Педик

      Никто не знал, откуда в условиях апокалипсиса взялся приличный и весьма забористый алкоголь, но выпить, тем не менее, не отказался никто, даже Кэрол, которая чувствовала себя на порядок раскрепощённей с потерей мужа. Рик, поначалу следивший за порядком, будто самый старший на вечеринке выпускников, всё же сдался после пятого приглашения выпить.       Группа обосновалась в заброшенной деревушке, где ходячим пока не было ходу: несколько стоящих кучкой домишек огораживались по периметру колючей проволокой. Для чего была такая предосторожность жителям такого захолустья — оставалось загадкой, но измотанные долгой дорогой, голодные и замёрзшие из-за холодов приближающейся зимы, люди Рика, как и он сам, были благодарны предусмотрительным строителям. Похвалить их дальновидность лично не предоставлялось возможным — дома пустовали и, судя по толстому слою пыли, уже давно.       Не доверяющие своему внезапно нагрянувшему счастью до конца, но обрадованные удачей, уставшие люди разбились на группы и заняли все до единого дома. Привычка жить, спать и делать всё на свете вместе, не теряя друг друга из вида, никуда не делась, но всем нужно иногда хоть немного личного пространства, и они с радостью разбрелись спать по собственным кроватям, хоть и не первой свежести, но лучшим в нынешнем положении.       Провизия всё ещё оставалась проблемой, и за ней приходилось таскаться в ближайший город. То ли фортуна, наконец, была на их стороне, то ли это было затишьем перед бурей, но продуктов оказалось не просто достаточно — их было много. И помимо консервов, батончиков и сухих пайков им досталась и порядочная доля алкоголя.       Девушки расхватали вино и, окружив Кэрол, уверенно спаивали её, похоже, едва ли не впервые пробующую алкоголь. Карл, как не совсем совершеннолетний, забрал себе пиво и они с такой же не совсем трезвой Мишонн ушли к Джудит. Гленн и Мэгги тоже вскоре незаметно исчезли, и дом, в котором все собрались этим вечером, понемногу опустел.       Рик поднялся с пола, прихватив с собой начатую бутылку портвейна, и тоже двинулся к выходу. Дом, по сути, был вроде как его: в одной из комнат наверху остался рюкзак с его вещами, но сейчас хотелось проветриться. На веранде был Дэрил — он в общей пьянке не участвовал, предпочитая уединённо всматриваться в даль в поисках затаившихся проблем. Правда желание в кои-то веки напиться не обошло стороной и его: у ног мужчины стояла полупустая бутылка.       — Ходячих почему-то нет в этом районе, — начал Рик, садясь рядом на дощатый пол, просто чтобы не молчать, — они держатся больших городов. Тебе не нужно вечно быть на страже.       Дэрил посмотрел из-под бровей немного стеклянным взглядом, и Рик заткнулся и протянул ему портвейн. В сумерках было не разглядеть, но Диксон вроде бы покосился на него с сомнением.       — Мешать водку с портвейном? Думаешь, хорошая идея? — он, однако, уже потянулся, принимая из рук Рика бутылку.       Мешать портвейн с чем бы то ни было было заведомо плохой идеей, Рик понял это слишком поздно, когда они уже ввалились в его комнату, совершенно не стоящие на ногах и оперативно стаскивающие друг с друга одежду. В голове связных мыслей не осталось, но на задворках сознания закрепилось, как Рик потянулся за поцелуем, а Дэрил дёрнулся и отвернулся.       Никого это не остановило, и они повалились на кровать, попутно избавляясь от мешающих тряпок. Хорошо, что в домах была невесть откуда взявшаяся вода, и можно было мыться, не отыскивая три дня водоём в лесу — вряд ли кровь ходячих была сексуальна. Рик, совсем не сдерживаемый пьяным мозгом, льнул к горячему телу под собой, гладил и трогал везде, где мог достать, целовал шею, ключицы, живот. А Дэрил сдерживался, стискивал простынь, и позволял ему всё это. Но когда губы Рика почти коснулись вставшего члена, мужчина вскинулся, слепо глядя почерневшими глазами, и одним рывком перевернулся на постели, подмяв его под себя. Пьяный Рик против ничего не имел.       Возбуждённый и доведённый почти до предела, Дэрил не церемонился. Его едва хватило на то, чтобы растянуть Рика пальцами, прежде чем войти. Крема для рук было и много, и катастрофически мало: Рик болезненно морщился, всеми силами пытаясь расслабиться, но чувствовал, как туго протискивается в него каждый сантиметр.       В голове прояснилось, но похоже, что только у него: Дэрил грубо трахал, толчками вколачиваясь, и скомканные, хлопающие движения приносили если не боль, то дискомфорт — точно.       — Стой, подожди, — прохрипел Рик.- Дэрил!       Диксон не без усилий замер, прислушиваясь, и выскользнул из тела Рика, откатываясь вбок. Его глаза были затуманены желанием, и Рик, только взглянув на мужчину, понял, что согласится на такой секс ещё не раз, если Дэрил будет всегда смотреть так.       — Давай по-другому, — наконец, решил он, полностью переворачивая их на кровати.       Теперь Дэрил лежал на спине, а он сидел рядом, снова чувствуя, как от одного вида возбуждается опавший было член. Но как только Рик навис сверху, загораживая светящую в глаза Дэрила лампу, тот напрягся, будто был на охоте, и приготовился бежать прямо сейчас, если что-то выйдет из-под его контроля. Что мог контролировать вусмерть упитый мозг Дэрила, оставалось загадкой.       — Я не дам тебе засунуть в меня член, — сухо предупредил он, удерживая Рика на расстоянии одним взглядом, всё ещё не дотрагиваясь до него.       — Я предлагаю не это.       Рик перекинул ногу через раскинувшееся под собой тело, чувствуя, как их члены касаются друг друга, так идеально, как он всегда и хотел. Мужчина приподнялся на коленях, помогая себе руками, и начал опускаться, по-прежнему морщась. Дэрил сдавленно выдохнул, будто сдерживаясь из последних сил, чтобы не застонать, и коснулся горячими руками бёдер Рика. Этого хватило, чтобы Граймс удовлетворённо выдохнул, полностью насаживаясь на его член.       Так было гораздо лучше. Рик чувствовал, наконец, что-то кроме неприятно растягивающихся мышц, он упирался Дэрилу ладонями в грудь и трахал себя его членом, а Диксон подавался вперёд, подмахивая бёдрами, и, похоже, едва сдерживался, чтобы не притиснуть Рика ближе, засадив так, как хочется — быстрее и резче.       Они не кончили вместе — Рик додрачивал себе, глядя на расслабленное в удовольствии лицо Дэрила, на его несправедливо незацелованные губы, обманчиво доверчивую позу и раскинувшееся после оргазма тело. Кончив, он упал рядом, надеясь, что его не погонят из его же комнаты, но уже заранее зная, чем всё это закончится.       Не прошло и минуты, как Дэрил, из которого алкоголь выветрился одновременно с оргазмом, встал и направился на выход. Рик больными глазами смотрел, как тот уходит, но не нашёл в себе сил, чтобы его остановить. Это был случайный пьяный секс, и, как бы ему ни хотелось продолжения, его не будет. Не с Дэрилом. Даже если кто-то другой был Рику просто не нужен.

***

      Больше они об этом предсказуемо не говорили. Дэрил ушёл, даже не хлопнув в раздражении дверью, будто ему было безразлично, с кем он только что трахался, и Рик понятия не имел, что сказать или сделать, чтобы всё снова стало по-прежнему. Пока повисшее между ними напряжение не мешало остальным, они ничего не замечали, но Рик считал дни до того момента, когда догадливые Мишонн или Кэрол, или Карл, который знал своего отца лучше кого бы то ни было, или Гленн с Мэгги, которые вообще-то не видели дальше друг друга, но иногда были чересчур проницательными, что-то заподозрят. Дэрил не любил компанию и ценил уединение, но Рика сейчас он просто избегал, и это было заметно невооружённым глазом.       — Нам нужно поговорить.       Вконец уставший от этой пляски Граймс поймал возвращавшегося с охоты Дэрила и зажал его за домом. С дороги их закрывала стена, позади был лес, и Диксону было некуда бежать, хотя, Рик видел это по глазам, ему бы очень хотелось.       — Нет, не нужно, — тот выкрутил руку из слабого захвата и отвернулся, но Рик не дал ему уйти, прижав к стене, и зафиксировал для надёжности его запястья. Арбалет неприятно колол Дэрилу спину, а волосы прятали любые эмоции, какими бы они ни были.- Я был пьян. Больше говорить не о чём.       — Ты этого хотел, — Рик слабо качнулся вперёд, дурея от близости.- И, если что, мы снова могли бы…       — Нет, — Дэрил грубо вырвался и оттолкнул от себя Рика, будто тот прямо сейчас хотел на него наброситься… Хотя так и было. — Этого не повторится.       — Почему нет? — Рик сдержал в себе раздражение, граничащее с обидой, и запихнул глупые чувства подальше. — Ты был не против…       — Я. Был. Пьян, — Диксон от злости сжал кулаки, но к Рику даже не обернулся. — И я не педик.       Он ушёл, оставив Рика с раздраем в душе. Нужно было понять ещё когда Дэрил сбежал от него, голого и вытраханного, даже не обернувшись, понять, что это ничего не значит. Но наивное сердце продолжало надеяться, и Рик зачем-то его послушал. И вот где они теперь: брошенные, никому не нужные со своими чувствами, которых, по-хорошему, и быть не должно.       На мужчину хотелось смотреть долго и пристально, мечтая о том, чего получить никогда не удастся, но принцип «заговоришь об этом снова — убью» ясно читался у Дэрила на лице каждый раз, как Рик неосознанно бросал на него взгляд. Больше Граймс со своими предложениями не лез — Дэрил ясно дал понять, что засунет их ему в задницу вместо ожидаемого там члена. Рик был понятливый, но что-то внутри сладко замирало всякий раз, когда он ловил на себе ответный взгляд спрятанных под чёрными волосами глаз.

***

      Рик надеждами не тешился, и тем неожиданнее стало появление Дэрила на пороге его комнаты. Он пришёл сам через пару дней, снова пьяный вдрызг, буквально ввалился, не с первого раза находя затуманенным взглядом хозяина комнаты.       — Дэрил? — Рик поднялся из-за стола, удивлённо смотря на пьяную походку друга. — Что ты?..       — Никаких поцелуев, понял? — заплетающимся языком обозначил тот и буквально свалился Рику в объятия. — Я не какой-нибудь… там…       — Ты не педик, я помню, — ошарашенно закончил за него Граймс и, наконец, отмер. — Ложись.       Дэрил прищурился, то есть, ещё больше, чем обычно, будто не зная, что Рик выкинет в следующий момент, и заранее не доверяя. Но пьяное тело знало лучше, и через секунду Рик уже рассматривал раскинувшийся перед ним фронт работ.       На мужчине была привычная кожаная жилетка, мятая тёмная рубашка без рукавов и чёрные штаны. И если первые два ему снять точно не дадут, то последнее им сейчас просто не понадобится.       Подойдя ближе, Рик уверенно взялся за ремень, расстёгивая на Дэриле штаны, и очень надеялся, что его руки не дрожат, выдавая волнение. Снова напиться сейчас казалось не такой уж и плохой идеей, Рик даже позавидовал своему предусмотрительному в этом плане другу, вот только он, в отличие от Дэрила, хотел запомнить всё до мельчайших деталей, чтобы потом, когда они снова решат «забудем это, будто ничего не было, я не педик», иметь возможность если не прикасаться, то хотя бы вспоминать, как это было. Как могло бы быть.       — Что ты делаешь? — Рик только расстегнул штаны, собираясь их стащить, как пьяный, но не менее бдительный Дэрил поднял голову и уставился на него немигающим взглядом.       Рик не ответил, продолжая его упоённо раздевать. Диксон позволил вытряхнуть себя сначала из штанов, а затем из белья, оставив ненужную одежду болтаться на уровне колен. Граймс опустился перед кроватью на колени, и член Дэрила, больше не стянутый мешающимися тряпками, оказался как раз на уровне лица.       — Я собираюсь поцеловать тебя, — невозмутимо предупредил он, а затем наклонился и лизнул головку.       Не ожидавший такого Дэрил сдавленно простонал, но тут же взял себя в руки, и больше несдержанных звуков не издавал. А жаль. Рик, только услышав этот стон, почувствовал, как всё налилось в штанах у него самого, но сосредоточился на члене Дэрила. Для начала.       Головка чувствовалась на языке странно: такая желанная, тяжёлая и почти безвкусная — не то, чтобы Рику было, с чем сравнивать. Он уверенно лизнул от основания вверх, пытаясь представить, как будет приятнее. Собственный опыт с Лори вспоминать не хотелось, но он был единственным образцом, и приходилось равняться только на него.       По реакции Дэрила было не понять, нравится ему или нет, и Граймс просто понадеялся, что не выглядит глупым и ничего не умеющим. Нализавшись, он аккуратно обхватил головку губами, коснулся её языком и опустился по члену ниже, насаживаясь. Диксон вверху снова застонал, но сразу же заткнулся и больше ничем себя не выдавал, но и этой реакции Рику хватило, чтобы понять, что он делает всё правильно.       Продолжая сосать, он коснулся рукой поджавшейся мошонки, погладил, сжал, потом лизнул и её. Действуя интуитивно, он чувствовал, как член под его губами всё твердеет, и это было, в общем, очень приятно — знать, что на тебя так реагируют. Думать о том, что для Дэрила он сейчас просто заменяет приятную дырку, не хотелось.       Бёдра мужчины задрожали под пальцами Рика, и тот понял, что приближается разрядка, но отстраняться он и не подумал. Пускай, это было и на один раз, но Рик должен был запомнить всё до мельчайших деталей, должен был почувствовать в себе вкус Дэрила, чтобы никогда больше не забыть и иметь возможность дрочить на эти воспоминания, когда Диксон протрезвеет и снова его пошлёт.       На голову легла тяжёлая рука, подрагивающие пальцы вплелись в короткие волосы, надавливая, мягко, но настойчиво заставляя брать ещё глубже. Будто Рик мог быть против. Сделать как можно приятнее было главной задачей, и он усердно сосал, как мог расслабляя горло, и пропускал ещё глубже, молясь всем богам, чтобы не подавиться.       Кончая, Дэрил выглядел, как ожившая порно-мечта Рика. Зарываясь лицом в паховые волосы, ему мало что было видно, но вскинувшееся тело, закатившиеся в экстазе глаза и раскрытые губы он запомнил, зная, что не забудет уже никогда. Рот наполнялся спермой, и Рик сглотнул, чувствуя её горечь. Собственный член стоял колом, неприятно врезаясь чувствительной головкой в шов джинсов, но Рик старался не обращать на это внимания. Единственное, что сейчас имело значение — Дэрил.       Он лежал на спине, наполовину свесившись с кровати, его штаны и трусы так и болтались, сползшие на щиколотки, но сил поправлять их не было. Впервые хотелось не думать ни о чём больше, раздеться, залезть под одеяло и прижать к себе человека, который сделал так хорошо.       Открыв почти трезвые глаза, Диксон снова себя возненавидел. Что он творит? Сначала он трахнул Рика, совершенно наплевав на его мнение, потом сказал, что этого не повторится, а потом снова пришёл и выебал его рот. Пиздец.       Граймс так и не встал с колен, он сидя напряжённо следил, как Дэрил поднимается и одевается, по-прежнему не глядя на него. Всё кричало о том, что Диксона нужно задержать, но Рик не знал, как.       — Что, никакой ответной любезности? — как мог более равнодушно спросил он, лениво садясь на полу и расставляя ноги так, чтобы выпуклость на штанах была заметнее. — Или хотя бы благодарности?       — Спасибо, — глухо отозвался Дэрил от двери, и Рику стало ещё хуже, хотя, казалось бы, больше уже некуда. — Подрочить ты можешь сам, а в рот я не возьму.       — Дай угадаю: ты не педик?       — Именно.       Рик грустно усмехнулся и скосил глаза на замершего у выхода мужчину. С его отрицанием очевидности собственной ориентации нужно было что-то делать, но в голове не было ни одной идеи. Свои вкусы Рик понял ещё в школе и никогда не пытался прятать или изменить. У него была Лори, и они были влюблены, но это не мешало мужчине любоваться прочими красивыми телами, и мужскими, и женскими.       Но у Дэрила с этим были явные проблемы. Рик не знал, что делать, а поэтому решил действовать так, как хочется. Он неторопливо поднялся, хотя всё внутри (и вставший член снаружи) умоляли действовать быстрее, чтобы замерший Дэрил не успел спохватиться и остановить. Но хотелось не так. Диксон должен был сам этого желать, сам понять, что ему нужно, и Рик мог только подтолкнуть. Хоть он и был не против завалить Дэрила на кровать, пол или любую другую горизонтальную поверхность, а потом трахать до изнеможения, но он всё ещё оставался его лучшим другом, и поступить с ним так Рик не мог.       — И что дальше? — он неторопливо подошёл к мужчине, обманчиво отвлечённо рассматривая его лицо. — Снова сделаем вид, что ничего не было? Будем избегать друг друга ещё неделю?       Он замер перед Дэрилом, остановившись в метре от него. И если свои движения Рик ещё мог контролировать, то заинтересованный такой близостью член, похоже, стал только твёрже.       — Предлагаешь позвать тебя на свидание? — резко спросил Дэрил, снова «занавешивая» своё лицо волосами. — Будем целоваться, ходить за ручку или что? — Рик, если честно, был не против, но промолчал. — Я не пидор и не баба, которую нужно разводить на секс.       — Ты явно одно из этих двух, — перебил Рик, которого это уже начало раздражать. — Если ты трахнулся с мужиком, значит, ты либо женщина, либо всё-таки гей…       Он не успел договорить, как Дэрил схватил его за воротник рубашки и прижал спиной к двери. Рик приложился головой и локтем, ткань неприятно натянулась, норовя порваться, но сильнее всего ощущалось жгучее возбуждение, замешанное на азарте и такой долгожданной близости.       — Ещё раз так меня назовёшь — дам в глаз, — прошипел Дэрил ему в лицо.       Рик мазохистом не был, но сейчас его губы сами собой расплылись в хитрую ухмылку.       — Я тоже могу кое-что дать, знаешь ли…       Их бёдра были в сантиметрах друг от друга, и Граймс качнулся вперёд, давая почувствовать своё возбуждение, упираясь стояком Дэрилу в пах и очень надеясь, что в глаз он сегодня всё-таки не получит. Но Диксон скорее не разозлился, а растерялся и будто даже чуть покраснел. Рубашку Рика он так и не выпустил, и Граймс решил воспользоваться моментом: он быстро, не давая Дэрилу времени отстраниться, положил руки ему на бёдра и притиснул к себе, притираясь и чувствуя, как больно давит возбуждённый член на шов джинсов.       Дэрил удивлённо замер, даже не подумав выпустить из онемевших пальцев воротник Рика. Его глаза широко распахнулись, а дыхание сбилось, и Граймс почувствовал, как в бедро упирается чужой стояк, ещё слабый после недавнего оргазма, но уже заметный. Стараясь не торжествовать слишком очевидно, Рик снова толкнулся, отмечая, как Дэрил от этого неконтролируемо подаётся навстречу.       Дэрил был слишком занят попытками контролировать своё дыхание, чтобы ничто не выдавало стыдного возбуждения, и не заметил, как выпустил из рук воротник Рика, и мужчина за секунду оказался за его спиной и уже сзади прижался к нему своим членом.       В человеке, который возбуждается от чужого стояка, было, если подумать, не так много гетеросексуального, но Рик предпочёл на этот раз промолчать. Он толкался, потираясь о бедро Дэрила, и в любую секунду готовился к удару. Но мужчина вёл себя на удивление тихо, если не считать едва слышных стонов и частого громкого дыхания. То ли недавний оргазм его так разморил, заставляя не думать, а чувствовать, то ли Дэрил, наконец, решил не рефлексировать о природе своих действий, но в какой-то момент он завёл руки назад, прижимая бёдра Рика ещё ближе к себе, буквально впихивая его член между своих ягодиц. В глазах потемнело, и Граймс сдавленно застонал от удовольствия.       — Господи, да… — прошептал он, захлёбываясь стоном, и опустил руку на ширинку Дэрила.       Они толкались и тёрлись, Рик сжимал снова вставший член через ткань, другой рукой шарил по плоской груди, то и дело нарочно задевая затвердевшие соски, и мужчина в его руках податливо выгибался, подставляясь под прикосновения.       На его шее билась жилка, и Рику нестерпимо хотелось прижать её губами, но… «никаких поцелуев». Хотя если поцелуи в член разрешались, то почему бы не поцеловать в шею? Не давая себе времени пожалеть, Рик прижался губами к горячей коже, молясь, чтобы Дэрил его не оттолкнул. Но мужчина вдруг выгнулся в его руках, подставляясь ещё больше, и застонал так сладко, что Рик, который и так был на пределе, задушенно забился в оргазме.       Когда он пришёл в себя, Дэрил с закрытыми глазами прижимал его безвольно повисшую руку к своему члену, видимо, даже не замечая этого. И это было лучше всех сбывшихся желаний: Дэрил, добровольно отдающийся ему, доверяющий своё тело полностью, податливый и возбуждённый насколько только можно. Рик сжал пальцы, то и дело потирая головку, и снова приник к подставленной шее губами, нерешительно лизнул раз, другой, не встретив сопротивления, и слабо, но ощутимо прикусил кожу.       Дэрил в его руках всхлипнул так горячо, что если бы Рик не кончил минуту назад, у него снова бы стоял. Одной рукой Граймс сжимал его член, другой — нашёл и потёр сквозь рубашку сосок. Он всё ещё целовал шею мужчины, просто не способный от неё оторваться, и надеялся, что за оставленный засос его потом не убьют. Безумно хотелось оставить свою метку, заявить права, которых вообще-то не было, но что-то подсказывало, что мужчина этому не обрадуется.       Наконец, провернув член в ладони в очередной раз, Рик почувствовал, как тело Дэрила задрожало, и он забился в оргазме. Из приоткрытого рта доносились задушенные всхлипы, и Рик вдруг понял, что в жизни не слышал ничего более возбуждающего. Диксон дёрнулся последний раз, а затем повернул голову, всё ещё не открывая глаз, и уткнулся носом мужчине в шею.       Грудь будто сдавило изнутри чем-то тёплым, сильным и до боли нежным, и Рик, бережно поддерживая обмякшее тело, невесомо поцеловал Дэрила в висок. Думать о том, что будет завтра или хотя бы через пять минут не хотелось совершенно. Но всё хорошее рано или поздно кончается.       Ресницы Дэрила задрожали, и он открыл глаза. Мужчина отстранился; он вроде бы не порывался сразу же сбежать, но на Рика так и не смотрел. Граймс нехотя разжал руки, настороженно следя за движениями Дэрила, и заговорил первым:       — Не сбегай.       Он очень надеялся, что это не звучало так жалко, как ему показалось. Дэрил нахмурился, а это значило «нет». Рик представил, как остаётся на ночь в этой комнате, где всё пахнет Дэрилом и тем, чем они только что занимались, и понял, что этого просто не вынесет. Он или расплачется, как маленькая девочка, или будет дрочить, вспоминая, пока не отвалится рука или член.       — Ладно, тогда просто оставайся здесь, — Рик обошёл замершего у двери Дэрила, стараясь ненароком не коснуться, чтобы не сорваться в это безумие опять. — Кстати, это было горячо, мне понравилось. Спокойной ночи.       Подавив наглую ухмылку, он скрылся за дверью, оставив Дэрила наедине с его мыслями. Рику, конечно, было ещё, что сказать: что он не против повторить, что он мог бы остаться, если бы Дэрил только попросил, что Диксону стоит переосмыслить то, что он «не педик», но ничего из этого Рик не сказал. Он просто наивно надеялся, что завтра всё как-нибудь утрясётся само.

***

      Ничего, естественно, само не утряслось ни завтра, ни через день, ни через неделю. Дэрил по-прежнему избегал его, они почти не разговаривали и старались быстрее разбежаться, если случайно пересекались. Благодаря тому, что им всем больше не нужно было скитаться по лесу в поисках ночлега, люди будто отдалились друг от друга. Рик был уверен, что, когда понадобится, любой из его группы будет рядом, подставит плечо и придёт на помощь, но сейчас все будто навёрстывали упущенное личное время, закрывшись друг от друга в отвоёванных с таким трудом домах. Рик не мог их за это винить.       Сам он жил один и не сильно переживал по этому поводу. Карл и Джудит обосновались у Мишонн и, похоже, тоже были довольны жизнью; Гленн и Мэгги будто получили, наконец, шанс на приличный медовый месяц, и почти не выходили из своего домика; остальные, тоже разбившиеся на группы, занимали оставшиеся пустыми дома. Где жил Дэрил — Рик не знал.       Хоть с жильём всё было более-менее хорошо, вопрос пропитания всё ещё стоял ребром: им нужно было охотиться, что-то выращивать, если они планировали задержаться, и хоть иногда выбираться в город. Этим всегда занимались Рик и Дэрил, на Гленна сейчас рассчитывать не приходилось, хотя он, конечно, помог бы, если бы его только попросили, но отрывать парня от любви всей его жизни у Граймса просто не поднималась рука.       Когда нужно было выбирать — умереть от голода и убить этим членов своей группы или взять себя в руки и забыть о ссорах — проблема с Дэрилом отходила на второй план. Им нужно было заботиться о родных людях, а, значит, пора было выдвигаться в ближайший город за провизией.

***

      Машина размеренно ехала по трассе, бензина было не так и много, и мужчины внимательно осматривали вид из окна в поисках заправки. В салоне стояла тишина, даже радио не работало. Не то, чтобы им не было, о чём поговорить, но оба упорно молчали, избегая даже взглядов в сторону друг друга.       Дэрил смотрел в окно, отвернувшись от Рика, и думал обо всём случившемся. То, что его тянуло к Рику, было понятно уже давно. То, что Рика тянуло к нему в ответ, стало очевидно ещё после их пьяного секса: только неравнодушный человек мог захотеть такое повторить. Дэрил даже не заботился тогда о чужом удовольствии, просто трахнул, как хотелось, и свалил — Рик ведь не девушка, которой нужна ласка и нежности, так? Но потом всё повторилось, гораздо лучше и в разы хуже одновременно, потому что Дэрил позволил себя поцеловать. Секс — это просто тела, которым нужна разрядка, а поцелуи — это личное, слишком трепетное, даже для такого чёрствого и закостенелого мудака, как Дэрил.       А потом был сон. Мерл приходил иногда ночью, когда Дэрил выматывался настолько, что бессильно засыпал, и наполнял ночь непрекращающимися кошмарами. Изуродованное, покрытое несмывающейся кровью лицо, шаркающие ноги и рука, заменённая протезом — и во всём был виноват только Дэрил. Он ненавидел спать.       Но пару дней назад Мерл появился не в кошмаре: он был собой, каким Дэрил помнил его сразу после трагедии — безжалостным, беспринципным говнюком, ставящим свои желания превыше всего остального. Такого Мерла Дэрил знал всю свою жизнь. Издевательски улыбаясь, брат не пытался его убить, а просто говорил, но его слова ранили сильнее ножа, горечью оседали на языке, опускались бордовой завесой на глаза, не давая проснуться.       «Моя дорогая сестрёнка Дэрилина! — тогда он ещё не понимал, что спит, и оскорбления, такие привычные, звучали от брата правильно, но не менее обидно.- Наконец-то все твои мечты сбылись, крошка! Нашла себе папика, и можешь счастливо прыгать на его хую всю оставшуюся жизнь. Ну и как оно?»       Дэрил смотрел на знакомые до последней мелочи черты брата и чувствовал себя по сравнению с ним таким маленьким и беззащитным, что, знай это Мерл — рассмеялся бы ему в лицо. Мужчина был готов провалиться сквозь землю, лишь бы не слышать всего этого, лишь бы не чувствовать, что брат прав, как никогда.       «Всегда знал, что ты кончишь чьей-то дыркой, но почему именно Граймс? — Мерл нависал над сжавшимся Дэрилом, став и выше, и шире, чем был раньше.       «Этого не было» — голос не слушался, срывался и хрипел, и Мерл похабно рассмеялся.       «Что, так стонал под ним, что сорвал голос? Или Рик просто любит засаживать тебе в глотку? Признай, ты кричал под ним, как последняя блядь, хотел, чтобы он выебал тебя. Но, знаешь, это не будет длиться вечно. Он кинет тебя ради какой-нибудь вагины, потому что, знаешь, все любят вагины. И когда он тебя кинет, то наверняка отдаст кому-нибудь поразвлечься, а ты же теперь его сучка, сделаешь всё, что он прикажет».       Дэрил тогда проснулся в холодном поту и поклялся не подходить к Рику и на пушечный выстрел. А потом им пришлось ехать вместе в город, и вся выдержка Дэрила шла по пизде. В машине они ехали молча, так же в тишине шли по опустевшим улицам города, разыскивая аптеки, супермаркеты и ходячих. От последних стоило прятаться, а не лезть на рожон, но лучшая защита — нападение, тем более, что сейчас Дэрилу хотелось проломить кому-нибудь голову, как никогда.       Они обосновались в небольшом магазинчике, ничем не примечательном с виду, и Рик, незаметно, как он надеялся, косившийся на друга всю дорогу, не выдержал:       — Ты в порядке? — приглушённо, чтобы не привлекать внимания, спросил он.       Дэрил дёрнулся от неожиданности — он не думал, что они будут разговаривать сегодня или когда-нибудь вообще — а потом бросил неприязненный взгляд через плечо.       — В полном.       — Ты выглядишь… — Рик старательно подбирал слова, чтобы не злить и так дёрганного Дэрила, — уставшим.       — Не твоё дело.       — Ты член моей команды. И мой друг. Я волнуюсь за…       Он не успел договорить, когда до чёртиков злой Диксон бросил наполнять рюкзак провизией, вскочил и в секунду прижал Рика к стене. Их лица оказались в сантиметрах друг от друга, и Граймс, смотря на перекошенное злостью и чертовски взбешенное лицо мужчины, подумал, что никогда до этого не наблюдал в себе мазохистских наклонностей, но сейчас был рад оказаться в таком положении. Что угодно, лишь бы Дэрил не игнорировал его, лишь бы не делал вид, что между ними ничего нет и не было.       — Теперь вспомнил, что мы друзья?! — прошипел Дэрил, встряхивая Рика за воротник его рубашки. Граймс мог думать только о том, что у Дэрила, похоже, фетиш на разрывание его одежды — уже вторая рубашка трещала по швам от вытряхивания из неё содержимого. — То есть друзья, по-твоему, трахаются?!       — Смотря… насколько хорошо…дружат… — прохрипел Рик, явно нарываясь, но не в силах себя остановить.       Дэрил отшатнулся, из последних сил сдерживаясь, чтобы не ударить, и Граймс сполз по стеночке, снова становясь на ноги. — А вообще, — он прочистил горло, снова способный дышать, — мы всегда останемся друзьями, даже несмотря на то, что иногда трахаемся.       — Мы НЕ трахаемся, ясно?! — прорычал Дэрил со своего места, больше не пытаясь вытрясти из Рика душу, но уйдя от этого недалеко. — Это было один раз. Больше не повторится.       — Скажи ещё, что тебе не хочется.       — Нет!       — Лжёшь.       Слова Дэрила ударили больно, но Рик сам не понимал, откуда в нём была такая уверенность, что тот говорит неправду. Он спокойно смотрел на напрягшегося и готового к драке мужчину.       — Ты и себе лжёшь, когда так говоришь, Дэрил. Ты хочешь меня, и дело не в том, что тебе некому присунуть. Ты бы не пришёл во второй раз, если бы не был…       Он не успел договорить, как резкий удар обжёг скулу болью. Рик почувствовал, как заваливается вбок и схватился за стену, чтобы не распластаться на полу. Дэрил нависал над ним и в ярости сжимал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не ударить снова.       — Это не изменится, даже если ты не признаёшь…       В этот раз он увернулся, и удар прилетел в стену, где секунду назад была голова Рика. Он сгруппировался, налетел на снова размахнувшегося Дэрила и повалил его на пол. Попутно они смахнули несколько коробок с хлопьями, пока падали, и Рик надеялся, что создавшийся шум был недостаточным, чтобы привлечь собой ходячих. Граймс придавил задёргавшееся тело к полу, перехватывая руки, но Диксон был зол, как никогда, и выкрутился из захвата за несколько секунд. Они перекатились, и теперь уже Дэрил был сверху, и Рик бы соврал, сказав, что ему это не нравится.       — Повтори! — выплюнул он сквозь сжатые зубы, снова замахиваясь и ясно давая понять, что он сделает с Риком, если тот откроет рот снова.       Граймс осознал, что он грёбаный самоубийца.       — Ты гей.       Увернуться он не успел. Слетевший с катушек Дэрил дрался как в последний раз: наносил удар за ударом, хаотично, подгоняемый одной только яростью и желанием заткнуть Рику рот. Граймс напряг последние силы и сбросил того с себя, перекатывая их обоих. Он оседлал бёдра Дэрила, руками зафиксировал его запястья, а ногами прижал норовящие вскинуться колени. Дэрил извивался, пытаясь сбросить с себя тело, но не преуспел, и, осознав это, в бессильной злобе откинул голову.       Рик едва сдерживался, чтобы не поцеловать его сейчас. Лицо Дэрила раскраснелось, волосы растрепались, приоткрытые губы жадно ловили воздух, а вся обманчиво-покорная поза заводила, как ничто и никогда.       — Слезь с меня.       Дэрил отвернулся, пряча глаза, и Рик с удивлением и удовольствием почувствовал, как чужой стояк упирается ему в живот. Он промолчал и чуть сдвинулся, давая почувствовать и своё возбуждение, размещаясь так, чтобы их члены, скрытые только тканью штанов, находились рядом. Дэрил зло выдохнул и дёрнулся, пытаясь освободиться, но Рик только усилил хватку и двинул бёдрами, проезжаясь по его члену своим.       — Почему ты так это отрицаешь? — тихо спросил Рик, уже зная, что момент не подходящий, но вряд ли у них будет другой. — Тебе же это нравится, — он снова двинул бёдрами, и Дэрил сжал кулаки под его ладонями и задышал чаще. — В этом нет ничего такого, никто даже слова не скажет! А если скажет — мы можем просто их убить.       Рик неуверенно усмехнулся краешком губ, смущённый, будто это не он сейчас ездил своим членом на Дэриле, и от этого «мы», от того, как мужчина это сказал, у Диксона сжалось что-то внутри, полыхнуло больной надеждой и застарелым одиночеством. Будто есть какие-то «мы». Будто он не один против всего мира. Будто у него есть на что-то шанс.       Внимательно следя за лицом Дэрила, Рик уловил, как изменилось его настроение, и тихо предложил:       — Сейчас я тебя поцелую, а ты попробуешь меня не убить.       Диксон не ответил. Он внимательно следил за каждым движением тела над собой, смотрел не мигая, как Рик склоняется над ним, как приближается его лицо, как между их губами остаются считанные сантиметры, как мужчина, всё так же не закрывая глаз, зависает напротив. Сил, чтобы его оттолкнуть не было. Дэрил замер, как мышь под веником, и безвольно смотрел, как Рик неотвратимо приближается. Сердце стучало, как бешеное, хотелось отодвинуться, оттолкнуть, но он не мог.       Приблизившись вплотную, Рик почему-то замер. Их губы не соприкасались, но между ними было настолько мало места, что их дыхания переплетались. Дэрил хотел сказать, что он уже не подросток, чтобы заводиться от таких вещей, что не девчонка, чтобы любить всякие нежности, что, если Рик решил его поцеловать, то пусть целует и не пиздит — он мог многое сказать, но молчал. Всё тело будто сковало, как от страха, но даже самому себе Дэрил бы никогда не признался, что так оно и было.       Смотреть в глаза было уже просто невыносимо, и Дэрил безвольно зажмурился, сдаваясь. В ту же секунду он почувствовал тепло на своих губах, мягкий поцелуй, оседающий непривычной болью где-то в сердце. Рик даже целовал, как делал всё остальное — мягко, но властно, будто давал выбор, но всего из одного варианта. Дэрил против воли почувствовал, как ему этого не хватало, очень долго, всегда.       Не удержавшись, он сам подался навстречу, отвечая на поцелуй, и почувствовал на своих губах чужую победную улыбку, но было поздно что-то доказывать — он уже сдался. Губы Рика были мягкими, и это единственное, о чём Дэрил мог думать. Все мысли вылетели из головы, он будто снова был подростком и впервые целовал соседскую девчонку, и вроде бы её звали Белинда…       Когда рот Рика открылся шире, и губ Дэрила коснулся чужой язык, мысли о какой бы то ни было девчонке вылетели из головы моментально. Нежность быстро перетекала в страсть. Они целовались, сплетаясь языками, буквально дрались за право трахнуть друг друга рот-в-рот, и Дэрил не понял, в какой момент хватка с рук пропала, а ладони Рика оказались на его бёдрах.       Что было дальше, оба помнили смутно. Когда Рик немного отодвинулся, на нём оставался только один носок, припухшие губы были искусаны, а взгляд поплыл. Дэрил выглядел не лучше: он был всё ещё в расстёгнутой рубашке, а по всему телу шла дорожка наливающихся засосов, будто его пытались распробовать на вкус; настолько поплывшего взгляда Рик у него никогда не видел, а он дважды за месяц лицезрел мужчину пьяным; руки, до этого хаотично шарящие по всему телу Рика, бездумно потянулись за ускользающим телом, и Дэрил, наконец, посмотрел перед собой затуманенными глазами.       — Куда? — голос звучал хрипло и чертовски возбуждающе, так что Рик не удержался и, прежде чем отстраниться, снова поцеловал, втягиваясь до звёздочек перед глазами.       — Сейчас, — собрав волю в кулак, он отстранился и огляделся, предпочитая не смотреть на раскинувшееся под ним податливое и до ужаса желанное тело. — Где-то тут должна быть смазка.       Она нашлась на кассе, и пришлось вставать, чтобы взять её. Дэрил лежал в той же позе, как Рик его и оставил, только взгляд снова был ясным и настороженным, будто они снова оказались там, откуда пришли, и Граймс понятия не имел, что это спровоцировало. Решив действовать интуитивно, он опустился рядом и перекинул ногу через бёдра мужчины, садясь так, чтобы их вставшие члены соприкасались. В глазах Дэрила на секунду полыхнуло неконтролируемое желание, но оно снова сменилось настороженностью и недоверием.       — Что не так? — не выдержал Рик.       — Я не дам себя… Я не буду…снизу, — качественно выбирая слова, хрипло ответил Дэрил.       Рик облегчённо выдохнул:       — Ладно.       — Ладно? — Дэрил выглядел удивлённым. — То есть, ты согласен, чтобы…       Он смущался, как ребёнок, когда пытался подбирать слова, что, вообще-то, было Дэрилу не свойственно, и Рик сжалился:       — Да, я не против, чтобы ты вставлял в меня свой член, а не наоборот.       — Почему?       Рик удивлённо выгнул бровь. Что «почему»? Почему он не против секса с человеком, на которого у него уверенно стоит уже с год? Почему он кончает каждый раз, видя его лицо перед глазами? Почему согласен быть выебанным каждый божий день, лишь бы рядом был Дэрил?       — Потому что это приятно, — наконец, нашёлся Граймс. — Потому что, если знать, что делать, можно доставить столько удовольствия, сколько никогда не получишь, будучи сверху.       — Но я не знаю, как это сделать, — неуверенно признался Дэрил, сразу злясь на себя за этот жалкий тон.       Будто ему было дело до того, приятно ли Рику. Будто он хотел не просто кому-нибудь присунуть, а хотел полноценного секса или, как там раньше говорили? — «заниматься любовью».       — Может когда-нибудь я тебе покажу, — ненавязчиво пообещал Рик, надеясь, что этим он мужчину не спугнёт. Тот слишком остро реагировал на все поползновения в сторону своей девственной задницы. — Если захочешь новых ощущений — только скажи. А пока…       И раньше, чем Дэрил снова начал отмахиваться своей натуральностью, Рик прильнул к телу под собой, втягивая в поцелуй, гладя и покачиваясь, как на волнах. Их вело друг от друга, и если Диксон продолжал ещё упорно это отрицать, то Рик знал точно, что уже увяз по уши. И, кончая на его члене, выкрикивая имя Дэрила, он только надеялся, что не будет убит за это после.

***

      Дэрил проходил мимо одной из комнат, когда увидел Рика внутри. Им нужно было поговорить — всю дорогу домой они молчали, и это давило на обоих. Диксон и сам не понимал, что с ним творится, но чувствовал, что должен, возможно, извиниться за все свои слова, но зайти и поговорить было на удивление сложно.       Он закрыл за собой дверь, стараясь привлечь этим внимание Рика, но тот даже не обернулся, будто и так знал, кто пришёл. Мужчина сидел на полу, и Дэрил опустился рядом, не поднимая на Рика взгляд. Начать говорить было почти невозможно: слова застревали в горле, противные, жалкие, как сам Дэрил, и только Рик почему-то всегда терпел и ждал их обоих.       — Отец обычно был в запое, и мы с Мерлом росли вдвоём, — только начав, Дэрил понял, что говорит совершенно не то, но отступать было поздно. Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и торопливо продолжил. — И Мерл, он… хороший брат, но он дразнил меня всё детство. Не скажу, как, просто, чтобы ты знал, откуда у меня это… всё.       Дэрил отвлечённо кивнул куда-то в сторону, будто все его недостатки лежали у противоположной стены. Рик молчал и не смотрел на него, давая собраться с мыслями и не сбиться с рассказа, и Дэрил был благодарен ему за это.       — Он часто рассказывал, каково это — жить на зоне, — продолжал он, подумав. — Я так часто это слышал, что уже не боялся ничего, кроме одного: что я… что меня…- он затих, но Рик всё ещё молчал и не пытался помочь, хотя и так понял, о чём идёт речь. — Других детей пугали чёрные гардеробные, или темнота, или, я не знаю, Бугимен, а я боялся мужиков с членами, — он натянуто улыбнулся, будто в насмешке над самим собой, и Рик буквально почувствовал, каково ему сейчас и каково было маленькому мальчику-брату-Мерла. — Я с детства знал, что всегда говорят о таких людях. Однажды друзья Мерла «разобрались» с одним парнем. Он был младше на год, а их было трое. Он попал в больницу, а потом его семья переехала. Я помню лицо Мерла тогда, — Дэрил вздохнул устало, будто думал об этом далеко не в первый раз. — Отвращение и ненависть, как будто тот парень ему лично поебаться предложил. И я помню, что они ему говорили, слово в слово…       — Это было давно, — мягко перебил Рик, уже не выдерживая, — и они были придурками. Сейчас всё изменилось.       — Но я — нет.       Рик поднял на друга взгляд, и Дэрил поразился, как много в нём было боли. Он знал, что говорит сейчас не то, в голове этот разговор звучал много лучше, но получилось неважно, и он не знал, что сказать теперь, чтобы Рик не встал и не ушёл.       — Я хотел сказать, — Дэрил кашлянул, пытаясь не смущаться, чтобы не выглядеть ещё более глупо, хотя весь этот разговор уже сам по себе был глупым, — я такой мудак с детства, и вряд ли изменюсь, но… То, что ты не против всего этого, не против… меня… Мы могли бы попробовать.       Он поднял голову, прямо встречая ошарашенный взгляд Рика. Вдруг стало иррационально страшно: что, если он откажется? Передумает прямо сейчас, если уже этого не сделал? Узнал, какой Дэрил на самом деле и пожалел, что вообще всё это начал? Диксон нахмурился, заранее готовясь к худшему, а Рик всё молчал. Видимо, это означает «нет».       Дэрил отвернулся и поднялся, собираясь уйти к себе, чтобы никогда больше не выходить, но был пойман за руку. Рик поднялся следом, всё ещё немного растерянный, но решительный, развернул мужчину к себе и прижался к его губам уверенным поцелуем.       — Да, — прошептал он, отстранившись. — Да, я не против.       Они снова целовались, сплетались языками и притирались, будто пытаясь стать ещё ближе. Дэрила накрывали эмоции, сердце стучало так, будто пыталось пробить грудную клетку, а руки Рика, казалось, были везде, отчего по телу расходился пьяный жар.       Он сам не понял, как оказался в расстёгнутой рубашке, а пальцы Рика уже вовсю хозяйничали в его штанах. Мозг поплыл, и, наверное, поэтому Дэрил не услышал приближающихся к комнате шагов.       — Рик, там… — Мишонн застыла на пороге, а мужчины синхронно вздрогнули.       Дэрил почувствовал, как сердце бухнуло куда-то вниз, и зажмурился. Было страшно представлять, что тебя натянут на член, но ещё страшнее, что об этом кто-то узнает. А теперь Мишонн стояла на пороге и видела их с Риком. Вместе. Дэрил замер, как олень в свете фар; он знал, что нужно прикрыться или хотя бы застегнуть штаны, в которых ещё секунду назад была чужая рука, но не мог ничего этого сделать, застыв в страхе и в ожидании, что же будет дальше.       — Мишонн! — Рик отстранился, выглядывая из-за плеча Дэрила, и не видел, как тот напрягся.       — Простите, мальчики, — её голос был на удивление спокойным, и Дэрил осторожно обернулся, натыкаясь на по-доброму насмешливый взгляд. — Рик, там Джудит требует папу. Идёшь? Или вы слишком заняты?       Рик мельком глянул на Дэрила извиняющимся взглядом, и тот по привычке кивнул ему. Граймс улыбнулся, будто только и ждал его разрешения.       — Дождёшься меня? — шепнул он, и Дэрил уже хотел ответить, мол, куда он денется, но не успел: Рик подался вперёд и снова его поцеловал. Просто так, даже не стесняясь Мишонн. — Уже иду!       Диксон так и остался стоять в расстёгнутой рубашке, зацелованный и эмоционально нестабильный. Уже из коридора донеслись удаляющиеся голоса:       — На будущее: дверь обычно закрыта не просто так.       — Да вы издеваетесь! К Мэгги вечно не попадёшь — Гленн постоянно с ней, так теперь ещё и вы!       — Просто скажи, что рада за нас.       — Рада, но если мне придётся смотреть на ваши поцелуи или, не дай бог, слушать стоны всё время — я съеду.       Больше Дэрил не слышал — они вышли из дома, но суть мужчина уловил: никто не собирается отрекаться от него или относиться по-другому из-за всего этого. Чего «этого» — он и сам не знал. Как назвать их новые отношения с Риком? Они ведь не школьники, чтобы «встречаться». Не то, чтобы Дэрил вообще знал, как выглядят отношения, когда у него и были девушки, дольше одной ночи они не задерживались. Если так подумать, теперь он понимал, из-за чего у него не срасталось с противоположным полом, но тогда признаться себе было невозможно, да даже сейчас всё происходящее казалось не больше, чем экспериментом, хотя в глубине души он и знал, что это не так.       От нечего делать Дэрил решил принять душ. Когда есть такая возможность — грех ей не воспользоваться. Горячей воды в бойлере осталось не так уж и много, но, когда ты не привычный к удобствам мажор, а деревенщина, живущий в условиях зомби-апокалипсиса, не стоит усилий заставить себя мыться быстро.       Уже лёжа на кровати с полотенцем на бёдрах и найденной на полке книгой в руках, Дэрил задумался: как себя чувствуют парни, когда они снизу? Судя по рассказам Мерла, приятного в этом было мало. Но если Рик был не против раз за разом насаживаться на его член, то что-то в этом было.       Дэрил отложил на тумбочку надоевшую книгу и сполз по подушке ниже. В голове билось, что, если он сейчас сделает то, что собирается — назад пути не будет, но извращённое любопытство оказалось сильнее детских предубеждений, тем более, глупо было так рьяно защищать свою честь, даже не удостоверившись, что это не может быть приятно.       Дэрил не нашёл ничего лучше, чем засунуть в себя сначала пальцы. Было не больно — не так, как он предполагал — но неприятно, и до удовольствия тут было далеко. Пихать в отверстие, не предназначенное для этого, палец за пальцем, чувствуя, как больно растягиваются под рукой сухие мышцы, было глупо. Дэрил поискал глазами, чем можно заменить смазку, но ничего не нашёл, а облизывать что-то, что только что вылезло из его задницы — это как-то совсем кошмар.       Он перевернулся на кровати, вставая на колени, чтобы было удобнее, и старался не задумываться, как сейчас выглядит. Скорее всего, как «сучка», которой Мерл всегда его и считал. Дэрил всё ещё не понимал, что приятного может быть в трескающейся от растяжения коже по краям дырки, в которой то и дело исчезают твои пальцы, и уже хотел бросить это дело, как услышал сдавленный стон позади себя, дёрнулся от неожиданности и обернулся, пытаясь одновременно высунуть пальцы, поправить полотенце, перевернуться на кровати и посмотреть на пришедшего.       В дверях стоял Рик, и от его тяжёлого, почерневшего взгляда стало совсем стыдно, и Дэрил почувствовал, как заливается краской. Он хотел вскочить с кровати, но нелепо запутался в полотенце, отчего покраснел ещё сильнее. Когда он снова поднял взгляд, Рик был уже прямо перед ним — возбуждённый, жадно облизывающийся и довольный, как кот, объевшийся сметаны.       — Ты, насаживающийся на свои пальцы — самое горячее, что я видел, — хрипло объявил он, склоняясь к самому лицу Дэрила.       Их губы встретились, хотя Диксон и пытался отвернуться, и желание сбежать пропало моментально. Рик забрался на кровать, всё ещё одетый, и контраст с Дэрилом, прикрытым одним полотенцем, не должен был так возбуждать, но мужчина буквально чувствовал, как в паху против воли тяжелеет.       — И как оно? — спросил Рик в перерыве между поцелуями в шею и в ключицу. — Как ощущения?       — Не очень, — признался Дэрил, млея под нежными прикосновениями. — Ты мог бы показать, как правильно.       Он сам не понял, как у него это вырвалось. Чужие пальцы в заднице — не те ощущения, которых он хотел, но рядом с Риком голова будто отключалась, и теперь брать слова назад было поздно.       Граймса будто по голове ударили: его взгляд поплыл окончательно, и Рик, больше не сдерживаясь, набросился на тело под собой, которое, в общем-то, не сильно и возражало. Они едва не кусались, пытаясь перехватить инициативу; раздели Рика в четыре руки; Дэрил раздвинул ноги, больше не заботясь, как это будет выглядеть; он чувствовал себя здесь и сейчас, и делал то, что хотел, и это было лучше всего.       Когда горячая ладонь смахнула с бёдер полотенце, он всё же вздрогнул. Теперь кожа тёрлась о кожу, и Дэрил бы соврал, сказав, что ему это не нравится. Было непривычно ощущать себя беззащитным и раскрытым перед кем-то, но это же был Рик — даже если Диксон будет неловким или неумелым, он ничего не скажет, и только за это его можно было…       — Смазка есть? — поинтересовался Рик, оторвавшись от выцеловывания его сосков. Дэрил бессильно помотал головой, не доверяя голосу. — Ладно, тогда так. Перевернись.       Пока Диксон пытался собрать разъезжающиеся конечности, промелькнула застарелая мысль, что будет неприятно или больно, что поворачиваться спиной к кому-то — опасно, что шрамы на этой самой спине — это не то, что можно показать людям, но Рик будто читал его мысли. Он вдруг оказался совсем близко и втянул Дэрила в поцелуй — страстный, голодный, до ужаса мокрый и пошлый, чтобы не оставалось сомнений, что он не сделает ни больно, ни неприятно. И Дэрил ему поверил.       — Что ты собираешься делать? — мокрые волосы лезли в лицо, а вся поза была настолько открытой, что мужчина против воли нервничал.       — Ты мне доверяешь? — вопросом на вопрос отозвался Рик.       — Да, — ответ вылетел раньше, чем Дэрил успел его обдумать, и это говорило само за себя.       Поцелуй в плечо он встретил более-менее спокойно, но губы Рика касались спины, там, где с детства остались уродливые не сходящие шрамы, и это было уже чересчур — слишком нежно, будто Дэрил — это всё, чего Граймс когда-либо хотел, и от этого чувства щекотно пекло в груди и уголках глаз.       Когда поцелуи спустились ещё ниже — Диксон и не заметил, полностью отдавшись приятным ощущениям, но вдруг губы мужчины оказались слишком близко от входа, где считанные минуты назад были его пальцы, и он снова напрягся.       — Ты же не собираешься — аавх, — он захлебнулся словами, когда тёплые и сильные ладони раздвинули ягодицы, а сжавшейся дырки вдруг коснулся мокрый и горячий язык.       Дэрила подбросило на кровати, и он чуть не завопил. Было очень приятно, а ещё чересчур стыдно. Он зажимался и краснел, когда Рик снова и снова облизывал его. Хотелось жалко попросить остановиться, а ещё умолять не делать этого никогда, но слов не было: Дэрил мог только беспомощно и пошло стонать и ненавидеть себя за это.       Ноги разъезжались, из-за чего давно стоящий член то и дело касался постели, и только остатки здравого смысла удерживали Дэрила от того, чтобы не начать позорно тереться об простыню. Но когда вместо языка в него вошёл скользкий от слюны палец, удобно проезжаясь по стенкам и так чертовски правильно обхватываясь мышцами, мужчина уже не мог ни о чём думать. Он простонал, будто со стороны слыша, как жалко звучит его голос, и потянулся к своему члену: подрочить — было уже просто необходимостью, но Рик перехватил его руку, не давая дотронуться до себя.       — Не порть впечатление, — хрипло посоветовал он.       Но советы человека, лижущего твой зад, а потом насаживающего тебя на свои пальцы, воспринимались скорее как приказы, и Дэрил подумал, что Мерл с его «сучкой» был недалёк от истины.       — Что ты… назад… верни… дааах, — от прострелившего всё тело удовольствия Диксона подбросило на кровати.       Понятливый Рик снова и снова проезжался пальцем по одному месту, поглаживая и надавливая, заставляя корчиться, стонать и вскрикивать от волнами находящего возбуждения, и Дэрил мог только задушенно всхлипывать, подаваясь назад, насаживаясь больше и глубже. Скоро стало мало и двух пальцев, и Рик, максимально смазав слюной свой член, толкнулся, входя пока только головкой.       Казалось, больше Дэрилу опасаться нечего, но, почувствовав вместо пальцев чужой член, он дёрнулся, соскакивая.       — Я не сделаю больно, — хрипло пообещал Рик, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться и не трахнуть Дэрила, пока тот думает, — просто расслабься.       Но «просто расслабиться» уже не получалось. Он вёл себя, как истеричная девственница, но ничего не мог с собой поделать. Вроде и хочется, и страшно. На спину опустились тёплые ладони, мягко поглаживая, расслабляя и успокаивая, но это помогало мало.       — Ладно, давай по-другому.       Сильные руки перевернули Дэрила на спину, и он уже подумал, что снова всё испортил, но Рик смотрел прямо, без тени насмешки или укора, и это успокаивало. Граймс устроился на коленях между разведённых ног и притянул мужчину за бёдра к себе. Его член снова упёрся в сжавшуюся дырку, но теперь Дэрил мог видеть, что происходит, и хоть как-то это контролировать.       — Мы остановимся, когда ты скажешь.       И снова от этого «мы» гулко кольнуло сердце. Дэрил уже знал, что, даже если захочет остановиться, никогда не скажет об этом Рику, он просто позволит ему делать с собой всё, что угодно, лишь бы снова услышать это «мы», лишь бы быть нужным кому-то. Ему.       Рик снова толкнулся, и в этот раз Дэрил правда расслабился, подспудно ожидая боли. Но её не было. Растянутые мышцы расходились от проникновения, но никаких неприятных ощущений, к которым уже было подготовился мужчина, не было. А когда Рик дёрнул его ногу вверх и вошёл глубже, снова задевая что-то внутри, стало совсем хорошо.       Что было дальше, Дэрил помнил смутно. Глаза закрывались, а когда открывались, то мир вокруг чернел от находившего удовольствия, и Диксон отдавался ему полностью — подмахивал, насаживался глубже и, конечно же, стонал, не в силах держать это в себе.       Дэрил кончил первым, потому что сложно было этого не сделать после того, как тебе вылизали дырку, облапали её изнутри, а потом и трахнули тебя так, что ноги не сходились. Так что было почти не стыдно кончать только от проникновения. Почти. Рик вышел, почерневшими глазами смотря, как из члена Дэрила толчками выплёскивается сперма, и обхватил себя рукой, но вдруг Дэрил его остановил.       Он и сам не знал до конца, что собирался сделать. Ему было так хорошо, что хотелось сделать хорошо и Рику. Мужчина потянул его к себе, опуская на кровать рядом с собой, и поцеловал. Наверное, впервые, сам. Граймс явно оценил: он застонал Дэрилу в губы, буквально вылизывая его рот изнутри, и начал быстрее толкаться в ласкавшую его ладонь.       — Я хочу тоже попробовать, — прошептал вдруг Дэрил в его губы. — Не уверен, что у меня получится, так что многого не жди.       — Что ты имеешь… Господи боже!..       Он бессильно откинулся головой на подушку, потому что смотреть, как Дэрил сползает вниз к его члену, было просто невозможно. Диксон и правда не знал, сможет ли сделать то, что задумал, но, прислушавшись к себе, он понял, что действительно этого хочет. Хочет доставить Рику удовольствие, хочет сделать то, чего не делал ни разу в жизни, хочет быть ещё ближе, чтобы между ними не осталось больше ничего невозможного.       Член покачивался перед глазами, выглядя пугающе на первый взгляд. Если задуматься, где он был только что, становилось ещё страшнее, но Дэрил, в конце концов, трусом не был. Мерл мог бы им гордиться. Или не мог — это как посмотреть.       Отбросив ненужные мысли, Дэрил склонился ниже и на пробу лизнул. Было не противно и не приятно — никак. Но Рик наверху задушенно дернулся, стискивая в руках простыню, и хотя бы ради этого стоило продолжить. Он трогал член языком, проходился от основания до головки, пока и так находящийся на пределе Граймс не притянул его голову ближе.       Дэрил чувствовал, что Рик сейчас может просто схватить его за волосы и трахнуть, как ему хочется, но знал, что он так не сделает. И от этого желание сделать все как можно лучше только усиливалось.       Решив, что хватит уже дразнить, Дэрил подтянулся выше и обхватил головку губами, сразу соскальзывая по ней вниз, к основанию, заглатывая, конечно, не так уж и много, но большее, на что он был способен. И слыша, как заполошенно бьётся над ним Рик, как невероятно правильно ощущаются в волосах его пальцы, как непривычное тепло растекается где-то внутри (и это сейчас не про сперму, хотя про неё тоже), Дэрил отчётливо осознал, что он всё-таки педик. Ну и ладно.