II
24 апреля 2019 г., 21:32
If we get through this alive I'll meet you next week, same place, same time
Комната заполнилась солнечным светом. На столе около кровати по-прежнему стояли нетронутые кружки с уже давно остывшим кофе, а рядом лежал помятый кусочек бумаги с наспех написанным номером телефона, который Серж оставил перед тем, как спуститься к машине. Остаток ночи Том провел без сна, постоянно прокручивая моменты вчерашнего вечера в своей голове. До вчерашнего дня он возвращался домой один, не пуская никого в свою квартиру: ни приятелей по выпивке, ни девушек, которые порой безуспешно пытались флиртовать. Но сейчас он понимал, что больше не хочет быть один. Сделав глоток холодного кофе, он поморщился, сел на кровать и взял листок с номером. На часах было шесть утра, а это значило, что Серж уже уехал. Немного подумав, Том решил позвонить, но, набрав нужные цифры, он понял, что даже не знает что сказать. Все происходило слишком быстро, и его будто накрывало волной, не давая набрать в легкие достаточно воздуха. Гудки прекратились, и, неожиданно для себя, Том услышал голос девушки: - Здравствуйте, отель «Мозли Армс», Бирмингем. Чем я могу вам помочь? - Здравствуйте, могу я связаться с одним из ваших…жильцов? - Да, конечно. Сейчас в отеле никого нет, но вы можете назвать имя и фамилию, и я сообщу о вашем звонке. Том вдруг понял, что не узнал фамилию Сержа и замялся, но девушка в телефоне сказала, что проверит список жильцов, и вечером с ним свяжутся. Он поблагодарил девушку, положил трубку и рухнул на кровать. Свет из окна становился ярче, от чего начинали болеть глаза, напоминая о бессонной ночи. Не в силах больше бороться с усталостью, Том медленно провалился в сон, пытаясь забыть обо всем произошедшем или хотя бы просто отогнать от себя эти воспоминания, но вместо этого он засыпал с мыслью о Серже. Через какое-то время его разбудил телефонный звонок. Быстро проснувшись, Том поднял трубку, снова надеясь услышать знакомый голос, но в этот раз звонил управляющий «The Charlotte», предлагая выступить вечером с парой-тройкой песен, на что, не задумываясь, Мейган согласился. Он и до этого уже выступал несколько раз, поэтому для него это не было неожиданным предложением. От резкого пробуждения немного кружилась голова. Том посмотрел на время, было три часа дня. После того, как немного посидев на кровати и придя в себя, он не спеша привел себя в порядок и приготовил завтрак. Вспомнив, что последние сигареты у него закончились еще вчера, он взял одну из футболок, что висела на веревке около балкона, и отправился в ближайший магазин. Солнце приятно нагревало воздух вокруг и расслабляло тело, поэтому Том не заметил, как обошел довольно большой район. Время летело незаметно настолько, что солнце уже начало садиться. По пути домой ему попался магазинчик, двери которого были открыты и наполняли небольшую улочку музыкой с виниловых пластинок. Он остановился и вместе с полупустой улицей дал музыке себя поглотить. Это был «Different Class» и его заключающая песня. Слова переплетались с теплым воздухом и создавали невероятную атмосферу спокойствия. Прикрыв глаза, он, покачиваясь в такт, закурил сигарету. Move, move quick, you've gotta move Голос обволакивал все вокруг, заполняя все, все мысли. Будто бы все было подстроено специально для этого момента. Все казалось таким идеальным. you looking so confused Just what did you lose? Но вслушавшись в голос и те слова, что этот голос произносил, он вернулся в реальность и вспомнил о словах девушки про то, что возможно с ним свяжутся вечером. Иногда срываясь на бег, Мейган спешил домой, боясь пропустить звонок. Дыхание сбивалось, как и мысли в голове. Как только он подбежал к своей квартире, через открытое окно донесся звонок телефона. Том выругался и, запинаясь за ступеньки, побежал на свой этаж. Чуть не выронив ключи, он открыл дверь и бросился к телефону. Подняв трубку, он услышал уже знакомый голос девушки, которая сообщила, что сейчас звонок перенаправят. Он пытался отдышаться, когда услышал голос Сержа по ту сторону аппарата. - Я рад, что ты звонил. - Ты не сон, к счастью? – Том все еще тяжело дышал. - К счастью. – Серж слегка засмеялся, - с тобой все хорошо? - Боялся пропустить твой звонок, поэтому бежал сломя голову! - Где ты был сегодня? – голос Сержа действовал успокаивающе, от чего мысли в голове вернулись в порядок. - Мы скурили вчера последние сигареты, поэтому я вышел в магазин. Но ты не поверишь, музыка привела меня к тебе, я не шучу. - Как же?- Он произнес это с неподдельным интересом. - Из-за нее я понял, что не хочу потерять тебя. Том сам испугался искренности своих слов и реакции, которая должна была за ними последовать. Мысленно пытаясь собрать слова в предложения, он набрал воздух в легкие, но Серж прервал секунды тишины, длившиеся вечность. - Ты не потеряешь, обещаю. Тишина продолжала резать пространство в комнате. Том вертел в руках кусочек бумаги с номером телефона, будто пытаясь что-то почувствовать. - Когда ты вернешься? Я послезавтра буду выступать в том пабе, может… может, ты бы хотел прийти и послушать? - Где-то через три дня, но кто знает, может и раньше. Но я бы с удовольствием посмотрел. Может, когда-нибудь ты выступишь для меня? Улыбка в голосе Сержа утягивала за собой куда-то в темноту, из которой было невозможно выбраться. Но это было именно то что нужно. Том нервно посмеялся и дал обещание спеть. - Том, прости, но мне нужно идти. Было приятно услышать твой голос. - Стой! Можешь сказать мне свою фамилию? - Пиццорно. Сержио Пиццорно. - У тебя очень красивое имя. - Ты очень красивый. Не успев ничего ответить, Том вслушивался в телефонные гудки, в которых эхом все еще слышал голос Сержа. Выйдя из ступора, он положил трубку, взял карандаш и принялся аккуратно выписывать каждую букву его фамилии на обратной стороне бумажки с номером.***
За лакированными стойками уже стояли люди и ждали свой ранее заказанный алкоголь. Народу сегодня было немного больше, чем в прошлый раз, но все еще было много свободного места. Том ничуть не боялся выступать на публике, поэтому перед тем, как придти в паб, он всего пару раз отрепетировал песни дома, а сейчас сидел за стойкой и вел привычную беседу с барменом. На небольшую сцену стали выносить оборудование для группы, которая выступала первыми. Через какое-то время свет приглушился и вышли три человека, название группы которых Том не смог вспомнить через пару минут. Они играли что-то мелодичное и спокойное, без претензии на признание публики. Инструменты были плохо настроены, поэтому иногда в их звуках терялся голос вокалиста, но их это абсолютно не заботило. Отыграв четыре песни, они поспешно ушли со сцены. Свет включился, и последовала череда негромких возгласов и аплодисментов. К моменту выступления Тома на сцене остались стоять только барный стул и акустическая гитара. Паб утопал в сигаретном дыму и темноте, делая все вокруг едва различимым. Взяв гитару в руки, Том проверил микрофон и начал наигрывать всем знакомые мотивы. Он любил песни Оasis, как и большинство людей в этом помещении, и в во всей Англии в целом, поэтому публика охотно отзывалась песням, подпевая и хлопая им. Последней он выбрал играть «Married with Children». Том весь отдался музыке, стараясь раствориться в ней. Дверь паба привычно скрипнула, но Том не обратил внимания на посетителя, заканчивая одну из любимых песен. Медленно поднимая взгляд и осматривая зал, он пел последний припев, и на завершающей строчке, его взгляд встретился с взглядом Сержа, наблюдавшим за выступлением. Под звук аплодисментов улыбка снова озарила его лицо. Свет включился, и Том, чуть не уронив гитару, поставил ее, облокотив на стену. Серж оставил почти нетронутый стакан с выпивкой на стойке и подошел к сцене. - Я так рад видеть тебя, даже не надеялся, что придешь. - Концерт отменили, поэтому я взял первый же билет и приехал сюда. - Ты давно смотришь мое выступление? Том немного смутился, задав этот вопрос, но старался не подать виду. - Я видел только одну песню, но с удовольствием бы посмотрел еще. У тебя все такие же невероятные глаза. Тут же стало невозможным скрывать свое смущение, и щеки Тома залились румянцем. Он хотел бы что-нибудь ответить, но только лишь приоткрыл рот. - Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал еще раз? - Нет! То есть, боже, конечно, хочу, но не здесь. Прости. - Ничего, все хорошо. Том спешно собрал свои вещи и покинул паб, спеша к Сержу, который уже ждал его на улице. - Куда ты хочешь пойти? Машин сегодня снова нет, чертова ночь! Придется идти пешком, если у тебя были планы. - Думаю, мы можем вызвать такси у тебя дома. К тому же, я бы не отказался от чашки свежесваренного кофе. Серж улыбнулся своей самой прекрасной из улыбок, оставив Тома как всегда без дара речи. В этот раз они шли медленнее, любуясь звездным небом и пустотой ночного города. В какой-то момент их руки коснулись друг друга, и Том решил предпринять хоть что-то в этот вечер. Он медленно переплетал их пальцы и не переставал улыбаться еще ни разу с того момента, как увидел Сержа в пабе. Его рука была нежной на ощупь и чуть холодной на кончиках пальцев.***
Через открытое окно в квартиру задувало прохладный воздух. Закончив с замком входной двери, он развернулся к Сержу, который осматривал ранее незамеченные плакаты. - Теперь ты можешь. - Что? - Теперь ты можешь поцеловать меня, если не передумал. - Я бы никогда не стал думать иначе. Поцелуи стали более смелыми, но привыкнуть к такому Тому было сложно до сих пор. Он чувствовал смущение, но темнота была способна скрыть это, за что он был ей благодарен. Также темнота умела скрывать предметы, находящиеся в комнате, о которые они оба запинались, двигаясь вглубь комнаты. Предметы одежды медленно падали на пол. В какой-то момент он подумал, что все это, возможно, не правильно, но разве это не то, чего он хотел последние пару дней. Добравшись до кровати, он растворился в ней и во всех тех ощущениях, что создавались вокруг него. Резкие и отрывистые поцелуи сменились на более нежные. Нежные, но от того не менее чувственные. Возбуждение обостряло все чувства, и Тому казалось, что он может видеть все: каждую ниточку на ткани подушки, слышать каждый шорох на улице, вдыхать запах бензина, проезжавшей за окном машины. Он чувствовал еле уловимый алкоголь на его губах, слабый запах одеколона и то, как от напряжения дрожь проходит сквозь его тело. Руки Сержа обвивали его, исследуя каждый сантиметр, иногда царапая кожу, от нарастающего возбуждения. Серж ненадолго разорвал поцелуй. Свет уличных фонарей едва добирался до кровати, но его хватало, чтобы разглядеть зеленые глаза, которые теперь казались черными. Стоя на коленях, он спустился к шее, покрывая тонкую кожу поцелуями и легкими укусами, вызывая сдавленные стоны. Рука Тома гладила шею Сержа, постепенно зарываясь в его волосах по мере того, как он двигался ниже, продолжая с поцелуями медленно опускаться между его ног. Комната наполнялась утренним светом, хриплыми стонами и именами друг друга, застывшими в конце на их губах.***
Никто обычно не говорит о смятых простынях и беспорядке вокруг. Но никогда еще все не казалось таким правильным: небрежно брошенная на пол одежда, мятая простыня, с несколькими светлыми пятнами на ней, покрывало, свисающее с кровати и немного саднящая от укусов кожа. Все было так, как и должно было быть. И если не всегда, то сейчас точно. Том сел на край кровати и принялся рассматривать все вокруг так, будто видел эту комнату впервые. Над коленом проявился небольшой синячок, всему виной была неуклюжесть и чрезмерная спешка Тома, из-за чего он и ударился о прикроватный столик. Он потер его подушечкой большого пальца и улыбнулся, почувствовав руки, обнимающие за талию и то, как Серж уткнулся носом в его спину. - Знаешь, мне кажется, что среди тех плакатов не хватает одного - Правда? Какого же? Серж вылез из-под одеяла и направился к своему пиджаку, лежавшему около столика, достал из кармана аккуратно сложенную афишу и протянул Тому. На ней, поверх черно-белой фотографии, желтыми буквами было напечатано название группы, место и время концерта: Saracuse. Бирмингем. Отель «Мозли Армс», 1 зал. 4 июня, открытие дверей в 19:00
