Запрещенный свиток

      Когда Ран открыла глаза, то увидела перед собой белый потолок. Все тело нещадно ломило. Она до сих пор отходила от действия гендзюцу, и в голове звучала последняя фраза, которую Итачи сказал в самом конце: "Скоро я умру, и Саске станет единственным, кто сможет активировать его. Поэтому не отходи от него ни на шаг." Приподняв голову и оглядевшись по сторонам, девушка поняла, что находится в гостинице. Слова начали исчезать в ее сознании, оставляя только пустоту. В номере никого не было…       Ран поднялась с кровати и выглянула в окно. Ночь только-только начинала вступать в свои законные права, последние лучи солнца скрывались на горизонте, погружая незнакомое селение во тьму.       Девушка бросилась к двери, не желая верить то, что Саске вот так просто оставил ее одну, но не успела она повернуть ручку, как услышала знакомый голос позади… — Далеко собралась?       Рука ее замерла на пол пути. Облегченный выдох сорвался с ее губ незаметно для неожиданного гостя. Ведь, если бы ее худшие опасения оказались верными, ей бы заново пришлось искать Саске, выяснять с ним отношения и снова пытаться втереться к нему в доверие, ведь кто знает, что он подумал, увидев ее и Итачи вместе в той ужасной камере…       Девушка взяла себя в руки и повернулась к собеседнику. Саске стоял около окна, облокотившись о подоконник таким образом, что последние лучи солнца, выглядывая из-за его спины, показывали девушке только его черный силуэт. — Я думала, вы оставили меня, — заговорила первая Ран. — Хэби не бросает своих людей, — Саске оттолкнулся от своего места и сделал несколько шагов по направлению к ней. — Что с тобой произошло? — тусклый свет осветил его лицо, и только сейчас девушка заметила, что его лоб был перевязан белоснежной марлей. — Как ты оказалась в том месте? — не обратил он внимание на ее беспокойство и сразу перешел к делу. — Я… — на самом деле Ран даже не успела придумать ответы на все вопросы, которые обязаны были посыпаться на нее после того происшествия. Она решила выиграть себе еще немного времени. — Сколько времени прошло с того момента, как мы разделились?       Казалось, его удивил ее вопрос. — Ты отсутствовала два дня, — после некоторого молчания произнес брюнет, — И еще тринадцать часов была без сознания после встречи с Итачи.       После того, как он это произнес, девушка непроизвольно посмотрела на свои руки. Обе кисти были перевязаны бинтами. И Ран ужаснулась тому, что оказывается провела в заточении целых два дня. При этом воспоминании она почувствовала, словно ее руки снова сковали железные браслеты. — Я не намерен повторять свой вопрос. — Саске прервал ее поток мыслей, и Ран снова подняла на него взгляд.       Ничего не случится, если она скажет ему правду, верно? Это ничего ему не даст. — Моя мать была проституткой. — резко ответила она, — А также заядлым игроком в карты. Причем очень никудышным. Она успела задолжать огромную сумму денег у одного богатого человека, и его люди начали на нее охоту. Но в то время, как она сбегала от них из одной деревни в другую… — девушка сделала паузу, мысленно прося прощения у Итачи, — Она узнала о твоем брате тайную информацию, именно из-за этого на нее начали охотиться не только ее давние враги, а также и твой брат. В той самой деревне Харука, которую мы посещали, в том самом доме она была убита Итачи. Я видела ее смерть. Но убивать меня он не стал… Враги моей матери не знали о ее смерти. И сейчас, когда я снова посетила ту деревню, они посчитали, что я - это и есть моя мама, и похитили меня, желая, чтобы я оплатила долг.       Ран вспомнила о том, как задушила того самого человека… Из того, что он говорил, ей стало понятно, что Мия договорилась с ним о том, что он оплатит ее долг тому человеку взамен на ее полное подчинение. Но по-видимому, у них что-то пошло не по плану, и он хотел сделать вид, что убил ее, чтобы ее больше никто не преследовал, но явно переоценил силу, с которой вонзил нож ей в сердце и таким образом… — Я убила его… — она снова заглянула в глаза напротив стоящего человека и увидела в нем… понимание? — Я не заметила, как появился Итачи, я не знала, чего он хочет, я его даже не почувствовала, — это была единственная правда в ее словах. — Хорошо, что ты появился вовремя, иначе я тоже была бы уже мертва. — Но он же не убил тебя тогда… — заговорил Саске, — С чего ты взяла, что он убьет тебя сейчас? — Потому что я думаю, что он знает о моей цели. Знает, что я не просто так присоединилась к тебе. И учитывая то, что он убил мою мать, вполне логично, что я решу отомстить ему за ее смерть. — Ран замолчала буквально на мгновение, — Это несправедливо… — продолжила она, — Моя мать не виновата в том, что узнала о нем. Она простилась с жизнью по его вине, и я никогда его не прощу! — Какую же информацию она узнала? — Саске внимательно ловил каждое ее слово. — Я не знаю. — пожала плечами Ран, — Но видимо, это было что-то очень важное, раз за это он убил ее.       В комнате снова воцарилось молчание. Черные глаза встретились с фиолетовыми, и на секунду девушке показалось, что между ними сверкнула молния, которая прошла через все ее тело и утонула внизу живота. Ран никогда не чувствовала такое молчаливое понимание с кем бы то ни было. Она знала, что он верит ей… и это угнетало ее. Ей захотелось рассказать ему все, что она знала о его брате, но понимала, что если откроет рот, то ей никогда уже не достичь своей собственной цели. Цели, к которой она шла всю свою жизнь, и которая была так близко, стоит только протянуть руку. — Я очень редко кому-то это говорю, — тихо продолжила она, — Спасибо тебе за то, что пришел вовремя. Мне никто никогда не приходил на помощь…       Вся эта ситуация напоминала Ран о том, словно она сейчас пытается приручить дикого зверя, который никогда не знал нежности и ласки. Именно поэтому она знала, что одно неправильное слово или движение тут же спугнет его, и он снова скроется в диком и опасном лесу, таком же, как и он сам.       Поэтому не делая резких движений, она очень плавно подняла свою руку и потянулась к его лицу. Ран не прерывала зрительного контакта. Она кончиками пальцев невесомо и очень мягко дотронулась до его повязки на виске, но как только ее ладонь полностью коснулась его лица, как он тут же схватил ее за руку и резко отстранил от себя. — Не за что, — жестко отрезал он и перед тем, как стремительно покинуть комнату добавил, — Выдвигаемся на рассвете.

***

      Весь следующий путь они провели в дороге, и только под вечер команда Хэби остановилась в очередной гостинице. Пар от горячих источников опутывал дымкой те несколько домов, которые составляли это маленькое селение. Понежившись в горячей воде Карин и Ран отправились в комнату, которую они, к сожалению, делили на двоих. Вскоре Карин покинула комнату, оставляя Ран наедине с самой собой, что несказанно порадовало девушку, и она смогла хоть на какое-то время по-настоящему расслабиться, не находясь под прицелом малиновых глаз. Но она не долго провела в этом состоянии… Вскоре тишину комнаты нарушил стук в дверь. — Суйгецу? — удивилась Ран его приходу, — Что-то случилось?       Девушка посторонилась, увидев, как он, не дожидаясь приглашения, вошел в комнату. — Нет, ничего не случилось, — парень огляделся по сторонам и, никого не обнаружив, улыбнулся, обнажая свои острые зубы, — Просто хотел составить тебе компанию. — Я не нуждаюсь в твоей компании, — Ран, до сих пор держа руку на двери, отворила ее еще больше, — Доброй ночи. — Да, ладно тебе, Ран, — приблизился к ней парень и взял ее за руку, которая лежала на ручке двери, и ее рукой плотно закрыл дверь, таким образом еще сильнее приблизившись к девушке, — Мы оба знаем, что ты здесь не просто так.       Парень хитро прищурил свои глаза, словно ища в ее реакции ответ на свои слова, но Ран не поддалась на его уловку. — Ты прав. — вырвала девушка свою руку из его мягкой хватки, — Ты тоже здесь не просто так, верно? Каждый из нас преследует собственные цели. — Это верно. — медленно протянул он, — Но ты… — он пристально смотрел ей в глаза, — Я знаю, ты что-то задумала. Интересно, что скажет Саске, если я выскажу ему свои подозрения?       Ран заинтересованно приподняла бровь. — Какие же у тебя имеются подозрения? — Ты здесь не ради того, чтобы помочь Саске свершить свою месть, — он сделал еще один шаг и почти вплотную приблизился к ней, — Здесь что-то другое… Ты же не хочешь, чтобы Саске сомневался в тебе, верно?       Ран почувствовала, как он положил свою руку ей на бедро и сжал пальцы, явно намекая. — Или все же хочешь? — мурлыкая, продолжал он поглаживать ее бедро.       Ран было достаточно одного резкого движения, чтобы прижать напарника лицом к стене и использовать молнию всем телом. Так как тело Суйгецу на пятьдесят процентов состояло из воды, Ран была уверена, что очнется он от этого разряда еще не скоро. Вспыхнула молния, парень зарычал, и Ран почувствовала, как мышцы на его теле расслабились. — Ты кажется еще не понял, с кем имеешь дело. — зашептала Ран ему на ухо. — В следующий раз подумай дважды, прежде чем решиться шантажировать меня. А если еще раз посмеешь меня коснуться…       Комнату осветила яркая вспышка молнии, которая неожиданно появилась в ее руке. Разряд грозно скрежетал и шипел на всю комнату, создавая пронзительный звук, напоминавший крик птиц. — Если еще раз посмеешь меня коснуться, почувствуешь этот разряд молнии на себе!       Ран резко вытолкнула парня за дверь и захлопнула ее, повернув ключ в замке несколько раз, после чего прислонилась лбом к прохладной деревянной поверхности. Она действительно испугалась… «Вот это женщина!» — подумал Суйгецу, до сих пор приходя в себя от разряда молнии, которым его наградила эта девушка, «Посмотрим, что ты скажешь, когда я разгадаю твой секрет…»       Стоя под струями горячей воды, Ран нещадно терла свое тело до неестественной красноты, словно стараясь стереть прикосновения Суйгецу со своего тела. Она снова вспомнила те ужасные два дня в темнице и еще усерднее раздирала кожу в тех местах, где ее касался убийца ее матери чуть ли не до ран. И вдруг она остановилась, ощутив, как слезы без разрешения бесконечным потоком полились из ее глаз. Ран обняла себя руками и опустилась по холодной плитке душа вниз, наконец выплескивая все накопившиеся эмоции там, где никто не мог ее увидеть…       После нескольких минут слабости девушка смогла снова вернуть уверенность в себе и взять себя в руки. Боевой настрой теперь ярче горел в ее крови, и Ран, приведя себя в порядок, направилась прямиком в комнату того, кто мог привести ее к ее цели.       Решительно постучавшись, Ран не стала дожидаться приглашения войти, а просто распахнула перед собой дверь. Она не могла не заметить того, что своим движением она нечаянно кого-то задела, и теперь этот кто-то где-то снизу поливал ее самыми последними словами.       Ран увидела на полу Карин, обнаженное тело которой было прикрыто лишь тонюсеньким полотенцем. Ран подняла глаза и увидела напротив себя Саске, по лицу которого, как обычно, ничего нельзя было прочесть. — Да, как ты можешь так врываться, тупоголовая?! — Отлично выглядишь, Карин, — обычно Ран не обращала внимания на ее оскорбления. Жизнь научила ее не ввязываться в конфликты, если был способ их избежать. — Что случилось, Ран? — подал голос Саске. Кажется его совершенно не заботила полуобнаженная на полу девушка, и Ран в очередной раз удивилась его выдержке. Она конечно, уже не была девочкой и у нее был опыт с одним мужчиной, по-глупости, но и это ведь считается, верно? Даже ее мелкие познания в этом деле дали ей понять, что все мужчины примитивны и устоять перед обнаженной девушкой, которая открыто предлагает им себя, не каждый сможет. А Саске, по-видимому, это легко удавалось. И вдруг в голове у Ран созрел план. Рискованный, но она не сомневалась, что если он удастся, то будет очень действенным и очень ощутимо ускорит достижение ее цели. — Нужно поговорить, — отозвалась она.       Саске только кивнул на ее просьбу и уже обратился к Карин: — Выйди. — Но Саске! — запротестовала она, — Мне тоже нужно с тобой поговорить! Это очень важно!       Видимо, последнему выжившему из клана Учиха было не очень интересно, что она собирается ему сказать, потому что взгляд его изменился, и Карин уже не осмелилась ему перечить: — Л-ладно, — произнесла та, поднимаясь с пола и придерживая полотенце другой рукой, — Но не забывай, Саске, я еще не сказала самого важного! Это очень тебя заинтересует!       Но по всему его виду было не скажешь, что он вообще хоть как-нибудь заинтересован продолжать разговор, поэтому Карин молча вышла из комнаты и специально оставила дверь открытой.       Только Ран хотела повернуться к своему собеседнику, как вдруг прямо рядом с ее лицом просвистел кунай. Девушка замерла в ужасе, боясь сделать даже вдох. Где она ошиблась? Как он узнал? Неужели Суйгецу уже удалось запудрить ему мозги? Неужели Саске ему поверил? Он ее убьет? Эти вопросы молниеносно проносились в ее голове, пока поток ее мыслей не прервал его спокойный голос: — Теперь нам никто не помешает.       Только сейчас осознав, что запугивает сама себя, девушка снова взглянула на дверь и увидела, что Саске всего лишь решил таким нестандартным способом закрыть дверь… на замок. Кунай попал прямо в замочную скважину, и Ран сомневалась, что сможет открыть ее, не использовав чакру. Неужели в ловушку попала она сама?       Ран подняла глаза на своего собеседника, и вдруг снова ощутила, как мурашки пробежали по ее телу. Его глаза в пламени свечи светились мягким черным огнем… — О чем ты хотела поговорить?       Его голос эхом прошелся по комнате, и вдруг Ран поняла, что, возможно, переоценила собственные силы и сейчас совершает непростительную ошибку. У нее возникло ощущение, что она сама заперла себя в клетке со львом и выбросила ключ. Но поворачивать назад уже нельзя… Только вперед, — поняла Ран. — Тебе уже лучше? — как можно более безучастно спросила она. — Да, — ответил он, — Ближе к делу. — Я хотела у тебя спросить, — снова начала импровизировать Ран, ведь до нее только сейчас дошло, что она не продумала никакого плана, пока шла сюда. Она просто поддалась эмоциям, просто хотела еще раз добиться от него еще большего к себе доверия и… она должна была признать, что приход Суйгецу неожиданно для нее самой испугал ее. И в голове у нее почему-то возникло только одно место, где она сможет почувствовать себя в безопасности... Рядом с ним... Но сейчас, Ран поняла, что совершила ошибку, поддавшись своему страху. В разговоре с Саске одна незначительная ошибка может стоить жизни. И вдруг Ран до боли захотелось рассмеяться. Она похожа на свою мать больше, чем она когда-либо могла подумать. Она поняла, что они обе ужасно любят рисковать. Азарт. Они ставят на карту все! Только у Мии карты определяли победит она или проиграет, а у Ран… ее действия и поступки. Одно неверное движение, и ее уже нет в живых. Это горячит кровь, она начинает бурлить в жилах, и ты ощущаешь, что действительно живешь. — Что тебе сказал Итачи? — Он сказал мне то, что ты уже знаешь. Завтра все решится. — Мы пойдем вместе? — Пока ты была без сознания, — заговорил Саске, разъясняя ей всю ситуацию, — Карин выяснила, что за нами по пятам идет Коноха. — Коноха? — удивилась девушка. Неужели тот самый Наруто? — Но зачем им это? — добавила Ран, не смотря на то, что уже знает ответ на свой вопрос. — Два идиота хотят вернуть меня в деревню. — продолжал Саске объяснения, что само по себе уже было удивительно, — Я уже встречался с ними несколько раз. И скорее всего, из-за того, что они узнали, что я убил Орочимару, они снова активизировались. И если они нас все-таки догонят, то вы будете сдерживать их отряд, пока я буду сражаться с Итачи. — Вот как… — кивнула в ответ Ран, и в комнате снова воцарилось молчание. Ран не могла поднять на него взгляд. Она чувствовала всем телом, как он внимательно рассматривает каждый ее изгиб, и вдруг девушка воспылала уверенностью и снова ухватилась за бинты на его лбу. Она смело подняла на него взгляд и непринужденно продолжила беседу: — Вижу, Карин приходила не для того, чтобы сменить тебе повязку. — Ран приблизилась к своему собеседнику, — Я посмотрю.       Саске пристально наблюдал за каждым ее движением, и девушка вдруг поняла, что ему просто интересно, что она будет делать дальше. Игра началась с того момента, как Саске захлопнул кунаем дверь, а Ран даже не поняла этого! Что ж, раз он хочет зрелища, он его получит. Ран не сомневалась, что сможет дать ему те ощущения, которые желает испытать каждый мужчина. Только вот почему он отвергает Карин до сих пор было для нее загадкой.       Девушка аккуратно сняла повязку с его лба и осторожно дотронулась кончиками пальцев до висков. Ран специально не заглядывала ему в глаза, желая возбудить его интерес до максимальной точки. Ей почему-то было очевидно, что он еще не был с девушкой, но это только подстегивало ее к более решительным действиям. Она знала, что он сейчас испытывает, потому что тоже чувствовала какое-то взаимное притяжение между ними, и в каком-то смысле сама побаивалась того, что может произойти, потому что она могла сказать точно, что со своим первым партнером не чувствовала ничего подобного. Наконец она решилась посмотреть в его глаза. Желание. Такой откровенный, гнетущий, жаркий взгляд на секунду даже испугал ее, но для Ран уже не было пути назад. Она решила идти до победного конца, и не могла не согласиться с тем, что… выигрывает.       Только ее саму уже не покидало ощущение того, что несмотря на то, что все идет по ее плану, она вот-вот потеряет контроль над ситуацией, и все из-за тех чувств, которые он вызывал в ней одним лишь взглядом. Ран была в ужасе от того, как громко бьется ее сердце, и решив отключить мозг лишь на секунду, чтобы снова собраться и прийти в себя, Ран почувствовала, что… пропала.       Она дотронулась губами до его теплых губ, но не почувствовала ответной реакции. И холод непростительной ошибки обжег ее изнутри. Она ошиблась? Но как, если он сам горит от обуреваемых чувств?! Она не могла ошибиться. Ран много раз видела, как желание затмевает, сжигает мысли, тело, рассудок. Кто такой этот Саске раз ему удается брать верх над таким сильным чувством? Ран отстранилась на секунду, чтобы снова примкнуть к его губам, но на этот раз, она обвила руками его шею, приближая упрямца еще ближе. Сердце молниеносно билось в грудной клетке, чуть ли не вырываясь наружу от страха ошибиться и желания почувствовать его ответную реакцию. Ран осмелилась приоткрыть рот и чуть-чуть прикусить его за нижнюю губу, стараясь его расшевелить. И уже то, что Саске поддался ее натиску, готово было разорвать Ран от счастья! Она принялась посасывать его нижнюю губу, где только что укусила, и осмелилась на еще большую дерзость. Она опустила руку на его грудь и забралась под его белоснежную рубаху, принимаясь царапать и гладить его твердые мышцы, желая, чтобы он сдался и дал наконец волю своему желанию. Ран отстранилась от него и, поцеловав пульсирующую жилку на его шее, поднялась к его уху и хриплым голосом прошептала: — Обними меня.       Ран чуть ли не закричала от радости, когда почувствовала его руки на своей талии, которые с каждой секундой начали все увереннее прижимать ее к крепкому телу. Чувство защищенности, за которым она всегда охотилась, вдруг стремительно начало наполнять ее изнутри, и девушке захотелось быть к нему еще ближе, сбросить одежду, прижаться к его разгоряченной коже и впитать его в себя каждой клеточкой своего тела. Ран вдруг почувствовала неопровержимое доказательство его ответного желания. Ее язык забрался в его рот, ощущая тепло и влагу. И наконец девушка почувствовала, как Саске начал уверенно брать инициативу на себя. Он резко прижал ее к ближайшей стене, и, взяв ее кисти в одну руку, поднял их вверх над ее головой, тоже припечатывая к стене. Эти ощущения… Он был словно человек прошедший пустыню и дорвавшийся до воды. Утолив жажду, он стал ласкать ее шею. Ран задрожала, у нее кружилась голова, она ощущала предательскую слабость. И все ее корыстные цели и расчетливые планы покинули ее голову, оставляя лишь страсть и желание... Его руки коснулись ее груди, большие пальцы надавили на соски. И Ран тихо застонала от такого напора и обуревавших ее чувств. Вдруг все внутри завыло диким зверем, требуя его, скручивая тело в узел боли так туго, что Ран чуть не закричала вслух… — Скорее… — тихо простонала она и взялась расстегивать его штаны. Она не заметила, как с нее самой слетела верхняя одежда, и она осталась в одном нижнем белье. Вдруг он поднял ее на руки и бросил на кровать. Оставшись распростертой на белоснежном одеяле она наблюдала, как он снимает с себя оставшуюся одежду, оставаясь полностью обнаженным. Девушка беззвучно ахнула. Абсолютно все части его тела были созданы в одном и том же крупном масштабе. Почувствовав укол страха, Ран инстинктивно сдвинула ноги. Но он схватил ее за лодыжки, снова развел их в стороны и уперся коленями в край кровати. — Уже нет пути назад, — хриплым от страсти голосом произнёс он, словно читая ее мысли. Саске сорвал с неё оставшуюся одежду и на секунду замер, рассматривая каждый изгиб её тела, предвкушая те ощущения, которые только она может в нем удовлетворить. Он желал ее со всей силой, с которой мужчина может желать женщину. И эти чувства затуманили его рассудок. Он понятия не имел, что девушка может принести ему такое наслаждение всего лишь одним поцелуем. Более того она одна осмелилась поцеловать его из всех многочисленных девушек, что встречались на его пути. Она особенная, он чувствовал это всем своим существом и не собирался отпускать ее, пока не познает ее всю, без остатка!       Он снова завладел ее губами и резко ворвался в ее тело так, что Ран не удержала болезненного стона. Ногти исполосовали его спину до крови, и Саске почувствовал, что партнерше требуется время для того, чтобы она привыкла к нему внутри. Это были сладкие, болезненные минуты борьбы с самим собой. И когда Ран расслабилась, он задвигался в ней сначала медленно, но потом начал набирать темп, врываясь все жёстче, резче, нестерпимей. — Подожди! — отрывисто выдохнула она возле его уха, но Саске тут же взял в плен её губы, заглушая ее стоны то ли от боли, то ли от наслаждения. Наконец жаркий взрыв сотряс её тело, а через некоторое время Ран почувствовала, как за ней последовал Саске. Внутри разлилось что-то приятное и тёплое, стекая по ногам. Саске уткнулся ей в шею, вдавливая её своим весом ещё сильнее в матрац. И Ран, продолжая обнимать своего любовника устало улыбнулась, восстанавливая сбившиеся дыхание. В её ограниченном сексуальном опыте не было ничего, что могло бы подготовить ее к такому бурному взрыву чувств, к такому жестокому удовлетворению ее желаний. Саске брал ее грубо, не спрашивая разрешения и не заботясь о том, больно ей или нет. И самое страшное было то… что ей это понравилось.