Существо: Проклятие золотого яблока

      Утро. Сон полностью восстановил мое состояние. Я откинула одеяло и встала с кровати. Нужно приготовить завтрак.       На кухне из съедобного был только хлеб. В последнее время я совсем не слежу за питанием. Взяв нож, я отрезала от буханки хлеба часть, после села за стол и начала есть.       Как только я съела половину, в дверь постучали. Я не спеша стала подниматься со стула, а стук снова повторился — кому-то невтерпеж. Я поспешила и открыла дверь. На пороге, судя по форме, стоял полицейский, которого я раньше не видела. Глаза черного цвета, волосы такого же. На вид молодой, чуть ниже меня. В руках у него была коробка. — Десятая квартира, Тина Розански? — спросил парень. — Да. — Это вам от следователя Остина. Он протянул мне коробку, а я взяла ее в руки. С виду она казалась легче. — А что это? — спросила я. — Яблочный сок. Эрик говорил, что отправит мне сок. А я уже хотела думать после завтрака, как добыть его. — Спасибо. Парень кивнул и ушел. Я опустила коробку на пол, а затем закрыла дверь.       Открыв коробку, я убедилась, что в ней, действительно, упакован сок: четыре склянки с желтой жидкостью. Я внесла коробку на кухню и поставила ее на стол у раковины. Взяв одну склянку и открыв ее, я налила соку в стакан и тут же выпила. Затем я села за стол и доела свой завтрак. — Сегодня нужно исследовать подарок Эрика, — подумала я вслух, смотря на нож, покрытый черной корочкой и лежавший передо мной на столе. Время только девять часов — успею до прихода Эрика. Я взяла со стола нож и прошла в коридор. Нож оставила на полу, обулась и накинула пальто. Затем спрятала его в одежду, взяла ключи и вышла из квартиры. После того, как закрыла квартиру, я спустилась вниз. Оставив на столе ключи я крикнула: — Элин, я ухожу! Ответа не последовало, и я вышла во двор.       Теперь нужно повернуть направо и идти до упора. Я направлялась в полицейский участок. Эрик вряд-ли будет там, поэтому попрошу помощи у Винтерса. Хотя, даже если бы Эрик там находился, я не просила бы его о помощи.       Дождя, на удивление, не было. Поэтому каждый прохожий шел без зонта. Люди шли с улыбкой, видимо, потому что сегодня солнечно. Существа шли с пустым взглядом. На лицах редких зомбаков царила злость. И снова… Этот запах, как тогда в баре. Запах маминой еды. Зомбаки, проходя мимо, открывали рты от удивления и шли еще быстрее, дабы миновать меня как можно быстрее. Я поняла. Запах шел от них. Хлеб не утолил мой голод.       Я. Хочу. Сожрать. Зомбака… Да. Я остановилась и смотрела вслед тому зомбаку. Он уходил… Еда уходила от меня! Я попятилась за ним. Рот непроизвольно раскрылся.       А? Кажется, все. Это закончилось… То чувство. Что я хотела? Мне нужно в другую сторону. Я повернулась и продолжала идти. Хорошо, что никому до меня дела нет. Меня никто не тревожил, а я спокойно шла к полицейскому участку.       Наконец, я зашла в здание. Внутри как всегда беспокойно. Я даже соскучилась по атмосфере полицейского участка. Никто не обращал внимание. Я знала, куда мне идти и кто не откажет в помощи.       Я постучала в дверь кабинета капитана Винтерса. Оттуда послышался знакомый старческий голос: — Входите. Я вошла в кабинет. Винтерс сидел за своим столом. Обстановка кабинета не изменилась с последнего моего визита. — Визер? — удивился Винтерс. — Это визер Розански, — начала я, — мне нужна помощь экспертизы. — Да? Ну тогда… садись, напишешь заявление, — сказал Винтерс, доставая из ящика белый лист. — Нет, прошу, мне только результаты экспертизы, — настаивала я. Старый полицейский вздохнул и отправил лист обратно в ящик. — Значится так… — протянул он. Я достала из пальто нож. — Изучите, пожалуйста, покрытие на лезвии ножа, — просила я. — Подойди-ка поближе, — сказал Винтерс, упираясь руками в стол и наклоняясь вперед, чтобы разглядеть вещицу. Я подошла и протянула руку полицейскому. Тот взял нож из рук и стал разглядывать. — Это же оружие Спасителя. — Да. Но мне нужно знать, что это на лезвии. Винтерс прищурился и выдал: — Похоже на свернувшуюся кровь. Ты хочешь узнать, чья она? — Я хочу знать все, — ответила я, наклонившись и упершись в стол капитана. — Ладно. Приходи за результатом завтра в это же время. — Спасибо, капитан. Винтерс лишь кивнул. Я повернулась и вышла из кабинета.       У двери меня встретил Эрик: — Тина? Что ты тут делаешь? — Мне нужно было… — Я же сказал, что ты можешь не приходить в полицейский участок, — перебил меня Эрик. — Да… — И то, — продолжал Эрик, — что тебе нужен отдых перед тем, как я изложу ход расследования. — Но я тоже участвую в этом. — Да, но пойми же. Ты, — направил Эрик на меня свой указательный палец, — не следователь. И в твои обязанности не входит самостоятельное изучение дела. Ты делаешь то, что скажу, а я ввожу тебя в курс дела. В груди кольнуло. Я иначе стала себя чувствовать. — Подожди меня здесь, — сказал Эрик и ушел в кабинет Винтерса.       Я стояла около двери и смотрела в нее, не отводя глаза. Через несколько минут Эрик вышел и сообщил, вздохнув: — Идем к тебе. — Хорошо. Мы вышли из полицейского участка и направились к моему дому. Всю дорогу Эрик смотрел на лужи и совсем не улыбался. Перед тем, как зайти к Винтерсу, он сорвался на мне. Что с ним произошло? И вообще может ли хладнокровный следователь вести себя так? — Тина, — проговорил он. — Да? — Помнишь… я говорил, что существа не могут совершать преступления умышленно? К чему он клонит? — Помню. — Я противоречу самому себе, — пояснил он. — Что это значит? — Я хотел верить, что Спаситель действует один и без людской помощи. Но все указывает на обратное: опыт работы, король под подозрением. Меня разрывает на две части. — Думаю, — отвечала я, — вам нужно вести расследование, основываясь на опыте и подозрениях. — У тебя все так просто, — говорил Эрик, — ты не чувствуешь, а думаешь. Я давно понял, что ничем не отличаюсь от людей… А я так хотел бы быть абсолютно бесчувственным, как ты, Тина. Эрик задрал голову к небу и смотрел ввысь сквозь капли дождя, испортившие этот солнечный день, но не останавливался и продолжал идти рядом. — А вообще, — Эрик выпрямил шею и наполнился энтузиазмом, — в этом деле возможно все. Король скрывает много секретов. — Да… Мне стало хуже от первых слов Эрика. Будто я была голодна, но как-то по-другому: живот опустел и сжимался. Может я, действительно, просто голодна? — Капитан, — обратилась я к Эрику. — Что? — Могу я попросить вас снабжать меня питанием? — Тина, ты борзеешь… — проговорил он, скривив рот и посмотрев на меня гордым взглядом.       После этого никто из нас не говорил. Наконец, показался мой дом. Мы зашли с главного входа. Внутри было душно. Эрик заметил: — Ключи чьи-то. На столе лежали знакомые ключи. Они лежали точно как те, которые я положила утром. — Это мои. — А где управляющая? Элин? — Скорее всего в запое. — Часто так? — Нет, капитан. Эрик хмыкнул и продолжил спрашивать: — Их могли украсть? — Могли, мой сосед, — отвечала я, — часто так подшучивал над жильцами, когда я была маленькой. — В такое время же обычно кто-то есть в доме? — Да. После этого вопроса я стала понимать, что что-то не так. Я уже двинулась к лестнице, как Эрик остановил меня: — Нам нужно проверить комнату управляющей. Я молча кивнула. Эрик медленно и тихо подошел к двери за столом. Он приложил ладонь к ручке и потянул на себя дверь — она чуть приоткрылась. После Эрик остановился и достал из жилета револьвер. Двумя пальцами левой руки, указательным и средним, он показал на свои глаза. Я поняла, что он хочет от меня. Окружение вокруг стало серым, я видела лишь ауру Эрика. Затем повернула голову в сторону комнаты и смотрела сквозь стену. Ничего не бросалось в глаза, кроме красных пятен на полу. Зрение прояснилось, и я отрицательно покрутила головой, дав Эрику знак. Тот распахнул дверь и направил револьвер в комнату. Я подошла к Эрику и все увидела ясным зрением: на спине лежала Элин со следами крови около рта и на форме в области живота; ее бледное лицо олицетворяло счастье, глаза были открыты; вещи, тем не менее, не были в беспорядке, как при убийстве моих родителей… Это был не Спаситель. — Это Элин? — спросил Эрик, входя в комнату, убрав предварительно пистолет. — Да. Я зашла следом и смотрела на лицо Элин. Эрик сел на корточки около нее и спросил: — Ты выяснила, когда наступила смерть? — Смерть наступила в вечернее время вчерашнего дня. Примерно в восемь. — Ты была в доме вчера вечером? — продолжил Эрик, смотря на меня снизу вверх. — Да. Я была в своей квартире, но ничего не слышала. Эрик бросил взгляд обратно на Элин и стал водить бархатной перчаткой по ее шее. Затем его рука ушла к груди. Он несколько раз провел по ней рукой: слева направо и справа налево. После Эрик завел руку под одежду и стал что-то нащупывать. — Капитан?.. — возмутилась я. — Тина, я кое-что нашел. Эрик достал оттуда сложенную бумагу, а затем развернул и стал зачитывать: — Тэ Эр. Эксперимент номер девяносто восемь. Капсула сто три. Эрик недоуменно посмотрел на меня, затем сложил бумагу, поднялся и положил ее в карман. — Жертва погибла от ножевого ранения, — начал он, — область раны и отсутствие орудия убийства не указывает на работу Спасителя. Я наведу справки на Элин. Тина, — обратился ко мне Эрик, — проверь, есть ли в доме еще кто-то. — Хорошо. Правым глазом мне ничего не удалось заметить. Вокруг ни одного желтого следа, кроме ауры Эрика. Зрение прояснилось. — Никого в доме нет, капитан. — Кажется, — предполагал Эрик, — жильцы покинули дом в страхе за свою жизнь. Кто-то заметил труп и рассказал обо всем соседям. Те решили даже не звонить в полицию и уехали сразу. Самые смелые прошли в комнату и повесили ключи от своих квартир, — он указал на витрину с ключами. — Из-за Элин многие не получали сок вовремя. Ясно, почему никто не пожалел ее и даже звонить в полицию не стал. — С этим ясно. Но кто и за что убил ее? Это может быть любой из жильцов, — Эрик приложил правую кисть к подбородку, — каждый имел мотив. Может быть они даже сговорились и убили ее, но если так, то вопрос в том, почему не раньше. Но есть одна деталь, которая не дает мне покоя… — Какая? — Записка, — Эрик вновь достал бумагу и развернул, — Тэ точка Эр точка — похоже на инициалы. Первый человек, который приходит мне в голову — Тина Розански, то есть ты. Далее идет номер эксперимента — никто ими не занимается кроме королевских ученых. Это связывает убийство Элин с нашим делом. Эрик пробежал несколько раз глазами по бумаге и спросил: — Каков номер эксперимента над созданием визера, Тина? — Я прошла девяносто девятый эксперимент. — Точно. Но здесь написано «98». В твоем досье об этом ни слова. Ты что-то скрываешь? Я стала рыться в своей памяти. Но ничего, что могло быть связано с числом 98 не нашлось. Я призналась: — Нет, капитан. Досье не содержит лживых данных. — Тем не менее, — возражал Эрик, — ты связана с королевскими учеными как никто другой. Ты вполне можешь быть их агентом и ты вполне можешь убить меня, ибо я докопался до правды. — Я ничего об этом не знаю, — сказала я спокойно. Эрик с ухмылкой отвернулся от меня, а затем повернулся снова, изображая радость. — Ты совершенно права, Тина. Существ легко прочесть. Разумеется, я не стану тебя подозревать, ведь Тэ Эр может оказаться совсем другим человеком.       Эрик двинулся к столу и стал рыться в ящике. Он достал оттуда исписанный лист и заявил: — Это список жильцов. Я подошла к Эрику и вместе с ним читала имена. — Кроме меня здесь нет Тэ Эр, — сказала я. — Это все довольно странно. Еще странно, что эта записка находилась в неестественном месте хранения — Элин прятала ее от посторонних.       Эрик резко повернул голову в сторону двери и сказал: — Здесь небезопасно. Тебе нужно сменить место жительства. — Но где мне жить? — Я могу снять для тебя номер в отеле, в котором я остановился. Будем соседями. Лучше всего будет уйти сразу, не заходя в твою квартиру. — Но… Нет… Там важная вещь. — Тина, что важнее, жизнь или вещь? Я не успела ответить, как Эрик выдал: — Ты не сможешь ответить… Но я скажу тебе так. В расследовании еще пригодятся твои способности. Тем более, ты теперь непосредственно замешана в деле, мисс Тэ Эр.