Слишком много драбблов по детроиту

Шло время, и Коннор стал замечать перемены в своём характере. Которые, как ему казалось, были закономерным продолжением изменений в его положении в обществе. Больше не было Киберлайф, которые незримо представляли бы его в каждой новой компании. «Вот, это наш передовой андроид-детектив, он прекрасно стреляет, анализирует улики на месте преступления, реконструирует события. Иными словами, он утрёт вам нос и вполне может вас убить». Разумеется, RK800 не потерял ни одну из своих функций, он по-прежнему был опасен в схватках и полезен в работе. Только вот расследования перестали составлять всё его существование. Коннор наконец стал чем-то большим. Конечно, рядом появились Хэнк и Сумо, за которыми нужно было приглядывать. Появилось как будто бесконечное свободное время, которое нужно было занимать чем-то помимо подбрасывания монетки. И ещё, совершенно внезапно, у Коннора появились приятели. - Завязать глаза? – удивлённо спросил андроид, глядя на окруживших его полицейских. – Ну, хорошо. Только это ничего не изменит, анализ всё равно опирается на то, что детектируют сенсоры во рту. - Да ладно, ладно, мы всё равно проверим, - загудела толпа любопытных коллег. Они все с энтузиазмом и хитрым предвкушением окружили оставшегося в зале ожидания андроида. В течение недели слухи о его способности анализировать вещдоки с феноменальной скоростью расползлись по всему отделению, и людей жадно тянуло проверить эти новости. Поэтому сейчас он затягивал в узел свой галстук на затылке. - У-у-у, смотрите, уже несёт! – через несколько секунд воодушевлённо прокомментировал кто-то слева от Коннора. - Что у тебя там? Дай сюда хоть посмотреть! – другой справа начал шуметь, протягивая руку через товарищей. - Фу, мужик, оно же воняет! – с отвращением прокомментировал ещё чей-то голос. Прошло примерно полминуты до тех пор, пока группа любопытствующих не утихомирилась. Полицейские понемногу замолкли, и на небольшой кофейный столик перед Коннором опустился какой-то тяжеловатый сосуд. - Ну, давай, - с предвкушением поторапливали из толпы. Андроид осторожно ощупал ёмкость двумя руками. Судя по форме, это был обычный граненый стакан, наполненный чем-то густым и тяжёлым. Коннор поднял его и медленно покачал из стороны в сторону. - Эй-эй-эй! Осторожно, не пролей только! – обеспокоенно послышалось слева. - Я надеюсь, вы не налили туда фекалии? – с улыбкой спросил андроид. – Это было бы досадно. - Неет-нет-нет… - забормотал кто-то, но его тут же пихнули кулаком. - Возможно, - ехидно отозвался другой полицейский. – Ну, ты сам попробуй и скажи нам. Коннор привычно окунул два пальца другой руки в стакан. Жижа заполняла его почти до краёв, была вязкой и немного липкой. Судя по данным носовых рецепторов, она пахла ацетоном. «Да, людям такое действительно может показаться неприятным», - подумал Коннор, дотрагиваясь пальцами до языка. - Фу-у-у-у! – не удержался кто-то из толпы. - Ну, мужик, ну ты чего!? – добавил другой. – Ай, мне даже смотреть неприятно. - Да я вообще не думал, что он реально в рот положит… - бормотал полицейский подальше. - Ну давай уже, Коннор, - нетерпеливо торопил его автор «зелья», - удиви нас. - Здесь шпинат, немного клубники, клей, спаржа, подорожник, лист бумаги фирмы «Svetocopy», помидоры черри, слюна сержанта Роттена и дешёвый бензин. – Подытожил андроид, наслаждаясь воцарившейся тишиной. – Смесь стояла дня три-четыре при комнатной температуре в освещённом помещении. Я прав? - Чо-о-о-орт! – зашумевшие полицейские не дали услышать ответ, хотя он был особо никому не нужен. Коннор знал, что не мог ошибиться. - Мужик, ты что, харкнул туда? Ты что, ёбнутый!? – особо эмоционально спрашивал кто-то слева. - Не харкнул, а плюнул! – отстаивал свою честь Роттен. – И вообще, захлопнитесь все, остался финал. Эй, захлопнулись! Люди снова притихли. - Итак, Коннор, - снова хитро спросил сержант, - какого оно цвета? Какой-то мужчина одобрительно замычал, но это продлилось недолго. Андроид задумался на несколько секунд, сопоставляя примерное количество всех ингредиентов с их цветами и временем хранения смеси. - Я бы предположил, - начал он, - что оно зеленовато-коричневое. Болотный зелёный. Люди загудели, и андроид снял собственный галстук с глаз, чтобы узнать ответ. Так оно и было. В стакане было жидковатое пюре, не напоминающее ничего аппетитного. - Тебя сделали, чувак, - в шутку похлопал кто-то Роттена по плечу. - Мне больше интересно, откуда вы взяли эту бумагу, - негромко заметил «испытуемый». – Её ведь не продают в Америке. Но никто не слушал его, энергично обсуждая произошедшее между собой. Особые энтузиасты стремились подколоть сержанта, а тот огрызался в ответ. Понемногу все стали расходиться, а некоторые даже попрощались лично с Коннором. Он чувствовал себя своим именно через такие маленькие жесты вежливости, через эти дурацкие игры, через новую форму, как у других полицейских. - Что это у вас тут творится? – возмущённо спросил выходящий из офиса Хэнк. Он задержался, потому что ждал ответа от начальства по какому-то «сраному» вопросу. И напарник умудрился собрать у себя целое представление, пока ждал его. Ещё и сидел на диванчике перед стаканом какой-то дряни с развязанным галстуком в руках. Остальные, впрочем, уже практически расползлись по своим делам. - Эй, Коннор, - позвал его лейтенант. – Ты что, опять играл в их идиотские игры? – он был явно слегка возмущён. – Что они заставили тебя попробовать? – мужчина решительно поднял стакан, понюхал содержимое и с отвращением выкинул всё в урну рядом. – Господи, это невыносимо. - Это было весело, лейтенант, - попытался оправдаться андроид. – Кажется, я начал находить общий язык с коллективом. - Это скорее коллектив стал находить твой язык общим имуществом, - всё ещё возмущённо возразил Хэнк. – Вы все отвратительные! – он оглянулся, но в помещении для ожидания больше не было никого, только работники стойки регистрации. – И ты тоже, если потакаешь их дебильным желаниям! – он ткнул пальцем в партнёра, недолго раздражённо посмотрел на него, а потом вздохнул. – Ладно, идём домой уже, - Андерсон махнул рукой, - Сумо нужно покормить.