Уравнение с другими неизвестными

      В этом городе нет ничего достойного внимания. Серые типовые дома — такие же, как везде. Кричаще-яркие вывески ночных заведений. Серые, недалекие и слепые люди, способные разглядеть демона только в том случае, если он выскочит у них перед носом и будет достаточно глуп, чтобы не скрыть свою природу. Вергилий никогда не понимал, почему брат решил поселиться в этом заштатном ничем не выделяющемся городишке.       Заштатный ничем не выделяющийся городишко был недостоин сына Спарды.       Правда, теперь прямо посреди серых типовых домов выросло кое-что интересное. Темен-ни-Гру, башня-ключ между миром демонов и миром людей. Уродливое искаженное подобие Вавилонской, она вырвалась из земли посреди ночи, собрав кровавую жатву из спящих в своих кроватях ничего не подозревающих горожан. Старший сын Спарды провожает взглядом кружащего в небе вокруг дьявольского остова Левиафана, отсюда, с земли, похожего просто на гигантского летающего кита, бесстрастно фыркает и продолжает путь к башне. Сегодня здесь нет никого, способного его остановить.       В переулке, где Данте устроил свое безымянное заведение, вместо крыльца одного из домов — по-видимому, того самого — его встречает бесформенная груда развалин. Брат, как всегда, в своем репертуаре. Не может не влезть, куда его не звали; и обойтись без масштабных разрушений тоже никак. Вергилий проходит его — видным даже слепому — путем и упирается в тупик. Прямой путь к башне перекрыт рухнувшими зданиями. Наследник Спарды переводит взгляд на ближайшую дверь — также хранящую след от мощного удара Мятежника — и понимает, что в эту дверь заходить не намерен.       Телепортация переносит его на другую сторону завала, почти к самому подножию Темен-ни-Гру. Входная дверь выбита — ещё одно несомненное свидетельство присутствия внутри его несносного близнеца — и затянута толстым слоем льда. Занятно… Он слышал, что вход охраняет Цербер, но тот факт, что эта тварь плюется льдом, является для него неожиданностью. И всё же, Вергилий не ощущает присутствия охранника за ледяной стеной. А это может означать только одно — с первым препятствием Данте справился. Очевидно, он не так безнадежен, как казалось.       Уничтожив препятствие двумя взмахами Ямато, старший сын Спарды входит в разоренную ледяную пещеру. Да, стража действительно нет, зато наличествуют следы жаркой схватки. Вергилий качает головой. Приди кому-нибудь в голову идея следить за Данте, это была бы самая легкая работа из возможных. Он пока не решил, стоит ли встречаться с братом, но, как бы то ни было, двигаться им предстоит в одну сторону. Вероятнее всего, ему не стоит торопиться.       Коридоры башни похожи один на другой, как братья. Высокие стрельчатые потолки, стены в трещинах, иногда стойки с оружием и странные статуи. Гротескная пародия на Средневековье, хотя возраст этой башни намного превышает историю человечества. Различаются только двери — разноцветные, богато украшенные, некоторые были заблокированы магическими замками, но Данте уже побывал и здесь. Иногда ему встречаются низшие демоны, однако Вергилий предпочитает их игнорировать. Он не безрассудный близнец, очертя голову бросающийся в любую схватку, тем более если на него не спешат нападать. А свое присутствие лучше пока не выдавать.       Его внимание привлекают заметные возмущения в энергетическом поле. Вергилий замирает в проходе, одним росчерком острой стали Ямато избавляясь от заступившего ему дорогу — не иначе как по глупости — низшего, внимательно прислушивается. Что-то очень важное происходит несколькими ярусами выше. Старший сын Спарды ощущает несвойственные ему эмоции — горячую ярость и отчаяние, впрочем, он сразу от них избавляется. На несколько мгновений ему становится почти страшно, но это быстро проходит. Вергилий встряхивает головой и продолжает путь. Все в порядке. Для него ничего не изменилось.       Он примерно понимает, куда ему следует идти, но намеренно не торопится. Вся ночь впереди, к тому же, носящийся где-то по этим же коридорам сгусток энергии в теле второго полудемона лишает его большей части раздражающей суеты. И встречаться с ним не то чтобы хочется.       Вергилий надолго застревает в местной библиотеке — тысячи и тысячи древних фолиантов, рассыпающихся в пыль от прикосновения свитков, артефакты, способные уничтожить пару миров… или по крайней мере неслабо отравить жизнь их обитателям. Не то чтобы его это все интересовало, нет, пришлось бы запереться здесь на несколько тысяч лет, чтобы только прочитать, не то что осмыслить. Но и просто пройти мимо такого богатства выше его сил. Он проводит ладонью вдоль истрепанных корешков, скользит взглядом по вычурным названиям. Далеко не все из этого он способен прочитать — просто не знает языков, на которых они написаны, но даже то, что ему доступно, содержит бесценные знания. Как жаль, что так мало времени… Он все-таки вытаскивает несколько древних томов. Всего глоток, но… Пара свободных часов еще есть.       Наконец, старший сын Спарды с сожалением отрывает себя от запылившихся книг и продолжает путь. Он пришел сюда не за этим.       Пересекая один из коридоров, Вергилий слышит сдавленный стон и останавливается, привлеченный знакомым голосом. Повертев головой и заметив почти под потолком алое пятно, выдыхает. Хорошо, что этот придурок носит одежду таких ярких цветов, иначе кто бы его в полутьме высоких стрельчатых потолков заметил. Оглядевшись, Вергилий подпрыгивает, оттолкнувшись от уродливого светильника, тут же со звоном загремевшего по полу, сорвавшись с креплений, использует телепортацию и одним точным движением рассекает присосавшегося к брату демона-паразита. Слегка придерживает, чтобы братец не свалился на пол. Кости-то у них крепкие, сломать что-то придурку вряд ли грозит, но Данте еще тот уникум, так что лучше проследить. Спустив близнеца вниз, Вергилий собирается тут же уйти, но что-то давно забытое, похожее на совесть, не позволяет. Он же сейчас совсем беспомощен, любой сможет сожрать, и смысл тогда было тратить время на то, чтобы его вытащить?       Старший сын Спарды выбирает относительно не пыльный участок возле стены, кладет Ямато рядом с ладонью, чтобы можно было быстро выхватить, если вдруг что, и устраивает брата на своих коленях. Он просто дождется, пока этот придурок придет в себя, и пойдет дальше.       Данте выглядит измученным и не высыпавшимся долгое время. Вергилий, едва ли отдавая себе отчет в том, что делает, пропускает сквозь пальцы растрепанные волосы брата и легонько чешет ему за ушком. Еще не очнувшись, Данте начинает мурлыкать, как в далеком полузабытом детстве. А потом распахивает глаза и мгновенно скатывается с колен старшего, судорожно ища меч.       — Ты! — в голосе младшего звучит откровенная ненависть. — Какого черта ты здесь!       Покачав головой, Вергилий аккуратно прячет Мятежник за спиной. Ему не хочется разговаривать с братом с позиции силы. Тем более что после первого же резкого движения Данте ведет в сторону. Младший сдавленно ругается сквозь зубы и опирается на стену.       — Ты хотел меня убить.       Вергилий снова качает головой.       — Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже не проснулся. Да и тот явно бил не в сердце.       — Тот? — близнец непонимающе хмурится.       — Данте, — Вергилий позволяет себе чуть усмехнуться. — Стоит мне на пару лет пропасть, и ты начинаешь видеть меня в каждом проходимце.       — Но он выглядит как ты! — взъерошив себе волосы, Данте падает обратно на колени старшего. Удивительное доверие. И удивительная безалаберность. Братец совершенно не изменился.       — Ты тоже выглядишь, как я, если причешешься, — хмыкнув, Вергилий отводит волосы со лба брата. — Где амулет, Данте?       В глазах только было разомлевшего брата мелькает досада пополам с яростью.       — Тот «ты» забрал его.       Вергилий мгновенно отбрасывает всякую несерьезность. То, что самозванцу нужен амулет, наводит на очень нехорошие мысли.       — Что ему было нужно? Вспоминай! Быстро!       — Вердж, ты чего? — осторожно интересуется Данте. В глазах близнеца мелькает плохо скрытое опасение.       Усилием воли Вергилий заставляет себя успокоиться. В конце концов, когда-то далеко в детстве он пообещал защищать этого придурка. Не нужно, чтобы он знал, чем может грозить потеря амулета.       — Даже с твоей ненаблюдательностью можно было что-то заметить, — побольше льда в голос. Скрывать свои истинные эмоции Вергилий научился слишком давно. — Ну же, Данте, это может быть важно.       — Он говорил что-то о силе… Вердж, это точно не ты был?       Вергилий, не глядя, отвешивает брату легкий подзатыльник.       — Я не стал бы рисковать твоей жизнью. Хотя надо отдать ему должное, мой двойник кое в чем преуспел. Ты уже не сможешь отрицать, кто ты есть.       Данте морщится и потирает грудь.       — Это больно, — еле слышно отзывается брат.       Гордости отец отсыпал им обоим преизрядно, ни он, ни Данте и под страхом смерти не признаются в своей слабости.       — Я знаю, — так же тихо отвечает Вергилий. — Пройдет, — а потом отдает брату меч и поднимается. — Возвращайся ко входу в башню.       — А ты?       — Нужно вернуть амулет.       — Я с тобой, — тут же подрывается Данте. Стоит ровно целую секунду и снова приваливается к стене.       — Ты слишком слаб, — безжалостно припечатывает Вергилий. — Эта тварь почти осушила тебя. Как ты мог так глупо попасться какому-то низшему паразиту, Данте?       — Их было много, — младший ершится по привычке, хоть и едва стоит на ногах. Вывести бы его отсюда, убедиться, что никто не подзакусит ослабленным полукровкой. Но теперь время терять нельзя. Вергилий ограничивается тем, что чуть смягчает тон.       — Возвращайся, Данте. Тебе не стоит дальше идти. А амулет я тебе верну.       — А потом снова пропадешь на много лет? — показалось, или в голосе младшего прозвучала самая настоящая, искренняя горечь? Он что, и правда, скучал по нему?       — Посмотрим, — уклончиво отвечает Вергилий. — И не лезь сейчас в драку. Вероятнее всего — проиграешь. Хотя бы раз в жизни побудь благоразумен.