Солнце Сеула

—Когда-нибудь я прибью этого рукожопа, — ворчала я на Тоху, вытирая остатки подсохшего салата в туалете. Когда я вернулась, Тэ заговорщически мне подмигнул, и все парни потянулись в служебную часть здания. Ну сейчас и посмотрим, что рни приготовили! —Лина, готовь попкорн, сейчас парни петь будут! — плюхнулась я рядом с подругой. Мы приготовились умирать, и все бы ничего, но это: «Юля, Лина, мы вас любим!» заставило содрогаться нас обеих в конвульсиях. Меня—от нервного смеха, Лину—от нахлынувших слез умиления. Эти хлебушки должны были петь еще пару раз с небольшими перерывами, и парни тусовались в гримерках. Тоха же, как самый упрямый хитрожоп этого мира, пришел, схватил меня за руку, аргументировав это "наиархиважнейшими новостями" и увел в другую часть здания. После истории с салатом мне уже нечего было терять, поэтому я не стала возмущаться, что у меня из-под носа забрали яблоко. Тэ привел меня в гримерку, и стал колдовать над чьим-то пиджаком. Остальные парни где-то гуляли. Спустя несколько секунд со фразой «Та-дам!», Тэ стал махать перед моим носом моей же фоткой на полароидной бумаге. —Пресвятые макароны, что тут за мексиканские страсти у вас? Хотела я прожить до счастливой старости в одиночестве, а там уж на пенсии никто и замуж не возьмет, так нет, нашелся умник! — я была в ахуе. — Позволь узнать, Шерлок: КАК ТЫ БЛЯТЬ ЭТО ВЫЯСНИЛ?! —Амм...— тут дверь в гримерку открылась и на пороге появился Хо, вообще не въехавший в происходящее. Наши с Тэ головы почти синхронно повернулись, а Хоби взглядом потребовал объяснений. —Да ухожу я, ухожу. Тэ, расскажешь все потом. —Минут через 15 приходи, — кинул мне вслед Тоха, а Хо так и остался стоять истуканчиком. *** —Лина, нееееееееееет.... —НАЗАД ПУТИ НЕТ!ОНИ САМИ ИЗБРАЛИ ЭТОТ ПУУУУТЬ! —Боже, дай мне сил, —упала я на стол, и закрыла голову руками, стараясь не расхохотаться. Как только начался припев, меня можно было выносить. Лину так хуебесило, что я ухохоталась до того, что слезы залили мне все лицо, и я сидела и всхлипывала, уткнувшись носом в стол. Одним словом, не слушайте, дети "Don't Leave Me" с подругой-капопером... Наконец отсмеявшись, я пошла на поиски Тэ и совершенно случайно увидела ЧонГука и какую-то девушку с ногами от ушей в коридоре. Как хуев конспиратор, я бессовестно следила за ними, расстраиваясь при этом все больше и больше с каждой секундой. О боги, неужели мне нравится этот петушара? Похоже... Бля, ну меня и занесло... Гук резко притянул к себе девушку и начал целовать. Та не сопротивлялась. Я забила хуй на то, что я тут не одна, и, громко топая из-за каблуков и расстройства, выбежала обратно в зал. Совершенно забыв про ТэХёна, я схватила телефон под недоумевающий Линин взгляд, ничего никому не объяснила, послала нахуй всю свою жизнь и выбежала на улицу, пытаясь не разрыдаться. Пока я ехала к отелю, то держалась, но стоило мне переступить порог номера, как я упала на колени и мой вопль раненной касатки слышал весь отель и три прилегающих. ПАТЧЕМУЭТОТХУЕВМИРТАКЖЕСТОК?!! Телефон не прерывал моих рыданий потому, что я вырубила его еще в такси. Теперь мне ничего не мешало вдоволь поплакать и затопить весь Сеул слезками. *** Прошло три часа, а я все еще лежала на полу и хныкала. Мир не внял моим просьбам о немедленной смерти, и я захлебывалась своими же слезами и соплями. Казалось бы, я знакома с этим парнишей около трех недель(не считая времени, пока я была лишь фанючкой) и мне не с чего убиваться, НО... Кое-как взяв себя в руки и икая от пролитых слез, я поднялась, сняла это гребаное платье( вот так и знала, что не надо было его надевать, да вот все Лина со своими наклонностями стилиста) и надела шорты с толстовкой. —ГИТАРУ МНЕ! — слезы все еще булькались внутри, и мне было жизненно необходимо поунывать за сопливыми песенками. Наплевав на мой внешний вид( я и так урод, меня уже ничего не спасет), я поскакала в тот скверик, где часто рисовала. Через некоторое время я уже орала, бренча струнами гитары: —ГОРИ ТВОЕ ФОТО ГОРИ ВСЕ, ЧТО ТЫ МНЕ ДАРИЛ, Я НЕ БУДУ СКУЧАТЬ! ГОРИ ТВОЕ ФОТО, ГОРИ ВСЕ, ЧТО ТЫ МНЕ ДАРИЛ, Я ХОЧУ ЗАКРИЧАААТЬ!!! Исполнив все известные мне унылые песни, я отложила гитару и улеглась на скамейку размышлять. Перспектива оставаться в городе, где меня может найти это гавно, меня совсем не привлекала. В Россию не хотелось абсолютно. Мне хотелось к морю, которое бы хоть немного залечило мои душевные раны. — ДАЛЕКО, ДАЛЕКОООО В ДАЛЬНИЕ-ДАЛЬНИЕ СТРАНЫ ДАЛЕКО, ДАЛЕКОООООО Я УЕДУ ЛЕЧИТЬ СВОИ РАААААНЫ — я улыбнулась и снова заорала: —ВСЕ РЕШЕНО МАМА, Я ГЕЙ ПАПА, Я ГЕЙ! МОЖЕТЕ ПРОСТО ПРОМОЛЧАТЬ, МОЖЕТЕ ЗЛИТЬСЯ ИЛИ БЕСИТЬСЯ НУ А Я ПОШЕЛ ГУЛЯЯЯЯТЬ! -ЕЕЕЕЕЕ, МАМА, РЕШЕНО, Я ЕДУ В ПУСААААН! И ХУЙ МЕНЯ КТО ОСТАНОВИТ!!! Остаток ночи я орала на половину Кореи все мои любимые песенки, начиная от "В мире морском" Себастьяна из «Ариэль» и заканчивая "18 мне уже"...