***
Альбина вернулась домой, когда часы показывали девять вечера. Она вошла, тихо закрыв дверь, присела на пуфик в прихожей, медленно сняла обувь и облокотилась спиной на стену. Она ощущала себя, как выжатый лимон. Встреча закончилась очень поздно. Бина была рада тому, что хотя бы не возникло языкового барьера: представители почти свободно говорили на русском языке, а она отлично владела английским и немного немецким. Но в остальном было сложно. Много нюансов было с законодательной базой Германии, с которыми приходилось разбираться на месте при составлении договора. Встречу решили перенести на следующую неделю, когда в Россию прилетит владелец компании из Германии. Один из представителей обещал разобраться во всех мелких деталях и уже предоставить все необходимое для заключения договора. Бина была довольна проделанной работой и результатом и уверена, что этот проект станет успешным. Альбина вдруг почувствовала острую необходимость услышать голос своего ангела и, не задумываясь, схватила телефон и набрала номер Миланды. — Алло? — услышала она тихий голос девушки. Первые секунды Бина молчала. Ей пришла в голову мысль, что возможно поздновато для звонка, и она не знала, зачем позвонила Миланде и что должна сказать. — Алло? Кто это? — повторила девушка. — Миланда, привет. Это Бина. Прости, что так поздно звоню, — наконец очнулась от дум Альбина. — Здравствуйте. То есть привет, Бина, — девушка говорила спокойно и ласково. — И совсем не поздно. Альбина вновь молчала. В этот момент ей совсем не хотелось говорить, только слушать. Миланда как будто прочла ее мысли: — Как у тебя дела? — продолжила разговор девушка. — По-плану, — улыбнулась Альбина и замолчала. — А я занимаюсь. Грызу гранит науки, так сказать. И почему в учебниках всегда все так скучно написано? — засмеялась Миланда, чем вызвала смешок и у Бины. Девушка рассказала, как прошли эти три дня для нее, что случилось с ней интересного и не очень. Бина больше слушала, чем говорила, только иногда разбавляя монолог Миланды однозначными фразами. Весь разговор Альбина сидела в прихожей, не меняя позы. Закрыв глаза, она вслушивалась в мелодичный голос девушки и представляла себе ее образ: как Миланда жестикулирует руками или морщит носик, как ее янтарные глаза вспыхивают негодованием или озорством. Представляя все это, Альбина улыбалась. — … представляешь, он мне потом такой говорит: «И как это Вы, девушка, умудрились так быстро все выучить. Особого рвения к моему предмету у Вас с самого начала не наблюдалось», — копируя голос преподавателя, со смехом рассказывала Миланда. От этой пародии и Альбина засмеялась. Бина чувствовала, как с каждой фразой, произнесенной Миландой, на задний план отступали все тяготы этого дня, те скалы, которые многие годы давили на плечи, разрушались и мелкими камушками скатывались по спине, исчезая у ног брюнетки. От приятного голоса Миланды на душе у Бины становилось тихо, легко и спокойно, так, будто после шторма в океане наступает штиль и лишь совсем слабые волны с тихим шелестом дарят успокоение недавно бушующей стихии. — Биночка, ты прости. Мы с тобой уже минут тридцать болтаем, а мне надо заниматься. Я на завтра договорилась с преподавателем, что сдам вечером ему контрольную и зачёт. — Да, конечно. Прости, что отвлекаю тебя, — с лёгким разочарованием в тоне вздохнула Бина. — Ты меня нисколько не отвлекла, а наоборот. Я рада, что ты позвонила, ведь у меня нет твоего номера, а тебе в офис, по понятным причинам, я позвонить не могла. — Мы это обязательно исправим. Я пришлю тебе номер через смс. — Хорошо, буду ждать, — радостно отозвалась Миланда. — Миланда, — Бине пришла в голову отличная мысль и она попыталась ее выразить. — Да? Что такое? — забеспокоилась девушка, так как голос Бины был уставшим. — Ты в воскресенье свободна? — Да. — Прогуляемся вместе по магазинам? Мне надо купить новый костюм к важной деловой встрече, которая состоится на следующей неделе. Составишь мне компанию? — Конечно! С удовольствием! — в голосе Миланды звучало понимание и искреннее желание помочь подруге. — В таком случае, увидимся в воскресенье, — Бина счастливо улыбалась. — Да. До воскресенья! Пока, — и Миланда отключилась. Альбина посмотрела на экран телефона — и в ту же секунду имя Миланды исчезло, уступая место рабочему столу гаджета. — Так это всё из-за этой девки? Альбина, ты меня неприятно удивила! Как ты могла опуститься до уборщицы? — с горечью Дмитрий усмехнулся и скрестил руки на груди. Во время разговора Бины по телефону он стоял в дверях спальни так, что жена его не заметила. Дмитрий расслышал не все, но ему было достаточно видеть лицо своей жены, чтобы понять, в чем, собственно говоря, дело. — Сказала бы мне, что эта «доярка» тебе нравится, и я давно уложил бы ее в твою постель, — Дмитрий ехидно улыбался. В его тоне звучали оскорбительные нотки по отношению к Миланде и Альбине. Он до сих пор не мог понять, почему на Альбину эти чувства так повлияли: жена и раньше развлекалась с девушками, и ради этого Дима часто не ночевал дома, а иногда тоже не упускал возможности отдохнуть в компании очередной девицы. Но на их семейные отношения эти похождения никак не влияли. Впервые Дмитрий почувствовал укол ревности. — Дима, тебя это никак не касается, — Бина говорила спокойно и сдержанно. Она слишком устала, устала от него. Муж ее раздражал. Бина пристально смотрела в глаза Дмитрия, в надежде, что тот от нее отстанет. Ей надоели семейные разборки с «недалёким» муженьком. — Ну, конечно, — недовольно пробурчал он, — моя жена не подпускает меня к себе на пушечный выстрел, а меня это не касается. — Дим, оставь меня в покое. Я очень устала, — Альбина вздохнула и тяжело поднялась на ноги. — Да делай, что хочешь! — психанул Дмитрий и ушел в спальню, громко хлопнув дверью, отчего стекло задрожало. Альбина пошла прямиком в ванную, где встала под душ. Горячие струи смывали с ее тела негатив, которым одарил жену Дмитрий, вода помогала расслабиться и давала возможность отгородить мысли от всего мира. Ночь Бина провела в гостиной на диване. Она очень долго не могла уснуть, прокручивая в голове прошедший день, а также, отношения с Дмитрием. Все чаще женщина склонялась к мыслям о разводе. — Знаешь, Дмитрий. Думаю, нам будет лучше какое-то время пожить отдельно, — утром обратилась Альбина к мужу. Когда она вошла в спальню, чтобы взять необходимую одежду, Дмитрий не спал. — Это с какой такой радости? — он удивлённо приподнял бровь. — В последнее время наши с тобой отношения зашли в тупик. Я хочу подумать и разобраться в себе, — уверенно отвечала Бина. — Ха! В таком случае, может, ты мне купишь путевку в какую-нибудь южную страну, где я от тебя отдохну? — злорадствовал муж. — А сама, так уж и быть, оставайся и думай, сколько тебе будет угодно! — Хорошо, — к удивлению Дмитрия, Альбина говорила спокойно, в ее тоне не было и намека на недовольство. — Как доберусь до работы, закажу тебе билет и путёвку на завтра. Будь добр: с утра напиши заявление на отпуск Игорю и можешь быть свободен. Альбина взяла деловой костюм, блузку и пошла в соседнюю комнату. В дверях она обернулась, будто что-то вспомнив: — И ещё, как вернёшься из поездки, направляйся напрямую в свою квартиру, чтобы здесь больше не появляться. О вещах позаботься заранее, то есть сегодня.***
Рейс Дмитрия был на следующий вечер, точнее почти на ночь. Бина оставалась в офисе допоздна, чтобы не видеть мужа. Завтра она встретится со своим ангелочком. Занятая мыслями о Миланде, она чувствовала радость, и от этого настроение Бины неуклонно росло вверх. Альбина вернулась домой за полночь и, войдя в небольшую комнату, именующуюся кабинетом, она обнаружила открытый сейф, в котором было пусто. — Вот же сволочь, — опешила Бина. — Что ж, Дмитрий, ты сам решил свою судьбу, — с горечью улыбнулась она. — Здесь было не так и много — около десяти тысяч долларов. Больше ты от меня не получишь ни копейки. Сумма для Бины была не такая большая, но и не такая маленькая. В любом случае, практически все ее деньги хранились на счетах в разных банках, дома она держала наличные на всякий случай. Только факт того, что муж взял ее деньги, из ее сейфа, без ведома жены, вызывал омерзение. Альбину даже передёрнуло от отвращения к Диме. Если до этого она всё ещё размышляла над возможностью развода, то теперь была на сто процентов в нем уверена.