Сквозь время

      Эмме срочно нужен был план. Хороший, продуманный и чтобы сработал на сто процентов, без допущения погрешности. Недели слишком мало, а вот ненависти за одиннадцать лет накопилось слишком много. Немного подумав, Эмма решила, что в принципе и недели ей будет больше, чем достаточно. Она умела очаровывать людей. Что до ненависти Миллс, та вроде её никогда и не ненавидела. Эмма всегда первая нарывалась на конфликт. Впрочем, сейчас это уже неважно. Сегодня понедельник, а значит, время пошло и пора начинать. К счастью, Эмма долго наблюдала за Реджиной и знала все её вкусы: любимые цвета, пищу, тип девушек, парней, даже имя собаки, Лола. Последнему знанию девушка и сама удивилась. Подбирать подходящий момент времени не было. Поэтому, одев облегающие кожаные джинсы, свободную белую майку, с глубоким вырезом, а поверх тонкую кожанку красного цвета, Эмма подошла к своей жертве, что мило беседовала со своими друзьями. — Эм, Реджина, — робкий взгляд, румянец на щеках, — можно тебя на минутку? — Эмма умела играть, она хотела поступать в театральный, вот и практика нашлась. Реджина смотрела с замешательством и подозрением. К Эмме нахальной, безумной, дерзкой Свон, она привыкла и точно знала чего ожидать, а вот к скромной и тихой жизнь её не готовила. К тому же Реджина не привыкла врать. Ни себе, ни людям. Ей давно нравилась Свон, пусть от неё проблем не оберешься, и под кожу лезет на каждом углу, но эти кудри, озорной блеск в глазах, детское ребячество, её подкупало. Девушка сравнивала её с маленьким огоньком, который силится разгореться, но не может из-за накрапывающего дождя. Пожав плечами, Миллс извинилась перед друзьями и отошла к Эмме. — Ты чего хотела? — от настороженности вопрос прозвучал грубо. — Пойдем в кино, сегодня в семь, у меня и билеты есть, последние два купила, — с надеждой в голосе и улыбкой на лице предложила Эмма, протягивая два билета. — П-прости? — всё её равнодушие сошло на нет. Просто потому что этого не может быть. Не в этой жизни. Даже не так. Не в этой галактике. — Я хочу сходить с тобой в кино. — А Киллиан, он с тобой сходить не может? — продолжала сомневаться Реджина, ибо чувствовала, что это сейчас розыгрыш, и как только она согласиться, откуда-нибудь сбоку выпрыгнет мелкая Мэри с глупой улыбкой и ором «вас снимала скрытая камера». — Зачем ты так? — с обидой проговорила Свон, — я не с Киллианом хочу, а с тобой, с ним мы расстались. — Это-то тут при чем? — Реджина совсем уже ничего не понимала. Ей нравилась Свон, абсолютно точно нравилась, и к Киллиану она ревновала, и все споры доставляли удовольствие, ибо после них в трусиках становилось дико мокро. Со временем, конечно, ей они стали надоедать, потому что постоянно ходить возбужденной было неловко, а запираться в кабинке туалета и доводить себя пальцами, представляя несносную блондинку, еще хуже. — Ладно, я поняла. Извини, глупая идея была, я пошла, пока, — сбивчиво проговорила девушка и попыталась скрыться, но Реджина остановила её, крепко схватив за руку. — Что за фильм? — Джентльмен. — Где встретимся? — О, ты согласна? — кажется, Эмма ослышалась, неужели все оказалось настолько просто? Реджина скептически посмотрела на девушку. — Боже, я так рада, — Эмма кинулась на шею Миллс, и обвила её руками, шепча на ухо, — в половину седьмого у кинотеатра «Аврора», я буду ждать.       Реджина еще долго стояла и тупо смотрела в спину блондинке, которая убегала. Звонок давно прозвенел, но девушка не двинулась с места. Она не могла переварить случившееся. Мэри ни откуда не выпрыгнула, сама она не проснулась, во вселенной другой тоже не оказалась. Неужели это всё серьёзно, вот серьёзно-серьёзно? Эмма, девушка от которой она уже долгое время без ума, но которая, как она думала, до сегодняшнего дня, её ненавидит, пригласила её, Реджину, на свидание? Лицо Миллс коснулась едва заметная улыбка, которая становилась всё шире. Девушка буквально светилась от счастья, а блондинка, которая не пошла на урок, а скрылась за углом, наблюдая реакцию, недоуменно нахмурилась. Ведь в этот момент в её голове промелькнула мысль, что у Реджины завораживающая улыбка, и её хочет видеть снова и снова, пока не надоест, а надоесть такое не может. Эмма закрыла глаза и мотнула головой, прогоняя странную мысль. В конце концов, урок никто не отменял, а потом ей еще надо готовиться к вечеру.