Полевая ягодка

      — У моря у синего моря, Со мною ты рядом со мною, И солнце светит, лишь для нас с тобой Целый день шумит прибой…       Красивый мужчина, лет сорока, не спеша шел по широкой дорожке, мощеной белоснежной керамической плиткой, и негромко напевал под нос знакомую с детства песню.       Прохожие, встречающиеся ему на пути, заслышав слова песни, широко улыбались. Тогда в голове мужчины возникала мысль: свои! — и он улыбался им в ответ.       Вдоль дорожки зеленели полосы низких кустарников, стволы высоких деревьев и яркие пятна незнакомых цветов. Вместе с сладким пряным ароматом растений в воздухе витал соленый запах океана и раскаленного солнцем песка.       Сквозь зелень кустарников мужчина заметил проблески голубой воды, улыбнулся ещё шире и свернул на другую дорожку, что вела к бассейну.       Он уже почти поравнялся с водоемом, возле которого аниматор развлекал детей, когда увидел двух пятилетних девочек, отделившихся от толпы ребятишек.       — Папа! — первой радостно закричала малышка с каштановыми волосами и янтарными глазами.       — Ура! Папа приехал! — крикнула вторая, с голубыми глазами и золотисто-русой косичкой, догоняя сестру.       — Привет! — мужчина подхватил обеих дочек и закружил. — А где ваши мамы?       — Они там, дальше.       — Где бассейн для взрослых.       Перебивая друг друга, объясняли девочки.       — Папа, можно мы доиграем с тетей в игру и потом придём? — глядя на мужчину умоляющими голубыми глазками, малышка улыбалась.       — Конечно, идите.       И девочки, смеясь и визжа, вернулись в группу к остальным детям.       Мужчина пошел дальше по дорожке к соседнему бассейну, где разглядеть знакомые фигуры и лица не составило труда.       — Игорь, привет! — весело улыбаясь, молодая женщина замахала ему рукой.       — Привет, красотки! — обратился он, подходя ближе.       — Ты когда приехал? — брюнетка приподнялась на шезлонге и сняла солнцезащитные очки.       — Сегодня ночью. — Игорь окинул взглядом обеих стройных женщин в бикини и весело усмехнулся: — Девчонки, может возьмёте меня к себе? Будем жить втроем, точнее впятером!       — Да ни за что! — брюнетка прижала к себе свою спутницу. — Никогда не подпущу тебя к моему ангелочку!       — Бина, Игорь, ну хватит, — смеялась Миланда. — Я тоже тебя никому не отдам, — обратилась она к своей любимой.       — Ну пожалуйста, — скорчил умоляющую гримасу с щенячьими глазками Игорь. — В конце концов я же папа ваших дочек!       — Ага, только всё, что от тебя требовалось — подрочить в баночку, — недовольно пробурчала Альбина. — Всё остальное сделала Миландочка.       — Фу, грубиянка.       — Игорь, вот меня удивляет, как твоя жена тогда на это согласилась? Да и ты сам? — Миланда выжидающе смотрела на своего бывшего директора.       — Так мы же с ней в тот период уже вместе не жили. Я вообще думал, что у меня детей никогда и не будет. А тут вы с таким предложением. Нет, я, конечно, надеялся на естественный путь, но Бина так приревновала, что выбора у меня даже не осталось, — Игорь подмигнул Миланде.       — Вот злыдень! — Альбина до сих пор не простила ему ту выходку. — Нечего строить глазки моему ангелочку.       — Ладно-ладно, я сдаюсь, — мужчина поднял руки. — Что ж, пойду-ка я к дочкам. Хоть они всегда рады меня видеть.       Высоко над головой кричали чайки, морской воздух наполнял лёгкие приятным теплом, Миланда откинулась на спинку шезлонга и закрыла глаза, вспоминая то время, когда они с Альбиной решились на искусственное оплодотворение. К тому времени Миланда закончила институт и они перебрались жить в Германию, где компания Альбины теперь вела основную деятельность, а офис в России стал филиалом, руководить которым Бина поручила Игорю.       Сколько они втроем пережили, пока Миланда вынашивала двойняшек. Игорь согласился стать донором спермы, здоровья у него было хоть отбавляй, и роль отца выполнять не отказался. Наоборот, он всеми силами добивался того, чтобы обе женщины признали его и разрешили участвовать в воспитании Анны и Виктории.       Лёжа на шезлонге, Миланда тихо рассмеялась своим мыслям.       — О чем задумалась, любовь моя? — поинтересовалась Бина.       — Помнишь, как Игорь бегал с выпученными глазами, когда у меня начались схватки раньше срока прям на работе?       — Конечно помню! Забудешь такое, — засмеялась Альбина. — Я ж тогда ему как раз дела передавала, когда моя секретарша заскочила в кабинет и сказала, что ты сидишь посреди коридора вся скрюченная. Ну мы и пережили тогда…       — Ха! Они пережили. Это я пережила! Как вспомню ту адскую боль, так вздрогну.       — Солнышко, я люблю тебя! — Альбина придвинулась ближе и заглянула в янтарные глаза. — И я очень благодарна тебе за то, что ты согласилась родить наших дочек.       Брюнетка склонилась и поцеловала Миланду в розовые губки.       — И я люблю тебя. И очень счастлива, что тогда согласилась.       — Мама Бина! Мама Мила! Смотрите, что папа нам купил! — девочки неслись к женщинам обгоняя друг дружку.       — Вика, Аня, осторожней! Не упадите, — Миланда улыбалась, глядя на дочек. Но материнская тревога за детей всё же мелькала в глубине ее глаз.