Некоторые книги

Стивен совсем не Тор. В нем торовского — ничего. Абсолютно. Он другой от кончиков тёмных, тщательно уложенных волос, до каблуков ботинок. Тор предпочитает мощные сапоги, разношенные, испачканные в грязи всех миров. Волосы Тора — солома с ароматом мёда. Тор сидит рядом с Локи, вгрызается в сочный, брызжущий соком, кровавый кусок мяса, и Лафейсон опускает взгляд в столешницу. В Стивене нет ничего того, что есть в Торе. Он совершенно другой. И этим и манит. Локи ненавидит выдавать другим истинные помыслы, не переносит, когда его разгадывают, смеют читать, как раскрытую книгу. Стивен и не пытается. Для него Локи — проще любой из магических книг в библиотеке. И разгадывать в Локи нечего, Стивену это неинтересно. Лафейсон для него не более, чем наспех нацарапанный сигил на деревянной руне, даже не полноценный магический знак, не заклинание, не что-то большее. И именно это Лафейсона и бесит. Игнорирование — бич всех обличенных тайным знанием. Когда ты владеешь тем, что недоступно другим, это знание жжет тебя изнутри, требует проявить свою силу. Выделить себя на фоне остальных, продемонстрировать собственную значимость. Локи это знакомо. Стрэнджу это знакомо. Но даже магия не в силах их сблизить, напротив, она становится усилением магнитов, приставленных друг к другу одинаковыми полюсами. Стивен игнорирует Лафейсона — и того это бесит. Стивен понимает его, как никто другой, и это тоже бесит Локи. Стивен не похож ни на кого из тех, кого Локи встречал раньше. Он не похож на Тора ничем!.. Но, самое главное, Лафейсон знает, почему Стивен так его бесит на самом деле. Почему так манит. Почему Локи раз за разом бросает на него взгляды через стол. Стивен не похож ни на кого из тех, кого встречал Локи. Стивен похож на самого Локи. И это заставляет ледяную кровь бурлить пламенным потоком, надменность во взгляде оборачиваться уязвленностью, холод тона становиться на несколько градусов теплее. Стивен улыбается Тору краями рта — Локи знакома эта улыбка, и о, как он её ненавидит! — благодарит за прием и встает из-за стола. Магу ничего не стоит сотворить портал и скрыться в нем, но всего на одно мгновение он бросает взгляд на Локи и просит разрешение у Одинсона прогуляться по Асгарду. Локи думает, что будет ненавидеть Стивена за это мгновение всю вечность и даже больше. Провожает его взглядом и, понимая, что не может поступить иначе, с лживой улыбкой отпрашивается у царя Асгарда в библиотеку. Тор хватает его за руку и грубо притягивает к себе. — Что-то не так? — по взгляду Одинсона Локи видит, что тот прекрасно все понимает (и когда он научился понимать?!), но разве может бог обмана сдаться без боя? Локи делает вид, что ничего не понимает. Ни взгляда Тора, ни его ухмылки — болезненной и угрожающей одновременно. Лафейсон улыбается Тору краями рта. — Некоторые книги, — Тор приближается к Локи, и тот чувствует запах мёда, смешавшийся с запахом истекающего кровью жареного мяса. Тор касается шеи Локи, проводит всей поверхностью ладони выше, скользит по идеально уложенным тёмным волосам. — …Не твоего ума дела, — заканчивает Тор. — Поверь мне, — Локи улыбается. — Я сумею постичь любые тайные знания магических книг, если захочу. — Я как раз о магии, — довольно хмыкает Тор, и Локи готов и себя ненавидеть всю вечность за свою оговорку. Это всё пальцы Тора, слегка болезненно сжимающие волосы на затылке. Его губы у губ Локи. Жар его тела и этот невыносимый аромат мёда — он сбивает мысли особенно сильно. — Никакая магия не выстоит перед грубой силой, уж поверь. Я докажу это, если представится возможность. Тор отпускает Локи и тот, едва заметно кивнув, торопливо уходит. На поиски Стрэнджа. Который, как Локи и полагал, поджидает его в Асгардской библиотеке. — Что, Асгард, по твоему мнению, уступает в красоте сокровищнице знаний? — Локи пытается подойти незаметно, но по полуулыбке Стрэнджа и тому, что тот даже не вздрогнул, когда Лафейсон оказался за его плечом, понимает, что попытка провалилась. Но она, определенно, засчитана, потому что обернувшийся Стрэндж явно доволен тем, что он пришел, как и заданной темой разговора. — Я как раз об этом, — говорит он, и пародийный повтор вместе с легкой ноткой издевки тона дают Локи понять, что его разговор с Тором маг слышал. Не присутствовал при нём, но все равно был в курсе всего, что сказал Тор. И, судя по выражению лица Стрэнджа, он и этим был очень доволен. — Видишь ли, города исчезают. И их спасти невозможно, в отличие от книг. Я заберу эту, ты не против? — Стивен поводит пальцами по кожаной обложке, но Локи не смотрит на неё, он не может подобрать слов в ответ на столь прямое предсказание. Задать этот вопрос, значит, признать свое поражение в магическом противостоянии со Стрэнджем, которого Локи не считает равным себе магом, который всего лишь смертный, обретший знания, и он просто не может… — Асгард падёт? — выдыхает Локи, и вместе с его словами с губ срывается облако пара. В Асгарде тепло. Внутри Локи пылает пламя. Его кожа и даже сердце, как ему кажется в этот момент, покрыты льдом. Взгляд выражает не раздражение или страх: в нём то, что Локи ненавидит испытывать сильнее всего — доверие. Локи никому не доверяет. Стивен верит в себя. Теперь они оба верят друг другу, и это худшее, что могло произойти, по мнению обоих. Стивен кивает: — Да. И изменить это нельзя. Но можно исправить линию судьбы, привести ситуацию к единственно счастливому финалу. Избежать тех последствий, что станут, не буду преумалять, вселенским крахом. — И что для этого нужно сделать? — прищуривается Лафейсон. Стивен улыбается: — Переспи со мной. Локи вскидывает брови и смотрит на Стрэнджа с восторгом, которого не вызывал у него еще никто: — И это поможет спасти Вселенную? — Ну разве что немного, — честно признается Стрэндж. — Но это точно станет одним из лучших твоих воспоминаний об Асгарде. — Ты самоуверен, — улыбается Локи и твёрдо добавляет, смотря Стивену в глаза. — Мне нравится. Тор стоит за дверью библиотеки, не зная, что через считанные часы в летопись Асгарда внесет изменения Хелла. Сама летопись Асгарда магическим образом исчезает из библиотеки за минуты до начала конца, унесенная магом, в развевающемся алом плаще.