Live in the moment

- Все хорошо? Я подняла голову и посмотрела на Агату, что смотрела на меня с беспокойством в глазах. От этого в груди неприятно заныло, но я отмахнулась от этого неприятного чувства, решив не зацикливаться на этом. В конце концов, я человек, а все люди довольно... отходчивы. Рано или поздно меня отпустит. Я улыбнулась ей, помня, что мои проблемы - это только мои проблемы, и мне с ними развлекаться. - Все хорошо, - сказала я. В некотором роде это было правдой. У меня появилась крыша над головой, появилась хоть какая-то надежда на будущее и некоторые робкие планы на это самое будущее. А то, что творится у меня в голове - только мое дело. Не хочу посвящать в свои проблемы посторонних. Агата вряд ли сумеет помочь мне с моей... проблемой. Тут поможет только время. Женщина недоверчиво прищурилась, но говорить ничего не стала. Не понимаю это желание влезть в чужую голову, покопаться там и оставить еще больший бардак, чем был до этого. Людям так нравится делать больно остальным? Копаться в чужом дерьме, разрывать только начавшие заживать раны, топтаться по чувствам? Я никогда не лезла в душу своему брату, прекрасно понимая, как ему нужно пространство и время. Тетя же пыталась поговорить то с ним, то со мной, и если я делала вид, что не слышу ее, то брат посылал ее в грубой форме подальше, и происходил скандал. Я защищала брата, всегда, каждый раз, не давая ни тете, ни дяде, ни тем более их старшему сыну прикоснуться к нему, чтобы "выбить эту дурь, ведь мы хотим как лучше". Я не лезла к нему, но мы всегда были рядом. Я поддерживала его, помогала, всегда оставалась на его стороне, а он - на моей. Мы были семьей, сломанной, раздробленной, но семьей, а тетя с дядей с грацией танка пытались влезть в наши отношения. У них была своя семья, и мы были далеки от нее. И вот я здесь. Я не представляю, что сейчас испытывает мой брат, но я знаю, что ему значительно хуже, чем мне сейчас. Он остался там почти совсем один, и я хочу верить, что друзья его не бросят. Денис вроде бы хороший парень, он единственный, кто остался рядом, когда это было необходимо. Надеюсь, у него хватит сил остаться рядом с братом и сейчас. Там меня ничего не держало - кроме брата. Отношения с родственниками были натянутыми, друзей почти не было - так, парочка хороших знакомых, с которыми я могла общаться больше тридцати минут без желания кого-нибудь убить. А такое желание у меня появлялось почти постоянно, поэтому люди обходили меня стороной, пугаясь моего зверского выражения лица. Не то, чтобы я жаловалась. - Есть идеи чем хочешь заниматься? - поинтересовалась женщина, и я, встряхнув головой, выплыла из нерадужных размышлений. Вопросительно изогнула брови, не совсем понимая, что она хочет от меня. - Тебе нужно занятие, чтобы отвлечься. Чем ты занималась? Рисование, пение, вышивание? А, вот она про что. Хм. А это хорошая идея, если подумать. Если я буду чем-то занята, то думать о своих проблемах мне будет некогда. К тому же это может быть подработкой. Какие-никакие, но деньги уже хорошо. А там я уж, может, обзаведусь постоянным местом работы, лучше освоюсь, и у меня появится собственный дом. - Фотография, - ответила я. Агата удивленно моргнула, и я ухмыльнулась. Люди всегда так смотрят, когда узнают о моем хобби. Я была хороша в этом. По крайне мере, люди не уставали повторять это. - Я люблю фотографировать. Думаю, это будет хорошим началом. - Тогда нужно найти подходящую камеру, - пробормотала Агата. Она выглядела сбитой с толку, и это очень повеселило меня. Неужели ей не попадались те, кто увлекался фотографией? Что ж, в жизни все бывает в первые. *** Я с благовеянным ужасом (или вроде того) смотрела на стенд с фотоаппаратами, и думала о том, как легко мне было в 2018. Хочу обратно. Половина аппаратуры, что была представлена, не была мне знакома. Все-таки в 2007 мне было семь, и я не особо интересовалась нововеденьями в области фото, и понятия не имела, что это такое и зачем оно нужно. Где мои семь лет? Агата о чем-то мило беседовала с продавцом, пока я выбирала подходящую камеру. Женщина сказала, что я могу выбирать любую камеру, которая на меня посмотрит, и чтобы я не беспокоилась о цене. Не беспокоиться о цене я не могла, потому что я выросла в не особо легкое время, и меня, как говорится, "жаба давила". Знать бы еще, что покупать, чтобы камера стоила своих денег... - Не знаешь, что выбрать? - раздался рядом мужской голос, и я вздрогнула, повернувшись к говорящему. Это оказался парень примерно моего возраста. Он был похож на Гарри Поттера. На книжного, наверное, больше. Черное гнезно на голове, круглые очки, зеленые глаза и веснушки на щеках, немного орлином носу и остром подбородке. Он был выше меня, худой и в мешковатой одежде. Черты же лица чем-то напоминали Редклифа, серьезно. Об его скулы можно было порезаться. Ему только шрама на лбу не хватает и волшебной палочки - вылитый Поттер. - Да, - кивнула я. - Я не особо разбираюсь в... новинках, - неуверенно улыбнулась. Он улыбнулся мне в ответ и встал рядом, разглядывая камеры, а я нервным жестом убрала руки за спину, отчаянно пытаясь вспомнить - а не было ли этого героя в фильмах. Сколько бы я не пыталась, в голову почему-то приходил момент с Бамблби и Симмонсом у моста, когда Автоботы подрезали их машину. Фу, Оля. Фу о таком думать. - Тебе просто сделать фотки или для чего-то серьезного? - спросил он, повернувшись ко мне лицом. Я на мгновение зависла, рассматривая его и обдумывая сказанные им слова. - Для серьезного, - потерла шею. - Прошлую камеру мне подарил отец, и она вполне меня устаивала. Пока не сломалась. И вот я здесь. - Хорошая была камера? - Лучшая. Гарри Поттер - буду называть его так - кивнул и снова посмотрел на камеры, задумчиво почесав подбородок. Я скосила глаза на Агату, которая продолжала о чем-то увлеченно болтать с продавцом, и я мысленно выругалась. Какого черта она говорит с этим мужиком? Какого черта я здесь вообще делаю? Какого черта это все происходит? - Советую вот эту, - парень встал на цыпочки и достал камеру, что была прямо по середине. На ней было написано "Nikon", и, нахмурившись, припомнила, что на старой камере, кажется, было написано это же. - Цена хоть и кусается, но эта малышка того стоит, - он погладил аппаратуру, и я невольно ухмыльнулась. - Те, что выше, ничем не отличаются от данного экземпляра, только цена немыслима и все. Товар недавно поступил в продажу, но уже есть положительные отзывы. Сам пользуюсь, так что я знаю, о чем говорю. Ну раз такое дело, то почему бы и нет? - Думаю, эта подойдет, - я взяла камеру и повертела в руках, привыкая к ее весу. Она не была тяжелее прошлой, значит, все отлично. Жаль только, что разряжена и толком не посмотреть настройки, но, если что, ее можно будет вернуть, верно? - А ты здесь работаешь? - вдруг спохватилась я, не заметив на парне никакого пейжика с именем. Гарри Поттер засмеялся и почесал кудрявый затылок, и я подумала, что как жаль, что я не смогу его сфотографировать. В образе настоящего Гарри Поттера он выглядел бы просто как влитой. - Нет, - ответил брюнет. - Просто увидел твое потерянное лицо и не смог пройти мимо. Но камера действительно хорошая. - Надеюсь, - улыбнулась в ответ. - Спасибо за помощь. Кивнув, Поттер скрылся в недрах магазина, а я направилась к кассе. Агата, заметив меня, прекратила свой разговор, и я поставила камеру на прилавок, обворожительно улыбнувшись продавцу. Тот покосился на камеру со странной эмоцией, и это меня насторожило. - Что-то не так? - наротично равнодушно поинтересовалась я, прищурившись. - Вы уверены, что вам необходима именно такая модель? Есть и значительно проще в обращении, - пробормотал продавец, поглядывая на меня из-под бровей. - Да и поступила она совсем недавно. Эта модель для профессионалав, и вам она... - Я занимаюсь фотографией пять лет, - холодно оборвала мужчину я. - Я сама разберусь, какую модель я хочу. Отец был фотографом, и его любовь к фото передалась мне. Отец научил меня всему, и это были самые лучшие моменты в моей жизни. Мама не понимала нашей одержимости и часто шутила, что было бы лучше, если мы были так одержимы машиной, а не камерами. Брат скептически на нас смотрел, но молчал, и мы были благодарны ему хоть за это. И вот какой-то непонятный мужик говорит, что мне следует выбрать что-то другое. Да кто он такой, чтобы предлагать мне такое? Я же не говорю, что ему нужно сменить работу - пусть тоже помалкивает. Когда камера была куплена, а извинения приняты, мы вышли из магазина и направились в сторону торгового центра, который, к слову, тут был единственным. Агата по дороге рассказала, что городишка средненький, практически все в курсе того, что происходит у соседей. Женщина рассказывала что-то еще, но я слушала ее в пол уха, осматриваясь по сторонам. Если в первую ночь город показался мне мертвым, то сейчас город жил. Люди ходили туда-сюда, повсюду была какофония из голосов, мимо проезжали машины, и это было... нормально. Обычный город с обычными жителями. Машины, правда, не все обычные, но не суть важно. Покупка одежды обернулась маленьким Армагедоном. Для меня. Я не особо любила хоть по магазином, особенно в магазины одежды, особенно с кем-то. Особенно с кем-то из представительниц слабого пола. Потому что это превращается в вечную выборку подходящего наряда, и мое мнение мало кого интересует. Агата предлагала мне какие-то маечки, футболочки, юбочки и выглядели они слишком... женскими. Я не люблю такую одежду, терпеть не могу. Для меня это будто клеймо, метка "ты слишком женственна, чтобы делать что-то, что ты хочешь делать, так что закрой рот и будь девочкой". Я с четырнадцати начала одеваться в мешковатую одежду, потому что только в ней я чувствую себя в безопасности. Всех не устраивало, как я выгляжу. Кому-то не нравилось, что у меня маленькая грудь, кому-то - что я такая высокая, кому-то не нравился стиль моей одежды. Я одевалась так, как мне удобнее. И да, я ругалась с этим матерью, которая хотела себе дочь, а не "женоподобного" сына. Зато отцу было плевать. Он говорил, что я должна выглядеть так, как хочу я, а не окружающие. Брат шутил, что у него есть старший брат - трансвестит и набивал рожи тем, кто рискнул открыть рот на подобную тему в мою сторону. Чтобы не обижать женщину, я решила взять летнее платье, которое не выглядело слишком откровенно. В 2007 году все пытались одеться, как представительницы древней професии или это просто мода такая была? Остальное же я купила на свой вкус, и женщина была удивлена моему почти мужскому выбору. Да, я взяла несколько клетчатых мужских рубашек, потому что те были очень привлекательны на вид, одну футболку, в которой при желании могли бы поместиться еще две меня. Шорты (потому что лето), свободные футболки, худи, джинсы, ботинки и кросовки. На первое время хватит за глаза. К тому же я не привередливая в одежде и могу носить все что угодно. - Может быть, тебе нужно что-то еще? - спросила Агата, опустив голову на бок. Я посмотрела на сумки в своих руках и подумала, что это большее, чем я могла расчитывать. Она же не должна носиться со мной. То есть должна, это ее работа, но не так же. Она сделала многое для меня, и это уже много. А тут вот это. - Наверное, мне еще нужна местна симка, - сказала я, вспомнив про свой мобильник, который я оставила дома, решив, что в нем не будет смысла. Агата кивнула и осмотрелась, щурясь на солнце. - Пойдем, - сказала она, махнув в сторону магазина. - Недалеко есть нужый магазин. И все-таки мне неудобно. Что ж, привыкай, Оля, это будет твоим состоянием в этом мире на ближайшую вечность. *** Когда покупики были разобраны, я вдруг вспомнила, что вообще-то нахожусь в мире Трансформеров, где должна была произойти бойня в Минш-сити. Кажется, власти каким-то образом сумеют замять это дело, но по новостям должно же что-то быть сказано про разрушения в городе. Свидетели, пострадавшие, очевидцы там, не знаю. Включив телевизор, я пролистала до новостей и стала терпеливо ждать что-нибудь про разрушенный город, про Минш-сити и напуганные телепатия "как это было ужасно!". Но чем дольше я ждала, тем больше у меня появлялось подозрений. Новости закончились, и ни слова про бойню, что устроили автоботы и десептиконы, не было. Решив, что про это уже рассказали, я откинулась на спинку дивана и пролистала каналы. Остановилась на каком-то мультфильме, после которого должны были быть новости. Надеюсь, не новости культуры. Ради бога, нет. Я еще не готова к таким потрясениям. Но и опять ни слова по бойню, огромных роботов и разрушенные здания. Не было даже новостей о террористах - чтоб вам пусто было - которые разхреначали пол города забавы ради. Ни-че-го. Н. И. Х. Р. Е. Н. А. Недоверчиво покосившись на телевизор, я вспоминала слова Кастиила. Как он там говорил? Что мое появление изменило ход истории? Получается, что Автоботы не добрались до Куба, спящая "красавица" не очнулась ото сна, и, наверное, Сектор 7 не нагрянул в гости к Уитвики. Так выходит, что я... неучтенный фактор? Лишний элемент? Чужеродная субстанция? Да ебанаврот Поднявшись с дивана, я пошла на кухню, где Агата пила кофе и читала книгу. Обычно это делают в гостиной, но, возможно, женщине не хотелось мешать мне культурно просвящаться. Сделала себе какао и забралась на стул с ногами. Сощурилась, разглядывая женщину. Агата подняла голову и вопросительно изогнула брови. - Ты что-то хотела, Ольга? Фу, зачем так официально? Мне теперь неудобно, право слово. - Я хотела кое-что... уточнить, - замялась, не зная, как вернее сформулировать свою мысль. Отхлебнула какао. - Насколько мне известно, вчера в Минш-сити должна была быть битва между... роботами. По новостям ничего про это не говорилось? - Нет, - покачала головой. - А битва должна была произойти с последствиями? - Ага. Там пол города разхреначено было, да и люди этих роботов в воочию видели. Должно было быть... что-то. - Думаю, причина в тебе, - пожала плечами Агата. - Ты, скажем так, ... лишнее звено. Тебя не должно быть. Кастиил же сказал, что с твоим появлением история изменилась. Вполне возможно, что бойни в Минш-сити не будет вообще. - Но ты говорила, что в этом мире есть и другие... такие, как я, - нахмурилась я, не совсем понимая эту логику. - С их появлением история так же должна была пойти по другому. - Она и пошла, - женщина покачала головой. - Но не так значительно, как с твоим появлением. Например, вместо 9 мая здесь празднуется 11, - на мой удивленный взгляд она пояснила, - Боевые действия в Берлине немного затянулись. К тому же Гитлер не покончил с собой, его успели схватить, и его судили по многим статьям. Я присвистнула. Ух ты. Неожиданно. А я думала, что здесь все так же, как и там. Надо будет загуглить местную историю, чтобы знать, что с этим миром еще не так. - И что мне делать... дальше? - растерянно пробормотала я. Я правда не знала. Я не знала, чем мне заниматься, как жить и что делать. Я была растеряна и потеряна, и мысль о том, что этот мир, возможно, из-за моего невольного вмешательства оказался на гране вымирания, меня не радовала. Я не хотела быть причиной еще больших смертей. Ведь если история пойдет по другому пути, может пострадать еще больше людей. И еще больше людей увидят в Автоботах угрозу. И еще больше людей решат их уничтожить. - Единственный способ жить - это жить*, - улыбнулась мне Агата. - Ты должна говорить себе, что сможешь, даже если не уверена в своих силах. Ты сильная, Ольга, сильнее многих, кого я встречала за свою жизнь. А она у меня, поверь, очень долгая. К тому же ты не одна. Я помогу тебе. - Кастиил говорил, что тоже будет рядом, - хмыкнула я. - Это он направил тебя сюда, - женщина положила книгу, которую читала по стол, и я прочла название. "Зеленая башня" Кинга. Ну, неплохо. - Это его работа. Он достаточно дотошный в этом плане. Кивнув, я присосалась к кружке, а Агата, окинув меня взглядом, поднялась и подошла к шкафчику. Достала с верхней полки печение и поставила передо мной. Я смущенно буркнула "спасибо". Прежде чем уйти из кухни, женщина сказала, коснувшись моего плеча: - Не бойся того, что произойдет. В этом нет твоей вины. Вина только в том, кто нажимает на курок. Не бойся будущего. Я проводила ее спину взглядом и, вздохнув, легла на стол, закрыв голову руками. Мне вот от этого совсем не легче.