Narcissus

Уже несколько дней небо над Морио было затянуто тяжёлыми тучами графитового цвета. Со стороны океана дул холодный, промозглый ветер, безжалостно набрасывавшийся на каждого, кто осмеливался выйти на улицу. А вырванным из рук прохожих зонтикам не было числа. Никто уже даже не удивлялся, когда мимо пролетал чей-то зонт. Джоске в полном одиночестве брёл по улице, кутаясь в тёплую куртку – в последнее время он мёрз с завидной постоянностью, хотя раньше никогда не был мерзляком. А когда в городе заметно похолодало, Джоске вообще перестал вылезать из тёплой одежды. На душе у него было так же пасмурно, как и на улице. Он буквально чувствовал, как тоска, сидящая где-то в груди, медленно, но верно разъедала его изнутри. Его мама утверждала, что это от безделья, и ему стоит найти себе какое-нибудь полезное занятие, а не только играть в приставку и развлекаться с друзьями. Возможно, она была права. Однако чем бы он ни занимался, эта хандра, окутывавшая его с ног до головы, словно паутина гигантского паука, никуда не исчезала. Даже покупка новых ботинок не радовала его, как раньше. - Что это ты забыл у моего дома, Джоске? Хигашиката замер и медленно повернул голову к источнику голоса. Впрочем, он и так узнал, кому он принадлежит. Рохан стоял на крыльце, сложив руки на груди, и был одет только в узкие штаны и объёмный белый свитер. Джоске от одного только взгляда на него становилось холодно. В этот самый момент налетел особенно злобный порыв ветра, с необычайной яростью набросившийся на них и устремившийся дальше, оставив их волосы в полном беспорядке. - Я просто гулял, - неохотно ответил Джоске, желая убраться отсюда поскорее, и в то же время, к своему большому удивлению, какая-то его часть уходить совсем не хотела. Будто он был искренне рад видеть язвительного мангаку, причём до такой степени, что сердце как ненормальное заколотилось под рёбрами. Хигашиката невольно сжал куртку на груди и едва вспомнил, что нужно дышать. - Гулял, - повторил он, прищуриваясь. – Рядом с моим домом. - Я могу гулять, где захочу, - огрызнулся Джоске, сжимая свободную руку в кулак. К горлу подкатывала не то тошнота, не то ещё что-то, а где-то в груди нарастало жжение, словно он вдохнул красного перца и теперь пожинал плоды своего неразумного поступка. - Конечно, можешь, - согласно кивнул Рохан, - но подальше от моего дома. От тебя вечно одни неприятности, так что не нужно меня раздражать и шататься поблизости. - И кто же меня остановит? - собственный голос Джоске узнал с трудом, говорить ему было больно, неприятное чувство переместилось в горло, и ему до ужаса хотелось начать расчёсывать его, лишь бы это жжение и зуд прошли. Дышать уже получалось с трудом, и он понял, что с ним творится что-то неладное. Даже лицо горело и наверняка было красным, однако Рохан не замечал ничего, а может просто не хотел замечать. - Не думай, что ты такой уж неуязвимый, я, чтоб ты знал, тоже уже хорошо преуспел в использовании Heaven's Door и... Джоске не слышал, что говорил Рохан дальше, потому что его согнуло пополам от резкой боли в груди. Хрипя и задыхаясь, Хигашиката пытался расстегнуть куртку, чтобы ослабить ворот школьного пиджака, застёгнутого до самого верха. Глаза жгло от слёз, рот быстро наполнялся горькой слюной, которая стекала по его губам тонкой ниточкой. Впервые в жизни с того момента, как его сразила лихорадка в четыре года и продлившаяся пятьдесят дней, он чувствовал себя настолько ужасно. Возможно, сейчас было даже хуже. То время он практически не помнил, ведь был слишком мал, да и всё происходящее в ту ночь воспринималось им теперь не более чем сном. Сейчас же боль была вполне реальной, Джоске казалось, что его разрывает изнутри, что-то, что не давало нормально дышать. Перед глазами всё плыло, а в висках набатом стучала кровь. Где-то вдалеке слышался голос Рохана, но он не мог разобрать ни слова. Горло в последний раз сдавило спазмом и он, наконец, зашёлся натужным, влажным кашлем. Из раздражённой глотки наружу рвались хрипы вместе с чем-то мокрым и липким. - Поверить не могу! Цветочная болезнь! Это же такой опыт, я должен срочно всё зарисовать! Слух постепенно возвращался, но ощущалось это толчками, да и дымка, стоявшая перед глазами, рассеивалась, позволяя Джоске обнаружить себя стоящим на коленях. Но самое ужасное, что он увидел, это горсть бледно-жёлтых лепестков, измазанных кровью и слюной. Джоске упирался ладонями в землю и смотрел на причину его внезапного приступа и не хотел верить. Но реальность происходящего подтверждал Рохан, который с безумным фанатизмом зарисовывал что-то в небольшом блокноте. Потом он подошёл ближе, присел на корточки и без малейшего признака брезгливости взял пальцами несколько лепестков и поднёс поближе к глазам. - Ну, надо же. Если не ошибаюсь это лепестки нарцисса. Кажется, у меня дома была книга по флориографии, надо срочно посмотреть его значение! А ты не разлёживайся, поднимай свою задницу и тащи её в дом, так и быть, пущу тебя ненадолго. Хлопнула входная дверь, а Джоске ещё какое-то время продолжал стоять на коленях, неверяще глядя на вялые лепестки. Когда он нашёл в себе силы подняться, Хигашиката не стал заходить в дом, решив, что он не выдержит компанию Рохана в таком раздраенном состоянии. Утирая тыльной стороной ладони влажные губы, Джоске поспешил прочь. - Эй, Джоске! Почему ты в тот раз убежал? Вечно от тебя одни неприятности, я потерял столько полезной информации. Парень вздрогнул и обернулся на голос Рохана. Тот прямой наводкой направлялся прямо к нему и Джоске подавил в себе желание тут же сбежать подальше, но зная Рохана можно было даже не пытаться это сделать, он бы точно не отстал. - Какая разница? - Хигашиката нахмурился. Сердце снова начало биться о рёбра, словно безумное. А явно дрожащие руки он поспешил спрятать от мангаки, скрестив их на груди. - Что значит, какая разница? - возмутился Рохан, подбоченившись. - Я же сказал тебе зайти ко мне! Я собирался вызвать врача и попутно сделать пару зарисовок, а ты как всегда порушил все мои планы. - Перед этим ты говорил не ошиваться перед твоим домом, так что я решил последовать твоему совету. Что тебя не устраивает? - Вечно ты делаешь всё наперекор чужим словам, - Рохан поджал губы, осуждающе посмотрев на Джоске. - Вот именно это в тебе и бесит! В любом случае, у меня есть к тебе несколько вопросов и я бы хотел, чтобы ты на них ответил. - С какой стати мне это делать? - Не будь эгоистом, Джоске, - отмахнулся Кишибе, доставая из сумки блокнот. - Скажи мне лучше, ты же признался своей возлюбленной? Джоске показалось, что на секунду или две его сердце остановилось, чтобы вновь забиться быстрее прежнего. Его снова бросило в жар, а к горлу подступила тошнота, но в этот раз она кажется была от волнения, но он бы не удивился, если бы приступ кашля повторился прямо сейчас. - Нет, не признался, и почему это я вообще должен говорить с тобой на эту тему? Я пошёл. - Хигашиката развернулся и собирался побыстрее уйти, но Рохан схватил его за локоть, с силой сжимая пальцы. - Погоди-ка, ты совсем отупел? Ты же знаешь, что будет, если тебе не ответят взаимностью? - Мне это прекрасно известно, - резко ответил Джоске, выдёргивая руку из чужой хватки и раздражённо смотря на мангаку. Тот не обратил на смену его настроения совершенно никакого внимания. - Но тебя это не касается никаким боком. - Ты боишься признаться? - неожиданно спросил Рохан, а потом язвительно усмехнулся. - Надо же. Хигашиката Джоске гроза всех злодеев, боится признаться девчонке в своих чувствах. Как прозаично и... нелепо. Да и вообще, насколько мне известно, ты довольно популярен, так что можешь быть уверен, что твоя избранница рано или поздно ответит тебе взаимностью, так что нужно просто признаться. - А с чего ты решил, что это девчонка? - Джоске довольно бесцеремонно перебил словесный поток мангаки. Он вдруг почувствовал внезапно навалившуюся усталость. И вся эта ситуация его ужасно утомляла. И каждую минуту она становилась только нелепее. - Что? - глупо переспросил Рохан, хлопая глазами и с лёгким недоверием глядя на парня перед собой. - Ты меня разыгрываешь? А если нет... то... неужели ты... - Нет, я не неужели. В любом случае, это вообще не твоё дело. И я как-нибудь сам разберусь. Мне уже можно идти? Мать ждёт меня к ужину, мне бы не хотелось опаздывать, знаешь ли. - Кто он? Кто-то из твоих дружков? - Нет, это не мои друзья, - Джоске начинал терять терпение. - Кажется, я уже дважды сказал, что тебя это никак не касается. - Погоди, но, насколько я знаю, ты больше ни с кем кроме Коичи и Окуясу не общаешься... неужели Джотаро-сан? Джоске даже открыл рот от удивления. Ему внезапно захотелось вмазать Рохану по лицу, но он был слишком ошарашен услышанным. - Ты совсем ебанулся? - Но тогда... Хигашиката посмотрел на мангаку так, что тот замолчал, уставившись на него во все глаза. И видимо Рохан увидел что-то такое от чего на его лице начало проступать понимание. Джоске поспешно отвёл взгляд и торопливо устремился к своему дому.

***

Джоске уже несколько недель сидел дома. Болезнь обострилась, и теперь он кашлял всё чаще, да и отхаркивались теперь целые цветки, вместо лепестков. Прописанные врачом обезболивающие кончались довольно быстро, потому что ел он их без конца, и к счастью это пока помогало. Но он не знал, как долго это будет продолжаться. Звонок в дверь стал неожиданностью. Джоске никого не ждал — мать должна была быть на работе, а его друзья в школе, если только Окуясу не решил прогулять и навестить его. Если честно, сейчас он бы только порадовался компании лучшего друга. Мельком глянув на в кое-то веки распущенные волосы, которые он не укладывал с утра, посчитав совершенно ненужным, Джоске пошёл открывать дверь, потому что звонок не замолкал и это начинало раздражать. Открывая замки, Хигашиката с улыбкой сказал, что если Окуясу не прекратит сейчас же, он ему точно наваляет. Но стоило ему увидеть неожиданного посетителя, парень перестал улыбаться, непроизвольно нахмурившись. - Впустишь? - Рохан выглядел угрюмо и как-то неожиданно помято. Не было привычного налёта лоска, сейчас он был вполне себе обычным человеком, а не надменным засранцем. У Джоске засосало под ложечкой от этого, он нутром чуял, что ничего хорошего не случится, если он впустит мангаку в дом. Но он всё равно отошёл в сторону, пропуская нежданного, но при этом глубоко желанного гостя. Рохан кивнул в знак благодарности и вошёл, окидывая прихожую беглым взглядом. Подождав пока он разуется, Джоске направился в гостиную, чувствуя себя немного неловко. Он никогда бы не подумал, что Рохан лично придёт к нему. Хигашиката уставился в окно, а мангака тем временем вошёл в комнату и прошёлся из одного угла в другой, явно осматриваясь. Они оба молчали. Джоске не знал, что уж тут можно говорить в такой ситуации, а Рохан явно обдумывал то, что собирался сказать. Парень уже начинал думать, что не дождётся начала разговора, но тут его гость всё же подал голос. - Ты же понимаешь, что ничего не выйдет, не так ли? От этих слов внутри Джоске что-то оборвалось. Не то чтобы он рассчитывал, что Рохан ответит ему взаимностью, этого уж точно не могло случиться, даже и пытаться не стоило. Но всё же у него теплилась мизерная надежда на то, что у него есть шанс, особенно минутами ранее, когда он увидел на пороге Рохана. Но реальность била как всегда точно в солнечное сплетение, заставляя задыхаться. - И у меня действительно нет шанса? - Джоске не знал, зачем это спрашивает, ведь мангака явно дал ему понять, что ничего не светит. - Ни малейшего. - Ладно, - собственный голос прозвучал на удивление спокойно и даже как-то равнодушно. А вот Кишибе его ответ явно не устроил. Он подскочил к нему и резко развернул к себе. Crazy Diamond привычно вырос за спиной, угрожающе надвигаясь на мангаку, однако Джоске быстро взял себя в руки, отзывая станд. - Ты совсем придурок? - Рохан выглядел непривычно взволнованным и раздражённым. Чёлка упала ему на глаза, однако Джоске всё равно видел плещущуюся в них злость и это, что ни странно, показалось ему милым. - Ты же рано или поздно задохнёшься из-за этих грёбаных нарциссов. И как мне потом жить с мыслью, что какой-то тупой невежа, как ты помрёт из-за безответной любви ко мне? Ты всерьёз считаешь, что я смогу спать спокойно? - А разве нет? Ты же всё равно меня ненавидишь, - Джоске пожал плечами. - Тебе же меньше проблем. - Чёртов сопляк, - Рохан раздражённо скрипнул зубами и отпустил парня, отходя на шаг назад. - У меня есть предложение. И принять его в твоих же интересах. Так или иначе, у тебя нет выбора, если ты хочешь жить. - И что же это за предложение? - Джоске старался не думать о том, что кожа на руках, в тех местах, где её касались ладони Рохана, теперь просто горит. - Heaven's Door. Я могу стереть твои воспоминания обо мне. Ты будешь думать, что мы не встречались, и значит, твои чувства тоже исчезнут. По крайней мере, я так думаю. В любом случае, ты ничего не теряешь. Джоске не ответил сразу. Он сжал руки в кулаки и пристально смотрел на Рохана. Тот нервно постукивал ногой по полу, явно ожидая его ответа. А ведь он как-то и забыл, что его станд способен на подобное. И это действительно могло сработать, только вот... забывать его совершенно не хотелось. Но Рохан был прав. У него не было выбора. В конце концов, он не мог оставить мать одну. - Хорошо, я согласен.

***

- Джоске! Джоске! Ты наконец-то поправился! Твоя причёска как всегда сногсшибательна! - стайка одноклассниц окружила его, оттеснив недовольного Окуясу в сторону, и забросала вопросами о самочувствии. Джоске смущённо улыбался и пытался ответить, что теперь с ним всё нормально. Девушки явно не собирались отставать и изъявили желание пойти до школы с ним вместе, он не возражал. Если честно, Джоске как-то смутно помнил последние недели, что провёл дома. Только вчера он, кажется, лежал с температурой, а наутро проснулся совершенно здоровым, разве что внутри было как-то пусто. Словно у него забрали что-то жизненно-необходимое, но, тем не менее, он чувствовал себя хорошо, поэтому решил, что сегодня можно сходить в школу, хотя мать и предлагала ему остаться дома. Одноклассницы трещали до самой школы, не замолкая ни на секунду. Проходя через ворота, Джоске вдруг почувствовал чей-то взгляд и обернулся. С другой стороны улицы на него смотрел незнакомый парень. Джоске удивлённо приподнял брови, но когда он пересёкся взглядом с зелёными глазами незнакомца, внутри что-то болезненно дёрнулось, порядком удивив его самого. Но тут незнакомец отвернулся и пошёл по своим делам, и наваждение спало. Но Хигашиката всё равно смотрел ему вслед, ощущая при этом непонятную тоску.