Hip-let

      — Музыку нельзя описать одним словом, — начал отвечать на вопрос сидящий на полу парень, неспешно надевая пуанты. — Но я бы сказал — это чувства. Через музыку композиторы и исполнители передают свои чувства и эмоции, ведь даже совсем, извините, чёрствый и глупый человек поймёт, что, например, в «Лунной Сонате» чувствуются боль и печаль, а в «Танце Феи Драже» передаётся вся нежность и любовь, — придирчиво оглядев обвитые вокруг тонких щиколоток ленты, блондин поднялся на ноги и прошёл к станку, огибая окружающих его со всех сторон девушек-балерин. — Люди, исполняющие музыку, пропускают все её чувства через себя во время игры, передавая их слушателю. Музыка обогащает духовно, эстетически, мысленно, заставляет задуматься, — парень осторожно встал на полупальцы, разминаясь, а затем сделал аттитюд. — Музыка — это свет. Солнечный. Нежный и мягкий.       Пак Чимин всегда привлекал к себе внимание. Одного его взгляда хватало, чтобы все балерины оказались у его ног. Преимущество в количестве учениц иногда пугало, ведь парней в школе было намного меньше, из-за чего многие балерины старались получить главную роль, ведь мальчики, как они говорили, «были нарасхват». Несмотря на это, Чим не особо беспокоился о себе. Ему было всё равно, какая девушка будет его партнёршей на то или иное выступление. Он был довольно приветлив со всеми и любил пообсуждать ту или иную тему, но, как только дело доходило до репетиций или выступлений, блондин менялся до неузнаваемости: казалось, будто он вмиг отключает все чувства, которые только могут быть у человека. Танцовщицы, которым посчастливилось составить партию Паку с восхищением могли описывать его часами, но всё же жаловались на холодок, которых исходил от Чимина на протяжении всего выступления. Парня же это совсем не заботило, и, после каждых репетиций или премьер, он спокойно уходил домой, махнув всем рукой на прощание.       — Минни, расскажи нам ещё что-нибудь, — начали наперебой просить девушки, как только Чим закончил.       — Не сегодня, — мягко улыбнувшись, ответил им парень, — скоро начнётся урок. Вы ведь не хотите вновь слушать лекции от учителя?       Поникнув, балерины разошлись по своим местам, а Пак, наконец, смог спокойно выдохнуть. Он не любил внимание к себе. Ещё с самого детства он был довольно закрытым мальчиком, из-за чего мать и решила отдать его в балет, надеясь, что это пойдёт ребёнку на пользу.        — Давай, Минни, не бойся, — подбадривала его женщина, пока ребёнок стоял в окружении балерин.       Потыкав пальцем в зачем-то надетую на него нежно-розовую пачку, тем самым вызвав приступ умиления у всех девушек в окружении, мальчик мило улыбнулся и чуть подпрыгнул и все слегли с инфарктом от передоза милоты. Именно этот прыжок стал решающим в его жизни.       — Пак Чимин! — воскликнул балетмейстер. — Прошу вас, соберитесь и займитесь уже своей партнёршей.       — Простите, — процедил сквозь зубы парень и подошёл к балерине, которая, лишь завидев его, уже начала таять.       — Попрошу вас также остаться после занятия, — сухо заметила женщина и продолжила урок.       Немного не поняв её, всё оставшееся время блондин провёл в раздумьях. Занимался он хорошо, значит по поводу этого вопросов быть не должно. Оплату за обучение всегда проводили в срок, значит, это тоже отпадает. Насчёт отношений? У Пака их тоже нет. В конце концов, решив не ломать голову окончательно, танцор всё же решить отдаться в милые ручки судьбы и ждать нужного часа в неведении.       Сегодня их гоняли так, что казалось, будто они готовят не выступление, а собираются вступать в баталию с кем-то, при этом явно с настроем победить. На самом деле, Госпожа Кван была довольно мягкосердечной и добродушной женщиной, стараясь вести себя более жёстко лишь для того, чтобы её просто-напросто слушали и не отлынивали от работы.       Когда же, спустя несколько часов насилия мышц, занятие было окончено, Пак зачесал серебряные волосы назад и подошёл к женщине.       — Госпожа Кван…       — Да-да, я помню, — прервала его балетмейстер. — Через три дня будет проводиться городской конкурс танцев. От каждой школы нужно представить по одному-два ученика разных направлений. Ты уже понимаешь, к чему я клоню.       — Вы хотите отправить меня? — дабы удостовериться, переспросил Чимин и закусил губу.       — Именно так, — кивнула женщина, — твои движения идеальны, а нашей школе не помешают лишние награды за победу в конкурсах.       — Я вас понял. Сделаю всё возможное, — также кивнул парень в ответ.       — Постарайся, Чимин, на тебя надеется весь преподавательский коллектив, — балетмейстер попрощалась и вышла из танцевального зала.       — Куда я снова влез, — недовольно пробурчал себе под нос Пак, а затем шумно выдохнул и также покинул зал.

• ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ •

      — Подождите, то есть как это «должны выступить вместе»? — негодовал Чим. — Вы не понимаете, что это конкурс, а не показательное выступление началки? Здесь идут соревнования, а не просто «в ладошки хлопнули, ножками притопнули». Как мы можем соревноваться друг с другом, если у нас будет одно выступление? Вы себе это представляете?       — Юноша, мы ещё раз объясняем, — недовольно фыркнув, произнесла девушка, — у нас нет времени на всех, так как на такое количество человек не было рассчитано. Мы подобрали вам подходящую музыку, на ваши выступления будут смотреть, как на разные, вас будут оценивать отдельно, вне зависимости друг от друга, всё будет нормально.       — Знаете что?.. — Чимин сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем кинул взгляд на стоящего неподалёку парня. До их совместного выступления оставалось минут десять. Если закрыть на всё глаза — не очень-то ему и нужна была эта победа, да и само участие тоже. Парень всегда танцевал для себя и только для себя, получая эстетическое, моральное и душевное удовольствие. — Ладно…       — Вот и чудно, — просияла девушка, — вы бы хоть познакомились, пока время есть. Ваше выступление будет завершать сегодняшний конкурс, так что постарайтесь выложиться хотя бы на восемьдесят процентов.       — Спасибо, уж с этим я сам разберусь, без чьей-либо помощи, — холодно бросил Чим, стараясь сдержать эмоции. Девушка закатила глаза и ушла.       Поступив точно также, то есть закатив глаза, Чимин недовольно поджал губы и скрестил руки на груди. Он прекрасно помнил этого парня ещё с репетиции перед самим конкурсом. Чон Хосок. Хип-хоп. Стоило светловолосому вспомнить, как по ушам били биты его музыки, как голова вмиг заболела, заставляя забыть услышанное. Мотнув головой и собравшись с мыслями, Пак натянул дежурную улыбку и направился к парню.       — Хей, привет, — махнув рукой, поздоровался тот, стоило лишь тому приблизиться. — Я прошу прощения за то, что так вышло. Мне всегда хотелось объединить эти два противоречивых направления: свободный, уличный танец и аскетичный, благородный экзерсис на пуантах, но, увы, я пошёл по стопам хип-хопа, — Хосок виновато улыбнулся. — А сегодня на репетиции я увидел тебя… ты такой изящный, что я просто не мог не попросить сделать это.       Не сразу поняв, что ему сделали комплимент, Пак вспыхнул, густо покраснев, а затем чуть поклонился парню.       — Спасибо, но не стоило так заморачиваться по этому поводу — мог бы просто сказать об этом мне.       — Да… Но, что сделано — то сделано, верно? — Чон неуверенно пожал плечами и почесал затылок. — Чон Хосок, двадцать три.       — Верно. Что не делается — то к лучшему, — искренне улыбнулся Чим. — Пак Чимин, двадцать.       — Оу, очень даже неплохо, — оценивающе осмотрел парня Хосок и кивнул. — Я бы тебе больше семнадцати не дал.       — Хорошо сохранился, — хмыкнул Пак и поправил полупрозрачную футболку на одно плечо. — До нашего выступления ещё пару минут. Не хочешь изменить танец и повеселиться?       — У меня уже даже есть идея — сверкнул глазами Чон и потёр ладони в предвкушении. — Я видел, что твоё выступление некоторое время связано со станком. Что будет, если его заменю я?       — Оу… Ты уверен? — на всякий случай спросил Чим, прикидывая, сколько раз ему придётся непозволительно высоко махать ногами перед лицом парня.       — На все сто, бро, — кивнул Хоби.       — Окей. Но я предупреждал, — кивнув в ответ, произнёс Пак, после чего оба начали строить план по обезвреживанию.

• ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ •

      — Номер сорок три, — объявил ведущий, — смешанная направленность. Хип-хоп и балет.       Чим оглядел стоящий на сцене станок из-за кулис. Заметив, что младший нервно кусает и без того пухлые губы, Чон растрепал его волосы и подбадривающе улыбнулся ему, увидев слабую улыбку в ответ.       — Не волнуйся, всё пройдёт просто отлично, — протянул Хосок и похлопал парня по плечу.       — Да, спасибо за поддержку, — кивнул Пак. — Давай всех поразим.       — Это я всегда за, — хмыкнул старший и на секунду взял младшего за руку, тем самым подбадривая его.       Парни вышли на сцену, ожидая музыки. Успев прослушать лишь небольшой кусочек, обоим пришлось продумывать новые движения, ведь по ритму песня не подходила никому из них.       Зазвучали первые ноты, и танцоры начали своё движение. Ритмичные, резкие, полные энергии. Сейчас казалось, что оба исполняют один и тот же танец, несмотря на разные стили своего искусства. Облокотившись ладошками на плечи Хосока, Чим наклонился буквально на несколько секунд, делая так называемый шпагат в воздухе, а затем отбежал в сторону, позволяя Чону продолжать выполнение своей программы. Тот времени зря не терял, исполняя одно движение за другим и даже не думая останавливаться на месте. Импровизация всегда была одним из его преимуществ, ведь зная все базовые движения можно создать действительно крутой танец, при этом прикладывая минимум усилий. Каждый раз вспоминая одного из своих любимых персонажей мультсериала «Симпсоны», старший совершал названное в честь Барта движение — его просто напросто нельзя было не выполнить.       Поведя плечом, младший начал дорожку шагов, по очереди вскидывая вверх ноги и поднимаясь на полупальцы. Решив включить импровизацию, рядом с ним появился Хосок, устроив одну ладонь на талии парня, а другой чуть сжав вскинутую ногу и положив к себе на плечо, а затем буквально поволок младшего за собой. Несмотря на это, движение вышло довольно раздразнивающим и заставило всех дамочек вмиг позавидовать Паку. Тот сделал вид, что всё так и было задумано, уже не в силах умело скрывать удивление и лёгкий румянец на бледных щеках. Их лица находились лишь в нескольких миллиметрах друг от друга и Чимин отлично слышал и чувствовал тяжёлое дыхание на своей коже, даря такое же в ответ. Парни словно играли друг с другом, не забывая раззадоривать зал своими движениями, которые изредка выходили за рамки дозволенного. Зрители, как и судьи, совсем позабыли про движения, наблюдая только за той атмосферой, которая царила на сцене. Напряжение отлично чувствовали абсолютно все, но ведь невозможно было испытывать то, что чувствовали эти двое, верно? Ведя свою, никому неизвестную игру, Чон и Пак вступали в схватку, в надежде победить своего соперника и остаться в выигрыше. Сидящие в зале люди уже не знали, куда им смотреть: на заманивающий своими афродитическими движениями танец младшего или же на свободолюбивый и полный энергией танец старшего.       Решив взять всё в свои руки, в игру вступил Чимин. Подловив момент, он поставил мысок ноги на колено парня, гордо вздёрнув нос и подняв руку вверх, оставив вторую на талии. Казалось бы, на этом их небольшой батл, как и сама песня, закончился. Не успел Пак опомниться, как на его талии сомкнулись горячие ладони Чона, жар которых он чувствовал даже через полупрозрачную тунику на одно плечо, а затем осторожно начали крутить его вокруг оси. Не теряя времени зря, Чим использовал движение из партии Чёрного лебедя, сначала «закрываясь», а после делая несколько фуэте. Хмыкнув, Хосок остановился и поднял младшего в воздух. Не растерявшись, блондин сделал воздушный шпагат, завершая картину акцентом на чуть откинутую назад голову.       Наконец, музыка стихла. Сменившие её громкие аплодисменты заставили парней улыбнуться, ведь они старались не зря. Поклонившись, оба ушли за кулисы, тут же отходя подальше от всех остальных участников.       — Это было что-то, — восторженно произнёс Хосок, глядя на младшего, — с тобой было приятно работать, спасибо.       — Не стоит, — отмахнулся Пак. — Могу то же самое сказать тебе. Где ты научился приёмам из балета?       — Да так, — пожал плечами Хоби, — я ведь уже говорил — мне нравится балет. Вот я и пополнял свои знания, просматривая разные видео уроки и сами выступления. А что, хорошо вышло?       — Очень даже хорошо, — кивнул младший и огляделся. Приметив в куче остальных вещей свою сумку, он достал из неё бумажку и ручку, а затем, написав свой номер, протянул его парню. — Вот, держи. Если вдруг решишь пополнить свою копилку знаний новыми — звони, я помогу тебе потренироваться и проведу пару занятий.       — Воу, — присвистнул Чон, пряча номер в карман, — считай, что я уже позвонил.       — Я это запомню, — улыбнулся уголками губ Чимин. — Пойдём, скоро начнут объявлять результаты, мы должны там быть.       — Будь моя воля — ушёл бы прямо сейчас, — закатил глаза Хосок, а затем, широко улыбнувшись, закинул руку на плечо парня. — Как насчёт прогулки после всего этого?       — Только если больше не будет твоих импровизаций. И подъёмов вверх. Я ведь чуть не упал! — чуть повысив голос, скорее в эмоциональном порыве, ответил Пак.       — У меня всё было под контролем, пирожок, не переживай, — хохотнул Хоби и пошёл к остальным.       — Как ты меня назвал? — сжал кулаки Чим. — Чон Хосок, а ну иди сюда!

• ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ • ♬ • ~ • ♫ • ~ •

      — Пак Чимин! Соберитесь, в конце концов! Что это за кабриоль? Где вы видели такой пируэт? — негодованию балетмейстера не было предела. После конкурса парень места себе не находил. — Простите, Госпожа Кван, — виновато опустил голову блондин, поджав пухлые губы, — больше такого не повторится.       — Я очень надеюсь на это, — сухо заметила женщина. — Со следующего занятия с нами будет заниматься новенький, и он должен видеть, на кого ему нужно равняться, чтобы не вылететь отсюда в первый же день.       — Хорошо, Госпожа Кван, — также повторил Пак и начал всё сначала. Снова, и снова, и снова, и так до полного идеала — единственное, что требовал преподаватель. Идеал — это всё для неё.       Дверь класса скрипнула, привлекая внимание к вошедшему парню.       — Простите за опоздание. Мне сказали, что можно прийти и посмотреть, как работают профессионалы, — прозвучал знакомый голос. Подняв взгляд на парня, Чим не удержался во время очередного пируэта и рухнул на пол.       — Чимин! — к парню тут же подлетел на всё забивший Хосок. — Всё хорошо? Ничего не повредил?       — Я в порядке, — протянул парень, не веря своим глазам. — Ты правда здесь?..       — Правда. Не веришь мне? — улыбнулся старший, протянув другу руку.       — Молодые люди, — прервала их балетмейстер. Все находящиеся в зале балерины кинули на неё испепеляющий взгляд. — Обсудите всё после занятий, договорились? А сейчас продолжаем работу!       С трудом дождавшись окончания урока, уже не обращая внимания на неспешно покидающих зал учениц, Пак подлетел к старшему и запрыгнул на него, обнимая всеми конечностями и утыкаясь носом в изгиб шеи Чона.       — Боже, ты серьёзно решил заниматься балетом? — тихо спросил блондин и чмокнул парня в щёку. — Это сильно.       — Он был рядом со мной ещё с детства, — пожав плечами, ответил Хоби и подхватил младшего под бёдра. — Я бы с радостью продолжил это. Как насчёт прогулки?       — Надеюсь, не как в прошлый раз? — Пак склонил голову на бок и слез с парня.       — Я постараюсь, — хмыкнул Чон. — Но согласись, то, что ты упал в фонтан — полностью твоя вина.       — То есть то, что меня толкнул ты, тут роли никакой не играет? — вскинув бровь, спросил Чим и встал на полупальцы, потягиваясь. — Ну хорошо… Только подожди пару минут, я схожу переоденусь.       — Я могу помочь, — поиграл бровями Хосок, от чего получил кулаком в плечо. — Ладно-ладно. Жду тебя на улице.       — Я быстро, не волнуйся, — улыбнулся уголками губ Чимин и ускакал в раздевалку. — Посмотрим, кто будет купаться сегодня.       Довольно хмыкнув, младший быстро собрался и выбежал из здания.       — Хоби? — блондин повертелся на месте, но парня так нигде и не увидел. — Не понял.       — Чимини-оппа! — прозвучал совсем рядом голос одной из балерин. — Оппа, пойдём сегодня в кино? У меня уже куплены билеты.       — Прости, Соми, я собирался провести этот вечер с Хосоком, — качнул головой Пак, всё также оглядываясь. Достав телефон, он решил позвонить старшему и узнать, что случилось.       — С твоим хип-хоп танцором? — фыркнула девушка. — Он ушёл.       — Я вижу, — закатил глаза парень и набрал номер Чона. Услышав голос Хосока, блондин улыбнулся и спросил: — Хоби, ты куда ушёл, мы же хотели погулять.       — Иди гуляй со своей очередной балериной, — буркнул в ответ старший и бросил трубку.       — В смысле?.. — в непонятках протянул блондин, убирая телефон в карман. Звонить парню сейчас было бесполезно.       — Оппа, мы пойдём в кино? — уже с нетерпением спросила девушка, топая мыском туфли. — Сеанс скоро начнётся.       — Я же сказал, что никуда с тобой не пойду, — чётко выделяя каждое слово, ответил Пак. — Вперёд, иди в кино на свой сеанс. Не трогай меня.       Чимин окинул ошарашенную балерину взглядом и побежал в парк, надеясь, что именно туда ушёл Чон. После первой прогулки маршрут последующих был абсолютно таким же, из-за чего в груди парня всё ещё теплилось чувство уверенности, что он не потеряет старшего.       — Хён! — воскликнул Чим, стоило лишь ему увидеть похожую фигуру. — Хён, я не…       — Малой, ты чутка ошибся, — протянул темноволосый и выпустил в сторону облачко табачного дыма.       — Простите, я обознался, — вмиг сник Пак, а затем поклонился и пошёл дальше. Достав мобильный, шатен быстро набрал номер.       — Хей, Хорс, он идёт, — отчитался он и кинул взгляд на уходящего парня. — Не обижай его сильно. Он, кажется, правда переживает.       — Я сам разберусь, Юнги. Лучше продолжай руководить нашим планом, — протянул Хосок.       — Смотри, до смерти его не напугай, — съязвил Мин и закончил вызов, доставая рацию и медленно следуя за младшим.       В это время Пак, находящийся на грани смерти после долгого бега, опустился на одну из лавочек на аллее. Если пройти ещё немного — в её конец — будет виден и злополучный фонтан, который так любезно принял в объятия своих вод парня в прошлый раз. Парень невольно вздрогнул, вспомнив сиё событие, однако, именно туда он и собирался идти, веря, что Чон сейчас именно там. Передохнув несколько минут, блондин встал с места.        «Роза пошла».       Через несколько шагов Чимин остановился.       — Он тебя любит, — с улыбкой произнесла маленькая девочка и протянула ему небольшую оранжевую розочку. Ещё не совсем понимающий всё парень с такой же искренней улыбкой принял цветок и, как только девочка убежала, пошёл дальше.        «Вторая».       Спустя секунду в руках блондина была ещё одна роза. А потом ещё, и ещё, и ещё, до тех пор, пока из них не образовался целый букет. Остановившись у фонтана, Пак мягко улыбнулся, глядя на стоящего перед ним парня.       — Хоби… Хоби, ты всё не так понял, — начал Чим, но был прерван старшим.       — Всё в порядке, Минни, сейчас это не имеет никакого значения, — Чон подошёл к младшему и взял его свободную ладошку в свою. Оперативно появившийся Юнги забрал у Пака цветы и исчез в толпе окружающих людей точно также, как и появился.       — Но я не понимаю…       — Чим, сегодня ровно сотый день с момента, как мы познакомились, и я бы хотел спросить тебя… — Хосок на мгновение замялся, но затем продолжил: — Ты будешь моим парнем?       — Я не… Я… — блондин шумно вдохнул и нежно улыбнулся. — Да.       Лицо Хосока озарила лучистая улыбка, так полюбившаяся Паку, который с мягкой шутливостью начал называть парня солнышком, стоило ему увидеть эту улыбку. Осторожно притянув Чима к себе за талию, темноволосый сплёл свои пальцы с крошечными пальчиками блондина и поднял на него взгляд, вглядываясь в по-детски чистые и невинные глаза напротив. Щёки Пака покрылись лёгким румянцем. Выставив ладонь вперёд, он упёрся в плечо наклоняющегося к нему Чона и прошептал:       — Хён, здесь люди…       Хосок понимающе кивнул и осторожно коснулся розовой от смущения щеки губами, не в силах удержать новую улыбку.       — Ты солнышко, хён, — тихо засмеялся Чимин, прикрывая рот ладонью.       — Твоё солнышко, — протянул Хоби и обнял парня. — А теперь пойдём, уже вечереет, а мы так и не погуляли.       — Знаешь, я не хочу гулять, — сверкнув глазами, ответил блондин. — Пойдём лучше домой. Ты знаешь, как я устал, пока бегал и искал тебя?       — Ох, ну прости меня. Зато как всё эффектно вышло, — довольный собой, произнёс Чон. — Только не забудь забрать цветы у Юнги.       — Конечно-конечно, — хмыкнув, кивнул парню Чим. — Хён, ты сильно обидишься на меня?       — За что? — спросил Хосок, склонив голову на бок.       — За вот это, — младший на секунду прикрыл глаза, а затем толкнул парня.       — Пак Чимин! — взвыл сидящий в фонтане Хоби, отчаянно пытаясь вылезти из воды. — Это было нечестно!       — Зато справедливо! — скрестил руки на груди Пак и тихо засмеялся. — А вот теперь можно бежать.       — А ну стой! Чимин, а ну иди сюда! — выбравшись из фонтана, буквально заорал на всю аллею старший.       — Ой, ля, — смех тут же прекратился. Сделав несколько шагов назад, блондин поднял руки в примирительном жесте, а затем резко крутанулся на месте и побежал.       — Я ещё доберусь до тебя, Чимин! Последнее слово будет за мной, вот увидишь, — найдя взглядом Мина, парень кивнул ему и оба пошли за счастливым до смерти Чимином.       — Он хоть не потеряется? — спросил Юнги, держа в руках букет. — Вроде взрослый мужик, а ведёт себя, как дитя малое.       — Не будь сухарём, Мин, — протянул Чон и кинул взгляд на прыгающего на месте в конце аллеи младшего, — нужно быть таким, пока можешь.       — Я не знаю, что такое молодость, — наигранно простонал парень и схватился за толстовку на груди, утирая несуществующую слезу. — Я даже дома не бываю уже. Превращаюсь в уличного жителя.       — Переигрываешь, Юнги, — широко улыбнулся Хосок. — Давай цветы и можешь идти домой. Тебя наверняка заждался Тэ.       — А вот это не скажу, — довольно улыбнулся Мин, и, отдав букет, попрощался и ушёл.       Догнав Чимина, Хоби приобнял его за талию, и, прикрывшись букетом, осторожно поцеловал его.       — Пойдём домой. Жалко будет, если такие красивые цветы увянут так быстро, — протянул старший, разглядывая букет.       — А что зависит от цвета роз? — с интересом посмотрел на Чона Чимин, мягко улыбаясь и держа его за руку.       — Ты не знаешь? — вскинул бровь Хосок. — Красные — страсть, желтые — ревность, а розовый — счастье.       — И что же обозначают оранжевые розы? — спросил блондин, склонив голову на бок.       — Первую любовь, — ответил старший, — чистую и искреннюю.