Часть 1
6 июля 2018 г., 13:22
— Начальник, у Вас встреча в 15:00, зачем выезжать так рано? — спрашивает высокий альфа у низенького паренька, подавая тому пальто. Вообще, Чон Чонгук по совместительству и водителем, и охранником, да ещё и слугой является, поэтому и делает всё, что ему прикажут.
— Идиот, ты хоть помнишь, куда мне ехать нужно? — злобно фыркает омега, сверля взглядом юношу, который стоит, напротив. Вот только, выражение лица у своего подчинённого Тэ увидеть не может, ведь перед ним всё размыто, ничего не видно. При таких обстоятельствах разглядеть что-либо нельзя. А так хотелось бы. Но, когда очки ложатся на аккуратное лицо, Тэхён видит в Чонгуке его обычную гримасу —пофигизм. Тэ в очередной раз убеждается в том, что как-то обидеть или вывести из себя этого альфу невозможно. Ему хоть кнопки на стул положи, хоть преследуй всю жизнь, хоть яйца отбей, Чону всё равно. Хотя, насчёт последнего младший не уверен. — До города, в который нам нужно попасть ехать три часа минимум, а опаздывать мне совсем не хочется.
— Понятно, — всё тот же равнодушный взгляд, всё те же руки, блуждающие по телу начальника и поправляя одежду на нём, чтобы тот выглядел безупречно.
— Я рад, что тебе понятно, но мы не можем терять драгоценное время, — Тэхён отряхивается и выходит из своего кабинета, а Чонгук как верный пёс следует рядом.
Оба заходят в лифт, Тэ нажимает на нужный этаж и стоит, облокотившись о стену, думая о своём, а у Чонгука как обычно все органы внутри пляшут. Это повседневное чоновское состояние, когда он находится возле своего босса. Для него уже привычно чувствовать то, как сердце вырывается из груди, привычно вдыхать такой прекрасный аромат роз и пытаться сдерживать себя возле этого охуенного омеги. И если сначала не хотелось признавать то, что собственный начальник Чона чересчур соблазнительный, то сейчас это считается уже обыденным и нормальным. У Чонгука уже давно принято считать дрочки на ненаглядного Ким Тэхёна естественными.
Когда Чона только устроили сюда охранником, водителем и слугой в одном флаконе, он думал, что будет охранять какого-нибудь жирного, лысого, с высокой самооценкой и вечно шипящего альфу, но никак не низкого, стройного и к тому же без очков ничего не видящего омегу. И при первой встрече сердце сделало какое-то сильное «ебоньк», желая выпрыгнуть из груди. Именно с того момента и начались двухчасовые дрочки, походы в клубы и потрахушки с какими-то левыми омегами. Чонгуку было плевать на то, что Тэхёна хотелось всё равно, буквально зря он всех подряд ебал, хотя бы стояк унимался.
Омега и альфа подходят к машине и Чонгук как истинный джентльмен открывает переднюю дверь, пропускает начальника вперёд и захлопывает её, а после сам заползает на своё сидение и заводит транспорт, срываясь с места.
Они выезжают на трассу и просто едут в полной тишине и спокойствии. Тэхён смотрит на прекрасные пейзажи, которые раз за разом сменяются в окне, тонкими и длинными пальцами одной руки стучит по папке с документами, а второй поправляет очки. Чонгук сосредоточен на дороге, но не посмотреть на русые волосы босса или на его милое личико, а ещё лучше на ноги, обтянутые ненужной тряпкой — грех. Чон уверен, что Ким без всей своей одежды выглядит великолепно, но разве может он знать точно? Вот именно, что нет, ведь старший уверен в том, что у его начальника уже есть альфа. И Чону остаётся только грызть ногти, думая о том, что его омегу имеет кто-то другой, а не он.
***
Время летит незаметно. Уже около часа Гук и Тэ едут в автомобиле, ничего не меняется. Всё тот же Ким Тэхён, наблюдающий за красивыми картинами в окошке, всё тот же Чон Чонгук, чей мозг уже триста раз успел представить сцену того, как блядский ротик Тэ вбирает член Чона по основание, посасывая с наслаждением. Вот только одно в скором времени всё-таки меняется. Машина перестаёт подчиняться альфе, когда тот всеми силами пытается продолжить поездку, но тщетно. В скором времени автомобиль подъезжает к дереву, чуть не въехав в него и глохнет. Тэхён непонимающе смотрит на Чонгука, когда тот чешет лоб, пытаясь прийти в себя и понять, почему же исправный автомобиль решил остановиться хрен знает где. Не проронив ни слова, старший покидает мягкое кресло и открывает капот. — Блять… — единственное, что могло вылететь из уст Гука. Аккумулятор помахал альфе ручкой и отправился в спячку, но вряд ли он уже сможет оттуда вернуться. — Что случилось? — омеге так же, как и Чону пришлось вылезать из уютного сидения, остановившись возле старшего и посматривать на того, ожидая ответа. — Аккумулятор сдох, — пожимает плечами Гук. Тэхён остаётся стоять в ступоре, когда как Чонгук достаёт свой телефон, набирая номер друга, который точно сможет ему помочь. Но, как оказалось, сегодня весь мир против Чон Чонгука и связь перестаёт ловить. Ну и правда, на что только Чон мог рассчитывать, когда вокруг них с Тэ есть только огромные деревья и кое-где не растаявший снег? — Связи нет… — продолжает Чонгук, сглотнув от накатившего страха. Как-будто это из-за него всё происходит, и любимый босс прямо здесь и сейчас растопчет его на месте. — Как так?! — недовольно кричит Тэхён, ударяя ногой по колесу и выходя на дорогу, а Чон готов практически заорать от того, как мило смотрится этот парень, когда злится. Действительно, разве омега, ростом сто шестьдесят сантиметров, когда злится не выглядит миленько? Альфа старается быть спокойным и у него это отлично получается, чему он очень радуется, хотя он не думает, что с этим омегой сможет продержаться долго. Гук быстренько подходит к Тэ, начиная вместе с ним осматривать местность, но они ни на что не натыкаются. Только деревья, на ветках которых разместились почки, зеленоватая трава и тёплые весенние лучи. Младший хмурится и возвращается к машине, открывая заднюю дверь, чтобы найти свой телефон. Тэ постоянно кидает его туда, чтобы не разрядить за полчаса поездки. Он нагибается, выпячивая пятую точку, а у Чонгука помутневший взгляд и челюсть падает, ударяясь о пол. Внизу член начинает пульсировать. «Молодец, Чон Чонгук! — думает про себя старший. — У тебя сейчас может встать при самых классных обстоятельствах!». Тэхён наконец находит свой гаджет, набирает номера знакомых, попутно идя к Чонгуку, но всё-таки убеждается в том, что связи действительно нет. Так хочется взять и разбить этот телефон вдребезги, но омега ограничивается лишь тем, что костяшками пальцем стучит по твёрдому экрану и прячет ненавистный гаджет в карман. — Ваш альфа будет волноваться, — умница, Чонгук. Ты наконец нашёл способ узнать хоть что-нибудь из жизни начальника и потом тебе станет или хуже, или легче. — За меня некому волноваться, — выдаёт Тэ, с грустной миной. Ведь Чон задел такую тему, что омеге хочется расплакаться. Тэ ведёт носом и вдыхает такой приятный запах алоэ, доносящийся от альфы и просто думает, что очень хочется нормально общаться с истинным, который стоит возле него. Ой, то есть, он хочет домой, под тёплый плед с чашкой чая и книгой. Туда, где нет Чон Чонгука, ибо бесит уже (какая железная логика омежки). Гук понятия не имеет, как его босс ещё не заметил стояк у своего охранника-начальника-слуги, но пускай и не замечает. Альфа вспоминает кое о чём и тянется за сигаретами и зажигалкой, которые спрятаны в задний карман брюк. Первая сигарета уже в руках, Чон подносит её к губам, подпаливая источником огня с противоположной стороны, делая первую затяжку. И последнюю на сегодня. Тэхён выхватывает сигарету из рук Чона и выкидывает её на землю после чего топчет не потухшую никотиновую палочку ногой. Сказать, что Чонгук офигел от действия младшего — ничего не сказать. — Даже не думай, что я забочусь о тебе, — фыркает Тэ. — Завоняешь ещё этим дерьмом весь салон. Не кури при мне, я не могу это терпеть. — Мне уже совсем ничего нельзя делать в Вашем присутствии? — старший никогда не думал, что он так хорошо умеет сдерживаться. Но всё равно так хочется нагнуть Тэ здесь и сейчас. — Знаешь, — говорит Тэхён, подходя к Чону, — знаешь, какую ненависть к тебе я питаю? Знаешь, как меня бесит то, что ты ничего не можешь сделать нормально? Знаешь, как ты уже просто-напросто заебал меня? Иногда, мне настолько хочется не видеть тебя, просто не представляешь, блять. И именно сейчас я также не хочу, чтобы ты находился рядом и дышал со мной одним воздухом. — Вы не хотите меня видеть? — Чонгука, кажется, ещё больше заводят и он сейчас вместо машины поедет. — Ещё как! Съебись отсю… — не успевает договорить омега, как не чувствует очков на своём лице. Чон снял их, засовывая в карман и победно улыбаясь. Этот ебаный Чон Чонгук нашёл одну из слабостей младшего. У Тэ зрение хуже некуда, он без очков как наркоман без такой нужной дозы. — Я исполнил Вашу просьбу, — Чон усмехается, а омега разводит руками в воздухе, делает шаг вперёд и благополучно забывает обо всём на свете, когда лицом утыкается в мощную грудь. Альфа приобнял Тэ за талию, другой рукой притрагиваясь к крашенным, мягким волосам. Тэхён дышит великолепным ароматом Чона и проклинает всех Богов, потому что кажется начинает умирать. — Отдай, — тихо произносит Тэ, на что Чонгук никак не реагирует и не собирается, собственно. — Начальник, Вы без них, как котёнок беззащитный, — у Гука улыбка до ушей от всех обстоятельств, он увереннее гладит волосы младшего, вдыхая головокружительный запах его омеги. Тэхён наливается краской, рукой сжимая пиджак альфы. — Я нашёл Вашу слабость. — Ты, кроль тупорылый, если не отдашь… — Тогда что? Вряд ли Вы сможете сделать что-либо без очков, благодаря которым в Вашей жизни не так много трудностей, как могло быть. — Я отгрызу тебе твой член. — Это так мило, — Чон облизывает пересохшие губы и лыбится как болван, но ведь никто не увидит. — А отгрызу я его тебе, потому что он упирается в мой живот, сука! Чонгук задерживает дыхание и моментально краснеет до кончиков ушей. Он наклоняется к шее начальника и выдыхает, а по телу младшего пробегает табун мурашек. — Как видите, он уже сам хочет, чтобы Вы взяли его в свой ротик, но не для того, чтобы откусить, — старший сжимает худые бока Тэхёна, чувствуя, как его любимый запах роз усиливается. — Ты хочешь изнасиловать меня, что ли? — Тэ пытается вырваться из хорошей хватки, но его отпускать никто не собирался. — Ну почему же, — Чонгук поддаётся порыву, чмокает босса в белоснежную и никем не тронутую шею, отчего Тэхён вмиг тает в крепких руках, — я чую Вашу течку, а ещё думаю о том, что мы истинные. — Я тебя ненавижу… — младший откидывает голову назад, открывая ещё больше места для целования и ощущает накатившее возбуждение вперемешку с лёгкой болью в животе. — И как Вы собирались ехать на свою деловую встречу? — Чон покрывает участки кожи невесомыми поцелуями, останавливаясь на самом подходящем, по его мнению, месте и втягивая мягкую кожу, нежно прикусывая. Тэ неслышно стонет, сильнее сжимая чёрный пиджак, ноги подкашиваются от приятных нахлынувших чувств. — Течка должна была начаться позже, — младший чувствует тёплый ручеёк, который покатился по белоснежной шее и немного офигевает… Гук поставил ему метку, чёрт! — А если бы Вас тронул какой-то левый альфа? — Чонгук проходится языком по шее, собирая всю кровь и зализывая рану. — Что ты?.. — не успевает договорить Тэхён, понимая, что его подхватывают на руки, заставляя обвить ногами талию и скоро омега ощущает спиной твёрдую поверхность. — Думаю, что в машине нам будет лучше, — альфа открывает заднюю дверь, другой рукой придерживая босса и аккуратно усаживая того на сидение. Старший надавливает на худые плечи, вынуждая Тэ лечь, а сам нависает сверху. Чонгук снимает свою одежду, даже не заботясь о том, что после всего этого её придётся долго и мучительно сшивать, а и то хуже просто выкинуть. Но могут ли Чона волновать такие мелочи, когда под ним лежит его любимый начальник, от мысли о котором хочется получить прекрасный оргазм и умереть? Вот именно, что такое Чонгука не может беспокоить в такой великолепный момент. Тэхён, конечно, всегда ненавидел в себе то, что его зрение ужасно, но в данный момент он возненавидел это в раз десять. Потому что прямо сейчас Чонгук раздевается, оголяя своё сильное тело, а Тэ видит лишь смутные очертания… Замечательно! Старший легонько прикасается к груди омеги, медленно расстёгивая пуговицы ненужной вещи и поднимает взгляд на помутневшее лицо, как бы прося разрешения. Но когда Гук не видит сопротивления, он увереннее снимает всю одежду с его Тэхёна, после чего любуется затвердевшими горошинами и тяжело вздымающейся грудью. Чонгук склоняется, нежно целует два соска и прикусывает один, второй поглаживая и сжимая своей рукой. Младший прогибается в спине, выдаёт первый басистый стон и нащупывает тёплую руку, крепко вцепившись в неё своей собственной. Чон целует красивую грудь младшего со вкусом, и потихоньку стягивает мешавшие всё время чёрные брюки Тэ вместе с боксерами. Какие-то странные чувства сейчас в голове и у альфы, и у омеги, такие необычные и тёплые. Стоит лишь старшему прикоснуться холодными руками к горячей коже, Тэхён вздрагивает и ощущает своё бешеное сердцебиение. Такое чувство, что если всё это не закончится, то сердечко вообще решит выпрыгнуть, не смея вытерпеть всю любовь, которую ему дарят. Но младший терпит. Чон в который раз облизывает и без того мокрые губы, изумлённым взглядом оглядывая полностью оголённое тело начальника. Альфа поднимает худенькую ногу, целуя внутреннюю сторону бедра и слизывая природную смазку, от чего Тэхён неосознанно поддаётся вперёд, отдаваясь всё новым и новым ласкам. — Хён… — впервые за такое долгое время произносит Тэ, сильнее сжимая мускулы старшего, до которых уже еле как дотягивается. — Мы ещё в пути, маленький мой, — Чонгук приподнимает омегу за бёдра и подбирается к во всю сочившейся дырочке, начиная ласкать её языком. Тэхён стонет что-то невнятное, протягивая руку к возбуждённому члену и начиная быстро водить по нему. Старший неожиданно проталкивает язык внутрь мокрого колечка мышц, вылизывая там буквально всё, а Тэ сразу же кончает на свою руку и живот, набирая побольше воздуха в лёгкие. Альфа отстраняется, стягивает оставшуюся одежду и освобождает набухший член, притрагиваясь к головке, тяжело выдыхая. Хочется ещё немного растянуть омегу, чтобы не причинять любимому боли и наслаждаться сладкими стонами сразу же, но старший не может, он уже и так натерпелся за несколько месяцев дрочки, от чего на члене почти мозоли натёрлись. Наверное, именно поэтому Чон начинает входить в узкого Тэхёна, а тот зажмуривается от пронзившей всё тело боли и старается не показывать кристальные слёзы, которые текут с глаз. — Извини, — старший не пытается толкнуться ещё дальше, он терпеливо ждёт, когда омега расслабиться, сможет привыкнуть к его размерам и слизывает мокрые дорожки с румяных щёк. Тэ обвивает руками мощную шею альфы и притягивает его к себе, мокро целуя в губы. Младший проникает в рот Чонгука, сплетает его язык со своим и зарывается пальцами в тёмные волосы. Можно ли сказать то, что Чон неописуемо счастлив, потому что Ким Тэхён сделал ещё один небольшой шаг в их отношениях и поцеловал первый? Гук толкается ещё немножко, заставляя Тэ прикусить его губу до крови. Альфа отстраняется и шипит, слизывая алые капли с собственных губ и входит по основание, а омега сжимается внутри от не самых приятных чувств. — Ну тебя в жопу, Чонгук, — Тэхён судорожно вздыхает, смотря на нечёткий контур чоновой фигуры и расслабляется, дав Гуку знак, что тот может двигаться. — Только в Вашу, — старший резко выходит и снова входит, задевая простату и впитывая в себя великолепные стоны и вскрики, когда при каждом новом толчке Чон попадает точно по заветной точке. Кажется, автомобиль в скором времени к чёрту разломится на несколько частей, но это не волнует обоих. Сейчас намного важнее чувствовать жар тел друг друга, несдержанно стонать, слышать шлепки при соприкосновении ягодиц и бёдер, целовать чужие губы до потери сознания и понимать, что всё из перечисленного происходит сейчас именно с тобой в реальной жизни, а не в глупых и детских фантазиях. Чонгук толкается настолько быстро, что младший не успевает глотнуть свежего воздуха и ему остаётся только громко стонать, иногда выкрикивая чересчур милое «Чонгук-ии». Гук входит по основание, пройдясь по комку нервов и замирает, так и не выйдя. Тэхён уже сотый раз умер, но сейчас всё настолько прекрасно, что Тэ кончает и сжимает орган в себе. Альфа изливается следом, делая ещё несколько ленивых толчков и выходит, смотря на красивую красную дырочку и на свою удовлетворённую плоть. — Очки отдай, — найдя в себе силы проговаривает омега, а Чон повинуется, начиная искать предмет в кармане своих брюк и протягивает вещь начальнику, когда всё-таки находит. Младший надевает стёклышки, привстаёт на локтях и тупо пялится на член своего альфы, а ещё на подтянутое и подкаченное тело. — И что нам делать? — продолжает Тэхён, снова свалившись на сиденье. — Продолжить?
