Катар

      Боевую группу, ведомую молодым рыцарем Надар Веббом, на тяжелых крейсерах снабжения типа «Захватчик», засекли практически в тот момент, когда она выходила из прыжка. Если смотреть по хронологии выпуска моделей, то взятые Ганреем корабли могли считаться отцами «Барышников», на деле же, они скорей являлись их прадедами, так как активно использовались Торговой Федерацией еще два столетия назад. Разумеется, подобные реликты не могли оказать должного сопротивления даже столь слабым республиканским силам, которыми располагал Вебб.       Тем не менее, командовавший «Захватчиками» неймодианец оказался не робкого десятка. Запустив все имеющиеся у него истребители и подняв новейшие бомбардировщики типа «Гиена», он повел пару своих кораблей в атаку. Разумеется, у него не было и тени шанса, но он и не собирался побеждать. Вынужденные тратить время на расстрел раритетов, республиканцы не смогли вовремя блокировать планету. Нут Ганрей, хоть и был далек от военных вопросов, занимаясь политикой, торговлей и снабжением, все же кое-что понимал. Прорываться он не рискнул, но, пока орбита была еще свободной, послал на нее свою яхту, которая передала сообщение вице-короля о бедственном положении хозяина.       Амидала, стискивая пытающиеся выбивать чечетку зубы, сидела по уши в холодной воде, вдыхала затхлые ароматы болота, причудливо смешивающиеся с благоуханием колючего кустарника над головой, и, улыбаясь посиневшими губами, смотрела на бой. Ведомые Веббом и коммандером Филом клоны штурмовали дворец дяди Фарра. Дроиды отчаянно оборонялись, но силы оказались не равны.       Лишившийся пленницы и не имеющий предмета торга, Ганрей попытался блефовать, но обмануть джедая не сумел. Тот, почувствовав ложь, наоборот немедленно начал атаку. К сожалению Нута, на Родии давно минули «старые добрые времена», а потому дворец Великого Защитника был чем угодно, но только не крепостью. Разумеется, летя сюда, Ганрей не позаботился об усилении, о чем сейчас и сожалел. Несколько танков могло бы отсрочить неизбежное. Впрочем, штурмующие тоже не имели тяжелой бронетехники, но их оказалось банально больше.       Результат вышел закономерный. Дроидов уничтожили, а Нута Ганрея пленили.       — Рада вас видеть, вице-король, — не сдержала, да и не захотела сдерживать, эмоции Амидала.       — Вы все еще пожалеете об этом, — ответил тот, просто чтобы не дать этой нахалке думать, будто он боится ее.       В общем-то, он и не боялся, так, опасался немного. Плен не пугал Ганрея, он фанатично верил в силу денег и не сомневался, что сумеет откупиться.       — Увести, — распорядилась Амидала, сожалея, что во время штурма уничтожили ее кораблик.       Разумеется, где привести себя в порядок и во что переодеться нашлось, но она привыкла к иным фасонам. Впрочем, все это ерунда и глупость, отмахнулась она от несвоевременных мыслей.       Само собой, системы связи на яхте такой личности как глава огромной галактической корпорации оказались весьма и весьма мощными. Конечно же, получивший приказ дроид взывал о помощи до последнего. Естественно, суденышко быстро уничтожили. Но это уже ни на что не повлияло. Цепь событий продолжала раскручиваться. Сигнал несся от одной станции связи к другой. Маховик рока набирал обороты, притягивая и готовясь перемалывать судьбы.       Энакин Скайуокер вышел из прыжка и «услышал» призыв Ганрея. Осознав, что это означает, он тут же озадачил верного R2D2 поиском информации и связью. Дроид с честью выполнил поставленную задачу, умудрившись в достаточной мере усилить сигнал «Эфирной феи» и создать устойчивый канал на основе ретрансляторов голонета. Вскоре Энакин уже знал об освобождении любимой, но, рассудив, что так и так головомойки за самоволку не избежать, решил продолжить путь. Отправив Падме сообщение, он вновь ушел в гиперпрыжок. «Хоть с ней побуду», — подумал он улыбнувшись.       Разумеется, среди первых кто узнал о событиях на Родии, оказался и канцлер Палпатин. Само собой, новость его не обрадовала. Ганрей слишком много знал! Его требовалось немедленно освободить или убить. Вот только джедаи, одновременно, если не раньше получившие доклад Надар Вебба, не собирались оставаться в стороне. Впрочем, у них имелось не так уж много вариантов. Флот у Камино трогать было нельзя ни в коем случае, у Кристофсиса нежелательно, но и не обеспечить должную охрану столь важного пленника они не могли. Штаб космофлота мог предложить лишь одно место, где имелись достаточные силы — Лланик. Все прекрасно понимали, что болтающийся где-то в районе Молавара Свез, немедленно отреагирует. Он просто не мог не попытаться отбить одного из руководителей Конфедерации.       Получившая сообщение мужа Амидала, которая и так-то не собиралась покидать Родию, засучила рукава и принялась за работу. Первым делом она упросила Надара выделить корабль для представителя Бинкса и отправила того на Набу. Может он и не решил бы вопросы с продовольствием кардинально, но организовать караван, который позволил бы хоть немного снять остроту проблемы, для Джа-Джа являлось посильной задачей. Разобравшись с гунганом и мысленно выдохнув, Амидала связалась с канцлером. Палпатин заверил ее в том, что сделает все возможное, но ситуация, сами понимаете. Она понимала.       Пока Палпатин мысленно поносил себя за три десятка потерянных у Юкио балкеров, Амидала продолжала обзванивать друзей, знакомых и коллег. Среди прочих контактов попался ей и идентификатор коммуникатора Стулте. Та пообещала прислать нужное в обмен на помощь и поддержку в ряде вопросов. Короткий торг привел к заключению договоренности. В некотором роде, они стали союзницами. Распрощавшись, Амидала откинулась на спинку не самого эргономичного кресла и облегченно выдохнула. «За Родию можно не волноваться», — подумала она улыбнувшись. Теперь оставалось только пойти к Фарру и порадовать его новостями. Пока, даже в мыслях, она не могла вновь называть его дядей, но искренне надеялась, что со временем справится с собой.       Граф Дуку, естественно, не мог оставаться в стороне от происходящего. Понимая, что связаться с Дартом Сидиусом немедленно и согласовать свои действия не выйдет, он вызвал Асажж и поставил перед ней задачу отправляться на Родию и освободить или убить Ганрея. Для Совета Конфедерации, чтобы не шумели и не наглели еще больше, он официально отдал приказ войскам — предпринять все возможное для спасения вице-короля.       В набирающей силу буре, особняком стоял Мирр. Ведомый им ударный флот вышел в безымянной системе, расположившейся между Родией и Талайем. Тут-то он и получил информацию обо всем произошедшем. Пока он прикидывал все выгоды от спасения Нута Ганрея, по командным сетям прошел приказ графа. Хмыкнув, Мирр принял окончательное решение. Конечно, Ганрей был самым неймодианистым неймодианцем из всех, о ком он слышал, но при этом, он же обладал такой полезной чертой характера, как умение быть благодарным. Разумеется, вице-король предпочитал выражать ее в деньгах, а не услугах, но Мирра подобное вполне устраивало. Хотя бы временно перетянуть на свою сторону одного из самых влиятельных членов Совета — это дорогого стоило. Особенно в свете затеваемой им игры.       Имея сведенья о военной мощи республиканцев возле Родии, а также опираясь на свои прошлые планы и предположения, Мирр решился на разделение сил. Он сделал ставку на скорость. Проведя ротацию и отправив приказ Везмакису, Мирр, используя технику Силовой навигации, повел всего одну эскадру напрямик к Родии. Остальной флот продолжил путь по утвержденному маршруту. Изменилась лишь его конечная точка и характер движения. Теперь идущие на Лланик силы передвигались максимально скрытно. Атаковать систему с ходу им так же запрещалось. Разведать обстановку, укрыться поблизости и ждать, будучи готовыми осуществить переход и вступить в бой по сигналу, таков был приказ Мирра.       Последним, кто сыграл свою роль в событиях, стал капитан Кэвик Тот. Командир независимой эскадры «Саваоф», помогающий силам Торговой Федерации в борьбе с пиратами в районе системы Картакк. Кэвик здраво рассудил, что за спасение Нут Ганрея он получит огромные деньги, а потому, бросив вверенный ему участок, поспешил к Родии.       Если бы Амидала не задержалась или корабли Надара обладали новейшими системами, все могло бы сложиться иначе. Решившая спасти от позора старого друга, Амидала предложила представить дело так, будто бы у них с Фарром имелся план поимки вице-короля, испытывающего особо «теплые» чувства к ней. Благодарный родианец расчувствовался, чуть слезу не пустив, и ударился в воспоминания, пополам с просьбами простить. Сердце Амидалы не смогло не ответить. Переживания сказались. В итоге, на флагман боевой группы Вебба она поднялась позже чем стоило бы.       Ей даже до выделенной джедаем каюты добраться не удалось, когда взревели баззеры боевой тревоги.       Вступать в переговоры и терять время Мирр не собирался. У него были новенькие «Гозанти-штурм» и десантные капсулы, приспособленные для абордажа, вот ими-то он и решил воспользоваться.       Выскочившая из гипера эскадра сходу открыла огонь и начала расходиться, перекрывая пути отступления расположившимся на орбите кораблям боевой группы Надара. Теперь уже республиканцы смогли почувствовать себя в шкуре недавно побежденных торговцев. Конечно, соотношение сил не было столь критическим, но все равно Мирр обладал изрядным превосходством.       Если бы республиканцами не командовал джедай, он бы устроил личные переговоры и убедил отдать пленного, но на мостике флагмана боевой группы стоял обученный одаренный, а значит, все что оставалось — драться, полагаясь на эффект неожиданности. Получивший свой бой Надар Вебб, разумеется не собирался упускать шанса. Победить он может и не рассчитывал, но продержаться до подхода подкреплений, о которых, разумеется, ему сообщили, надеялся. К тому же, он не сомневался в том, что флагман с заложником постараются захватить и резонно решил использовать, пусть слабенький, но все же козырь.       — Немедленно перебросить на корабль максимум клонов, — распорядился Вебб.       — Есть, — козырнул коммандер Фил, прекрасно понявший задумку начальства.       Мирр, конечно же, предполагал, что именно на флагмане будут держать Ганрея, но и хитрого хода не исключал. Выделив большую часть авиации для прикрытия, он отдал команду «Гозанти-штурм» начинать. Прорвавшиеся сквозь обстрел и авиацию республиканцев те разрядили пусковые. Вот только в них не торпеды или ракеты находились, а абордажные капсулы. Само собой, точно такие же, только не доработанные Тез Хапаром, запустили и другие корабли эскадры.       В общем-то, основное отличие заключалось в том, что скакоанен снабдил свое детище системами маскировки и репульсором. Последний дурил грависенсоры, первые просто всемерно осложняли жизнь системам наведения. В итоге, пока канониры пытались отразить близкую опасность, сонм обычных капсул преодолел разделяющее корабли расстояние, украсил отметками прицельные сетки и активировал ускорители. Ловить этот ветер пальцами лазеров или хватать руками импульсов оказалось столь же продуктивно, как пытаться удержать воду в решете.       Корабли содрогнулись от множества ударов. Броня оказалась пробита, но изоляторы абордажных капсул не дали атмосфере покинуть продырявленные корпуса. Эфир наполнился приказами, по сетям полетели сообщения о проникновении вражеских групп, коридоры наполнились топотом бегущих к местам прорыва бойцов. Завизжали первые выстрелы бластеров, раздались крики и предсмертные хрипы, начались абордажные схватки.       Не в характере Амидалы было сидеть в каюте и ждать, чем же все это закончится. Отпускать Ганрея она не хотела, а потому, быстро придумала простенький и авантюрный план. Суть его заключалась в том, чтобы схватить неймодианца за шкирку, притащить в ангар и, воспользовавшись хотя бы LAAT, спуститься на планету. Она верила в то, что Энакин ее отыщет, знала, что скоро должны подойти дополнительные силы ВАР, а потому рассчитывала укрыться в джунглях и непроходимых болотах Родии — сказался опыт недавних пряток. «Меня не смогли найти, значит и шанс отсидеться есть», — думала Амидала, спеша в тюремный блок. Вообще-то, тот больше роль карцера выполнял, ну да не велика разница.       Пока Амидала решала и действовала, скоротечный бой подходил к концу. Решение Надара с одной стороны, и Мирра с другой, дали закономерные результаты. Оставшиеся практически беззащитными перед абордажем, корабли боевой группы стали легкой добычей дроидов. Все, кроме флагмана. На нем клоны дали достойный и действенный отпор. Не последнюю роль в успешной обороне сыграл и сам Надар, активно размахивающий мечом. Тут и его характер проявился и понимание бесполезности сидения на мостике сказалось. От приказов коммандера Фила, координирующего действия собратьев, пользы в разы больше оказалось, чем от Вебба, вздумай тот руководить. В конце концов, его ничему подобному не учили.       — Сэр, если Нут Ганрей на орбите, то только на флагмане, — высказался Семьдесят Седьмой.       — Согласен, — кивнул Мирр. — Готовь новую партию капсул и челнок, пойду разомнусь. Как там наши коммандос?       — Совсем убитые, — выдал адъютант похоронным мяуканьем.       — Прекрасно, — дернул в ответ ухом Мирр, разворачиваясь к выходу с мостика. — Командуй.       — Есть командовать, сэр, — козырнул манипулятором дроид, занимая освободившееся место.

***

      Естественно, никакое, даже самое легендарное ведро на колесиках, не может свободно управлять лифтами, дверями и прочими системами боевого корабля, военной базы или простого автоматизированного завода. Максимум что доступно какому-нибудь ушлому астромеху — проехать куда-то вдоль стеночки и, под видом ремонтных работ или технического обслуживания, напрямую подключившись, послать по техническому протоколу команду. И то не факт, что она будет выполнена. Куда надежней банально замкнуть контакты или проводок какой перерезать.       Именно по причине плотного контроля внутреннего объема и систем, опытные дроиды-коммандос серии ВХ, во время абордажа флагмана остались в капсулах. Дав В-2 оттеснить противника вглубь и обеспечить их трупами клонов, они приступили к делу. Проще говоря, живописно разлеглись на перекрестках и вдоль коридоров. Когда подготовка была закончена, диверсанты послали сигнал своим. Те, в общем-то, и без того уже отступали, но особого значения это не имело.       Отступающие В-2, отстреливаясь от наседающего противника, протопали мимо. У них имелась конкретная цель — обеспечить периметр для высадки подкрепления, вот этим они и собирались заняться. Наседающие на них клоны, во главе с рыцарем джедаем, разумеется, получили сообщение от коммандера Фила о прибытии новой партии жестянок — и желали всячески осложнить высадку.       В пылу боя никто не обратил внимания на чудесное воскрешение в тылах отдельных групп клонов. Не до чудес как-то всем было, заняты все сильно оказались. Ожившие бойцы подхватили раненных товарищей и поспешили в лазарет. Неизвестно, давал ли кто-то специальное указание инженерам, или те сами проявили инициативу, но располагающийся в центре корабля медицинский отсек находился по соседству с блоком заключения. Разумеется, не дверь в дверь и даже не через стенку, но факт оставался фактом.       Возможно, кто-то предположил, что интенсивные допросы третьей степени целесообразно проводить имея возможность быстрого оказания медпомощи. Возможно, кто-то руководствовался логикой о том, что из центра добраться до ангаров и сбежать труднее. Так или иначе, но клоны с подпалинами на броне, тащащие раненых вглубь корабля, никаких вопросов не вызвали. Даже весьма занятый борьбой с собратьями искин, вынужденный тратить изрядную часть вычислительных мощностей на управление сонмом задействованных в бою систем, счел их поведение логичным и не вызывающим подозрений. К тому же, тут сказался реальный боевой опыт диверсантов. Они воспользовались не только прихваченной с собой амуницией, но и сняли часть с клонов. Убитые в грудь, при всем желании не могли деактивировать системы шлемов, которые исправно выдавали сигнал свой-чужой, своевременно на автомате меняя частоты и коды. Не предусмотрели в экипировке подобного, не учли, а может и просто сэкономили.       Примерно в то время, когда Мирр со «своими» дроидами, упакованными в модернизированные Тезом штурмовые бронескафы второго поколения, высаживался на флагман разбитой боевой группы республиканцев, свободная эскадра «Саваоф» выходила из прыжка. Спешащий ухватить птицу удачи за хвост, Кэвик Тот воспользовался любимой перемычкой контрабандистов. Она позволила ему срезать угол, образованный Родианским ответвлением и Кореллианским торговым. Не самые законопослушные разумные таким нехитрым способом обходили системы с таможенным постом юстициаров. Он же выиграл время и избежал внимания военной базы ВАР. И все бы ничего, но своим маневром он перерезал путь лланикскому отряду.       Не смотря на то, что даже самый узкий гипермаршрут, по, условно говоря диаметру, больше любой звездной системы, навигаторы и пилоты предпочитают придерживаться центральной части. Мало ли какие ошибки в расчетах или отклонения на миллиардные доли произойдут, расстояния в космосе огромные и даже такая ерунда может закончиться печально. В общем, республиканцы и сражающиеся на стороне конфедерации наемники встретились нос к носу. Догадаться о том, кто, куда и зачем летит, ни для одной из сторон труда не составило. Как и понять неизбежность конфликта интересов. Приказ атаковать, прозвучал практически синхронно на обоих флагманах.       Пока два не самых слабых, но при этом практически одинаковых по силам флота, сходились друг с другом, в лишенной даже мало-мальски крупного астероида системе, Амидала реализовывала свой план. Разумеется, несмотря на всю ее известность, власть, возможности и просто положение, охраняющие пленного клоны подчиняться отказывались. В военной иерархии она была никем. Пришлось ей Надара вызывать и суть дела объяснять. Так как тот был несколько занят боем, ответил он не сразу, но, быстро оценив идею, дал добро на авантюру.       Собственно говоря, у него и выбора не имелось. Неизвестно откуда взявшиеся громилы очень быстро заставили его осознать ошибочность расчетов и распрощаться с надеждой дождаться подкреплений на орбите. Он сам был вынужден позорно бежать, когда не смог прорваться через плотный огонь и вступить в ближний бой. План Амидалы вполне органично вписывался в его попытку пробиться в ангары, снимая головную боль за пленника.       Получившие приказ клоны взяли под козырек, подхватили Ганрея, задвинули Падме в тыл, и поспешили на соединение с отрядом Надара. Путь их пересекся с группой раненных, один из которых предупредил о появившихся на корабле диверсантах и посоветовал идти в обход. Сержант, командовавший конвоированием пленного поблагодарил и приказал сворачивать. Логичное и правильное решение, ведь ни за кем кроме Ганрея вражеские коммандос и не могли направляться. «Ну, может еще за мной», — успела подумать Амидала, за миг до того, как в голове вспыхнула натуральная граната.       Разумеется, маскирующиеся под клонов ВХ дроиды вооружились соответствующим образом. Само собой, имея в перспективе операцию по освобождению заложника, они перевели его в режим станнеров. Конечно, против солдат в броне, тот был менее эффективен, но точный выстрел в голову решал данное затруднение. Естественно, на меткость и скорость дроиды-коммандос не жаловались. На них не экономили. Сойдя с конвейера, они уже представляли нешуточную опасность. Наличие реального боевого опыта увеличивало ее многократно, делало их по-настоящему страшным и коварным противником, что они и доказали, мгновенно расстреляв подставивших спины клонов.

***

      — Не стоит так спешить, — поднял руку Мирр, останавливая поливающих импульсами коридор дроидов.       — Свез! — удивился тяжело дышащий Вебб.       — Вам уже не успеть перехватить моих диверсантов, поэтому — можете не спешить.       — Мы еще посмотрим, пока что они не покинули мой корабль.       — После того, как перестала существовать рубка, он вряд ли может считаться вашим. Не желаете попробовать зарубить меня лично? — положил Мирр лапу на рукоять меча.       — Предпочту пленить, — усмехнулся Вебб.       Короткий разговор дал ему возможность применить несколько целительских техник, так что он сейчас ощущал себя бодрым и свежим, не то что пару минут назад, когда махал мечом за гранью собственных возможностей.       — Вряд ли из меня выйдет достойная замена Ганрею и Амидале, но как утешительный приз, сойду.       — Вы себя недооцениваете, господин командующий, — против воли улыбнулся Вебб.       Конечно, джедаю не пристало ненавидеть, но еще недавно, видя и ощущая как гибнут те, к кому он привязался, кого исцелял, он был весьма далек от путей ордена. Однако, столкнувшись воочию с тем, кто и стал причиной его гнева, он как-то совершенно незаметно вернулся на стезю джедая. Не получалось у него отчего-то ненавидеть конкретно этого врага. «Противника», — поправил себя Вебб.       «Прошу», — отсалютовав мечом Свез. Ждать Надар не стал. Он не рассматривал его как достойного соперника, рассчитывая сходу опрокинуть и, воспользовавшись тем, что окажется рядом с дроидами-штурмовиками, пустить их на металлолом. Однако, жизнь внесла свои коррективы. Силовой меч не был столь же эффективен как световой, но у него имелось одно преимущество — материальная основа. Собственно говоря, он и назывался силовым, из-за окутывающего клинок энергетического поля, форму которому как раз и придавала сердцевина. Именно на нее Мирр нанес немного кортозиса из «просьбы» Уот Тамбора, резонно рассудив, что тот не обидится на небольшую недостачу.       Надар очень удивился, когда его выпад, во-первых, парировали, а во-вторых, превратившемуся в огрызок клинку. Летящему в лоб с невероятной скоростью кулаку удивиться он уже не успел. Лишь рефлекторно успел Силу к месту удара направить. Помогло. По всем законам физики, такой удар должен был бы оторвать ему голову, или просто взорвать, но ничего страшнее огромной шишки-ссадины и лёгкого сотрясения с беспамятством не произошло.       — Вперед, — скомандовал Мирр, уходя перекатом от трассеров открывших огонь клонов.       — Как вы, сэр? — Подскочил к нему техдроид, как только штурмовики продвинулись немного вперед.       — Плащ жалко, хороший был, — вздохнул Мирр, стоя над поверженным рыцарем, которого чуть свои же не пристрелили.       — Позвольте осмотреть броню на спине, сэр.       — Ну смотри, — присел он, не став спорить и давая дроиду выполнить свою работу.       — Все в порядке, сэр, хоть и странно, сэр.       — Повезло, иди лучше за нашими танками ходячими пригляди, — махнул вслед штурмовикам Мирр.       «Броня силы — это хорошо, но техника маскировки у меня паршивая», — пробормотал он, отбрасывая испорченный плащ. Растворение своей Силы в Силе давало отличные возможности заранее обнаружить или почувствовать опасность, но оно же затрудняло переход в «боевой режим». В этом плане сворачивание собственной Силы и сжатие ее в точку оказывалось намного выгодней. Впрочем, благодаря возможностям тренированного тела и броне с сюрпризами, совсем уж критичными недостаткиами техника размытия не обладала. «Либо крестик снимать, либо трусы надевать», — муркнул Мирр, забрасывая на плечо побежденного и направляясь к ангару. Мысли его крутились вокруг попытки вычислить идеальный баланс. Чтобы и одаренного в нем не разглядели, но и времени на подготовку к бою не терять. Вебб явно Силы в нем не почувствовал, но при этом он заранее подготовился, пока болтал. Такое Мирра не устраивало.

***

      Если взглянуть на карту галактики сверху и со стороны, да не забыть нанести на нее сеть гипермаршрутов, то не трудно будет заметить, что от Юкио до Риши, куда ближе чем до Родии и развернувшихся вокруг нее событий. Тем не менее, не стоит забывать и о том, что гиперпуть гиперпути рознь. Условно говоря, скорость течения, или, если угодно, ветра, а то и просто плотность, у них разные. Именно поэтому, пока в высоких штабах разбирались с сообщением от боевой группы Вебба и решали, что делать и как быть с увязшим в бою подкреплением с Лланика, размещенный на луне Риши пост, только-только засек приближение большой группы кораблей.       Разумеется, неполный взвод клонов, состоящий из новичков и бывалого сержанта, тут же доложил об этом. История не сохранила ни звания, ни имени того разумного, который, не иначе как отдав всю свою жизнь служению в Корпусе Юстиции, распорядился задержать и досмотреть. Нам так же доподлинно неизвестно, что именно подумали и сказали получившие такой приказ клоны, хоть мы и можем, с высокой долей вероятности, предположить использование исключительно непечатных слов и выражений из словаря ругательств и идиом мандалорцев. В любом случае, нам доподлинно известно, что получившие приказ бойцы бросили жребий. Десятку достались короткие палочки. Заранее попрощавшись с братьями, герои погрузились на челнок и отправились на встречу судьбе.       Все чего они ждали от появившегося флота кораблей КНС — выстрела орудия, превращающего их в облако плазмы. Тем не менее, они храбро заступили путь лавине и отправили приказ остановиться для досмотра. Каково же было их удивление, когда вместо выстрела им ответили.       — Я, Первый Клык Великого Пятака… — захрюкала голограмма закованного в металл гаморреанца, с обезображенной шрамом мордой и отливающими сталью выпирающими зубами.       Речь свиноподобного существа оказалась наполнена титулами, эпитетами и прочими плохо поддающимися переводу выражениями. Ситуация усугублялась еще и тем, что у клонов имелись лишь штатные средства челнока, то есть, просто программа, которой до протокольного дроида было очень и очень далеко. Тем не менее, командующий отделением сержант-ветеран вполне уяснил основное. О чем и сообщил оставшимся на луне собратьям. После чего направился осуществлять тот самый досмотр. Как-никак, некая великая маткосвина, даровавшая право каким-то там свиноматкам, тоже великим, но менее плодовитым, чтила чужие обычаи и желала добрососедских отношений, хоть и не преминула указать на то, что Риши в состав Республики не входит, но та признала права аборигенов, следовательно, распоряжаться их системой не может.       Само собой, сержант, как и остальные клоны, от всей этой казуистики был еще дальше, чем банта от ранкора. Ему приказано осмотреть, он осмотрел. Десятки тысяч гаморреанских поселенцев увидел. Оборудование для добычи полезных ископаемых, строительства, земледелия и прочего мирно-бытового зафиксировал. Избытку холодного оружия подивился. С документами, заверенными в Республике, ознакомился. Обо всем этом и доложил, предоставив копии, записи и отчеты подчиненных.       Естественно, что пока он всем этим занимался, гаморреанцы, будучи расой независимой, в данный момент времени нейтральной, да еще и по аналогии с ришийцами признание Республики имеющей, спокойно своими делами занимались. Проще говоря, на орбиту вышли и начали шустро выгружаться. Забыли они о том, что их вроде бы задержали, с кем не бывает.       Разумеется, сообщение сержанта не только через оставшегося неизвестным штабиста прошло, но и до куда более высоких инстанций добралось. Вот там-то как раз возбудились, вмиг о Родии позабыв. К сожалению для больших начальников, сержант был служакой исполнительным. Не успели они толком собраться для выработки решения, как пришел его доклад о том, что он, во-первых, задержал нарушителей, а во-вторых, приступает к досмотру. Речь «Клыка Великого Пятака», верней, ее запись, разумеется прилагалась. Само собой — это внесло некий диссонанс в работу извилин всех причастных.       Вроде бы — вот она, атака на Камино, о которой доложила разведка и которую все ждут. А нет, это оказывается просто колонисты прибыли. Срывать флот? Бить на упреждение? А ну как ловушка или просто внимание отвлекают? От ситхова Свеза можно любой пакости ждать! Палпатин и сам не в курсе был, что это за напасть такая, поэтому и медлил с решением. Из-за творящегося вокруг Риши, он не мог взять и исчезнуть, переговорить с Дуку лично, приходилось слать запросы опосредованно. Конечно, безопасность и маскировка — прежде всего! Но именно из-за нее он лишался возможности оперативно получить ответ.       Пока все думали-гадали, бравый сержант доложил о том, что ничего противозаконного не обнаружил. Разумеется, никто в это не поверил, но клон предоставил доказательства, с которыми было трудно спорить. Переть против фактов, оно вообще как-то не очень бывает. Естественно, всплыли и бумаги, из которых следовала полнейшая, однако же вполне законная дичь. Оказывается, еще за год до начала войны гаморреанцы официально провели переговоры и заключили договор на аренду звездолетов Торговой Федерации и Картеля "Гиперсвязь". Кто там кому и чем платил являлось коммерческой тайной, да и плевать всем на это было. По всем раскладам выходило, что, либо Республика проявляет акт неприкрытой агрессии, давая в руки Конфедерации убойный козырь для идеологического противостояния, либо — молча утирается, получая под боком с Камино потенциально враждебную базу и солидный флот.

***

      Тем временем, Энакин Скайуокер, перескакивающий с одного гиперпути на другой, так же принял сообщение от боевой группы Надар Вебба. Разумеется, оно не оставило его равнодушным. Особенно данные по атаковавшей республиканцев эскадре. «Шансов у наших нет» — понял он, берясь за штурвал и готовясь к новому прыжку. В общем-то, изменившаяся ситуация несла для него ряд положительных моментов. Например, теперь спасение любимой позволяло, сославшись на волю Силы или видение, объясниться с учителем и советом. Конечно, совсем бесследно для него разговор не закончится, но и головомойки не будет. В общем, все тот же принцип «победителя не судят» в действии. Впрочем, ни о чем таком он не думал. Просто рвался к Падме, своему ангелу, готовясь хоть со всем миром разом в бою сойтись. «Держись, любимая, я иду», — шептал он, сжимая штурвал до побеления костяшек на пальцах.

***

      Палпатин не столько размышлял над сложившейся на Риши ситуацией, сколько прилагал максимум усилий, чтобы не раскрыться перед крутящимися рядом джедаями. Еще никогда он не был так близок к провалу как сегодня. Его душили ярость, гнев и какая-то детская обида. «Ведь все же было хорошо!» — билось в его мозгу. Именно в этот момент, когда он уже почти решился отдать приказ о начале военной операции, видя единственный способ обуздать чувства в страстной речи, пришло новое сообщение. Бравый сержант, похоже, решил прочно укрепить свой образ в ночных кошмарах сильных мира сего. Он всего лишь сообщил о том, что закончившие выгрузку колонистов и оборудования корабли сепаратистов покинули систему. Вот так просто — взяли и улетели.       От подобного поворота дел не то что дроиды пиликать перестали, даже вентиляторы предпочли крутиться потише. Окажись в совещательной комнате генерального штаба муха, она бы предпочла позорно упасть и даже разбиться насмерть об пол, но не махнуть лишний раз крылом. Разумные, которые мановением руки могли отправить в бой флот и армию, росчерком пера решить судьбу мира или сектора, смотрели друг на друга в немом вопросе: «Что. Это. Было?!»       Конечно же, простой ответ — гаморреанцы всего лишь основали колонию, их не устраивал. Что поделать, даже обывателю кажется, что мир вертится вокруг него. Слишком часто мы забываем о том, что наша жизнь на десять процентов состоит из событий и на девяносто из нашего отношения к ним. Трудно, будучи «пупом земли», принять и осознать банальную истину — другие себя тем же мнят и, в соответствии с этим, живут. Наплевав на тебя, такого всего великого, мудрого и прочее.       Пока военная, политическая и, наверное, все же религиозная, верхушка Республики переваривала новости и пыталась выработать решение, господа Поггль Меньший и По Нудо изволили предаваться веселью. Проще говоря, парочка хохотала и накачивалась спиртным. Подложили они свинью Республиканцам. Огромную, клыкастую и задиристую. Командор Везмакис, выполняющий скромную роль третьего, в веселье участвовал несколько меньше. Во-первых, у него был приказ Свеза, а во-вторых, он все никак не мог решить — менять ли форму головного убора или же обнаглеть и нанести серебряную вышивку. В том, что его вскоре ждет повышение, Самукат не сомневался, да и вообще, с такими знакомствами о карьере беспокоиться не стоило. Тост за командующего он поддержал рьяно и искренне.       В то же время Первый клык стоял над обрывом и оглядывал раскинувшиеся перед ним зеленые холмистые долины. Он все еще не верил, что теперь — это его. Десятки лет он пробивался из низов. Шел путем войны, мечтая о, пусть маленьком, но своем клочке земли. Он поучаствовал и уцелел в самых кровопролитных сражениях родины, а мелкие стычки перестал считать ещё лет двадцать назад. У него имелось много прозвищ, которые он ненавидел. Все эти десятилетия, обагряя топор, он мечтал о том, чтобы пахать и сеять, растить урожай. Кормить им детей. Но судьба, раз за разом, бросала его в бесконечные сечи. В конце концов его стали считать проклятым. Он достигал вершин в кланах, сам возводил их к вершинам, но всегда все заканчивалось одинаково. Резня, бойня, и лишь он раз за разом выживал и начинал свой путь с нуля. Он пробовал уйти на покой, поселиться в глуши, уединиться, но всегда находились те, кому он был нужен. Всегда они подбирали к нему ключи. Даже проклятым, он был необходим.       И вот, на закате его полной боли, крови, зла и страданий жизни, он получил желаемое. Духи предков сполна вознаградили его за все. Пусть он уже не молод, но он еще в силе. У него много жен, его потомков ждет великое будущее. «И в нем не будет войны», — решил он. Издав клич, он отступил от края обрыва. Широко размахнулся. Разбежался и швырнул проклятый топор. Много раз спасавшее ему жизнь оружие, сверкнув на последок отраженными лучами закатного солнца, рухнуло в протекающую внизу реку. Гаморреанец не видел пепельного ришийца, замершего на скале в отдалении, зато острый взор старика разглядел все в деталях, а разум понял многое, если не все.

***

      Частная военная компания от государственных вооруженных сил в первую очередь отличается отношением к потерям. Вот и командир свободной эскадры «Саваоф», смотря на темнеющее обозначение очередного корабля, решил что с него довольно. В отличие от республиканского адмирала, ему приходилось думать о сумме, в которую обойдутся пополнения. Сейчас она стала критической. Синяя птица удачи, в очередной раз поманив охотника, обратилась миражом. Водилась за этой тварью такая гадская привычка, чего уж тут. Морок истаял. Кэвик Тот отдал приказ отступать. Два измочаливших друг друга флота разошлись. Оставив в пустой системе груды обломков, освещаемых тусклым светом красного карлика.

***

      Энакин, понимая, что его маленький истребитель вряд ли засекут в гипере даже новейшие системы, решил не рисковать. Не иначе как, переживания и волнение за судьбу Падме сказалось. Вышел он из прыжка достаточно далеко, чтобы переход не засекли, даже спутником и звездой за спиной прикрылся. И все бы ничего, маневр-то он совершил грамотный, действовал правильно, но вот о Силе своей совершенно позабыл. Точнее, просто не подумал. Увы, за последние века джедаи как-то не привыкли к необходимости маскироваться всегда и везде. В отличие от ситхов и прочих организованных одаренных, но это так, к слову.       Разумеется, Мирр почувствовал появление Скайуокера, слишком уж тот мощной связью с Силой обладал и вечно ее своими порывами баламутил. Сыграла свою роль и используемая им техника сокрытия в Силе. Конечно, некоторые сомнения у Мирра имелись, но он их отбросил. Во-первых, имела место ситуация, в которой лучше перебдеть. Во-вторых, попавшая в плен Амидала не оставляла сомнений — Энакин явится за женой. Рано или поздно. Мирр ставил на первое, потому и ощущение интерпретировал однозначно.       Будучи опытным командиром с отличным образованием, да еще и обученным одаренным, он легко прикинул возможные точки появления гостя. Сориентировать сенсорников на просмотр нужных векторов и приказать докладывать о любой отметке — секунды. Немногим больше ушло и на выполнение поставленной командованием задачи. Разумеется, Энакин максимально обесточил системы и двигался по инерции, само собой, его «Эфирная фея» имела системы маскировки, и конечно же — это не спасло его от обнаружения.       Что поделать, если он оказался единственным астероидом, летящим точнехонько к флагману. Остальные-то небесные странники, в соответствии с законами мироздания, как-то все больше к массивным телам стремились. Спутникам там, планетам разным, а этот вот, особенный «камушек», как раз из-за одного такого объекта появился и решил боднуть висящую в сторонке эскадру. И ладно бы он еще такое учудил к звезде местной летя, но он же от нее двигался.       «Где-то я уже такое видел», — пробормотал Мирр, перед мысленным взором которого пронеслись воспоминания с Почечуя. Если бы не однозначно завывшая пурга и не сковавший на миг лапы лед, он бы отдал приказ расстрелять Скайуокера немедленно, но Сила явно возражала. Вот только и Мирр не собирался слепо следовать ее воле. Собрав мысленно аргументы и наплевав на маскировку, он выдохнул их в клубящуюся метель. Та не прекратила танца снежинок, но игриво брошенная в морду пригоршня, обернулась порцией видений.       Когда командир вздрогнул и замер статуей, Семьдесят Седьмой испытал легкий сбой. Его сенсоры однозначно уловили изменения состояния Мирра. Проведенный анализ жизненных показателей, сходу выявил аналогию. То же самое произошло во время рейда. Вывод относился к мистической составляющей, анализом которой запрещалось заниматься в боевой обстановке. С учетом последних приказов, Семьдесят Седьмой расценивал ее именно таковой. Впрочем, к облегчению дроида, на этот раз все закончилось так же внезапно, как и произошло. Мирр открыл полные тоски глаза и коснулся виска. Он явно испытывал жесточайшую головную боль.       Машинально применив целительскую технику, Мирр откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Из того водопада образов он понял не так много, как хотел бы. Энакин для чего-то понадобился Силе. И ей было наплевать на так называемый баланс. Вырежет он джедаев или ситхов, станет злом воплоти или будет воплощением добра и света, все эти мелочи ее не волновали совершенно. «Черт, да он может быть кому-то просто отвертку подать должен!» — рыкнул Мирр, ощущая, как от мыслей и догадок голова распухает. В том, что Скайуокер — это такая себе «Бабочка Брэдбери» он теперь не сомневался. Беда лишь в том, что эта «бабочка», даже с оторванными крылышками могла и должна выполнить возложенную на нее миссию. Разумеется, в чем она заключается, и почему его никто заменить не может, Сила не сообщила. «Или я, тупой, не понял», — вздохнул Мирр поднимаясь с кресла.       — За этим следить, не трогать, дать пробраться в ангар, — бросил он адъютанту.       — Понял, сэр, — кивнул дроид.       «Все равно ее отпускать собирался», — подумал Мирр, отправляясь за Амидалой. Настроение у него где-то на точке замерзания находилось. Уловил он в ниспосланных видениях один смутный момент, о котором не хотелось думать. Они оба нуждались друг в друге. Именно поэтому Сила столь часто сталкивала их лбами, а ведь Мирр готов был кисточку с хвоста сбрить, лишь бы пореже избранного видеть. Увы, но на обоих у Великой имелись планы. «Ладно хоть Ганрею мозги вправил и услать в Гордианский предел успел», — переключился Мирр на отвлеченные мысли, запрещая себе ломать голову над планами непознаваемой по определению сущности.       Паршиво это, знать, что как ты не трепыхайся, а все одно сделаешь то, чего тебе на роду прописали. Вот вроде бы во всем остальном полная свобода, что хочешь, то и вороти, но все твои пути, даже лежание на диване, в итоге, к одному и тому же приведут.       Тряхнув гривой и окончательно очистив разум от лишнего, Мирр начал стягивать Силу и готовиться к противостоянию с Энакином. Он ни капли не сомневался, что тот сперва в драку полезет, а уж потом, получив по шее, разговоры разговаривать начнет. Так оно и вышло. Скайуокер, продемонстрировав великолепное ускорение, слепо бросился в бой. «Он же чуть свою ненаглядную не стоптал», — вздохнул Мирр, который с трудом удержался от того, чтобы не отойти в сторону. Похоже, Энакин и сам это осознал, а может просто не ожидал, что противник отключит поле своего меча и превратит его световой клинок в жалкий ножик. В любом случае, удар плашмя по руке он пропустил. Оставшись с переломом и безоружным.