Brain — no, Heart — yes

Дым от горящего неподалёку склада щипал и въедался в затуманенные уставшие глаза. Раздражая нежную оболочку, он проникал глубоко в нос и быстро заполнял помещение, вытесняя остатки свежего воздуха. Поднявшись на ноги и размяв затёкшую спину, Баттерс чётко, как никогда раньше, понял: он хочет жить. В их время, когда больше половины населения Америки заражено смертельным вирусом, критическое мышление было настоящей редкостью. Сила духа, желание бороться и трезвость восприятия ценились, как когда-то драгоценные камни и шуршащие купюры. Плотно прижавшись лопатками к шершавой холодной стене, Баттерс подобрался к окну и осторожно выглянул наружу. Их миру нужны бойцы. Зажав рот грязной ладонью, он попытался сдержать рвущийся наружу глухой кашель. Скоро огонь перекинется на жалкое построение и спалит деревянную лачугу дотла. На счету была каждая секунда: Баттерс слышал, что сгорание заживо — самая болезненная штука во вселенной. Испытывать правдивость данного изречения на себе хотелось в последнюю очередь. Они, словно верные сторожевые псы, поджидали у двери. Вцепившись похолодевшими пальцами в тёмную ржавую ручку старого пистолета, — единственная защита, что у него осталась, — Баттерс щёлкнул крепким замком и вышиб дверь с ноги, отшвыривая со своего пути аж три человекообразные фигуры. Замедленные бездумные ругательства потонули в грохоте палящего пистолета. Твёрдой отработанной рукой Баттерс сносил тупые бошки и вышибал мозги подбирающихся мертвецов. Их много, но Баттерс ловче и проворней. Увернувшись от летящей в него оторванной руки, Баттерс, очищая дорогу, пальнул ещё несколько раз и, отброшенный на пару шагов назад силой выстрела, побежал в сторону. В дыме плохо различались очертания врагов, от него раскалывалась голова и подгибались ноги. Оглянувшись, Баттерс с ужасом понял, что остался один. Друзей, расчищающих территорию неподалёку, не наблюдалось. Должно быть, они запрыгнули в грузовик «отряда сопротивления» и укатили на безопасное расстояние. Картман с самого начала гнул линию, что здесь их слишком много — отстреливание бесполезно и безрассудно. Запустив пулю в лоб ещё одному монстру, Баттерс, зажатый между двумя полуразвалившимися стенами былого супермаркета, напряжённо замер. Неужели это всё? Он прикончил собственных родителей и отстрелял за пару месяцев несколько сотен зомбарей, чтобы умереть вот так? Пуль в пистолете оставалось ничтожно мало, спасения ждать неоткуда. Подставив дуло к виску, он глубоко вздохнул и поднял голову, твёрдым взглядом оценивая стремительно приближающихся к нему душегубов. Вот девочка, совсем маленькая, но уже с отваливающейся рукой, а рядом, должно быть, её мёртвые родители; существо, когда-то являющееся дружелюбной бабушкой, скалит гнилые зубы. Время спускать курок. Мужчина, с проплешиной на голове; молодая девушка, с вываливающимися кишками; смотрящий в упор парень в оранжевой парке. Ошарашенно замерев, Баттерс невольно опустил руку, со сжатым в ней оружием, вниз. Парень, его ровесник, широко улыбался и качал головой, как бы уговаривая не делать того, что сделать Баттерс был просто обязан. Сердце, ещё секунду назад бешено колотящееся в груди, сейчас замерло и словно оторопело от внезапно нахлынувших чувств. Баттерс сглотнул, не обращая внимания на маленькую девочку, подобравшуюся к нему настораживающе близко и готовую вцепиться зубами в его ногу. — Баттерс! Совсем рядом оглушающе громко взорвалась бомба самодельного изготовления. Кажется, ему за шиворот прилетел чей-то безумный глаз, но Баттерс, пользуясь возможностью пробить стену из оторопелых зомби, отбросил с пути оторванную ногу и ломанулся вперёд. Картман, Кайл и Стэн орудовали окровавленными бензопилами, словно те были продолжением их рук. — Вечно тебя нужно вытаскивать из всякого дерьма, — сквозь зубы шикнул Картман, как только Баттерс подбежал к ним и выхватил из-за пояса Стэна заряженный пистолет, — быстрее бы тебя уже обратили. Тогда бы я лично размазал твои мозги по стенке. — Думаю, его просто сожрут, — перекрикивая рёв бензопил, фыркнул Кайл. Отрубленная им голова с выпученными глазами упала Баттерсу в ноги. — А я думаю, что сейчас к чертям сожрут нас всех, если не уберёмся отсюда поскорее! — отпихнув ногой разлагающийся собачий труп, Стэн зло сжал пальцы на ручке бензопилы и принялся осторожно отходить назад. Прикрывая друг друга, они бросились к грузовику. Запрыгнув на водительское сиденье, Картман всем своим непушиночным весом вдавил педаль газа и налёг на руль. Тщательно вглядываясь в унылый, удаляющийся от них пейзаж, Баттерс искал оранжевую парку, но так ничего и не увидел. Сегодня смерти снова не удалось запустить свои костлявые пальцы в его тусклые выцветшие волосы. А ночью, когда они с ребятами грелись у костра и тихо злились на свою нелегкую долю, Баттерсу казалось, словно из небольшого леса, огороженного от упырей специальным электрическим забором, за ним кто-то пристально наблюдает.

***

Второй раз они встретились, когда Баттерс, — ну надо же! — оказался заперт на последнем этаже полуразрушенного дома без крыши. В очередной раз отбившись от группы, он погнался за особо агрессивным представителем полуразложившейся фауны. А когда снес объекту преследования бошку, напоролся на группу озверевших друзей-мертвецов. Таким образом, теперь он в ловушке на открытом этаже и не может избавиться от рук, цепляющихся за край своеобразной крыши и желающих добраться до любого участка его тела. Швырнув на бетонные панели бесполезный пистолет, Баттерс с ужасом увидел, как пальцев с ободранными ногтями, цепляющихся за крышу, становится всё больше и больше. Он в засаде. Опять. Только теперь друзья едва ли смогут, — как любит выражаться Картман, —вытащить его из «очередного дерьма». Даже единственной пули, способной лишить его жизни… и той не имеется. Потому что лучше наложить на себя руки, чем обратиться и влачить жалкое существование ожившего удобрения. Испуганно попятившись спиной назад, Баттерс споткнулся и почти рухнул задницей на бетонные плиты. Как в замедленной съёмке перед ним возникла искорёженная ужасами жизни рожа. — Быть зомбарём не так уж и плохо, — жёлтыми зубами оскалился мужчина средних лет давнишнего обращения, если судить по его запущенному внешнему виду. Баттерс испуганно открыл рот, но не успел ничего ответить: сбоку раздался щелчок заряжающейся винтовки. Выкрикнув неразборчивое проклятие, мужчина, поражённый пулей на пару со своими приятелями, полетел вниз. Осоловело заморгав, Баттерс, не веря собственному счастью, медленно повернулся, ожидая наткнуться на едкую, но заслуженную порцию раздражённых взглядов своих друзей. Реальность же оказалась несколько иной. Широко улыбаясь, на него смотрел тот же парень в оранжевой парке, сжимая в руке заряжённую двуствольную винтовку. Баттерс не понял, как улыбнулся в ответ, однако, когда парень махнул рукой, подзывая подойти ближе, тут же сорвался и метнулся навстречу, не думая ни о каких последствиях.

***

— Йо, пацаны, — дружелюбно улыбаясь, кивнул Кенни. Картман, Стэн и Кайл вытаращились на него, как на восьмое чудо света. — Баттерс… ты сдурел? — нащупав рукой перочинный нож, с глухим отчаянием вопросил Стэн. Баттерс помотал головой: — Совсем нет, мы с Кенни вроде как вместе. — Вместе?.. — беспомощно переспросил Кайл. — Вместе?!! — басом взревел Картман. — Вместе, — счастливо кивнул Кенни, нисколько не смущённый подобным приёмом своей скромной персоны. Поднявшись с насиженного места, Стэн осторожно, словно готовясь бежать в любую минуту, подошёл к Баттерсу с другой стороны и приобнял его за плечо, косясь на Кенни с явной опаской и настороженностью. — Баттерс, — глубоко вздохнув, начал он, — ты осознаёшь, что рано или поздно он либо сожрёт тебя, либо обратит? Кайл с Картманом переглянулись, тут же позабыв о давней вражде, и энергично закивали в унисон. — Не собираюсь я его обращать, а тем более жрать, — обиженно скрестив руки на груди, Кенни демонстративно надул красные, от запекшейся крови, губы. — Конечно собираешься, — подозрительно прищурившись, Картман сделал шаг вперёд и ткнул Кенни в грудь толстым пальцем, — ночью ты засунешь ему в ухо трубочку и высосешь его мозги. — Зомби не жрут мозги, жирная ты невежда. Ты сам это знаешь, — фыркнул Кенни, закатив единственный оставшийся глаз (второй представлял из себя чёрную выбитую дырку). — Зомби просто жрут всё, что видят, — пробормотал Картман, в кои-то веки получив от Кайла взгляд, полный одобрения. Однако тот тут же поспешил съязвить: — Точно так же, как и ты. Слушай, Картман, может, ты зомби? — Заткнись, рыжая ошибка природы! Пока друзья самозабвенно бросились в очередную перепалку, Баттерс, шепнув нахмурившемуся Стэну тихое «мы к ручью», взял Кенни за руку и повёл его за собой. — Да мы истреблять их должны, пока они не захватили весь мир! — орал Картман. — Я лучше тебя истреблю, необработанный кусок сала, чем этого Кенни! — в ответ распылялся Кайл. Удивлённо поглядывая назад, пока голоса извечных соперников окончательно не утонули во мраке леса, Кенни приподнял бровь: — Это они всегда так? — БОльшую часть времени, но я уже привык. — Баттерс пожал плечами и убрал с веснушчатого лица Кенни твёрдую от засохшей крови прядку волос. — Ты ведь не хочешь правда сожрать мой мозг? — хихикнул он. Склонив голову, Кенни взял его холодную руку в свою и обольстительно улыбнулся: — Пока мне принадлежит твоё сердце, он мне не нужен.

***

— Мертвяк, мертвяк, — монотонно бубнил себе под нос Картман, не находя сил смириться с фактом, что сейчас с ним, в защищённом лесу, бок о бок сидит чёртов зомби, на борьбу с которыми он ежедневно отдавал всего себя и не жалел сил. — Клянусь, Кенни, как только этот задохлик отвернётся, я прикончу тебя. Из-за таких, как ты, погибла моя мать. Иронично фыркнув, Кенни лишь зашёлся едким хохотом. Сверкая оставшимся, поразительно живым для мертвеца глазом, он прикусил ноготь на указательном пальце. — Баттеркап по секрету мне шепнул, что твоя мамаша была шлюхой, так намного ли я грязнее её? Кайл одобрительно присвистнул, мстительно посмотрел на ошарашенного подобным нахальством Картмана, и они со Стэном отбили друг другу весёлое пять. — Да ты, педик, совсем страх потерял?! — уподобляясь здоровенному медведю, взревел Картман. Баттерсу на секунду показалось, что вот сейчас он сорвётся и пришибёт худощавого Кенни одной левой, однако Картман продолжал оставаться на месте. Лишь глаза его потемнели от ярости, а губы сжались в тонкую полоску. Тяжело дыша, он резко повернулся к хихикающему в плечо Стэна Кайлу. — Тебе ли ржать, жидяра патлатый, твоя мамаша сдохла как собака под обломками вашего сарая, гордо именуемого домом. Как собака, Брофловски, как собака… Кенни завозился на земле, скрестил ноги и опустил голову Баттерса на своё плечо, предлагая не вмешиваться и просто наслаждаться происходящим. Стэн его мнения, однако, не разделял: — Заткнитесь оба! — прикрикнул он на расходившихся скандалистов. — Когда-то мы договорились не поднимать эту тему. Да, мы все лишились семьи, но что с того? Нужно продолжать бороться, потому что кроме друг друга у нас больше нет никого. Вздохнув, Кайл ещё какое-то время посверлил соперника гневным взглядом, но спорить со Стэном не решился, глубоко в душе будучи с ним полностью солидарным. — Быстро вы успокоились, — зевнул Кенни, улыбаясь. — Пошёл ты в жопу, Кайл, и Марша захвати, — резко поднявшись с места, Картман размял ноги и двинулся прямо в гущу деревьев. Какое-то время оставшиеся у костра озадаченно переглядывались, но уже совсем скоро Стэн не выдержал и, захватив недовольного Кайла, отправился с ним в лес — на поиски не тупого, но всё-таки придурковатого друга. Оставшись стеречь огонь, Баттерс, потрёпанный бесконечным днём, задремал на костлявом неудобном плече, а Кенни, стараясь лишний раз не шевелиться, долго смотрел на него.

***

Если не присматриваться, Кенни выглядел как обычный человек. По крайней мере, так казалось Баттерсу. Однако, когда он высказал своё наблюдение Кайлу, друг лишь громко расхохотался, а на озадаченные глаза пояснил, что у нормальных людей принято моргать, спать по ночам и питаться нормальной пищей. Покачав головой на очередное предложение по-тихому избавиться от Кенни, Баттерс потёр длинную полоску шрама, оставшуюся у него на глазу после неудачной схватки, и уселся на мокрую после дождя траву. Все в этом мире со странностями. У него самого, если так можно было выразиться, мутировавшие до размеров слонов тараканы скребли черепную коробку изнутри. Подумав об этом, Баттерс поморщился и скосил глаза на устроившегося неподалёку Кенни. Присев на корточки, тот елозил палкой по сырой куче песка и всё интенсивней расчесывал глубокую царапину на левой щеке. Человеческая дурная привычка. Интересно, о чём он думает? Поднявшись с бревна и бросив на зевающего Кайла предупреждающий взгляд, Баттерс подошёл ближе и опустился на колени. — Слышал, еврейская душонка жаждет пролития моей грязной крови? — усмехнулся Кенни, продолжая вырисовывать на песке непонятные узоры. — Не так уж они с Картманом различны. — Не суйся в это, — хмыкнул Баттерс, лохмача свои спутанные грязные волосы, — если ещё и ты начнёшь задираться, Кайл этого не переживёт и объединится с Эриком. — С ним я точно не собираюсь объединяться! — осведомил со своего места чуткий Кайл. Кенни рассмеялся, а Баттерс, дождавшись, пока друг отправится встречать Стэна (это было их странным, никому непонятным ритуалом), спросил: — Почему ты до сих пор не обратил меня? — Я слишком тебя уважаю. — Правда? — Баттерс хмыкнул. — Конечно. — Покрутив палкой над картинкой, Кенни быстрым движением перечеркнул рисунок жирным крестом, и только тогда Баттерс понял, что на песке были изображены его друзья. Толстый Картман, который даже во время зомби-апокалипсиса не смог скинуть; насупленный Кайл и высокий Стэн. Баттерса крупно передёрнуло. — Знаешь, за чем можно круто провести время? — За чем? — тихо спросил Баттерс. — За отстреливанием твоих друзей. Они такие завистники. Кенни задумчиво посмотрел на валяющуюся у палаток винтовку. Баттерс промолчал, поэтому было непонятно, согласен он или нет. Вскоре вернулись остальные и разлеглись по своим спальным мешкам. Баттерс долго смотрел на заряженное оружие в руках Кенни. В конце концов, он, как всепозволящей родитель, никогда не мог ему отказать.