Я умер в субботу
4 июня 2019 г., 15:28
Ты невероятно живой для ходячего трупа. Ты методично раскладываешь АРТ по баночкам и заводишь будильник, чтобы не пропустить прием. Ты тщательно следишь за общиной, поднимая тревогу по каждому поводу и без, бегаешь по подворотням, выискивая отбившихся от твоего стада овец. Ты искренне любишь каждое мгновение этой своей новой жизни, в которой, наконец, играешь значимую роль. Для тебя огромная радость - приносить счастье людям.
Вот и сейчас ты поднимаешься по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, сжимая в руках сценарий сериала по моей повести, который в понедельник одобрило издательство. На твоем лице улыбка, плечи расправлены, ты счастлив и прост.
Твоя миссия почетна - ты несешь благую весть. Наверняка я буду рад, когда узнаю, что люди пищат от восторга, влюбляясь в Кирена и Монро, что уже в марта 2013 года продюсеры планируют начать показ сериала по тв. Наверняка я буду сиять как лампочка, когда ты предашь мне хвалебные оды Доминика Митчелла.
- Я дома, Кир!
Но я не отзываюсь на приветствие, поселяя в твоей душе нотку беспокойства. Пока совсем крошечную, ведь я не знаю дня и ночи, а потому вполне могу спать. Ботинки аккуратно убраны на место, документы убраны в верхний ящик комода - чтобы не потерять. Ты наливаешь воды в стакан, словно чуешь неладное и нарочно тянешь время.
А затем все же поднимаешься наверх и, затаив дыхание, толкаешь дверь в мою кладовку. В нос ударяет резкий запах.
"Я умер в субботу" - так я написал на стене своей каморки. И ты разглядываешь эту надпись, едва вынося резь в глазах. Хлорная известь и литий гипохлорит, которыми была произведена обработка помещения, действительно имеют не слишком приятный аромат. Особенно при такой концентрации.
Я подчистил следы за собой.
Как будто меня и не было.
Постояв на пороге еще минуту, ты выходишь, плотно претворяя за собой дверь. Если не открывать ее, занавесить небольшой дверной проем шторкой или поставить в нишу шкаф, то можно притвориться будто меня здесь вообще никогда не было.
Тонкий призрак, дух выдуманного Кирена Уокера, художника из книжки, отправившегося в Европу вместе с Монро. Живого мальчика, столь трепетно и нежно любящего жизнь.
У меня не хватило духу причинить им боль. Я оставил им право писать свою историю. Развиваться независимо от меня в умах и сердцах людей.
А сам ушел, предварительно уничтожив все свои личные вещи. Ушел посмотреть напоследок, как из пурпурного моря медленно разгорается рассвет. Все-таки предпочел его тебе, милый Саймон.
А у тебя, я думаю, впереди целая жизнь. Ты действительно верный апостол ЛЖВ – людей, живучих с ВИЧ, и твои гнилушки нуждаются в твоих проповедях. Спасибо за время, проведенное вместе, ты навсегда останешься в моем сердце. А я... знаешь, я умер в субботу, когда дописал свою последнюю главу про синдром ПЖЧ.
