он находит как минимум бестактным, а Попов лишь отшучивается. Он тоже не дурак и заметил, что Добровольскому Шастун небезразличен, и Арсений совсем не хочет испытывать судьбу. Павлу так хочется, чтобы Антон больше не грустил. Он подлавливает его после пары, как делает всегда, и говорит: — У меня для тебя есть предложение. Хочешь поехать в командировку на пару дней в Москву? На конференцию. Я всё устрою красиво, — улыбается он, и Антон смеётся. — Спасибо, Павел Алексеевич, но у меня собака. Только взял щенка, не хочу пока никуда уезжать. Извините. Антон переминается с ноги на ногу, ожидая реакции, а Добровольский думает, где же он так проебался. — Щенок? Не знал, что ты любишь животных! Расскажешь о нём? — интерес у Паши неподдельный, ему на самом деле хочется знать, что происходит в жизни Антона. Идея купить щенка была целиком и полностью Димина, он даже пообещал присматривать за ним, если Антону придётся куда-то уехать. Щенок, по его мнению, должен стать близким другом, развлекать Антона в его одинокой двушке и дарить свой позитив. Собака это умеет как никто другой. Антон давно хотел завести домашнее животное, ему необходимо заботиться о ком-то, кроме себя самого. Он раздумывал лишь над породой, и его выбором стал английский кокер-спаниель. Это маленькое ушастое создание славится покладистым характером и хитрым умом, ему это как раз подходит. — Я купил английского кокера, Димка подбил. Теперь у меня дома живёт это чудо, — он достаёт телефон и показывает несколько снимков. Первый явно сделан заводчиками при продаже, на нем щенок сидит на синем фоне и выглядит совсем маленьким. — Здесь ему ещё месяц, — объясняет Шастун, — а вот тут ему уже три. На фото малыш демонстрирует свои зубки, поглощая руку Антона. — Кусается, зараза, сильно, но это скоро пройдёт. Паша улыбается, надеясь, что щенок станет для Антона самым лучшим другом. — Как его зовут? — Царство рыжих* Персей, — глаза Паши округляются, и Антон заливается смехом. — Это его полное имя. Поскольку он из помёта на букву «П», я должен ему дать соответствующее имя. «Персей» мне не нравится, поэтому он просто Пунш, — гордо заявляет он. Паша смотрит на Антона как на большого ребёнка, у которого появилось новое интересное развлечение. Антон опускает взгляд на наручные часы и восклицает: — Ой, две минуты до звонка, мне пора, Павел Алексеевич. Извините. Шастун поджимает губы и уходит. Добровольский провожает его взглядом и не может сдержать улыбки. *ЦАРСТВО РЫЖИХ — реально существующий питомник, о нем можно почитать на официальном сайте. Что касается имени, то дать собаке можно совершенно любую кличку. Полное имя будет фигурировать только в официальных документах, а хозяин может назвать собаку так, как ему нравится, не ограничиваясь даже литерой помёта. Можно сохранить эту литеру в другом имени, например, полное имя моего хаски — Флай Укротитель стихий и родился он в помёте «Ф», поэтому я дала ему имя Филипп, которое, по моему мнению, звучит гораздо более изысканно и необычно.