Слишком много драбблов по детроиту

Дверь в спальню негромко скрипнула, запуская свежий и немного прохладный воздух из коридора. Жалюзи подсвечивались солнцем со стороны улицы и выглядели более яркими и оранжевыми, чем обычно. Некоторые лучи всё же пробивались в комнату, но словно только способствовали сонной накопившейся за ночь духоте. Где-то на кухне радостно набивал рот кормом Сумо, но в основном субботнее утро сохраняло тишину и покой. Хэнк повернулся на спину и убрал руку от лица, с шумом вдохнув ртом. Одеяло скомкалось и закрывало только часть живота, собравшись длинной горкой между раскинутых на большой кровати ног. Будить лейтенанта не хотелось, поэтому андроид планировал только переодеться и сразу же уйти. Завтрак он, впрочем, приготовил и оставил под закрытой крышкой на плите, чтобы тот не остыл. Яичница получилась с третьего раза, даже если все этапы в рецепте соблюдались с максимальной точностью. Всё-таки в кулинарии слишком многое зависело от размера яиц, столовых и чайных ложек – откуда бы в доме полицейского взяться стандартизированным мерным – и особенностей посуды. Впрочем, Коннор был доволен самим фактом успеха. Так доволен, что даже сделал небольшой сэндвич с листом салата и помидором. Он не знал, понравится ли мужчине такая еда, но в теории такое дополнение к жаренному основному блюду одобрили бы многие диетологи. Всё лучше, чем остатки вчерашних крылышек или пончики. Впрочем, основательно вмешиваться в человеческое питание детектив не планировал. Он только подошёл к Андерсону, чтобы поправить одеяло. Прохладный воздух из открытого окна в гостиной мог разбудить, и потому требовалось сохранить тепло. А ещё не прервать при этом утренний сон. Андроид уже укрыл ноги и стал думать, как бы лучше поступить с лежавшими сверху руками, но, только дотронувшись до одной из них, к сожалению, разбудил партнёра. Хэнк что-то невнятно пробурчал и потёр правый глаз, не слишком осознанно глядя на стоявшего у постели Коннора. - Прости, что постоянно бужу, - попросил тот и мягко поднял левую ладонь, чтобы высвободить одеяло. – Хотел укрыть тебя, а потом можешь спать дальше, - он поднял покрывало до уровня подмышек и убедился, что оно лежит ровно. – Вот так. Лейтенант широко зевнул, моргнул несколько раз и, наконец, сфокусировал взгляд на партнёре. - Доброе утро, - он наверняка пропустил мимо ушей извинения, но это особо никого не волновало. Мужчина прокашлялся после сна, подняв кулак к лицу, а затем и вовсе повернулся на левый бок, чтобы лучше видеть андроида. - Доброе, - ответил тот и опустился на край матраца, как был, в служебной форме. Тёмно-синяя рубашка с разными нашивками на груди и плечах безумно ему шла. Чёрная тонкая линия галстука привычно спускалась вниз от самого ворота, только теперь её примерно в середине прерывал золотистый зажим. Когда-то давным-давно, почти в другой жизни, Хэнк тоже носил похожую одежду. Дизайн, впрочем, немного поменяли с тех пор. - Ты голодный? – заботливо спросил Коннор и протянул руку, чтобы погладить полицейского по голове и заправить несколько седых прядей за ухо. – А то я сделал бутерброды и… яичницу, - он очень ценил возможность кормить близких, и потому немного нервничал перед каждой дегустацией своих «кулинарных произведений». - Звучит здорово, - откликнулся Андерсон и накрыл кисть детектива своей. – И у тебя всё получилось? - Не сразу, - признался тот, за что получил понимающий смешок. - Надеюсь, ты не посолил её? – спросил лейтенант, перекладывая прохладную руку на щёку. – А то я не люблю, когда попадаются маленькие… - Чёрт, - расстроено выругался андроид, не дав мужчине закончить, и по привычке перевёл взгляд в сторону. Там неизменно стояла белая лампа, требовала внимания вновь обросшая хламом коробка на полу. Через дверной проём медленно, но верно проникали потоки свежего воздуха, заставлявшие сенсоры регистрировать незначительное понижение температуры. - Да ладно-ладно, - поспешил успокоить его Хэнк и мягко поцеловал ладонь, а затем улыбнулся. – Всё хорошо, так тоже вкусно, - он провёл большим пальцем по коже партнёра. - Ты уверен? – уточнил детектив, с удовольствием отвечая, впрочем, такими же поглаживаниями. - Абсолютно, - кивнул Хэнк и ненавязчиво потянул полицейского на себя, как бы приглашая в объятия. Коннор легко поддался, наклонился и накрыл губы лейтенанта своими. Поцелуй вышел мягким и неглубоким, наполненным какой-то особенной неторопливой утренней нежностью. Андроид упёрся локтями в кровать по две стороны от плеч мужчины, и потому до сих пор имел возможность перебирать волосы пальцами, вызывая улыбку. Андерсон не спешил отдаляться и почти сразу же после первой ласки начал вторую. Левая рука его легла на тёмную ткань рубашки, а правой он провёл по голове партнёра, заправляя несколько прядей назад. - Что же делать с тобой, ты такой красивый? - прошептал он перед третьим поцелуем. Спустя полминуты детектив успел почти лечь на мужчину, стараясь сделать объятия как можно более тесными. Ему нравилось ощущать тяжесть ладони на боку и спине, она по-своему грела и заземляла, давала ощущение уюта. Судя по количеству ласк, Хэнк вряд ли планировал продолжать спать, зато наверняка хотел показать, что соскучился. - Почему что-то нужно делать именно со мной? – поинтересовался Коннор и с очередным касанием губ крепче прижался к партнёру. Тот только усмехнулся в ответ и двумя руками обхватил андроида, чтобы уложить справа от себя на мягкий матрац. Благо, детектив снял покрытую мокрым снегом обувь ещё у порога и остался в тёмных гольфах, которые обычно носил на работу. Зато пахнувшая средством для стирки форма, так выгодно показывавшая пластиковую фигуру, требовала немедленного разбирательства. И, желательно, ликвидации. Полицейский привычным жестом поделился одеялом, создавая контраст между жестковатой одеждой и уютным постельным бельём. Его партнёр только вновь обнял тёплую шею и с улыбкой приподнялся для следующего поцелуя.