Blue Holidays

      Каким-то образом я умудрился пойти против своей природы. Нет, я не перестал хотеть Сынмина и всё такое, просто все прекрасно знают, что меня утром фиг поднимешь, однако моя любовь к воде и плаванию взяла верх, так что каким-то чудом я начал вставать рано утром, когда солнце только начинало нагревать песок на пляже, а поверхность воды оставалась всё такой же гладкой, спокойной и прохладной. Первые два дня было тяжело встать так, чтобы не как с бодуна и не снести всё в комнате, включая кровать мирно спящего Чанбина. Я встаю в 7, быстро умываюсь, хватаю полотенце, очки для плавания и, крадучись, выбираюсь из сонного царства. Оставляю вещи на песке и с разбега влетаю в холодную воду, ощущаю, как всё в моём теле оживает и морально и физически.       Речушка не сказать чтобы большая, поэтому я спокойно переплываю её несколько раз за час, а потом просто лежу на границе песка с водой. В эти моменты я чувствую себя по-настоящему свободным, потому я просто смотрю минут пятнадцать в небо, мечтаю и осознаю, что может для кого-то из ребят это место как тюрьма, но для меня это чуть ли не рай. Я здесь со своими друзьями, парнем, которого так люблю и у меня наконец-то есть возможность сблизиться с ним где-то вне камер и не под предлогом фансервиса.       Когда я вновь чувствую, что мои мечты мягко уводят меня в сон, то быстро смываю с себя песок, вытираюсь и возвращаюсь в дом, где все всё ещё спят. Быстро принимаю душ и иду в кровать, укутываюсь в одеяло и стараюсь сохранить приятную тяжесть в мышцах после плавания.       Кстати говоря, я несколько раз видел Минхо с полотенцем на шее, убегающего в сторону небольшого леса. Мы пересекались пару раз, но ни слова друг другу не сказали и просто молча расходились каждый в свою сторону. Больше я никого не видел так рано бодрствующим в доме. Пару раз натыкался на Чонина, который смотрел мультики в гостиной. - Эй, Хёнджин, ну сколько спать можно? - Чанбин всегда будит, бросая в меня подушку. - Там Чан возмущается и зовёт всех на завтрак. - Что ему не так? - Сейчас узнаем, - равнодушно пожимает плечами мой друг и ждёт пока я оденусь. - Мне кажется или ты подкачался?       Я хмыкаю. - Ты мне сейчас пытаешься комплимент сделать? - Нет, серьёзно. Мы же на отдыхе, и ешь ты как не в себя. Я слышал, конечно, что секс может помочь накачать мышцы, но насколько я знаю, у тебя продвижений никаких нет. - Чанбин, вспомни, что я плаваю побольше вас всех. Это ты ещё на полпути к тому берегу сдыхаешь, а я нет. - У тебя годы тренировок, - разводит руками Бини. - Ладно, пошли, узнаем, что от нас хотят.       Я киваю и натягиваю майку. Толкаясь и смеясь, мы спускаемся по ступенькам и залетаем на кухню, где уже собрались все мемберы, но на удивление стояла полная тишина. Мы машинально притихли и уселись за оставшиеся свободные места за столом. Ели все молча, любопытно поглядывая на Чана, который напряжённо смотрел в свою тарелку с яичницей, будто пытался взглядом поджарить её ещё раз. Именно поэтому никто не решался и слова произнести, боясь быть обжаренным не солнцем. - Итак, - закончив с едой, Чан откашлялся. - Начнём с того, что мы уже почти неделю тут живём и я, мягко говоря, задрался один всё время готовить вам еду. Я как бы понимаю, что мамочка и все дела, но, ребят, помогите что ли? Давайте по очереди готовить. - Хорошо, без проблем, - дружно соглашаемся мы, а я удивляюсь, что наш лидер такой спокойный сегодня. - Тогда следующий будет Уджин и дальше по возрасту. - Конечно.       Посуду бросаемся мыть все вместе, но я лишь поставил тарелку в раковину и отошёл к стенке, скрещивая руки на груди. Не собираюсь я угождать Бан Чану, это не в моём стиле. Без меня как-нибудь обойдутся. Однако в следующий момент, когда лидер подошёл ко мне и хлопнул по плечу, моё сердце ёкнуло где-то в правой пятке, а желание скрыться где-нибудь в Абхазии приветливо машет мне ручкой. - Эй, Джини! - Да, Чан? - мне с трудом удаётся сохранить ровный и пофигистичный голос. - Как насчёт небольшого соревнования? - с добродушной улыбкой предлагает он. - Соревнования? - Ну да. Скажем, от одного берега до другого и обратно, осилишь? - Вполне.       Учитывая, что я каждое утро проделываю этот путь по несколько раз подряд, то могу с полной уверенностью сказать, что я выиграю. С такой уверенностью я бы мог на кон запросто попросить поставить Феликса и с лёгкостью забрал бы приз для своего друга. - Думаю, что победитель, хм... Давай так, если я побеждаю, то бью щелбаны Чанбину, - я смотрю на своего охреневшего друга, который, судя по всему услышал наш разговор и теперь яростно машет головой, на что я одобрительно хмыкаю. - Если побеждаешь ты, то в праве сам выбрать, кому будешь бить. Идёт? - Конечно! - легко соглашаюсь я. - Договорились! До встречи! - Чан с улыбкой уходит в свою комнату, а Чанбин оттаскивает меня за руку и чуть ли не впихивает в пустую гостиную. - Ты дебил, что ли?! - зло шипит он. - Ты не друг, ты - предатель! - Эй-эй! Остынь. Этого не будет, - я тихо смеюсь. - Я выиграю, Бини. Я же тренируюсь всё-таки. - Ты? - друг с подозрением смотрит на меня, прищурив глаза. - Тренируешься? Ни разу не видел. - Конечно, ты спишь в это время. - Хван Хёнджин, хватит мне вешать рамён на уши, я и так наелся! Как человек, которого в принципе хрен поднимешь, может встать рано утром, так ещё и тренироваться? Не смеши меня! - Вот увидишь. Я надеюсь ещё увидеть благодарность в твоих глазах за избежание наказания, - смело говорю я. - Только попробуй проиграть!       Я задорно шлёпаю своего друга по заднице и с громким смехом уношу ноги в нашу комнату под сопровождение трёх этажного мата.       Решив прийти немного пораньше и размяться, я прибыл на поле боя через полчаса, где застал Сынмина.       Кажется, я выпал из жизни ещё минут на десять, пока рассматривал как он стоит по пояс в воде, как белеет его кожа, по которой стекают крохотные капельки пота, а кое-где на спине виднелись песчинки (видимо он лежал до этого и пытался загорать), его немного спутанные волосы, которые он перебирает пальцами... Так хочется сделать это вместо него, немножко оттянуть его за пряди, чтобы после этого попробовать его поцелуй, в котором будет отдаваться вкус недавно съеденной им карамельки. У него такая замечательная гладкая спина, немного выступающие лопатки, края которых хочется осторожно прикусить, проступающие позвонки, которые я бы с удовольствием пересчитал пальцами, немного вдавливая, чтобы увидеть гибкость этого невинного мальчика.       Из раздумий и разыгравшегося воображения меня вырывают прохладные капли, заливающие мне лицо и грудь, а я с тихим визгом дёргаюсь и смотрю на разбивателя моих мечт. Да, это он и есть - Ким Сынмин.       Он весело смеётся и отряхивает руки от воды. - Хён, чего застыл? Воды испугался? - издевается он, а я теперь смотрю на его грудь, которую охотно бы потрогал, и как бы плевать, что она не женская и жмякать особо нечего, но вот пару отметин я бы на ней обязательно оставил. - Идёшь? - А? Да, сейчас.       Я в сторону отбрасываю вещи и беру в руки очки. - Джини, а можно очки? Я понырять хочу, - просит Мин, подходя ко мне, а я безоговорочно протягиваю их ему, даже не задумываясь о том, что у меня соревнования с Чаном. - Спасибо, ты лучший!       Я млею от этой беззаботной фразы и плетусь вслед за младшим к реке. В этот раз я не ныряю, а просто складываю руки, плавно рассекаю воду и ухожу подальше, чтобы в этот раз Сынмин не зацепил меня под водой. Однако он дурачится и пихает меня ручками, пользуясь тем, что я его не вижу. Упаси господь, он коснётся моего паха, и мне можно будет просто уплывать вниз по течению. - Эй, Мин! Мне щекотно, прекрати! - хохочу я и пытаюсь вслепую выловить его. - Если не прекратишь, я тебя топить буду. - А ты поймай! - выныривает, бросает мне вызов и ныряет обратно. - А вот это ты зря.       Я принимаюсь гоняться за Сынмином и пару раз мне даже удаётся ухватить его за лодыжку, но он, словно мелкая рыбёшка, выскальзывает и уплывает только дальше. В один момент я решаю его обхитрить и заранее перехожу в ту сторону, куда он предположительно двинется, и мне везёт, поэтому, когда он подобно дельфину выпрыгивает над водой, я ловлю его поперёк тела и захватываю талию в кольцо из своих рук. Мин визжит и барахтается, пытается вырваться с заразительным смехом, но я лишь крепче прижимаю его к себе, а потом подпрыгиваю и ухожу под воду вместе с ним. Когда я снова становлюсь на ноги и выравниваюсь, всё ещё держа парня в руках, я слышу как он отплёвывается и судорожно хватает ртом воздух. Я торопливо ставлю его и поддерживаю одной рукой за талию. - Прости, Мин, давай, дыши.       Я похлопываю его по спине, помогая лишней жидкости выйти из него. Внезапно Ким отталкивает меня руками, а сам со звонким смехом убегает. Теперь я пытаюсь восстановить дыхание и вернуть себе зрение. - О, Хёнджин, разминаешься уже? - я слышу голос Чана со стороны берега. - Как видишь, - отсмеиваюсь я и улыбаюсь Сынмину, который сейчас довольно светится ярче солнышка. - Ну что, готов? - Дай мне минутку отдышаться, - прошу я и выхожу на берег.       Я стараюсь не смотреть на Кима, поэтому обращаю свой взор на потягивающегося Чана и Феликса, который покорно сидит на песочке рядом со старшим. Он выглядит уже не таким побитым, как в прошлые дни, но всё же такой печальный, будто ему только что ещё раз сказали, что он не будет жить в комнате с Баном.       За время моей передышки успел прибежать Чанбин, который взволнованно переводит взгляд с меня на Чана и усаживается на покрывало возле моих вещей. Он выглядит как-то нервно, на что я лишь усмехаюсь. - Да расслабься ты! Я не проиграю, - отмахиваюсь я и слышу сдавленный смешок лидера. - Идём, Джини? - зовёт он, и я с кивком подхожу с ним к краю реки.       Мы заходим по колени в воду, и я делаю глубокий вдох. Не то, чтобы это какие-то самые важные соревнования в моей жизни, но и друга как-то подводить не хочется. - Раз, - говорит Чан и натягивает очки на глаза. - Два, - ко мне приходит осознание, что я беспомощен. - Три! - я не успеваю его прервать и запоздало бросаюсь в воду.       С непривычки глаза щиплет и хочется хорошенько протереть их руками, но я почти вслепую устанавливаю для себя точку на том берегу и, хлебая воду, двигаюсь вперёд. Кто бы мог подумать, что я могу поступить так легкомысленно и оставить плавательные очки у Сынмина, но я даже не вспомнил о них, фокусируясь на счастье этого сладкого мальчика. А теперь я страдаю и, кажется, страдать будет мой друг, а потом снова я.       Бан Чан с лёгкостью доплывает до противоположного берега, отталкивается и гребёт обратно. Я повторяю его действия буквально через несколько секунд после него, но я уже на своём опыте знаю, что эти секунды могут принести огромный вред, поэтому, разворачиваясь, я пытаюсь ускориться, но из-за отсутствия зрения, лишь начинаю вилять. Уже на полпути мне приходится смириться с проигрышем, но я не намерен сдаваться, двигая руками и ногами ещё быстрее. Я достигаю финиша только через секунду после Чана, но и этого достаточно, чтобы услышать улюлюканье от лидера и грозное, обиженное шипение от Чанбина.       Несколько минут я просто лежу на песке, пытаюсь выровнять дыхание и протереть глаза. Там как будто океан разлили, серьёзно, мне до сих пор больно видеть, поэтому я раз за разом провожу рукой по глазам и смотрю в небо, боясь наткнуться на расстроенный взгляд Чанбина. Мне было бы плевать на это соревнование, если бы не мой друг был на кону.       Не без особых усилий я заставляю себя встать. Вроде бы зрение более менее вернулось, поэтому за полотенцем можно идти не на ощупь. Но, глядя на моего друга, можно начать засыпать самому себе в глаза песок, лишь бы не видеть его. Я уже чувствую, что мне это так просто с рук не сойдёт. - Что ж, Чанбин, твой сосед был так в себе уверен, что осмелился согласиться с моей ставкой. 5 щелбанов, - злобно хихикая, говорит Бан Чан, подходя со мной к Бину. - Хёнджин, давай, поможешь мне.       С тяжёлым сердцем я одной рукой убираю со лба друга чёлку, а второй придерживаю его затылок. Чан примеряется и ставит палец ближе к голове Со, я вовремя зажмуриваюсь и слышу глухой стук соприкосновения пальца лидера и черепа Чанбина. Как у него от этого ещё не раскололась черепушка - я не знаю. А ведь ему предстоит ещё четыре таких удара.       Бини выдержал пытку достойно, ни разу даже не пискнув. Как же у него наверное голова болит, если у меня от одного звука удара в ушах звенит. - Свободны, - отряхивая руки, как после песка, говорит Чан и отходит к Феликсу так, чтобы тот мог хорошо видеть старания лидера.       Показуха, - звучит у меня в голове, но я молча сжимаю плечи друга, следом получаю локтем по колену от него и собираю свои вещи, понимая, что мы сейчас идём в комнату, где меня ждёт серьёзный разговор.       Самое поразительное - это Сынмин. Он смотрит на меня, нет, не разочарованно, скорее даже извиняясь и сжимает в руках мои очки. Мне даже показалось, что я видел в его глазах слёзы, но мне просто показалось. Это всё ещё речка, мешающая мне ясно видеть. Очки я решаю забрать в следующий раз.       Ускоренным шагом мы пересекаем задний дворик и поднимаемся наверх. Дверь с силой захлопывается за Чанбином. Я опасливо поворачиваюсь к нему, а он встречает меня кулаком под дых, что я реально забываю или просто теряю возможность дышать на некоторое время. - Тебе в прикол было так подставлять меня? - шипит Со, всё ещё не убирая руки от моего живота. - Говорил, что выиграешь. И где она - победа?       Я честно даже не пытаюсь оправдаться тем, что мои очки у Сынмина, а без них я не могу нормально плавать, потому что сейчас это уже бесполезно и щелбаны уже не вернуть. Поэтому я просто шепчу извинения, хотя понимаю, что они сейчас бесполезны. Я просто молчу, ожидая, когда мой друг выговорится и выльет весь свой гнев на меня. - Ты мне теперь должен, знаешь об этом? - уже более спокойно говорит Чанбин где-то спустя час после этого. - Знаю. Что мне сделать? - Об этом ты узнаешь утром, если, падла, проснёшься.       Я покорно киваю и заваливаюсь на кровать. Чувствую, что плавать я сегодня дальше душа не уйду. - Скажи, - спокойно зовёт Со. - М? - А если бы ты выиграл, кому бы ты бил? - Чану, - без раздумий отвечаю я. - Почему? - Потому что он проигравший, он и заслужил. - И то верно... Значит, сейчас он поступил нечестно? - Ты только сейчас это понял? Он просто воспользовался мной, чтобы добраться до тебя. - Вот зараза! - Ты снова успел поприставать к Феликсу? - Есть такое...       Я провожу в комнате чуть ли не весь день, прикладывая лёд к шишке друга и хватаясь за место встречи кулака Бини с моим телом. Мы просто отмалчиваемся, думая каждый о своём. Я, например, всё продолжал удерживать в голове образ Сынмина. Меня немного расстраивал его вид тогда. Почему он не выглядел разочарованным? Ведь я проиграл, хотя настаивал на своей самоуверенности. Разве он не должен был как и все остальные смеяться надо мной и подшучивать? Ведь это моя оплошность, а не его.       Спать легли рано. Чанбин оправдался тем, что голова болит, что вполне логично, а мне просто захотелось наконец выпустить Мина из своих мыслей.       На следующий день я первый раз не пошёл тренироваться, а после пробуждения, Чанбин первым делом напомнил мне про мой долг и озвучил форму искупления.       Да, здесь мне явно придётся рискнуть своей шкуркой, если не всей жизнью.