Родственные связи

Эти 7 дней длились бесконечно долго. Каждое утро она судорожно проверяла звонки, сообщения и все социальные сети в надежде увидеть хотя бы весточку от него. Душа мучалась в сомнениях, терзаясь кучей вопросов, прыгающих у неё в голове. «Что делать дальше?». Со смерти папы прошёл месяц и весь этот месяц Хазан была окружена любовью и заботой Ягыза, который всячески пытался отвлечь свою девочку от той атмосферы, в которой находились люди, потерявшие близкого человека. И сейчас, спустя этот месяц, Хазан поняла, что осталась совершенно одна. Не было папы, который никогда не оставлял ее, не было и Ягыза, который обещал, что будет рядом вечно, но все-таки не сдержал обещание. Амине приезжала почти каждый день, привозя пакеты еды, в страхе, что Хазан, и без того стройная девушка, ещё сильнее похудеет. Новостей из особняка не было, кроме того, что Ягыз почти не появляется дома, проводя все время на работе, а если и появляется то только поздней ночью. По словам экономки, обстановка в доме накалённая, и даже попахивает бракоразводным процессом, который, по её мнению, любыми способами Фарах будет тормозить. -А я говорила ему, - громко протянула Амине, раскладывая очередной обед для Хазан, - говорила «Сынок, если спустя столько лет нет детей, то брак - это просто каторга!» но ты ведь знаешь Ягыза, он человек слова. -Человек слова? Ты думаешь, он не разведётся с Фарах, если не любит ее? - Фыркнула Хазан, пытаясь изобразить абсолютное безразличие к личной жизни брата. -Хазан, то, что Ягыз не влюблён в свою жену - очевидно. Но! Любовь не главное в браке, это разные вещи, - пожав плечами, ответила Амине. -Как это не главное? Он ведь не любит ее! - Воскликнула девушка, но в ту же секунду осеклась. -Он уважает ее, доверяет ей, госпожа Фарах очень близкий ему человек, им комфортно жить вместе. А если все-таки она родит вашей семье наследника, то я уверенна, это будет один из самых крепких союзов. -Если Фарах родит ребёнка, Ягыз никогда не оставит ее, - прошептала Хазан. -Никогда не оставит, это точно, - усмехнулась экономка, - наш Ягыз очень благородный человек. Слова Амине впечатались в ее память, встав на первое место в рейтинге мучающих ее тем. И как только Хазан старалась не думать о будущем ребёнке Ягыза, который в ее воображении уже родился и счастливо живет со своими родителями , называя Хазан своей любимой тетей, то слезы выступали из глаз, ну или любой предмет, попадающийся ей под руку, летел в стенку, сопровождаясь яростным криком. И только после этого разговора, Хазан начала отчетливо прояснять в своей голове, все то, что происходило в ее жизни этот месяц. Анализируя каждую фразу, сказанную Ягызом тем вечером, она пришла к одному беспощадному выводу, признавать который было невыносимо тяжело - Хазан в шаге от того, что бы потерять Ягыза и в этот раз навсегда, в этот раз потерять его как мужчину. Мужчину, которого она любит. Да, ей интересна любовь, ей интересно это чувство, о котором пишут книги, снимают фильмы и поют песни. Да, это она не отрицала. Но слова Ягыза, что он не тот мужчина, были неправдой. Абсолютной неправдой. Она влюбилась в Ягыза, влюбилась так сильно, что ночи, которые они проводили не вместе, разбивали ее на сотни мелких осколков, заменяя этого мужчину рядом на сны, в которых они проживали эту Любовь. Хазан пропустила всю боль от ревности через себя, прочувствовав каждой клеточкой невыносимое ощущение жжения в груди и покалывания внизу живота. И ее истерики, выпадки эгоизма, фразы, сказанные на эмоциях были лишь защитой себя от повтора этого беспощадного, болезненного чувства. Спустя ещё три дня, Хазан все-таки вышла из дома, и с одноклассниками, которых не видела больше месяца, она направилась в кафе, расположенное на побережье, где они частенько бывали во время школы. За увлекательным разговором с друзьями, вспоминая веселые моменты, проведённые вместе, Хазан отвлекалась и даже боль, разрывающая ее изнутри, начала затупляться. -Не верится, ещё год и новая жизнь, - сказала светловолосая Айлин, сопровождая реплику тяжёлым вздохом. -Какая новая жизнь? Половина остаётся в Стамбуле, - усмехнулся Бурак, - и только несколько человек летит в Америку. -Я остаюсь здесь, - отмахнулась Хазан. -Я думал, ты поедешь с нами, - недоумевая, спросил парень, - разве нет? Не успев ответить на вопрос друга, она заметила его странный взгляд на улицу, через окно, находящееся у неё за спиной. -Это не твой брат, Хазан? Обернувшись, ее взгляд упал на пару стоящую у машины, на той стороне улицы. Фарах и Ягыз о чем-то увлечённо беседовали, не отрывая друг от друга взгляд. -Мой брат, - тихо сказала Хазан. -Не пойдёшь здороваться? -Нет, мы..-Растерялась она, - виделись уже сегодня. Боль, которая на некоторое время отступила, возродилась с новой силой, прорезая дыры изнутри, и ее уже было невозможно заглушить. Выступившие слезы, медленно скатились по светлой коже, оставляя тонкую, мокрую дорожку. Фарах попрощалась с Ягызом, нежно прикоснувшись губами к его щеке и зашла в здание, напротив которого стояла машина. Постояв ещё несколько минут, мужчина в чёрном костюме, сел в серый внедорожник и скрылся. ——————————————————— -Что с поставками? - Вопрос Хазыма поставил Ягыза в ступор. -Мы именно сейчас должны говорить об этом? -Что тебя стесняет? - Мужчина в сером костюме присел на большое кресло. -Для этого есть рабочее время, можешь позвонить и узнать, - фыркнул Ягыз. -Мы столько лет работаем, а ты все ещё не можешь привыкнуть к своей деятельности? Я веду переговоры сейчас, может быть будет крупный заказ. -Я не буду браться, можешь поручить это Синану, тем более он тесно контактирует с Колумбией. -А у тебя хорошие связи с Италией, будем работать по привычной схеме, Ягыз. -В Колумбии товар намного качественнее. Ты же знаешь, итальянцы добавляют лактозу. -Когда тебя это смущало? - Вскинув брови, спросил Хазым, - турки не знают чистой смеси, им хоть только лактозу подавай, будут безмерно рады. -Я не буду браться за новый заказ, Отец, - спокойно проговорил Ягыз, потирая глаза. -Ягыз! -Я не буду браться за новый заказ, ещё раз повторяю! С меня хватит этого дела, - процедил он сквозь зубы. -Что изменилось, сынок? Ты больше трёх лет стоишь за огромным производством. Ягыз, тяжело вздыхая, поднялся на ноги, и подойдя к креслу отца, пригрозив пальцем, твёрдо прохрипел: -Если Хазан узнает, я сделаю все, что бы закрыть твой бизнес. -Откуда она узнает? Даже твоя жена за столько лет ничего не поняла. -Моя жена и Хазан разные люди, если ты не заметил. -Не веди себя как Эмир! Это дело которым Эгемены занимаются на протяжении двадцати лет! Ты не можешь оставить все на пол пути! -Я с каждым годом все больше и больше понимаю дядю, - вздохнув, сказал он. -Если бы не Фазилет, он бы никогда не оставил бизнес. -Отец, это не может продолжаться вечно, ты же все понимаешь. -Это и не будет продолжаться вечно, но... Реплику Хазыма прервал тихий стук в дверь. -Господин Хазым, приехала госпожа Хазан, - раздался голос Амине, по ту сторону. -Хазан пришла? - С удивлением спросил Ягыз. -Я ее позвал на ужин, девочка совсем одна, - отмахнулся он. Кинув неодобрительный взгляд на отца, Ягыз вышел из кабинета, оставив Хазыма в расстроенных чувствах, вызванных непонятным для него поведением старшего сына, который был его единственной опорой. Младший сын Синан жил в Испании и работал над их компанией там, если это можно было назвать работой. Он был более легкомысленным чем Ягыз, считая, что деньги заработанные отцом и братом, хватят на обеспечение всей его беззаботной жизни. И если несколько лет назад один Хазым был во главе масштабного сотрудничества с другими странами, то три года назад, Ягыз улетев в Италию по необъяснимым для отца причинам, и будучи успешным юристом, любящим свою работу, взялся за ненавистное для него дело там, тем самым вызвав у Хазыма неимоверное удивление, сопровожденное радостью. По словам Ягыза это было вызвано тем, что три года назад произошло сильное эмоциональное расстройство, и на его фоне, он сменил род деятельности на более нелегальный и очень опасный. —————————————————— -Как ты? - Ласково поинтересовалась девушка у Амине, чмокая ее в упругую щеку. -Я то хорошо, а ты? Выглядишь неважно. -Спасибо, твои комплименты как всегда на высоте, - усмехнулась Хазан. -Ты хорошо выглядишь, - раздался родной голос за спиной, будто электрическим током, пронзав ее тело. Не видеть этого мужчину больше недели было пыткой, а сейчас он стоит позади неё и повернуться к нему лицом, посмотреть в его глаза, было хуже, чем пытка. Это сложно. Невероятно сложно. -Спасибо, - буркнула себе под нос Хазан, не смотря на него. -Ты в порядке? - спросил он, подходя ближе. -Я в порядке, спасибо, - кинув на Ягыза мимолетный взгляд, - думаю и у тебя все хорошо. -Да, спасибо, - спокойно ответил он, сделав что-то наподобие улыбки. По итогу войны с самой собой, Хазан все же повернулась к лицом и посмотрела на него тем взглядом, которого он так сильно боялся и который так сильно любил. Широко распахнутые карие глаза, обрамлённые чёрными, как уголь, ресницами, и наполненные сожалением и беспощадной грустью. -Я рада, - дёрнув уголком рта, сказала она. -Прости, что не приезжал, - сухо процедил Ягыз, - много работы. Хазан молча кивнула, сжав пухлые губы в тонкую ниточку и опустив глаза. -Понимаю. Семейный ужин проходил в обстановке, пропитанной напряжением и недопониманием. Хоть какими-то словами перекидывались только Хазым с племянницей, общаясь в основном на тему дальнейшей учебы Хазан и ее места жительства после совершеннолетия. На вопрос, продаст ли она загородный особняк отца и купит маленькую квартиру в центре, или же останется жить у себя дома, Хазан ответила, что пока не знает, но хотела бы остаться жить там где провела самые счастливые годы рядом с отцом. Получив одобрительный кивок от Ягыза, ее губы невольно дернулись в улыбке, но в одну секунду, лицо приобрело прежний серьезный вид. -Где ты хочешь учиться? - спросил Хазым, слегка улыбнувшись. -Еще не решила. На самом деле, Хазан все уже давно решила, но сказать об этом здесь было бы, по её мнению, неправильно. Единственная причина оставаться в Турции был Ягыз, но сейчас, глядя на их отношения, это решение выглядело неимоверно глупым. -Студенческие годы- лучшие годы в жизни, - мечтательно прикрыв глаза, пролепетала Фарах, - да, милый? Ее пальцы скользнули по крепкой ладони Ягыза. Горячая жидкость начала разливаться внутри Хазан и крепко сжав вилку мокрыми пальцами, она отвела взгляд. -Может быть и ты встретишь свою любовь, когда будешь учиться, - улыбнувшись, протянула она. А сейчас жидкость разлилась у Ягыза, заставив его поперхнуться и громко закашлять. -Одноклассники зовут в Америку, - выпалила Хазан и осеклась, поняв, что для провокаций не время и не место, - но.. -Какие одноклассники? - Не выдержав спросил Ягыз, сопровождая вопрос грозным взглядом темно-синего отлива из под бровей. -Ну..- запнулась она, - мои одноклассники. Дикая злость, выплескивающаяся изнутри, смешанная с животной ревностью, заполнила его разум. Тихо сглотнув, он медленно поднял глаза на неё, сидящую напротив. Испуганный и виноватый взгляд, который знал только он, дрожащие руки, еле держат вилку, и губы. Мягкие, бордовые, с ранками от частых укусов то сжимались в тонкую нить, то расслаблялись и становились снова пухлыми, сводили его с ума. Невероятная тоска, накопившаяся за эту неделю, вырвалась тяжёлым вздохом. -Устал? - Прошептала Фарах, обращаясь к Ягызу. Тот молча кивнул. Заметив, как испортилось настроение Ягыза, Хазым попросил позволения, что бы поехать домой и получив положительный ответ, быстро удалился. Поймав уставший взгляд Ягыза, Хазан так же попрощалась и с горечью в сердце последовала за Хазымом, оставляя Ягыза с Фарах за столом одних. -Я сколько раз говорил тебе не называть меня «милый»? - фыркнул Ягыз. -Я не думала, что это тебя так расстроит, - тихо ответила Фарах. -Не тебе и не мне не нужно делать иллюзию счастливой семьи, все прекрасно понимают какой у нас брак, - прошипел он, отодвигая стул. -Ягыз.. -Я буду ночевать в офисе. Касаясь пальцами шероховатых страничек тонкого сборника стихов, в его голове всплывал один и тот же образ. Тёмные волосы, мягкими локонами расположенные на груди, постоянно покусанные губы, уставшие глаза, тонкие пальцы с длинными ногтями и нежная,бархатистая кожа. Перелистнув очередную страничку на глаза попалась строчка маленькими чёрными буквами, на секунду выбившая Хазан из головы. «Если мы все разрушим, что будет потом?» Подняв глаза на светлый потолок, в котором отражался весь кабинет, Ягыз зажмурил глаза, пальцами разглаживая брови. -Что будет с нами..- прошептал он. Уставившись в стих, расположенный на одной из страниц, вслух зачитал: «Чувства были такими, что стали историей Кто был прав, кто не прав, вспоминаю с трудом. Где-то там, в сентябре, Ангел с Дьяволом спорили. Если мы все разрушим, что будет потом?» Его грудную клетку сдавили, не позволяя дышать. Тяжелым грузом на его плечах лежало все то, что не позволяло полноправно касаться этой девочки, образ которой как гвоздями был вбит в его голову. Вдохнув ещё больше воздуха, Ягыз продолжил: ⠀ «Заметёт в ноябре, и скуёт душу холодом. Даже Дьяволу жаль, но такой уговор. С первых дней, до конца, мы делили всё поровну. И в конце, на двоих, дали нам приговор. Никого не любить, и искать её теплую. В ледяных простынях, чтоб уснуть побыстрей. Никогда не звонить, даже если по-доброму. Понимая, что можешь ты сделать больней. Чувства были такими, как будто наркотики. Лошадиная доза, а прошло пару лет. Дьявол крутит назад, будто кадры на фотике. И находит мой первый неловкий "привет".» Произнеся последнее слово, он крепко зажмурил глаза, пытаясь забыть все эти строчки, написанные будто под их историю, где чувства такие, будто... Что -то сильное. Сильнейшее, захлестывающее с головой, ради которого однозначно стоит жить. “Эта любовь ломает меня. Все то, что я вырабатывал годами, тот характер, который формировался всю мою жизнь, принципы, которых я придерживался, все ломает эта любовь. Я забываю кто я, забываю кто она, где мы находимся и кем являемся. И мне страшно. Я взрослый мужчина и мне,правда, страшно. Мне страшно, что делает со мной эта девушка, страшно, что делаю с собой я. Готовность отказаться от всего, что на данный момент имею ради чего? Или ради кого? Ради нее. Ради этих глаз, ради этих губ, ради этого голоса, заставляющего трепетать все то, что давно уже существует в заставшем состоянии. Отказаться? Отказаться от семьи, отказаться от карьеры, от всего, что меня окружало все эти годы ради неё? Бесконечно любить создание, которое тебя разрушает? Бесконечно ДА.» -Скучаю по тебе, принцесса, - выдохнул Ягыз, закрывая лицо крепкими руками. -Я тоже, - раздался тихий голос . Он поднимает глаза и видит ее в дверях, будто мираж. -Ты? Недоумевающий взгляд. -Ты что тут делаешь? -Я пришла к тебе, - почти плача, говорит она. -Хазан, ты..- Ягыз встаёт с кресла, и подойдя ближе к ней, касается хрупкого плеча, - настоящая.. -Ягыз.. Вернувшись домой после ужина в доме Ягыза, Хазан не могла найти себе места. Из угла в угол, она металась, изнемогая от ревности и тоски по этому мужчине. В памяти всплывали касания Фарах, и них живота жгло так сильно, будто приложили раскалённый камень. Позвонив Амине, Хазан узнала, что Ягыз уехал ночевать в офис и не в силах больше ждать и не соглашаясь мириться с этой ситуацией, она вызвала такси. -Ты не должна приходить. -Потому что я не люблю тебя, по твоему мнению? -Хазан.. -Ягыз, я умирала эту неделю.. Их голоса были умиротворенными, обессиленными. -Хазан! -Что Хазан? Ты постоянно говоришь о том, что думаешь ты. Чувствуешь ты. А я? Я ведь тоже чувствую, мне тоже больно, - ткнув себя в грудь, прошептала она, дрожащими губами. -Это не любовь, это болезнь. По итогу она убьёт нас обоих. Ягыз прикрыл лицо руками, тяжело дыша. -Ты стоишь того, - выдохнула она с улыбкой. Он усмехнулся в ответ, открывая окно и вдыхая в себя поток свежего воздуха. -Я вызову тебе машину. Хазан на носочках подошла к нему сзади, медленно прикоснувшись к крепкой спине, обтянутой в плотную рубашку. -Я не уйду. -Уйдёшь, - процедил он, убирая ее руки. -Ты, правда, этого хочешь? - Спросила Хазан, нахмурив брови. -Так будет лучше. -Как всегда, Ягыз! Твоя коронная фраза « так будет лучше»! - Передразнила его Хазан, - для кого лучше? -Для тебя, для меня, для нас, - отчеканил он. -Все-таки «мы» есть? - улыбнулась она. Несколько секунд серьезного взгляда Ягыза и он расплывается в улыбке, не в силах сдерживать себя. -Хазан, ты цепляешься за слова. -Кто-то говорил, что «нас» быть не может. -Не может, - тихо повторяет он, - все, тебе нужно домой. -Меня там никто не ждёт, - шепчет Хазан, отводя взгляд, - я.. -Ты не одинока, - прерывает Ягыз. -Мне так не кажется. Он поджимает губы и прячет глаза. Руки бесшумно комкают бумагу, лежащую на столе. Нервный тик отражается в дрожании ног, постукивающих каблуках ботинков. -Иди ко мне. Она прижимается к нему всем телом, вдыхая терпкий аромат шеи. Вот этот момент. Вся тоска, накопившаяся за эту вечную неделю, выплёскивается через слезы, выступившие на ее глазах. Прижимаясь к нему ещё сильнее, Хазан руками обхватывает широкие плечи. -У тебя есть я, - шепчет он, уткнувшись ей в волосы, - даже если убьешь все, что есть во мне. Она смотрит на него заплаканными, широко распахнутыми глазами. Глазами, полными благодарности. Ягыз слегка целует ее в уголок рта, прижимаясь кончиком носа и вдыхая аромат тёплой кожи. -Я люблю тебя, - всхлипывая, выдыхает Хазан, отвечая на поцелуй. Охватывая податливые губы, он берет в крепкие ладони аккуратный подбородок, большим пальцем трепетно смахивая слезинку. Облизывая нижнюю губу, его язык смело проникает глубже, от чего Хазан сильнее обвивает руками его шею, поднимаясь на носочки. Ее юбка непроизвольно задирается, и это не ускользает от внимания Ягыза,. Горячие, требовательные руки разворачивают ее, обвивая талию сзади и крепко хватая тонкую шею. Стягивая мягкую ткань ее блузы, он обнажил одно плечо, к которому сразу же прильнул губами. Сильно, вкусно, тоскующе его губы протаптывали дорожку выше к шее, пальцами проникаясь в густые волосы и сжав локоны в кулак, он оттянул их назад, заставив Хазан выгнуться, оперевшись руками об спинку стула. Широкая ладонь скользнула по бедру, медленно поднимая юбку, пробегая подушечками пальцев по упругой ягодице. Дуэт указательного и среднего пальца слегка прошлись по промежности через ткань нижнего белья, от чего Хазан вздрогнула, но сильные руки Ягыза крепко держали ее за плечо. Второй раз пальцы надавили сильнее, и круговым движением оттянули ткань, вызвав глухой стон с изящных губ. -Ягыз..- прошептала она, будто в трансе. -Тихо, - прохрипел мужчина, утыкаясь в ее волосы. Стянув полностью белье до колен, его теплая ладонь хозяйски накрыла собой промежность. -Ягыз..- выгибаясь, выдохнула Хазан. Проникая глубже средним пальцем, Ягыз крепче сжал ее талию, вызвав волну сладкой эйфории, захлестнувшей ее с головой. -Боже мой... Учащенно двигаясь внутри неё, пылающие губы блаженно блуждали по шее, оставляя маленькие засосы. -Ягыз, я сейчас....