lost countries

Так странно Говорят, что у андроидов есть душа. JP600 считал это абсурдным, но сейчас он не совсем уверен в этом. Эмоции охватили его, он чувствовал, что уже был здесь, но это невозможно. Шестисотый впервые в таком месте, но он не может взять себя в руки. Он не дышал, но в этот момент дико захотелось глотнуть свежего воздуха. С ним происходило что-то странное, непонятное и от этого становилось безумно страшно. —Ты плачешь?- прусс удивлённо и обеспокоенно посмотрел на лицо андроида. Шестисотый вздрогнул, выйдя из того потока эмоций и дотронулся до своей щеки. И вправду, по лицу андроида катились слезы. Гилберт встал и обнял дрожащего «японца», пытаясь успокоить. Эта звёздная ночь ещё долго будет терзать их сердца. << После событий той ночи, андроид уже не мог отрицать тот факт, что он девиант. Но брать себе имя Кику Хонды он не решался. Что-то останавливало его, он считал это неправильным, считал, что он не достоин этого имени, поэтому оставался «шестисотым». Он перестал впускать к себе гостей. Ему нужно время, чтобы понять, что с ним происходит. Андроид исследовал Японию, он верил, что лишь так узнает ответ на свои вопросы. В мире стали ходить слухи, что Япония опять «закрывается». Шестисотый считал это очень заманчивым, но никто ему не позволит. Ведь у него нет веских доводов для такого шага. Сидя у того самого утеса он начинает размышлять. Он впервые чувствует одиночество. Отвратное чувство, но благодаря этому андроид чувствует себя живым. Уже ровно месяц, как Шестисотый утопал в одиночестве и это успокаивало. «Приступов» наплывов эмоции не было, он мог спокойно заниматься делами страны и уже сам выходил на деловые встречи. Он перестал бояться, перестал чувствовать что-либо, кроме колючего одиночества. И это его устраивало. Он стал подавлять в себе ненужные эмоции. << Пруссия был далек от мира девиантов, он лишь знал, что они способны к проявлению эмоций, но сам этого никогда не видел, но был убежден, что в этом явлении нет ничего сверхъестественного, они ведь живые, как никак. Вот и в тот момент JP600 был до боли живым. Гилберт не мог оставить это без внимания. Поначалу он относился к андроидам-стран скептически, но сейчас вспоминая тот страх в глазах «Японии», прусс уже не может быть уверен в том, что это не Кику. Хотя, если рассуждать трезво, это невозможно. Пора перестать топить себя лживыми надеждами и принять тот факт, что даже если андроид и становится человечнее, то он никогда не сможет стать полноценной Японией. Все же, он хотел увидеться с ним, хотел помочь, но «японец» перестал подпускать к себе других. Гилберт не стал появляться, понимая такой шаг девианта. Но сейчас, спустя месяц, он понял, как ошибался, Шестисотый стал машиной, он убил в себе Кику. Он убил в себе личность << Андроид перестал тренироваться, перестал посещать тот храм, он лишь работал и изредка приходил на тот утес, сам не понимая зачем. Шестисотый не искал встреч, он уединялся в лесу анализируя свое состояние, как страны. Мог ли он назвать себя страной? Если нет то кто он? Замена? Именно. Он лишь замена когда-либо жившей стране, чувствовать эмоции для него непростительно. Так ли это? Опять. Стискивая зубы он со всей силой бьёт в древо, слегка морщась, но не от боли. Убирайся. Эмоции вредят задаче. Это плохо, это неправильно, личные проблемы не должны мешать. Он не важен, важна лишь страна. «Но ты и есть страна.» Андроид оборачивается, но никого не видит. Он сходит с ума? Диод отчаянно мигает красным. Я не хочу, чтобы и ты погиб.